Читать книгу Гадание на чайной гуще - Диана Рейдо - Страница 2

Глава 2

Оглавление

Звонок раздался где-то в половине четвертого дня.

Максин встрепенулась. Звонок был приглушенным, было не понятно, откуда он доносится. Потом до Максин дошло: кажется, она протирала пыль на самых верхних полках, потом ей позвонила мама. Максин тогда вытащила мобильный из кармана, быстро ответила на звонок и положила телефон на полку. А потом быстренько закончила с пылью, слезла со стремянки и вернулась за прилавок. Мобильный надрывался с полки.

Максин, вполголоса выругавшись, бросилась в кладовую за стремянкой. Пока она устанавливала стремянку, пока лезла к полке, телефон прекратил звонить. Но звонок тут же раздался снова. Наконец телефон оказался в руке Максин. Запыхавшись, она откинула крышку телефона. Вызов был от неизвестного абонента.

– Алло! – произнесла Максин.

– Максин! Добрый день! Я не сильно вас побеспокоил?

– М-м-м… пожалуй, нет, а что?

– Я просто хотел справиться о вашем самочувствии.

– Могу я узнать, кто это говорит?

– Это Джералд.

– Джералд?.. – с недоумением переспросила Максин.

– Да.

– Простите, но…

– Вчера я случайно сбил вас машиной на перекрестке. Припоминаете? Или вам отшибло не только коленки, но и память?

– Джералд…

– Ах да, ведь я вчера, кажется, забыл представиться! Видимо, разволновался. Переживал за вас. Меня зовут Джералд Синтон.

– Очень приятно.

– Значит, с вами все в порядке?

– Да, спасибо. Все в полном порядке… Джералд.

– И голова не кружится? Никаких внезапных приступов не было?

– Не было ничего подобного, – заверила его Максин.

– Отлично. Видимо, действительно все обошлось.

– Да. Спасибо, что беспокоитесь, Джералд.

В трубке помолчали.

– Послушайте, Максин… Может быть, мы с вами сможем выпить вместе чая? То есть… я помню, что с чаем вы находитесь в особых отношениях. Тогда, может быть, кофе? Я знаю места, где варят отменный кофе. Действительно качественный и при этом необыкновенно вкусный.

– Джералд…

– В качестве компенсации за доставленные неудобства…

Максин набрала воздуха в грудь:

– Послушайте, давайте расставим с вами точки над «i». Это был несчастный случай. Но все в порядке и со мной, и с вашей машиной. Никто никому ничего не должен. И я не жду от вас никакой компенсации. Я понимаю, что вы, должно быть, занятой человек, у вас уйма дел. Поэтому не мучайте ни себя, ни меня извинениями понапрасну. Просто забудем об этом инциденте. И не нужно никуда приглашать меня в качестве попытки возмещения ущерба. Только не обижайтесь.

– Подождите, кто вам сказал, что я непременно хочу возместить какой-то ущерб? Разве что действительно правильным было бы купить вам новые чулки.

– А чего же вы тогда хотите? – удивилась Максин.

– Я приглашаю вас на свидание, разве это не очевидно?

Она растерялась:

– Нет…

– Так вот теперь вы знаете, что это оно и есть.

– Но…

– Соглашайтесь, Максин. Мы просто приятно проведем время. В гораздо менее беспокойной обстановке. И в более приятном месте, я надеюсь.

– Хорошо, – неожиданно согласилась Максин.

У нее ведь не было планов на вечер.

– Значит, я заеду за вами.

– Отлично. В восемь вечера?

– Договорились. И запишите мой телефон – так, на всякий случай.

Она закрыла крышку телефона и спустилась вниз со стремянки.

Стремянку опять пришлось запирать в кладовке.

Джералд. Интересно. Вчера ведь она даже не поняла, что он умудрился не назвать свое имя. Неужели он так перепугался за нее? И чем вызвано это неожиданное приглашение на свидание? Может быть, все той же заботой? Желанием убедиться, что с ней и в самом деле все в порядке?

Максин отправилась в туалет. Надо было посмотреться в зеркало и решить, соответствует ли ее внешний вид незапланированной вечерней встрече.

Как назло, утром, собираясь на работу, она решила надеть джинсы. У нее не нашлось запасных чулок. Поэтому джинсы показались оптимальным решением. К джинсам Максин подобрала свободную белую тунику с большим фиолетовым цветком на груди. С туникой отлично сочетались фиолетовые босоножки…

Максин решила, что, если распустить волосы, поярче подкрасить губы, то внешний вид вполне сойдет для свидания.

