Читать книгу Три красавицы на одну ночь - Дарья Калинина - Страница 4

Глава 4

Оглавление

Леся этим вечером решила покрасить голову. Обычно собственными силами она за такую процедуру браться не решалась и поручала свои драгоценные волосики исключительно рукам профессионалов в лучших салонах города. Но на завтрашний день у нее уже были запланированы дела. И до назначенного Абдулом часа их свидания она решительно не успевала забежать в салон красоты. Не говоря уже о том, что запись там была за неделю вперед.

«Нет, неделю я ждать не могу, – решила Леся, разглядывая в зеркало свою слегка потемневшую макушку. – Этак и вовсе запустить себя недолго».

И хотя Леся и от природы была блондинкой, но все же цвет ее волос нуждался в регулярном оживлении. Коробочка с нужным тоном была у Леси куплена заранее. Процедура была ей хорошо известна. Поэтому девушка решила, что справится и своими силами. Однако, распаковав коробку, она призадумалась.

Был в жизни Леси один печальный эпизод на заре ее туманной юности. Тогда она, правда, решила стать брюнеткой. Что из этой затеи получилось, вспоминать не хотелось. Хорошо еще, что Леся жила тогда под одной крышей с мамой. И та сумела отчасти спасти ситуацию, закрасив оставшиеся светлые пряди на голове Леси смесью басмы и хны, которые ей удалось в одиннадцать часов вечера, когда все магазины были уже закрыты, раздобыть у соседей.

«Вот вам преимущества жизни одинокой девушки, – пожалела саму себя Леся. – Даже волосы покрасить и то некому. А был бы у меня муж…»

И тут Леся всерьез задумалась о том, что было бы, если бы у нее в самом деле был муж. Стал бы он красить ей волосы? По какой-то причине Леся в этом сильно сомневалась.

«Позвоню Кире», – решила она в конце концов и набрала хорошо знакомый номер.

Кира еще не спала. Выслушав подругу, особого восторга она не проявила. Но прийти и помочь согласилась.

– На дворе полночь, а ты волосы затеяла красить, – слегка попеняла она Лесе, шагнув в ее квартиру.

Леся принялась объяснять, почему она никак не успевает в салон красоты, но Кира ее решительно перебила.

– Давай за дело! – скомандовала она. – А то за разговорами и до утра не управимся.

Она старательно намазюкала голову подруги краской, которая была консистенции хорошего крема и никуда стекать с волос не собиралась. Удостоверившись, что краска ведет себя прилично, подруги присели на диван и принялись ждать. Телевизор или музыку они не включали. И даже разговор не клеился. Они просто сидели в тишине и ждали, когда возьмется краска.

– Ой! – вздрогнула Леся, когда в ночи внезапно раздался телефонный звонок. – Кто бы это?

– Возьми и узнай, – предложила ей Кира.

Леся осторожно поднесла трубку к уху. Почему-то ее томили предчувствия, что ничего хорошего от этого звонка ей ждать не придется.

– Алло! – закричала дурным голосом трубка. – Алло! Это я – Аня!

– Кто? – изумилась Леся.

Среди ее близких подруг не было девушки с таким именем. Знакомые Ани, разумеется, были. И сейчас Леся судорожно пыталась вспомнить, кто ей может звонить. Голос звонившей ей сейчас Ани она решительно не узнавала.

– Аня! Аня! – нетерпеливо повторила собеседница. – Ну, мы с вами вместе с Азизом и его приятелями сидели! Ты мне еще свой телефон дала! Помнишь?

– Ах, Аня! – воскликнула Леся, поняв наконец, с кем говорит.

– Кто там? – прошептала снедаемая любопытством Кира.

– Это Анька! – прикрыв ладонью трубку, ответила Леся. – Та самая, которая тоже с компанией наших арабов тусуется. Ее сегодня как раз не было.

Кира согласно кивнула в знак того, что поняла. А Леся снова вернулась к разговору с Аней.

– Ты где? – спросила она у нее. – Мы о тебе волновались.

– Не знаю! – как-то нервно ответила та. – Не знаю, где я. В каком-то доме. Слушай, ты можешь за мной приехать?

