Читать книгу Потерявший счастье - Анна Емцева - Страница 2

Глава 1

Оглавление

Алурия

Темнота, что окутала меня, постепенно расступалась, я начала чувствовать потоки магии, она снова была со мной, чему я была рада. Постепенно я стала приходить в себя, но это не принесло мне облегчения, так как тело сразу пронзила боль, словно меня сильно укололи, а потом боль прошла.


Ну, думаю, сначала стоит представиться и рассказать о себе. Мое имя Алурия, я маг, а если быть еще более точной, я и есть сама магия, ее воля. Думаете, это пафос? Нисколько, это факт, который я перестала отрицать уже давно и просто стала получать удовольствие от контакта с ней. Кто-то говорит, что магия выбирает людей, возможно, однако, что с того, что она есть, если ты не веришь, в себя и не можешь ею управлять? Магия не терпит пренебрежения, и в этом я тоже убедилась, только мне повезло, я быстро осознала, что не могу жить без магии и не могу долго ее не использовать. Если я не колдовала неделю то, у меня начинала подниматься температура, поэтому я всегда стараюсь опустошать свой резерв, возможно именно поэтому резерв стал у меня больше чем у других магов нашего мира, кто знает?


Меня с самого детства считали странной. Постепенно я смирилась с таким положением вещей, просто продолжая работать над своей магией и смогла познакомиться со стихиями и другими духами. Они стали моими верными друзьями, вот только сейчас они мне не очень помогут, хотя бы потому, что я не знаю где я. Собственно я находилась в каком-то шалаше, а если быть точной, в шатре, который был явно для богатых, но меня это сейчас мало волновало. Как ни странно боль прошла; я стала чувствовать себя гораздо лучше, чем до этого, потому я смогла подняться и сесть на кровати. Вначале все было хоть и странно, но понятно. Но вот когда я опустила голову и посмотрела на свое тело, я поняла, что все очень не понятно. А все потому, что не было на месте моей привычной груди 4 размера, она была плоской, как у парня, а потому я решила сразу себя шокировать и запустила руку себе между ног. Естественно то, что я там обнаружила, девушке ни коем образом принадлежать не может, потому для достоверности проверила не только на ощупь, но и посмотрела. Член, определенно, уж сие достоинство спутать сложно, особенно когда один раз саморучно, кого-то кастрировал. Кхм…


Так вот, меня осенило, что я теперь не девушка, а парень и… Хмыкнула… Мда, странная реакция, видимо мозги совсем того. Ничего потом, все потом, а сейчас стоит пойти и посмотреть, куда меня, любимую, занесло, и что за мир такой. Почему именно мир? А потому, что связь со стихиями я не потеряла, и ветер мне успел нашептать, что я не у себя в родимом крае, за что поблагодарила его, а за одно поинтересовались, где моя предполагаемая одежда, в которую я должна одеться. Лучше бы не спрашивала, потому и пошла в ночнушке, это было бы куда приличней, чем то, что было мне предложено. В том мире я не была шлюхой, тут тоже быть не собираюсь. Выйдя, я зажмурилась от яркого света, ударившего по глазам. Благо к подобному я привыкаю быстро, а потому теперь могла наблюдать за тем, как на меня смотрят солдаты, в странной одежде и оружием, но их наряд мне понравился. Попросив ветер показать мне путь к подобной одежде и найти мой размер, пошла по направлению ветерка. Оказалась я напротив сушильни или типа того. Быстро пробежавшись вдоль рядов, отыскала себе одежду и пошла, направляемая тем же ветром, к себе в шатер. Там и переоделась в кожаные штаны, что прекрасно подчеркивали теперь мою фигуру, и свободную рубашку. Пояс я нашла у себя в гардеробе, который состоял из одних рюшечек и прозрачных тканей. После чего пошла к костру, волосы я причесывать не стала, было, лень, а после того, как приземлилась, стала смотреть на огонь, а потом повернулась к мужику, который сидел и смотрел на меня внимательно, и стала его разглядывать.


– Господин Аникел, что вы здесь делаете? – А вот и имя узнали. Я посмотрела на старичка, который сверлил меня взглядом и стала его тоже рассматривать. – Ваш муж запретил вам выходить из шатра. – Оповестил он меня, на что я наклонила голову на бок и посмотрела на него с неприкрытым удивлением. Ветер быстро меня просветил, что в этом мире однополые браки в порядке вещей, а вот старик продолжал на меня зыркать.


