Читать книгу Друг брата в подарок - Анастасия Градцева - Страница 5

Глава 4

Оглавление

На следующей неделе я пришла на скалодром. Мне уже исполнилось 15 лет, поэтому было достаточно письменного согласия родителей, чтобы меня пустили полазить без сопровождения взрослых. Ну а при известной сноровке такой документ можно создать и не обращаясь к родителям, что я, в общем, и сделала.

Я знала, что раз в неделю сюда приходит Андрей, чтобы поддерживать форму – это я краем уха слышала из их разговора с Егором – но не знала, когда и в какой именно день. Поэтому решила ходить просто все время, рано или поздно мы ведь пересечемся, правда?

Всё оказалось не так сложно, как я думала в начале: инструктор – пожилой грустный дядька – отвел меня к самой простой трассе, помог надеть специальный пояс и показал, как с помощью двух специальных карабинов пристегивать веревку к силовой петле страховочной системы. Потом очень доступно объяснил, как я буду спускаться, и даже разок меня проконтролировал.

На удивление, мне понравилось. Благодаря занятиям волейболом я не была совсем уж хилой и неплохо забиралась наверх, а то, что я лезу на реально высокую стену, приятно щекотало нервы. Вот бы пришел Андрей и увидел, как у меня здорово получается!

Но его не было ни в понедельник, ни во вторник, ни в среду… А когда я зашла в зал в четверг и нашла глазами инструктора, мне чуть не стало дурно. Сегодня вместо знакомого дяденьки была та самая Маша, с которой Андрей сосался на дне рождении брата. В яркой футболке с логотипом скалодрома и леггинсах. Кстати, несмотря на невысокий рост, ноги у неё оказались довольно длинными.

– Привет! – помахала она мне с широкой улыбкой. – Ты сестренка Дарка, да?

– Егора, – мрачно поправила я её. Меня почему—то раздражало это прозвище брата. Он его как приобрел на 1 курсе, так оно к нему и прилипло.

– Первый раз на скалодроме? – лучилась она доброжелательностью. – Разрешение от родителей принесла?

– Не первый, – процедила я сквозь зубы. – Принесла, конечно. Показать?

Как же противно быть подростком. Тебя даже за человека не считают! Относятся как к несмышленышу какому—то.

– Я тебе верю, – ласково рассмеялась Маша, а меня аж затрясло. Вот только не надо этого дружелюбия. Последнее, чего мне сейчас хотелось, это мило общаться с девушкой Андрея.

– Дай страховку, – буркнула я, глядя себе под ноги.

– Держи. Давай помогу надеть и покажу, как с ней надо обращаться.

– Не надо, – я буквально выдернула у неё из рук страховочный пояс. – Я знаю, как закреплять. Уже несколько дней сама все делаю, и никаких проблем не было.

Маша поджала губы, было заметно, что моя грубость её задела.

– Как хочешь. Но перед тем, как лезть, позови меня – я проверю, чтобы все было правильно.

И отошла. Я торопливо пристегнула веревку к петле пояса, пропустив её через карабин. Черта с два я стану ждать эту Машу. Не дурочка же вроде, с первого раза поняла, как и что крепить. Не надо меня, как маленькую, контролировать и проверять.

Увидев, что я готовлюсь залезать, Маша решительно зашагала ко мне, но вдруг отвлеклась и засияла широкой улыбкой:

– Андрей!!!

Я судорожно обернулась: он стоял на пороге зала и ласково смотрел на свою Машу. Меня даже не заметил. На нем были шорты и синяя майка, и я непроизвольно сглотнула, увидев обнаженные плечи Андрея. Какой он красивый, божечки, невероятно красивый.

Надо залезть скорее, пока эта Маша не пришла со своими унизительными проверками. Пусть Андрей увидит, как хорошо я держусь на стене. И может… и может, он даже согласится взять меня в августе в горы, куда они собираются вместе с Егором.

Я стала старательно карабкаться наверх, но получалось почему—то хуже, чем в прошлые разы. Очень ныли мышцы рук, даже те, о существовании которых я раньше не подозревала. Я ощущала свое тело нелегким грузом, который приходилось буквально втаскивать наверх. Да, боюсь, до самого верха я не доберусь и не смогу поразить воображение любимого своими победами.

– Полина?! – вдруг раздался изумленный голос Андрея. – Ты здесь откуда?