– Что? – удивилась Леся, машинально пощупав свою голову. – То есть… Конечно, могу. А ты где? – повторила она свой вопрос.

– В том-то и дело, что я не знаю, – сказала Аня.

– Как это? – удивилась Леся. – Ну хотя бы примерно.

– Понимаешь, тут такое дело, что я не помню, как тут оказалась, – ответила ей Аня. – Проснулась и вижу, что я в чужом доме.

– Совсем чужом? – насторожилась Леся.

– Ни хрена не понимаю, – подтвердила ей Аня. – Мы с Саидом встречались. Выпили, естественно. Но немного. Однако я быстро вырубилась. А сейчас проснулась и сама не знаю, где я.

– А Саид?

– Его нет, – ответила Аня. – Тут вообще никого нет. Верней, открыты только три комнаты на втором этаже. Вниз я не спускалась, дверь туда закрыта.

– Выгляни в окно, – предложила ей Леся. – Может быть, тогда быстрей сориентируешься.

Судя по звукам, Аня послушно двинулась к окну.

– Какой-то поселок, но не близко, – сказала она. – Дорога. У дороги стоит рекламный щит с подсветкой. Сигареты «Винстон» с мужиком в красной клетчатой рубахе и с лассо в руках. И на лошади.

– Понятно, ковбой, – заключила Леся. – Он нам не поможет. Такой рекламы пруд пруди повсюду. Что еще?

– Слушай, позвони Абдулу, – быстро сказала Анька. – Может быть, он знает, где Саид?

– А ты сама? – удивилась Леся. – Почему не позвонишь Саиду?

– Да я ему звонила уже сто раз! То ли у него трубка разрядилась, то ли он ее сам отключил, но я не могу до него дозвониться! И Наташка трубку не берет. Леся, я больше никого из приятелей Саида телефонов не знаю. А вы с Абдулом вроде бы общаетесь.

– Общаемся, – машинально подтвердила Леся. – Постой, а ты сегодня встречалась с Саидом?

– Да, – нервозно произнесла Аня. – Конечно.

– Но ведь… – недоуменно начала Леся, собираясь сказать, что они сегодня вечером видели Саида, но он ни словом не упомянул о том, что встречался или собирается встретиться со своей подружкой.

Однако Аня ее перебила.

– Постой! – воскликнула она. – Тут кто-то приехал.

– Ага, – согласилась Леся. – Пойди посмотри. Только трубку не клади.

Аня куда-то отошла. Потом послышался звук голосов, потом сдавленный крик, от которого у Леси замерло сердце и похолодело в животе, а затем в трубке раздался какой-то шум, словно шорох шагов, и связь прервалась.

– Что такое? – встревоженно посмотрела на подругу Кира. – На тебе лица нет. Что тебе сказала эта Анька?

– Кира, – судорожно вздохнула Леся. – Кира, они ее убили!

– Что? – ахнула Кира. – Что ты говоришь? Леся! Да что с тобой?

Она подскочила к подруге и встряхнула ее за плечи, не обращая внимания на краску, которая, даром что фирменная, полетела с волос во все стороны. Но Леся даже внимания не обратила на это безобразие. Она таращилась на Киру совершенно безумными глазами, в которых плескался страх.

– Кира, она что-то мне кричала!

– Что кричала?

– Спасите! – с ужасом уставившись на Киру, произнесла Леся. – Кажется, она кричала «спасите» и еще «помогите»! А потом наступила тишина. И трубка отключилась!

– Чушь! – выкрикнула Кира, не желая признаваться, что и у нее от слов Леси по телу пробежал озноб. – Мало ли почему связь прервалась. Анька цела и невредима. Перезвони ей!

– Точно! – обрадовалась Леся такому простому решению. – Сейчас. Где тут у меня ее телефон записан?

Телефон нашелся не сразу. Но в конце концов все же нашелся, и Леся поспешно набрала номер. Увы, в трубке сначала звучали длинные гудки, а потом звонок сбросили. Леся повторила попытку, но на этот раз выяснилось, что трубка Ани просто отключена. Леся плюхнулась на диван, чувствуя себя хуже некуда.