– Пфф. – На все было ему ответом с моей стороны, и стала смотреть на огонь, словно пыталась его загипнотизировать, ну это со стороны зрителей, сама же я старалась наладить связь с духом огня. – Отойдите от огня, а то подпалит. – Дедулька ни как не отреагировал, а потому я лишь возвела очи к небу, после того, как его действительно подпалило, как бы говоря «я же говорила». После чего он ушел, а я повернулась в сторону того солдата, что сидел рядом и все это время смотрел на меня. – А кормить тут будут или мне с голоду помирать? – Как только я это сказала, мне сразу всучили тарелку с едой, ложку, салфетку, которую я положила на одну коленку и приступила к еде.


Во время трапезы, я просто ела и заодно пыталась вспомнить, что-нибудь об этих самых омегах и в сотый раз вознесла хвалу себе, потому как сама была слешером и очень любила рассказы, про альф и омег, тоже читала так, что скудной информацией я обладала. Как я успела понять, меня окружают альфы, на меня они не имеют права, раз уж я уже замужем, потому я решила не особо смотреть на них, да и не получится, так как мои волосы лезли мне на глаза, благо, что не в рот. Альфы же, перестали обращать на меня внимание и стали есть и переговариваться о чем-то своем, впрочем косые взгляды на меня были, а еще было пара фраз о том, что сегодня будут стричься. На что, я взяла локон своих волос и покрутила их в своих руках, ведь мне тоже не мешает укоротить свои волосы.


Больше я ни чем не занималась разве, что прошлась по лагерю, получила недовольно-презрительные взгляды Малира, а еще за мной все время ходил альфа, видимо он был поставлен ко мне в качестве телохранителя. Впрочем, я не обращала на него внимания, хоть и ходил он с кислой миной и следил за каждым моим движением. Зато что происходило, когда я подошла к парикмахеру местного разлива и взяла у него нож, стала срезать свои волосы. Никогда не любила слишком длинные патлы, они меня всегда раздражали, а потому сначала срезала по плечи, а потом попросила ветер срезать помочь мне с симметрией. К концу моей работы, у меня была пострижена косая челка, которая хорошо подчеркивала черты лица моего нового тела, а оставленные короткие пряди хорошо обрамляли лицо, поэтому своей женственности я не потеряла ни на грамм. Альфы, которые наблюдали за этим сидели слегка пришибленными, как и мой надзиратель, которого я потом посадила на место предыдущего и, посмотрев на его черты лица, приняла решение спокойно резать волосы.


– Я собираюсь их остричь совсем коротко. Можно? – Альфа посмотрел на меня странно. – Негоже скрывать такое мужественное лицо, тебе больше прическа «ежик» подойдет. – На что мужик просто хмыкнул, и я приняла это за одобрение, под корень срезала всю шевелюру и выкинула их в огонь, мужчина поежился, но потом сидел ровно. Все остальные пряди я аккуратно срезала, подравняла и уложила, после чего нашла у парикмахера специальный бальзам фиксатор и, уложив его волосы, отошла любоваться творением, которое мне понравилось. Оказалось, что под этой шевелюрой он прятал шрам на лице, который теперь красил его, а не уродовал. – Так гораздо красивее. – И подала ему зеркальце, в которое он смотрелся до неприличия долго, но потом кивнул мне одобряюще. После чего я со спокойной душой ушла к себе в шатер и вырубилась там, где легла.

Акенер

Моя работа телохранителя омеги, меня немного раздражала, защищать этих плакс и хлюпиков, мне было противно, но против приказа хозяина я пойти не мог, а потому старался не подводить его. Аникел, который стал мужем нашего господина, был как раз из тех, кого я ненавидел, слишком покорный, слишком послушный, слишком прилежный. Он все время всего боялся, а еще был просто ослеплен любовью к господину и от того становился его более жалким потому, что сам господин его на дух не переносил. Но этот омежка ничего не говорил и терпел все издевательства над собой, только и делал, что надеялся на взаимные чувства. В этот раз все было точно так же, господин просто изнасиловал его, а он потом 2 дня не выходил из шатра, и я думал, что в этот раз он будет сидеть там дольше, но нет. Сегодня он вышел из шатра, как ни в чем не бывало, но было с ним, что-то не так. Ну, начнем хотя бы с того, что Аникел всегда причесывался перед выходом, никогда не выходил в ночнушке и уж тем более не ходил босяком. Хотя, наверное, это все мелочи, по сравнению с тем, что он надел простую солдатскую форму, которую забрал и, как потом выяснилось, ему очень подходит.


