Читать книгу Шахматы - Андрей Дорофеев - Страница 4

Глава 1

Оглавление

Лия Ионовна не находила себе места. Опять Лиза, эта девчонка, куда-то пропала!


Уже четыре часа, как должна она вернуться после школы, а ее нет дома! Лия Ионовна кругами ходила по квартире, заставленной старой советской мебелью середины 20 века, бормотала себе под нос ругательства и в волнении била себя правой рукой по бедру.


С кухни начало попахивать жареным, и Лия Ионовна, метнувшись к сковороде, на минуту забыла про горести. Но, присев на облезшую табуретку около холодильника, снова вздохнула, подперев рукой подбородок.


Лиза, ох, эта Лиза… Что с ней делать?


Раздумья прервал дверной звонок, и Лия Ионовна, все еще держа варежку-прихватку в руке, пошла открывать, недоумевая, кто это мог бы быть. Это не Лиза – ведь у нее есть ключи.


Подойдя к обитой коричневым дермантином двери, она опасливо глянула в глазок. И, вздрогнув, трясущимися руками начала отпирать замок.


– Мама, это я, извини…


Стоявшая за дверями Лиза виновато посмотрела на маму, но мать в эту минуту всецело занимал жалкий вид дочери.


Лиза стояла вся взъерошенная. На правой щеке было пятно сырой темно-коричневой земли, на светлом пальто отчетливо был виден ржавый оттиск какого-то большого предмета. В общем же Лиза выглядела так, словно она пробежала пару километров по пересеченной местности – ноги ее были по щиколотку в той же грязи, что и пальто.


Но взгляд не был сходен с жертвой автоаварии! На лице горел лихорадочный румянец, глаза были большие и пылали, плескались каким-то странным, сильным, но нездоровым огнем фанатика. Рот приоткрыт, а красные губы словно налились кровью…


– Лиза, Лизонька, что случилось? – выдавила Лия Ионовна, тяжело присев на пуфик у входа и не сводя глаз с дочери, – Что случилось, что болит, кто это так?.. Сейчас, сейчас я вызову врача! – вдруг засуетилась она.


– Мама, не надо! Все в порядке! Но со мною такое произошло! – Лиза походила туда-сюда, сняла пальто, с сожалением взглянув на его внешний вид. Потом отбросила его на пол.


– Представляешь… Я шла из школы мимо бассейна. Там гора, а на ней строится новый многоэтажный дом. Сверху стоял башенный кран – когда я шла, он поднимал наверх на стропах огромную трубу… А внизу, мама, помнишь? Там – автобусная остановка!


Последнее Лиза прямо выкрикнула, потом вдруг вздрогнула, и из ее глаза, проложив чистую дорожку по щеке, протекла слезинка. Лиза всхлипнула и сбивчиво продолжила.


– Я иду к остановке, а на ней стоят люди, человек десять. Женщина с коляской ребенка кормит… И вдруг эта труба срывается – и медленно, словно в замедленной съемке, падает на землю!


Землю словно тряхнуло, и все, кто стоял на остановке, напряглись и растерянно оглянулись. Но никто, кроме меня, не увидел опасности! И вот, труба падает с жутким грохотом и начинает катиться к остановке… – Снова всхлип. – Она бы всех там передавила!


Это было так страшно!.. Секунду она ворочалась, сломала строительный деревянный заборчик, словно он из спичек, и покатилась, покатилась на меня и на дорогу!!! И тут… – Лиза задышала сильней и уперлась глазами в Лию Ионовну, которая и без того была в полуобморочном состоянии.


– Я не знаю, что случилось… Я вдруг, сама себя не помня, встала на месте и протянула руки к этой трубе… Ты представляешь, я не боялась в тот момент, я даже не знала, что делала, словно кто-то другой руководил мной!


Я встала – и труба влетела в меня… Я почувствовала, как она давит на меня, но не очень сильно – я в тот момент вообще сама не своя была. Не знаю, сколько прошло времени… Вдруг я понимаю, что стою, упираюсь в эту трубу, а она лежит неподвижно рядом со склоном метрах в четырех от остановки. Я руки оторвала – смотри!


Лиза подняла руки от коленей – они были без ссадин, но складывалось ощущение, что в них долго и тщательно втирали ржавчину. Ладони были буквально коричневого цвета. Лиза убрала дрожащие руки обратно и сцепила их замком на коленях.


– Мама, ты не представляешь… Я посмотрела – мои ноги оставили там траншеи в несколько метров длиной… Я упиралась ногами в землю, а ноги даже не согнулись. Я глазам не верила своим, а люди на остановке – они вообще, наверное, не поняли, что происходит! Кинулись от меня, как от чумной, клянусь! Если бы не я – они бы уже…


Лиза не выдержала и тихо заплакала, опустив голову.


Потом подняла и с неугасимой жаждой в глазах спросила, нарушая все семейные законы приличий:


– Это Бог, мама?