– Анька пропала, – произнесла она наконец. – Кто-то вернулся за ней в тот дом, где она была. Вернулся, увидел, что девушка уже очнулась, озверел и прикончил бедняжку!

– Что ты говоришь? – возмутилась Кира. – Зачем столько возиться, чтобы потом ее просто убить? Если бы этот тип хотел убить Аньку, он бы это сделал, когда она спала.

– Да, верно, – кусая губы, согласилась с ней Леся. – Но почему она тогда кричала: «Спасите! Помогите!» А потом ее трубку отключили? Кто отключил?..

– Могла и сама Анька ее отключить, – предположила Кира. – А кричала, ну… просто дурачилась.

– Нет, – решительно покачала головой Леся. – Она не дурачилась. Она в самом деле была напугана до чертиков.

Кира помолчала, судорожно пытаясь что-то сообразить.

– Вспомни, что тебе еще сказала Аня?

– Не знаю!

– Зачем звонила?

– Она… она просила, чтобы я позвонила Абдулу! – вспомнила наконец Леся.

– Зачем?

– Хотела, чтобы я у него узнала, где Саид, – ответила Леся.

– А он ей зачем понадобился?

– Вроде бы она с ним была, – ответила Леся. – До того как оказаться в этом незнакомом доме.

– Так чего ты ждешь? – возмутилась Кира. – Звони Абдулу! Пусть отвечает, что его приятель сделал с Анькой!

Леся дозвонилась до страшно обрадовавшегося ее звонку Абдула. Но Леся тут же его разочаровала, сказав, что ей нужен не он, а Саид, и причем срочно.

– Но почему ты хочешь его видеть? – с обидой поинтересовался у нее Абдул. – Ведь это я с тобой встречаюсь. Разве нет?

– Ты, ты! – поспешно заверила его Леся. – Но сейчас мне нужен Саид! Где он?

– Не знаю, – помрачнел еще больше Абдул. – Я ему не нянька! Скажи, что ты от него хочешь?

– Уж не любви, это точно! – вспыхнула Леся, поняв наконец, что за мысли бродят в голове у ревнивца Абдула. – Мне надо знать, куда он дел Аньку.

– Аню? – изумился Абдул. – При чем тут Аня? Зачем она тебе?

– Он с ней сегодня встречался! – воскликнула Леся и в нескольких словах передала Абдулу содержание своего недавнего разговора со звонившей ей Аней.

После этого Абдул наконец поверил, что Саид Лесе нужен совсем не для того, о чем он подумал. И как ни странно, снова обрадовался.

– Я сейчас все выясню! – пылко пообещал он Лесе. – И тебе позвоню!

Но позвонил Лесе вовсе не Абдул, а сам Саид. И как раз в тот момент, когда Леся отправилась смывать с волос краску. Поэтому трубку взяла Кира.

– Саид, она не может подойти, – объяснила она парню. – Она в ванной. Скажи мне!

Кира внимательно выслушала сбивчивый монолог Саида. Говорил он по-русски не вполне чисто. А сейчас и вовсе некоторые слова путал, некоторые комкал, другие и вовсе опускал. Но в целом рассказ его был Кире понятен. Да, Саид встречался сегодня с Аней. Девушка много выпила, слишком много. И он, будучи джентльменом, отвез ее домой, чтобы она выспалась и пришла в себя. Потом он поехал к друзьям и больше сегодня Аню не видел и не слышал.

– Где она? – растерянно допытывался он у Киры. – Почему она не у себя дома?

Если бы Кира это знала!

– Откуда она звонила? – надрывался Саид. – Что с ней?

– Ты помнишь домашний адрес Ани? – вместо ответа спросила у него Кира.

Саид помнил. И тут же назвал его Кире. Домашний телефон у Ани тоже был, но сейчас не отвечал. Что было довольно странно, так как жила Аня со своей мамой, которая не работала и даже днем сидела дома. А уж сейчас, среди ночи, и вовсе должна быть дома.

Когда Леся вышла из ванной комнаты с замотанной в огромное розовое махровое полотенце головой, ее встретила необыкновенно хмурая Кира.

– Собирайся! – велела она ей. – Поедем!

– Куда? – изумилась Леся, краем глаза взглянув на часы.