Странности на малом не закончились. Какого было мое удивление, когда он проигнорировал отца господина, да еще и так, словно знать не знает этого человека. Что касается всего остального, то я был растерян тем, что он вообще стал есть с нами, словно так было всегда, а потом весь день просто ходил и смотрел все подряд. Все это напоминало ребячество, он как маленький, рассматривал абсолютно все и хотел взять потрогать, наши парни в сторонке хихикали, но Аникеля это совсем не заботило. Дольше всего он смотрел на парные одноручники, и было видно, как он хочет к ним прикоснуться, потому как блестели его глаза. Но, наверное, самое странное было то, что он все время молчал, а когда некоторых новичков стали стричь, так сказать боевое крещение, он тоже постригся и теперь его патлы, не касались земли. Волосы он обрезал по плечи, сделал себе замысловатую челку и обрезал короче, чем все остальные волосы впереди, после чего посадил и постриг меня. И мне понравилось. Шрам, который я всегда пытался скрыть, думая, что он уродует мое лицо, сейчас придавало всему образу, какой-то шарм. Долго он конечно себя не рассматривал, но успел понять, что выглядит вполне себе ниче, а потом отправился спать со спокойной душой


Следующий день был еще более странным, хотя бы потому, что омегу, мы не нашли на положенном месте, а именно в шатре, зато нашли его бегающим вокруг лагеря, причем резво так бегающего. Он выполнял какие-то упражнения, совсем не обращая на нас внимания, похоже это было, что-то из разряда растяжки и легкой атлетики, потом отжался раз 20, что для него это было чем-то из ряда вон выходящее. Но как оказалось это все были цветочки по сравнению с тем, что он стал вытворять потом, его движения были похожи на танец, но очень смертоносный, хоть и прекрасный, такой грации хищника, наверное, нет ни у кого из наших бравых солдат. И все это продолжалось ровным счетом до тех пор, пока нас не позвали на завтрак, на который он пришел в штанах и полотенце на плечах, сушил волосы.


Пока мы ели, я все ни как не мог понять, что не так, я явно упускал что-то важное и только когда сел рядом с Аникелем, я понял запах, запах омеги, который раньше он источал ярко и ощутимо, сейчас почти не чувствовался. Я скажу даже больше, он изменился, к нему прибавилась горчинка, которая есть в запахе только у альф, спросив у соседа, тот принюхался, а потом уставился как-то удивленно и кивнул. Но это еще не все, видимо сегодня, он нас решил довести до инфаркта так, как все, же взял те два меча, на которые положил глаз и встал в странную стойку.


В это время, все альфы собрались на тренировочной поляне и стали ждать, когда тот ошибется, но этого не случилось, потому, как Аникел легко наносил невидимому противнику удары, было видно, как он ставит блок, как уворачивается и вот уже перед нами стоит картинка со сражением омеги с противником. Поистине завораживающее зрелище.


– Аникел, а где ты научился так управлять оружием. – Парень, немного постоял, словно думал, что ответить, а потом выдал. – И почему раньше не занимался.


– Я научился этому еще у себя, но этого никто не знает в моей семье. – Сказал он, с серьезным лицом. – А не тренировался, я потому, что любовь в голову ударила, и я совсем позабыл о тренировках. – Этот ответ удивил многих, все же у нас уже сложилось впечатление о его легкомысленной натуре.


– А что изменилось сейчас? – Спросил Сенгел, который сидел по левую руку от меня, с прищуром.


– Ничего, просто за эти два дня, я вспомнил, что на моем муже свет клином не сошелся, если ему не нужны мои чувства, что ж так тому и быть. – Сказал он, тяжело вздохнув. – Хватит, наплакались и налюбились, настрадались, ему не нужно, ладно, я буду любить, молча, тихо, гордо и незаметно. Пора вспоминать, кто я есть. – После чего ушел к себе, а мы переваривали информацию.


– Я хочу на все это посмотреть, поэтому не буду говорить господину об изменениях. – Мы все его поддержали. – Да и таким он мне больше нравится.


После того разговора, во время ужина мы больше не поднимали тему о муже, Аникел смог подружиться со всем нашим отрядом и стал даже частью нашей компании. Часто засыпал прямо у костра, свернувшись клубочком рядом с кем-то, или растягивался прямо там звездочкой, и спал абсолютно с невинным выражением лица. В прочем было во всем этом нечто странное, когда он спал рядом с костром, он никогда не затухал и грел как печка, но не обжигал, ветер, не смотря на довольно холодное время года, был теплым и ласкал собой всех. Однако когда приходила опасность, ветер становился колючим, обжигающе холодным, и мы стали прислушиваться к таким переменам, ведь это спасло нам жизнь целых четыре раза. Как оказалось, паренек знал многое, даже такое чего мы сами не знали, и часто развлекал нас шутками, от которых мы смеялись до колик в животе. Но все когда-нибудь подходит к концу и все закончилось именно в тот момент, когда в лагерь вечером вернулся его супруг.

