Читать книгу Забег без финиша - Алексей Бенедиктов - Страница 2

Глава 1

Оглавление

2001 год. Москва

Месяц назад Октябрине Сергеевне Илларионовой исполнилось семьдесят семь лет. Возраст давал о себе знать всё чаще и чаще. Вот и сегодня Октябрина Сергеевна почувствовала сильную головную боль, снова появилось онемение на правой половине лица и затруднение речи. Женщина приняла таблетку адельфана, потом выпила валокардин.

После такого курса самолечения Октябрина Сергеевна минут тридцать терпеливо ждала улучшения, но головная боль ничуть не уменьшилась, а онемение прошло лишь частично. Пришлось вызывать скорую медицинскую помощь.


Доктор внимательно выслушал старушку, измерил у неё артериальное давление и поставил диагноз: Гипертоническая болезнь, преходящее нарушение мозгового кровообращения.

– Давление у вас 200 на 120.

– Чувствую, что повысилось, – согласилась женщина.

– Октябрина Сергеевна, я предлагаю вам прямо сейчас поехать в стационар…

– Только не в больницу.

Доктор был молод и совершенно искренне старался помочь больному человеку:

– Но это очень серьезно.

– Нет, молодой человек, в больницу я не поеду.

– Октябрина Сергеевна, давление мы вам сможем понизить и в домашних условиях, но эпизод онемения на лице и затруднения речи, говорит о нарушении мозгового кровообращения. Это гораздо опаснее гипертонического криза.

– Дома останусь, – категорично заявила больная.

– Вы живете одна?

– Да.

– Тем более, очень опасно оставаться.

– Старость, молодой человек, не вылечить.

– Ваше право, но я должен написать, что вы отказались.

– Пишите, пишите, я распишусь…

Медицинская сестра сделала назначенные врачом инъекции. Минут через десять доктор перемерил давление и произнес:

– 160 на 90. Снизилось до ваших рабочих цифр.

– Вот и хорошо, спасибо вам голубчик…

– Октябрина Сергеевна, ещё раз предлагаю поехать в стационар. Там проведут полный курс лечения.

– Нет. Незачем мне больничную койку занимать, – ответила женщина.

* * *

Соседку и почти ровесницу Октябрины Сергеевны звали Виктория Алексеевна Царева. Она зашла проведать Октябрину Сергеевну в тот же день вечером. Жили пенсионерки на одном этаже.

– Вика, заходи. Очень хорошо, что ты заглянула, – Октябрина Сергеевна была рада визиту своей подруги.

Виктория Алексеевна шаркающей походкой прошла в комнату, медленно опустилась на стул, придирчиво посмотрела на хозяйку квартиры и спросила:

– Какие новости?

– Опять вызывала скорую.

– Снова был криз?

– На этот раз врач сказал, что ещё и нарушение кровообращения в мозге.

– Инсульт?

– Наверное. Такой молодой доктор, очень уж он хотел меня в больницу госпитализировать.

– Значит, надо было соглашаться.

– Ну, кому я нужна, Вика? Я теперь только одного и хочу – дома умереть. Что бы не мучиться, и других не мучить.

– Глупости, сейчас столько лекарств от гипертонии…

– Давай, сегодня о болячках не будем, – предложила Октябрина Сергеевна.

– Давай не будем, – согласилась Виктория Алексеевна. – Хотя я совершенно не представляю о чем ещё можно говорить в нашем возрасте.

– Подожди… – с этими словами хозяйка квартиры вышла из комнаты и довольно быстро вернулась, держа в руках что-то завернутое в грубую ткань. – Я хочу тебе кое-что показать.

Октябрина Сергеевна развернула самую обыкновенную мешковину и достала из неё картонную коробку.

– Сокровища в мешке? – улыбнулась Виктория Алексеевна Царева.

– Ты угадала, – серьезным тоном ответила Октябрина Сергеевна, открыла коробку и высыпала её содержимое на стол.

Виктория Алексеевна нагнула голову, несколько секунд молча рассматривала ювелирные изделия из золота и серебра с драгоценными камнями, а потом по театральному всплеснула руками:

– Октябрина, это же огромное богатство…

– Конечно.

– И это всё твоё?

– Да.

– Я глазам своим не верю.

– Напрасно.

– И ты… имея такое… вот так… жила все годы?

– Досталось мне это по наследству, поздно, когда уже муж умер. От тетки, которая жила во Львове.

– Лучше, конечно же, на одну пенсию перебиваться.

– Вначале думала на черный день.

– Тут не на черный день, а на черный год хватит.

– Последние годы и запросов то у меня не стало, да и боялась я…

– А теперь? – спросила Виктория Алексеевна.

– Теперь надо мне определяться.

– И как ты собираешься определяться с таким богатством?

– В Нижнем Новгороде у меня двоюродная сестра живет, ей после смерти я оставлю свою приватизированную квартиру, а в Екатеринбурге – племянница, вот ей я и хочу передать все эти вещи.

– Сколько лет-то племяннице?

– Взрослая уже. Лет тридцать.

– Она хоть знает, что у неё тетка есть?

– Знает. На праздники всегда открытки присылала.

– Ну, раз открытки присылала…

– Я так подумала, мне это от тетки досталось по воле случая, пусть теперь также к моей племяннице перейдет.

– Октябрина, тебе решать, что и кому.

– Не в могилу же мне это уносить…

– Опять ты о грустном.

– В нашем с тобой возрасте оставаться оптимистом довольно странно. Все равно вскрытия не избежать.

– Но и живьем себя хоронить не стоит.

– Вика, на днях я планирую оформить все.

– Оформляй.

– Посоветуюсь, как лучше составить завещание, а тебе это говорю, потому что квартира никуда не денется, а вот коробку я храню… Пойдем покажу тебе на всякий случай… Ты будешь знать, где она лежит… Ты о ней потом и расскажешь моей племяннице… Тебе я верю.

Забег без финиша

Подняться наверх