Они показывали половину первого ночи.

– Куда в такой час? – повторила свой вопрос Леся.

– Поедем к Ане домой, – сказала Кира. – Чует мое сердце недоброе.

– Но у меня голова, – растерялась Леся, – мокрая.

– Высуши, – снизошла Кира. – Высуши, и поедем!

И, схватив фен, она подступила к Лесе.

– Все просто отлично прокрасилось, – невольно отметила она, хотя мысли ее были заняты совсем другим.

Пока Кира сушила подругу, в голове у нее сформировался план.

– Саиду о том, что мы поедем к Ане, не говорить, – распорядилась она, когда подруги выходили из своего дома.

А на робкий вопрос Леси почему, так глянула на нее, что у Леси пропало всякое любопытство.


Аня жила на «Академке». Не то чтобы уж совсем окраина, но уж точно не центр. Впрочем, до метро «Академическая» от ее дома было две троллейбусные остановки или десять минут пешком. Ночью, разумеется, подруги воспользовались Кириной «десяткой».

Машина была настоящее чудо. Неприхотливое и покладистое. Она служила Кире и Лесе верой и правдой уже год. Несмотря на дружные уверения всех общих знакомых, которые в один голос твердили, что «десятка» должна, просто обязана развалиться на части уже в первые же несколько дней эксплуатации, та почему-то до сих пор не потеряла ни одного винтика.

Вот и сегодня подруги, запрыгнув в теплый салон, с облегчением вздохнули. Как все-таки хорошо, что у них есть собственное средство передвижения! К тому же успевшее за этот год стать им таким родным.

– Как чувствовала, ничего сегодня не пила в кафе, – произнесла Кира, когда на безлюдной ночной дороге их остановил «фокусник» с полосатой палочкой, и тут же встревоженно добавила: – Как думаешь, тот табак, который мы курили в кальяне, он успел пропитаться коньяком?

Проверив у девушек документы, гаишник неодобрительно пробормотал что-то в том духе, что порядочные люди по ночам спят, а вот шалавы всякие мотаются, никакого от них покою, да еще машины новые себе покупают.

– У нас подруга пропала! – возмущенно произнесла в ответ Кира. – Мы ее ищем!

– Вот, а я что говорю! – почему-то страшно обрадовался гаишник. – Дома, девки, сидеть надо. Детей рожать. А не по городу по ночам шастать!

– Ну, не получились у нас пока дети, – отдавая должное его справедливым укорам, развела руками Кира.

– Да бросьте вы чушь городить! – неожиданно вспылил гаишник, который, видимо, в часы своего дежурства старательно предавался размышлениям о плачевной демографической ситуации в стране. – Чему там не получаться-то! Раз, и готово! И знаете что, вы прямо сейчас и езжайте к своим мужикам.

– Хорошо, – покорилась своей участи Кира, решив не спорить. – Мы можем ехать?

– К мужикам, – вполголоса пробормотала Леся так, что услышала ее одна Кира, и уже погромче добавила: – Чтобы детей с ними делать!

Кира испепелила подругу взглядом. Но гаишник ничего не расслышал. Он был занят тем, что снова что-то втолковывал Кире. С трудом получив у него назад свои документы, Кира поспешно затрусила к своей машине, сопровождаемая недовольным бурчанием гаишника:

– Дома сидеть по ночам надо, детей воспитывать, мужей обихаживать, а то все шляются и шляются, на свою голову!

У Ани дверь подругам никто не открыл. Они звонили и звонили, но все без толку. И когда уже начали сомневаться, правильный ли адрес им назвал Саид, который, что ни говори, изъяснялся очень уж невнятно, должно быть, пьян был сам изрядно, дверь соседней квартиры открылась и оттуда появилась зверская небритая физиономия.

– Ну! – гаркнула физиономия. – Чего вы тут трезвоните?

– Нам бы Аню, – вспыхнула Леся, не терпящая грубости.

– Вы хоть на часы смотрели?! – не унимался сосед. – Какая вам Аня? Спит девка давно!

– Ой, значит, она тут живет? В вашей квартире? А мы и не знали! – обрадовалась Леся, а мужик от злости, похоже, на некоторое время лишился дара речи.