Аникел

Все то, время до приезда моего «мужа», которого я сразу же после увиденного окрестила, тварью и монстром, хотя он был симпатичным и даже красивым, если бы не воспоминания предыдущего владельца я бы, наверное, влюбилась, я провела более чем приемлемо. За мной наблюдали, как за странным экзотическим зверьком, было понятно, что такое поведение для омеги не приемлемо, но они не пытались показать свое превосходство, как делали это поначалу, что мне несказанно нравилось. За каких-то 7 дней, я смогла подружиться со всеми альфами и зарекомендовать себя весельчаком и, в общем, хорошим парнем. Мы легко шутили, общались и они честно признались, что поначалу считали меня бесхарактерной шлюхой, естественно за такое определение я им всем мозги промыла.


– Какое вы, имеете право осуждать нас, омег, за то, кем мы являемся и называть нас шлюхами? – Сказала я после того, как врезала одному из них и посмотрела с угрозой, между прочем все уже знали, что если я хочу, то врежу больно и ощутимо. – Мы не виноваты, что нас такими сделала природа, если вы не знаете, то сообщаю, большинство из нас просто ненавидит, и отвергают свою природу, в прочем я вам буду примером. Некоторые омеги даже мысли не допускают о том, чтобы лечь под альфу, им просто противно, я тоже тому пример. И не смотрите на меня с таким удивлением, до того, как я встретил мужа, я всячески отвергал свою природу или вы думаете, я просто так за мечи взялся? Надеюсь, мы больше не будем затрагивать эту тему, запомните, быть омегой нелегко, особенно если ты достаешься мужу садисту, который ни в грош не ставит твои чувства, а потом ему еще и ребенка выносить надо. Наденьте на себя пятикилограммовый доспех и походите с ним 9 месяцев, и вы поймете каково это. Только если доспех можно снять, то собственный живот невозможно, а с ним приходится еще и спать. Боже, как подумаю обо всех этих муках беременности мне убиться хочется, а еще этот гребаный токсикоз, когда тебя рвет буквально от всего, что видишь, ешь и нюхаешь. Или эти перепады настроения, когда ходишь, как оголенный нерв и вечно кидаешься из крайности в крайность, это тоже, знаете ли, не самое приятное, особенно когда нагрубишь и понимаешь потом, что ты был не прав и мучаешься, что сволочь эдакая. – После такой беседы, все прониклись, ну или призадумались и не стали больше поднимать эту тему, зато стали спрашивать совета, как им понравиться мужу и все такое прочее. В общем, жизнь текла своим чередом, пока в один прекрасный вечер в лагерь не пожаловал муж, на которого даже не посмотрела, надо, кстати, и думать начинать в мужском роде, а то, я так как-нибудь проколюсь.


Этот вечер был таким же, как и обычно ровным счетом, до того момента, пока ветер не принес мне вести о том, что мой «муж» возвращается. У меня от такой новости настроение сразу упало, что заметили и все остальные.


– Аникел, все в порядке? – Я посмотрела на одного из командиров, и тяжело вздохнув, помотал головой.


– Муж скоро приедет, мне ветер нашептал. – Кстати такую мою особенность они тоже заметили и некоторые все порывались спросить, что-то, но каждый раз замолкали. Огонь услышав мои слова, всколыхнул столбом, обдавая жаром, а я выставила руку вперед, и он стал ластиться ко мне своими язычками пламени. Все кто был у костра, смотрели на это с удивлением и восхищением.


– А как ты это узнал и что такое с огнем в последнее время творится? – Я подняла на них глаза, а сама стала гладить огонь, подойдя к костру.


– Расскажу, если вы мужу не скажете. – Все как по команде кивнули. – Вы что-нибудь знаете о магии? – На меня странно посмотрели и Акенер, мой телохранитель альфа, подал голос.


– Да, у нас есть маги, но они только альфы. – Я подняла вопросительно бровь, а потом постучала по дереву.


– Идиоты, омеги, вот родоначальники магии. Именно омеги обучили альф преобразовывать силу природы, давать ей форму и контролировать ее структуру. – Сказал я, чем удивила многих. – Дело в том, что вы, альфы, привыкли во всем быть сильными и, главное, первыми. Ваша гордыня, заставила вас сделать так, что весь мир теперь считает, что именно альфы были первыми и единоличными магами.


