Читать книгу Кошмары города кошек - Андрей Буторин - Страница 5

Кошмар первый. Реквием1 города кошек
4

Оглавление

И все-таки Артем очень боялся не увидеть Серегу в школе. Сказался больным, например, чтобы остаться дома, а сам… Но, с другой стороны, – рассуждал Артем, шагая по знакомой аллее парка, которая утром ничуть не казалась зловещей, – по-идее, очередь была еще не Серегина, а Ирина… «По чьей идее, придурок? – перебил сам себя Артем. – Никому не известно, чья это идея и в чем состоит ее дурацкий смысл».

Серега в школу пришел. Мало того, был, как обычно, подвижен и весел. Артем решил пока не рассказывать другу о вчерашних приключениях, но сразу спросил:

– Где кольцо?

– Какое? Иркино? То есть, то, что она мне подарила? – переспросил Серега. – А его у меня нет. – Для достоверности он растопырил пальцы и потряс ладонями.

– Ты его потерял?! – в голосе Артема вспыхнула надежда. Серега, не ожидав такой реакции, удивленно посмотрел на друга:

– Нет. Я его бате отдал…

– Подарил?! – отшатнулся Артем.

– Ничего я не дарил. Я ему дал, чтобы он определил у себя на работе, из чего оно сделано. Я ж говорил тебе, что бате дам. А ты где вчера пропадал? Я тебе весь вечер звонил!

– В библиотеке, – подмигнул Артем. – И такое нарыл!.. – Он решил рассказать другу про обнаруженную им связь между полярными сияниями и самоубийствами, а вот о страшной и не понятой до конца роли кольца решил пока промолчать.

Рассказ произвел на Серегу впечатление. Он даже подпрыгнул:

– Бли-и-ин!.. Точно, это сияния во всем виноваты! Погоди… – Серега замер на одной ноге. Опустил вторую и нахмурился: – Но ведь сначала они… это… того, а потом уж были сияния… Что-то наоборот все выходит.

– Да ничего не наоборот, – фыркнул Артем и поведал профессорским тоном то, что смутно помнил из своих астрономических познаний: что сначала происходят вспышки на Солнце, потом частицы летят к Земле, а уж потом появляются полярные сияния.

– Гениально!.. – хмыкнул Серега. – Не знал, что ты такой специалист в этой области. Но давай-ка для верности, уж извини, друг, у Славки еще спросим, – подал он идею, которая уже приходила в голову Артему. Славка любил такие штучки про Солнце, Луну, планеты всякие…

На том и порешили. После уроков позвали с собой отличника Славика и снова устроились на скамейке в парке. Слава, серьезный паренек в очках, даже внешне был похож на Знайку из мультфильма «Незнайка на Луне». Книжку Носова друзья, конечно, не читали, а вот мультик видели.

Знайка-Славик молча выслушал парней, поправил очки и важно заявил:

– Ну, ты прав, Артем. Заряженные частицы достигают Земли через несколько дней.

– Значит, нет связи между ними и самоубийствами? – выдохнул Артем.

– Ну, почему. Как раз, думаю, есть. – Слава вновь посмотрел на листок, заполненный вчера Артемом в библиотеке. – Частицы – они ведь не на минутку прилетают! Просто днем полярного сияния не видно. И длиться магнитные бури даже несколько дней могут. Так что все сходится. Надо, думаю, сообщить в милицию эти факты.

– Ага! – фыркнул Серега. – Будут нас в милиции слушать!

– Но у нас же факты! – потряс тетрадным листом Слава.

– Фа-акты!.. – передразнил Серега. – Не смеши. И потом, ты сам-то точно про эти сияния знаешь? Протоны, электроны… В музыкалке твоей это вряд ли изучают.

– Я читал, – важно сказал Славка. – И вообще, интересовался специально. Я ведь даже последнее сияние на видеокамеру снял.

– Да ну?! – ахнули разом друзья. – Покажи!

– Ну, пойдемте, – поднялся со скамейки Слава.