От неожиданности тело дернулось, нога соскользнула, и я полетела вниз. Страховка сработала, как и должна была: веревка резко дернулась, принимая на себя мой вес и удерживая, но внезапно – я почему—то видела это, как в замедленной съемке – сильный рывок веревки ударил по карабину, и он расцепился. Теперь ничто меня больше не держало в воздухе, и я тяжелым мешком рухнула на маты. Плечо обожгло такой резкой болью, что я вскрикнула и на некоторое время провалилась в темноту.

– Полина, Полина! – истерично звал меня женский голос, я разлепила глаза и увидела перед собой перепуганное бледное лицо Маши.

– Видишь нас? – донесся знакомый ровный голос Андрея. – Кивни, если да.

Я заторможенно кивнула.

– Уже хорошо, сотрясения вроде нет.

– Да тут же маты! – повысила голос девушка. – И падала она максимум метров с двух. Тут вообще нереально травмироваться.

– Не факт. Смотри, она плечом ровно в промежуток между матами вписалась. Как минимум сильный ушиб точно будет.

Отвратительное ощущение, когда в твоем присутствии о тебе говорят в третьем лице. Андрей обсуждал меня со своей Машей так, как будто я не лежала тут прямо перед ними.

Я села с усилием. А ничего, терпимо. Голова только гудит, и больно там, где ударилась. Но жить однозначно буду.

– Как она вообще упала? Ты проверяла, как страховка закреплена?

– Не успела, она без моего разрешения полезла.

– Что—о—о?! – судя по тону Андрея, ничего хорошего меня не ждало. – Полина, мы тут не в игрушки играем, ты же могла серьезно покалечиться!

Он положил руку на плечо, пытаясь привлечь мое внимание, но я зашипела от боли.

– О, – странным голосом сказал Андрей и аккуратно пробежался пальцами по плечу и возле шеи, – на самом деле на перелом ключицы похоже.

– Ты серьезно?! – Маша вскочила на ноги. – Перелом? Да меня же уволят! Еще и по судам затаскают из—за этой дуры малолетней. Я же говорила ей: дождись меня!

В её глазах блестели злые слезы.

Андрей быстро осмотрел мой страховочный пояс.

– Один карабин разомкнут. Странно, – сам себе проговорил он, а потом обратился ко мне. – Ты петлю вщелкивала в оба карабина?

– Я не помню, – пролепетала я в ужасе. – Может, и в один.

– В один карабин?! – снова закричала Маша. – Ты совсем больная? Да меня могли посадить из—за тебя, гребаной идиотки, да ты…

И тут изо рта этой милой девушки полилась такая отборная брань в мою сторону, что я просто съежилась и уткнулась лицом в коленки. Мне хотелось умереть. И ведь Маша права: я действительно дура. И сама чуть не убилась, и её подставила. А что сейчас думает обо мне Андрей, и представить страшно.

– Маша, – Андрей сказал это тихо, но таким ледяным тоном, что та моментально заткнулась. – Она же еще ребенок.

А после этих слов мне захотелось залезть на стену вообще без всякой страховки и спрыгнуть вниз. Хуже уже точно не будет. По лицу градом покатились горячие соленые капли.

– Полина, не плачь, я знаю, что ты не специально, – Андрей аккуратно меня приобнял, стараясь не трогать место, где скорее всего был перелом. – Я сейчас позвоню Егору…

– Нет! – крикнула я. – Не надо!

Я не ребенок, и решения по поводу себя буду принимать сама. Мой косяк – мне и исправлять.

– Не надо звонить брату, – твердо сказала я, глотая слезы. – И не бойтесь, никаких проблем у Маши не будет. Я просто не буду говорить, что была на скалодроме. Скажу в травмпункте, что с велосипеда упала.

– Глупости, – оборвал меня Андрей.

– Ну почему сразу глупости, – с плохо скрываемой радостью проговорила Маша. – Девочка все хорошо придумала. И это её решение, мы же не заставляем её так делать.

– Надо хотя бы Дарку сказать.

– Если позвонишь Егору, Локи, – зло прошипела я, в первый раз назвав его этим прозвищем, – я скажу, что это ты мне страховку закреплял. Он тебя тогда живьем съест.

Андрей ошарашенно посмотрел на меня, а потом неожиданно рассмеялся.

– Полинка, ну ты даешь! Давай я хоть в травмпункт с тобой съезжу.

– Да, хорошая мысль, – закивала Маша. – Проследишь там за ней, ладно?

Боится, как бы я не рассказала врачам про скалодром. Да не буду, я что, совсем глупая? Как бы меня ни бесила эта девушка, в моем падении она не виновата точно. А вот поездка с Андреем в больницу – это настоящий подарок судьбы! Хоть и дорого – очень дорого! – оплаченный.

Друг брата в подарок

Подняться наверх