– А ну перестань говорить глупости!!! – Вдруг закричала на нее мать, испугавшись. – Скажешь тоже! Книжек своих начиталась новомодных! Какой тебе Бог, дуреха? Сучок там попался, вот труба и остановилась! Сучок, понятно? Бог! И думать забудь про это, слышишь! Нашлась пигалица! Начиталась своего барахла и бредит наяву. Ты меня поняла?


– Мама, мама, хорошо! Наверное, действительно сучок. Но… Я же видела эти борозды от ног! И руки вот… Смотри…


– Если я… Еще раз… Услышу от тебя этот бред, от молодой девушки, которую я считала образованной, я … – не в силах более сидеть, Лия Ионовна выскочила из комнаты.


Бедная Лия Ионовна… Ее мир рушился на ее же глазах от факта, который не согласовывался ни с чем, что ей приходилось видеть раньше.


И Лия Ионовна предпочла не видеть.


Лиза, белокурая, среднего роста девчонка с двумя веселыми хвостиками на голове, приходила со школы около семи вечера. Обычно она сама садилась за уроки, а Лия Ионовна приносила ужин на тарелке – обычную яичницу-глазунью с рисом или фаршированный перец.


Сядет Лия Ионовна с Лизочкой, приобнимет немного, чтобы не мешать той писать, и смотрит с отрадой, как она сосредоточенно читает учебник по истории или географии.


Лия Ионовна была учительницей руского языка в другой школе – не той, где училась Лиза, и имела довольно четкие взгляды на воспитание детей, их обучение и роль в жизни общества. А дочь, словно угадывая пуританские мысли матери, с детства сама читала взахлеб классиков и историю, фантастику и женские романы, эрудированностью иногда поражая не только знакомых, а и готовую к этому маму.


Это было то смутное и полное надежд время, когда в постсоветское общество начали просачиваться другие, чуждые Лие Ионовне идеи, – другой уклад семьи, иные ценности, идеи рыночной экономики, нехитрые детские приманки – жевательная резинка и игровые приставки, мультфильмы про Дональда Дака, куклы Барби.


Дочку странным образом, как очень немногих детей, миновала эта – вредная или здоровая – страсть к модным аксессуарам нового времени, несмотря на то, что ребенком она была общительным и поболтать с одноклассниками любила. Книги не стали занимать ее внимание меньше, хотя пожевать цветной жвачки и она могла. Лия Ионовна одобряла – ее это устраивало.


В будущем Лия Ионовна видела дочь учителем… Она не думала, что дочь может отказаться, или о другом нарушении ее планов – к этому не было никаких предпосылок.


И вот – чертова труба на остановке. Идиллия кончилась. Судьба заявила на дочь свои неоспоримые и безусловные права, и апелляции были неуместны.


Но и мир Лизы тоже вывернуло наизнанку! Одно дело – читать в научной фантастике Хайнлайна или Азимова о чудесах космической техники и сверхспособностей, а другое дело – видеть эти чудеса у себя под носом, в ее родном городе, произошедшие с помощью себя самой, а не мужественных героев из фильмов про войну. Почва уходила из-под ног.


Лиза приняла иное решение – не мучимая опытом жизни, не задавленная классическим образованием, подстегиваемая юношеским задором и природным любопытством, Лиза не стала соглашаться с матерью или спорить с ней, а решила попытаться сама найти выход из создавшейся ловушки для сознания.


Лиза чувствовала – это событие, его понимание и последствия изменят всю ее жизнь.


Весенний денек в городе был на редкость теплым. Лиза жила рядом с оврагом, жилой массив как бы струился в обход него, поднимался на горку, а овраг, образованный текущей в нем маленькой речушкой в два метра шириной, заканчивался заливом.


Лиза любила спускаться из квартиры летом в зеленые пущи балки, в которых серые камни во многих местах образовывали подобие стула и стола, позволяя посидеть и послушать журчание ручейка.


Сейчас она пробежала по одной из многочисленных тропинок вниз к своему излюбленному месту – камням, на которых кто-то нарисовал краской значок пацифистов, что придавало этому месту, по мнению Лизы, аромат умиротворенности и духовных свершений.


Лиза давно любила ходить в этот овражек, чуть ли не с детского сада – она и ее подружки бегали сюда играть в дочки-матери, используя камни как домики и устраивая игрушечные свадьбы. Всегда пели птички, всегда журчала речка, и полуметровый водопадик около одной из запруд радовал глаз и предрасполагал к играм.


Продолжала она ходить в овражек и после школы – почитать книги вдали от духоты квартиры, дабы погрузиться в сказочный мир идей автора и своих собственных мечтаний без соседства матери, которая со всей любовью впихивала каждодневный быт и реальность жизни в девичьи грезы.


Продолжала она, когда было тепло и не дождливо, ходить сюда и после происшествия с трубой, таская с собой книги и брошюрки с книжных развалов.


Сколько было переворошено литературы! К теме сверхъестественного Лиза относила магию, христианство, книги типа «Помоги себе сам», йогу, и даже решила прочитать однажды книгу, как бросить курить.