Дома у Славика никого не было, и ребята вольготно расположились на диване напротив большого телевизора. Слава включил запись и сел рядом с друзьями.

На экране заиграли сполохи. Они то переливались всеми цветами спектра, то вспыхивали какой-нибудь одной краской, то ритмично начинали мигать, пульсировать, меняя цвета и ритм. Происходящее на экране не казалось природной какофонией. Напротив, создавалось впечатление, что…

– Как музыка!.. – Артем первым озвучил то, что подспудно напрашивалось в головы ошарашенных неведомой красотой мальчишек.

– Что?! – подскочил Славка. Очки его съехали набок, но он даже не заметил этого, и продолжал смотреть на Артема так, будто тот сделал открытие. – Ты гений, Темка!.. И как же я сам-то… – Он бросился к плееру и поставил запись с начала. Потом притащил нотный альбом и, поглядывая на экран телевизора, стал рисовать в альбоме нотные знаки. Артем с Серегой не были тупицами и знали, как выглядят ноты, но Артем все-таки спросил:

– Чего это ты?..

– Не мешай, – буркнул Славка. – Я цвета в ноты перевожу.

– Как это? – оторвался Серега от буйства красок на экране.

– А вот так! – сказал Слава. – Из скольких цветов состоит спектр?

– Из семи.

– А нот сколько? – посмотрел на друзей Славка.

– Наверное, тоже семь, раз ты так спрашиваешь, – улыбнулся Артем.

– А так вы, что ли, не знали?! – Слава даже отложил нотную тетрадь.

– Да знали, знали, – отмахнулся Серега и снова уставился в телевизор. – Чего там знать-то? До, ре, ми, фа, соль, ля, си!..

– Ну, правильно, – успокоился Славка и снова взялся за альбом. – Вот я и привожу в соответствие цветам ноты. Кстати, давайте вернемся к началу, я пропустил.

Возвращались раз сорок, если не больше. Прошло уже часа полтора, как ребята пришли к бывшему однокласснику. Артем даже начал позевывать.

И тут Славка сказал:

– Готово!

Он подошел к какой-то каракатице на ножках, стоявшей в углу комнаты под черным чехлом, жестом фокусника этот чехол сдернул и явил друзьям электронный синтезатор. Слава включил аппарат, пробежался по клавишам, что-то подкрутил, настроил громкость, положил перед собой исписанный нотными закорючками альбом и заиграл.

Музыка оказалась просто завораживающей! А еще – необычайно грустной, даже трагической, но в то же время торжественной и величественной. Внезапно все смолкло. Слава поднял наполненные ужасом глаза. Они казались больше, чем линзы очков. Руки музыканта тряслись. Губы тоже.

– Ты чего?.. – ахнули Артем и Серега.

– Н-не м-может б-быть!.. – Славка замотал головой и затрясся еще сильнее. Очки слетели с носа и упали на ковер. – Эт-то же… Эт-то же «Реквием» М-моцарта!..

Артем и Серега переглянулись. И снова уставились на трясущегося Славку.

– Да перестань ты дрожать! – не выдержал Артем. – Иди пустырника выпей. Есть у вас?

– Н-не з-зн-наю, – отстучал зубами Слава.

– А чего с ним вообще такое? – Серега переводил взгляд с Артема на Славку и обратно. – Моцарт не нравится, что ли?..

– Дурак ты, Серега, – вздохнул Артем. – Ты подумай, кто этого Моцарта играл!..

– Славка… – открыл рот Серега, да так и забыл закрыть.

– Ага, – оценил реакцию друга Артем. – Вот именно!

– Так чего, блин, это сияние разумное было, что ли?! – заморгал Серега.

– Тогда уж Солнце, – хмыкнул Артем.

– Нет, вы не понимаете! – хрипло крикнул Слава и выскочил из-за синтезатора. Трястись он перестал. Резко, будто дернули рубильник. – Вы же ничего не понимаете!.. Это же рек-ви-ем!