– Так вы такой трезвон устроили, людей перебудили, а сами даже не знали, тут ваша Анька живет или где в другом месте? – грозно насупился он, когда к нему все же вернулась речь. – А ну! Проваливайте отсюдова! Слышьте, а то я сейчас штаны натяну, выйду да по шее вам накостыляю!

После этого подруги ушли. Вступать в рукопашную с этим типом им не хотелось. А ну как соврет и выйдет прямо так, как есть, без штанов? Очень им нужен такой стресс!

Но не успели девушки подойти к дверям лифта, как они открылись и оттуда появилась высокая грузная пожилая женщина с каким-то помятым опухшим лицом и простой стрижкой на коротких бесцветных волосах. Женщина волокла в обеих руках по огромному фирменному пакету из соседнего супермаркета. Они были набиты под завязку продуктовыми коробками, кульками, консервными банками и прочими съестными припасами.

– Уф! – тяжело выдохнула она, изумленно глядя на подруг.

Кира попыталась просочиться мимо тетки к лифту, но вышло это не очень ловко. Он зацепила пакет в руках женщины, ручки его вырвались, он упал, и из него во все стороны покатились румяные краснобокие яблоки.

– Ой, извините! – вспыхнула Кира. – Я нечаянно! Я сейчас все соберу!

Тетка от ее помощи не отказалась, отнесясь к событию спокойно.

– Да ладно! – отмахнулась она. – Я уж пришла! Не страшно!

Кира уже собрала все яблоки и сложила их в прозрачный полиэтиленовый пакетик.

– Сама виновата, надо было мешок завязать, а я поленилась, – сказала женщина, с благодарностью принимая свои яблоки и укладывая их обратно в сумку.

После этого она тяжело прошлепала прямиком к той самой двери, куда только что безрезультатно пытались дозвониться подруги. А когда тетка начала ковырять ключом в замке, подруг осенило.

– Постойте, так вы Анина мама? – первой воскликнула Леся.

Женщина замерла, как была, с ключом в руках.

– Да, – ответила она наконец. – Анька – моя дочь. А что с ней?

В ее глазах мелькнула тревога. А по полному нездоровой одутловатостью лицу разлилась бледность.

– Ничего страшного! – торопливо произнесла Кира, решив, что нельзя пугать явно больную женщину раньше времени. – С ней все в порядке. Просто мы собираемся ехать сегодня за город. А ночи стоят холодные. Вот она и попросила нас зайти к ней домой и взять какой-нибудь свитер.

– А-а, – казалось, слегка успокоилась женщина. – Проходите!

Девушки помогли ей внести сумки и вошли следом за хозяйкой. В квартире было грязновато. Очевидно, по нездоровью старшая хозяйка не слишком обременяет себя наведением чистоты в доме. А Анька небось слишком занята своими амурными похождениями, чтобы следить за порядком.

Звали Анькину мать Альма Федоровна. И она уже, как сообщила подругам, третий год не работала, имея вторую группу инвалидности в связи с заболеванием почек и гипертонией.

– А чего Анька сама за вещичками не приехала? – спросила у них Альма Федоровна, устроив свои покупки на крохотной кухоньке, заставленной громоздкой старомодной мебелью.

– А мы живем тут рядом, – быстро соврала ей Леся. – Вот она и попросила заглянуть.

– Что за поездка-то хоть? – посмотрела на нее Альма Федоровна. – Моя-то с Валерой едет? Или с этим арабом?

– С арабом, – сказала ей Леся.

– А Валера – это кто? – заинтересовалась Кира.

– Ой, беда с вами, девки, – тяжело вздохнула Альма Федоровна и вдруг спросила: – Чай пить будете? А то я из магазина только пришла, пока сумки дотянула, в горле все пересохло. Хоть ночью народу и нет совсем, я специально в наш супермаркет только ночью хожу, но все равно одной не под силу столько таскать. – И, бухнув на газовую плиту покрытый толстым слоем гари чайник, Альма Федоровна продолжила: – Не надо было столько всего набирать. Да только пенсию сегодня выдали. Вот и не удержалась. А как дотащу, и не подумала. И Анька тоже хороша! Нет чтобы матери помочь. Все носит ее где-то! Как с утра ушла, так и нет ее до сих пор!