Перед Лизой открывался новый мир! Как бы не разнились тексты, какими бы сумасбродными или разумными ни были идеи у авторов изо всех мыслимых частей мира, одно она поняла точно – в мире есть кое-что еще, чего она не знает и что еще нужно узнать.


Одно оставалось загадкой – тот самый случай. Это понятно, что на тот момент в Лизе открылись тайные способности, вызванные просто необходимостью защитить жизнь. Телесные ли, духовные ли – неважно. Но что именно произошло? Как это повторить? Как это оттренировать? И надо ли тренировать вообще, не ко злу ли это?


В этот добрый весенний денек Лиза сбегала вниз, зажав под мышкой небольшую книжку под названием «Параллельные миры – гипотезы или реальность». Она почти села уже на свой камешек, как вдруг заметила, что вокруг что-то не так. Присела, огладелась вокруг, и через несколько секунд поняла, чего не хватает.


Не хватало журчания того самого маленького водопадика. Ругнувши про себя чертовых мальчишек, которые только и делают, по словам матери, что ломают, что под руку попадет, она решила подойти к запруде и восстановить ток воды. И вдруг заметила еще одно разрушение. Хотя… Можно ли назвать это разрушением?


По прямой линии, по направлению от Лизы к водопадику, зелень была срезана огромным, ровным и очень острым ножом. «Срез» начинался примерно пятью метрами выше места, где стояла Лиза, – даже нежные листочки вершин березок здесь не избежали этой участи, – и словно спускался метров десять, заканчиваясь в кустарнике, обрамлявшем запруду.


Лиза подошла к кустарнику, и снова чувство сказочности мягко охватило ее, тело на мгновение стало невесомым, а лесок вокруг – нереальным, словно и не здесь он был. То, что она увидела, было просто зарисовкой из той самой научной фантастики, которую она когда-то таким запоем читала. ЭТО подходило под определение «космический корабль», хотя могло быть, находясь в овраге лизиного города, вообще чем угодно с такой же степенью вероятности.


Длиной метров пять и шириной где-то в три, на земле лежала металлическая капля, отблескивая радужным сиянием там, где на нее попадали косые солнечные лучи. Лиза подошла поближе и осторожно обошла каплю с одной стороны, восхитившись ее неземными плавностью и переливами и не заметив ни одного выступа на металлической поверхности. Видимых повреждений не было. Несколько срезанных веток небрежно лежало на поверхности капли, но вот подул ветерок, и его порыв смел одну из веточек на землю. Капля не отреагировала.


Вроде бы не опасна. Лиза посмотрела на ее низ (или ту часть, которая была внизу, потому как предмет был строго симметричен и действительно имел форму вытянутой капли), и на мгновение ее сердце ушло в пятки, ноги подкосились, а внутри вдруг что-то оборвалось от ужаса перед чем-то неземным. То, что капля лежала на земле, было лишь первым впечатлением – она висела! Между ней и непримятыми травинками около водопадика был зазор сантиметров двадцать.


Лиза справилась с замешательством и решила пока не убегать. Нет никаких двигателей! Нет сопел и огненных струй, нет выступающих орудий и надстроек. Что же это такое? В привычную концепцию корабля из «Звездных войн» это не вписывалось. Это вообще никуда не вписывалось.


Пройдя еще на пару метров дальше вокруг предмета, Лиза обнаружила причину молчания водопадика – он падал теперь не на землю, а на хвост капли – беззвучно. Вода обтекала острое окончание, струилась по нему несколькими юркими ручейками, словно по маслу, и ручейками же в нескольких местах стекала на землю в полуметре от своего обычного русла.


Лиза стояла и думала, что же ей теперь делать. Ни в одной книге не было написано, что делать, если вдруг встретишься внезапно с космическим кораблем. Впрочем, Лиза отметила еще одно отличие – в нижней части корабля, ближе к земле, угадывалась линия, разделяющая текстуру материала. В одной части она была матовой, но свет отражался от нее без особого труда. В другой же стороне поверхность была более темной. И всё. В остальном предмет был однороден.


Вдруг часть корабля, что была более темной, коротко сверкнула, маленькие звездочки пробежали по ее поверхности – лишь на мгновение, – и исчезла! Перед не успевшей среагировать Лизой на зеленую земную травку вылезло, подгоняемое силой тяжести, человеческое на вид существо, мотнуло головой и встало. Лиза не нашла сил даже убежать.


Человек, молодой парнишка, был в обычной земной одежде. Лиза уже подумала было, что сорванец из соседнего класса, проходя мимо, залез посмотреть внутрь, что это такое, и нечаянно заснул. Джинсы, свитер ручной вязки коричнево-зелеными полосами, немного взъерошенные волосы, черно-белые кроссовки. Пришелец посмотрел с сомнением на Лизу и на чисто русском языке, зевнув, сказал:


– Привет! Я Ролекс.

Шахматы

Подняться наверх