– Но это не так. – Поддержал разговор альфа, на что я кивнула.


– Не смотря на то, что мы омеги хрупкие и очень ранимые, мы так же еще и сильные, не физически, нет, духовно, мы способны выдержать все тяготы жизни, мы способны простить и понять. Мы можем прогнуться под этим миром, можем подчиниться, но мы не сломаемся, мы просто перечеркнем и переступим боль и предательство и будем жить дальше. – Меня слушали и молчали, молча впитывая знания. – Раньше, омеги были наравне с альфами, мы сражались бок о бок. Мы не придавали значения предрассудкам. Отношения были такими, которые сложились между нами сейчас. А течка и все остальное – это просто небольшая плата за силу. Вообще омеги и альфы очень гармонируют друг с другом, и очень хорошо дополняют, если так присмотреться. Так вот, к чему я все это веду? Если говорить о магии, как о чем-то одухотворенном и физическом, земном, то я буду магией. – На меня посмотрели, подняв бровь, как бы спрашивая, а не зазнался ли я. – Не стоит так на меня смотреть, я не виноват, что чувствую магию и что не могу и дня прожить, чтобы не опустошить свой резерв. Для меня это такая же необходимость, как пить, есть, как течка или как влечение альфы к омеге. Ведь это все естественно, мы зачастую не задумываемся над этим и не задаем вопрос: «А почему именно так, а не по-другому?». Вот я, думал, правда, вопросы такие приходят ко мне ночью и особой оригинальностью не отличаются.


– Например? – Спросил, кто-то и я задумалась, а потом вспомнила один из таких вопросов и мое бредовое размышление.


– Акенер, помнишь, пару ночей назад, ты заглядывал ко мне, потому, как я истерично смеялся? – Он кивнул, а у меня улыбка растянулась по всему лицу. – Так вот, я тогда проснулся с совершенно бредовым вопросом: «Почему небо голубое? – На меня посмотрели со смешинкой в глазах. – Что? Я серьезно, проснулась, и у меня в голове образовался этот вопрос, ведь и в самом деле небо ведь может быть и фиолетовым и красным и серо-буро-козявчитым-какашчатым. – После этого предложения раздался смех. – Не самое главное после всего этого я еще с пофигизмом, вопросом задался: «Какого Х?» и повернулся спать дальше, только меня на смех пробило. – Собственно всех остальных пробило на смех сейчас и некоторые уже катались вовсю. – Так на чем я остановился? Так вот, я не говорю, что я всемогущ, нет, но я могу разговаривать с духами стихий, я могу создать заклинание, не думая над формулами и всей остальной дребедени, мне просто нужно представить то, что я хочу и все.


– А как ты общаешься со стихиями. – Я посмотрела на них вопросительно, а потом задумалась.


– Ментально, наверное. Я никогда не задумывался над этим, они просто понимают меня, а я их. – После чего я остановился и, посмотрев в лес, прищурилась. – Муж, через 20 минут тут будет. Боже на мне лежит самая тяжелая задача из всех, что когда либо. – Все глянули на меня. – Мне нужно сдержаться, чтобы не убить, не изнасиловать мужа раскаленной рукоятью меча. А еще сделать так, чтобы мы виделись в пределах лагеря редко. И он не увидел изменений в моем поведении. Нафиг его, я буду мстить, коварно и беспощадно. Бугагагагашечки, бугага, бойтесь злых хомячков. – И снова по всему лагерю прошлась волна смеха, но вскоре мы все приняли самый безучастный и серьезный, мне только все время смеяться хочется. – А что там, мой муж говорил, про меня, как про шлюху? – Я посмотрела на них самой кавайной мордочкой, на которую вообще возможна. А потом сделала дьявольскую улыбку, потирая ручки уже предвкушая веселие. – Да начнется развлечение!


Естественно после этих слов, я подсела к одному альфе, который был не прочь поставить зазнавшегося мальчишку на место и обнял меня за талию. Впрочем, никто ко мне как к потенциальному любовнику не относился, скорее, как к младшему брату-омеге или вообще, как к сыну, о котором нужно заботиться. Естественно увидев это, муж разозлился, а я даже не удостоила его своим вниманием, только отметила его красоту, которая исказилась гневом, но он видимо был слишком уставшим поэтому пришли к выводу, что сегодня разбора полетов не будет. Собственно дальше будет ли интересней, конечно я предупредила, что ни о каких тренировках речи быть не может и все согласились я все равно в хорошей форме. В прочем у меня сейчас будут другие заботы, нежели это.

Потерявший счастье

Подняться наверх