И, посмотрев на подруг, она спросила:

– Когда обратно-то вернетесь?

– Откуда? – удивилась Леся, благополучно успевшая забыть собственное вранье.

– Так за город же ехать собираетесь компанией? – удивилась Альма Федоровна. – Или я чего не так поняла?

– Так, так, – поспешно закивали головами подруги. – Все так. А вернемся… Не знаем, как дело пойдет. Может быть, уже завтра. А может, задержимся.

– Ясно, – вздохнула Альма Федоровна. – Ой, смотрите, девки, догуляетесь! И чего моя Анька с этим Саидом связалась? Не пойму я. Конечно, Валерик тоже не подарок. Не пойми откуда приехал. Да хоть свой, русский. С ним все ясно, а Саид этот – темная лошадка.

И она озабоченно покачала головой.

– А этот Валера, он кто? – спросила у нее Кира, перед которой Альма Федоровна в этот момент поставила высокий бокал с крепким чаем и придвинула купленный в магазине шоколадно-вафельный тортик, нарезанный на крупные куски.

Даже не куски, а кусищи. Себе она налила чаю не меньше полулитра, всыпала пять ложек сахару и взяла торт. Непонятно, как при больных почках Альма Федоровна пила столько жидкости и лопала явно вредное ей сладкое.

– Рожа у этого Валеры, я вам скажу, откровенно разбойничья, – призналась Альма Федоровна, делая огромный глоток из своей кружки, расписанной каким-то варварским рисунком – малиновыми с позолотой цветами. – Но говорит, что бизнесмен. Машинами, дескать, торгует. Он мою Аньку на десять лет старше. Но волочился за ней целый год, пока моя красуля на его ухаживания ответила.

– Ревнивый? – вырвалось у Леся.

– Вы это к чему? – насторожилась Альма Федоровна, но, получив в ответ лишь невнятное бормотание, ответила: – Да уж, ясное дело, коли прознает, что Анька еще и с арабом встречается, доволен не будет. Так что вы смотрите, не проговоритесь там!

– Нет, нет! – воскликнули подруги, искренне недоумевая, где это, по мнению милейшей Альмы Федоровны, они смогут встретить Валеру. – Не беспокойтесь.

– А я вот беспокоюсь чего-то, – покачала головой женщина. – Неспокойно мне на сердце. Вечером сегодня прилегла и сон такой дурной видела! Будто бы моя Анютка вся бледная и в одних лохмотьях по лесу бежит. А вокруг нее так и воет, так и воет. И ветер, и деревья такие черные. И местность все какая-то чужая. А на Аньке моей ничего, кроме рваной белой рубашки, и нету. Ой, нехороший сон. Вся в поту проснулась.

Подруги переглянулись. Материнское сердце, как известно, вещун. Уж не случилось ли в самом деле с девушкой непоправимого? Коли одна по лесу носится, это еще куда ни шло. Мороза на улице нет. Рано или поздно выйдет к человеческому жилью. А вот если… Если Аньке не удалось сбежать из того дома, куда ее привезли и откуда она звонила Лесе… А кстати, кто же ее туда привез? Если не Саид, то кто?

– Так вы сказали, что Аня сегодня из дома рано утром вышла? – спросила у Альмы Федоровны Кира.

– Ну, утро у моей красотки только в одиннадцать, а то и в половине двенадцатого начинается, – объяснила им женщина. – Она у нас экскурсовод. По рекам и каналам экскурсии водит. Только сезон уже прошел. Теперь если пяток экскурсий за день наберется, то хорошо. И работа у них раньше трех и не начинается.

– И домой Аня сегодня не возвращалась? – уточнила у нее Кира.

– Я весь день дома была, – заверила ее Альма Федоровна. – Только часиков в восемь прилегла покемарить чуток. Но если бы Анька пришла, я бы услышала. Не сомневайтесь. Сон у меня такой, что любой шорох слышу. Оттого и нездоровье у меня, что толком выспаться даже не могу. Постоянно в сон клонит, а прилягу – не идет он.