– Рек-ви-ем, – спопугайничал Серега. – Ну, не понимаем. Так скажи!

– Это заупокойная месса, – вращая глазами, зашептал Славка. – «Вечный покой даруй им, Господи!»

– Молитва, что ли? – Серега почему-то посмотрел на Артема.

– Типа того, – пожал тот плечами.

– А Моцарт к ней музыку написал, – со знанием дела выдал Серега.

– Ха! – Подскочил к друзьям Слава и плюхнулся на диван. – Не только Моцарт. Кто только не писал!.. Берлиоз, Лист, Верди, Шнитке… еще кто-то, не помню… Дело-то не в этом! Вы подумайте только: заупокойная месса – после такого!..

– Сам же говорил, что вспышки на Солнце еще до этого случаются, – напомнил Артем.

– Но полярное-то сияние – после! И как раз над нашим городом.

– Погоди, – насупил брови Артем. – С чего ты взял, что только над нашим?

– Может, и не только, – отмахнулся Слава, – но я почти уверен, что «Реквием» показывают только нам.

– «Почти» – не считается, – вставил Серега.

– Да ладно тебе, – одернул друга Артем. – Ведь показывает же кто-то… Блин, просто мистика какая-то!.. – Он посмотрел на Славу: – А ты говоришь, в милицию!..

– Да уж, – помотал головой Славка.


Перед тем как расстаться с Серегой, Артем спросил друга:

– Когда твой отец будет дома?

– Наверно, скоро. Он до пяти работает. Но они с приятелем на рыбалку вечером собирались, с ночевкой… А тебе-то чего?

– Если застанешь, спроси у него про кольцо.

– А чего про кольцо?..

– Ну, из чего оно все-таки сделано… Слушай, и спрячь ты его подальше. И никому больше не давай. Ни в коем случае!

– А чего?..

– Да что ты заладил: чего-чего! Потом расскажу. – И Артем, махнув другу, отправился домой.

Бабушка, взглянув на часы, нахмурилась и раскрыла было рот, но Артем ее опередил:

– Мы у Славки были, музыку слушали. Он нам Моцарта играл. И вообще, хватит меня пасти! Сама вчера говорила, что мне не пять лет.

Бабушка закрыла рот и неуверенно улыбнулась. Артем попал в точку. Мама с бабушкой всегда ставили ему в пример Славика. Круглый отличник, да еще музыкой занимается! Маме-то музыка была до лампочки, а вот бабушка ее обожала. Особенно классическую. Так что на Моцарта сейчас она отреагировала соответствующе. Но все-таки не удержалась:

– Вчера библиотека, сегодня Моцарт…

– Да. А что? Взрослею, умнею.

Бабушка рассмеялась:

– Иди давай, взрослый, мой руки – и за стол! Пятый раз уже обед грею. Скоро ужинать пора.


Вечером, когда стемнело, Артем сел возле окна и, не зажигая света, просидел, наверное, целый час, глядя на небо. Полярного сияния не было. Артем облегченно вздохнул и позвонил Сереге:

– Ну, что, спросил у бати про кольцо?

– Ну… – неуверенно ответил Серега.

– И что?

– Серебро, – неохотно процедил друг.

– Ты его спрятал?

– Я его и не забирал у отца, – буркнул Серега.

– Почему?

– На фиг оно мне сдалось!.. А батя его на блесну собирался раскатать.

– Серьезно?! – заорал Артем. Ему захотелось пуститься в пляс.

– Ну да… – сказал Серега и спохватился: – А ты чего обрадовался-то? Завидно было, что у меня есть Иркино колечко?..

– Дурак ты, Серега, – засмеялся Артем. – И все равно я тебя люблю, дружище!

А потом он позвонил Ирине. Просто так. И они просто так, ни о чем, поболтали. О вчерашнем не говорили. Артем помнил про свое обещание все рассказать девушке, но он почему-то не хотел делать этого по телефону. Видимо, так же считала и Ира.

Кошмары города кошек

Подняться наверх