Но подруги уже не слышали стонов Альмы Федоровны, которая сначала жаловалась на здоровье, потом на непутевую дочь, которая все никак не выйдет замуж за приличного человека, хотя бы даже и за Валеру, который ведь не сам на рынке стоит, салон у него. Потом пошли жалобы на упадок сил, снова на дочь и снова на здоровье.

– Что же это получается, Саид нам соврал? – тихо спросила у подруги Леся. – Он Аньку домой не привозил?

– Выходит, что так, – сказала Кира.

И, прервав Альму Федоровну на полуслове, подруги поднялись, чтобы идти.

– А как же свитер? – удивилась та. – Свитер-то для Аньки? Вы… вы же за ним приезжали?

Подруги смутились. Они совсем забыли о свитере.

– Такие же безголовые, как и моя Анька, – беззлобно рассмеялась Альма Федоровна, вытаскивая из шкафа пушистый рыжий свитер и вручая его подругам.

Девушки приняли вещь с тяжелым сердцем. Что-то им подсказывало, что свитер они Аньке в ближайшее время вряд ли сумеют передать. Если вообще сумеют. Выскочив из дома, Кира принялась названивать Саиду. У него все время было занято. Когда Кире все же удалось до него дозвониться, он объяснил, что все это время сам пытался дозвониться до Ани. Но ее телефон по-прежнему оставался выключенным. А дома, куда он тоже позвонил, трубку никто не брал.

– И долго ты ей домой звонил? – спросила у него Кира, ожидая снова уличить Саида во вранье.

– Один раз, – признался тот.

– Что так?

– Мама ее меня сильно не любит, – со вздохом произнес Саид. – Хоть и не говорит прямо ничего, но я чувствую. Смотрит, как на врага. А за что? Только потому, что я араб?

– Так ты и Аньку сегодня не до самой квартиры проводил? – догадалась Кира.

– Да, верно, – ответил Саид. – Я только до дома ее довел. А там она уже сказала, что сама поднимется.

– Мог бы и проводить, небось с тебя бы не убыло!

– Что ты! – не на шутку встревожился Саид. – Анька пьяная была. Если бы ее мама увидела дочь в таком состоянии и меня рядом с ней, то кого бы она ругала? Меня или Аню?

В словах Саида была своя логика.

– Поэтому, когда Аня мне сказала, что дальше на лифте она сама поднимется, я настаивать не стал, – договорил Саид.

Вроде бы все звучало вполне правдоподобно. Оставалось одно маленькое «но». Если Анька, которую Саид доставил до ее дома, до своей квартиры так и не дошла, то кто ее успел перехватить по дороге?

– Может быть, это происки Валеры? – осенило Лесю, когда подруги уже возвращались к себе домой. – Узнал о том, что Анька изменяет ему с Саидом, и решил наказать неверную невесту?

Кире эта мысль показалась дельной. И хотя, на ее взгляд, Валере следовало бы в первую очередь разбираться с соперником, а никак не с Анькой, но кто его знает? Вдруг он подумал, что корень зла именно в Аньке? И решил его выкорчевать? От этих мыслей Кира прямо вся похолодела.

– Нам надо разыскать этого Валеру и поговорить с ним! – воскликнула она.

– Давай завтра! – взмолилась Леся. – Сегодня я уже от усталости никакая. Да и не знаем мы, где этого типа искать.

– Альма Федоровна должна знать, – сказала Кира.

– Если мы сейчас вернемся и начнем выспрашивать у нее телефон или адрес этого Валеры, то она неминуемо заподозрит неладное, – рассудительно сказала Леся. – Сляжет с гипертонией, попадет в больницу, и все такое. Кира, подумай сама, где бы ни была сейчас Анька, мы ей помочь не можем. Подождем до утра.

– А что утром?

– Поедем на авторынок, – сказала Леся.

И в ответ на удивленный взгляд подруги объяснила:

– Валеру там каждая собака должна знать, раз у него свой салон по продаже автомобилей.

– Молодец! – горячо одобрила ход мыслей подруги Кира. – Ладно, давай и в самом деле отложим поиски до утра. Голова что-то совсем не варит.

Три красавицы на одну ночь

Подняться наверх