Потом она попыталась представить, как будет выглядеть ее внезапно проявившийся кавалер.

И вдруг поняла, что понятия не имеет, как выглядит Джералд.


Ровно в восемь вечера, как и было запланировано, Максин заперла лавку и вышла на улицу.

Машина Джералда была припаркована на противоположной стороне улицы. Максин быстро перебежала на другую сторону, хотя машины ездили по этой улице достаточно редко.

Она уже успела отметить, что Джералд ездит на «мерседесе» представительского класса. У машины был приятный, чуть ли не гипнотизирующий оттенок мокрого асфальта.

Джералд стоял возле своего «мерседеса». Максин отметила, что это почему-то приятно ей. Он ведь мог и не вылезать из салона.

– Привет!

– Добрый вечер.

Теперь они стояли лицом к лицу.

У Максин появилась возможность понять, с кем же ей сегодня предстоит провести целый вечер.

Джералд оказался мужчиной среднего роста. Поскольку Максин сама была невысокой, это ее только обрадовало. Зато Джералд был довольно широк в плечах. На нем отлично сидел дорогой деловой костюм серого цвета в тонкую черную полоску. Голубой галстук гармонировал с цветом глаз Джералда. Интересно, подумала Максин, специально ли он подбирает подобные галстуки? Темные волосы, несколько вызывающий взгляд… На вкус Максин, Джералд смотрелся весьма неплохо и сам по себе, и на фоне своего «мерседеса» цвета мокрого асфальта.

Узел галстука был ослаблен, а пиджак – небрежно распахнут. Все в облике Джералда свидетельствовало о том, что официальная часть дня окончена, и теперь он намерен отдыхать.

Он улыбнулся, глядя Максин прямо в глаза.

– Как прошел день?

– Спасибо, неплохо, – пробормотала она, почему-то внезапно смутившись.

– Ты долго возилась с замком. Я уже хотел придти к тебе на помощь. Уходишь последней?

– Последней?.. Впрочем, можно сказать и так.

– Садись в машину. Сегодня очень холодный ветер. А ты так легко одета.

Вновь последовал церемониал с открыванием дверцы автомобиля, усаживанием Максин в машину и закрыванием дверцы.

– Куда мы поедем? – спросила Максин, пристегивая ремень безопасности.

– Если у тебя не будет каких-то особенных пожеланий, то можем посидеть в «Илли».

– «Илли»? – переспросила она. – Надеюсь, там не окажется безвкусного чая.

– Я тоже на это надеюсь. Думаю, что все будет хорошо. Но если даже и окажется, то мы туда больше никогда не придем.

Максин, впечатлившись автомобилем Джералда, ожидала от местечка под названием «Илли» большего. Джералд, кажется, заметил разочарование в ее взгляде.

Зал был совсем маленьким, камерным. И дизайн был совсем простым: черно-белая клетка пола, серые стены, огромные белые бумажные абажуры. Обстановку немного оживлял красный цвет мягких кожаных диванчиков и кресел. Повсюду были развешаны фотографии знаменитостей и городов, выполненные в графичном стиле. Усаживаясь в мягкое кресло, Максин понадеялась, что здесь хотя бы не самообслуживание…

– Я не зря привез тебя именно сюда, – негромко проговорил Джералд, наклонившись к своей спутнице. – Кофе здесь всегда выше всяких похвал. И у них своя выпечка. Наверное, нет такого пирожного, которого у них не нашлось бы. Да, здесь дороговато, но…

Дороговато? А Максин решила, что кофейня полупустая потому, что от заведения не приходится ждать ничего хорошего.

Она наугад раскрыла меню, и ее глаза расширились.

В общем-то, ее кошелек почти никогда не пустовал. И все-таки… Все-таки, наверное, это было чересчур.

Джералд по-своему истолковал ее замешательство:

– Пожалуйста, выбирай что угодно. Разумеется, я угощаю…

Максин решительно отложила толстый кожаный переплет:

– Пожалуй, я не стану тратить время на выбор. Хочу карамельный капучино – большой – и штрудель с вишней, если у них есть с вишней, а также венские вафли. Если, конечно, здесь слышали о таком. Или торт «Эстерхази» – может быть, и о таком они тоже слышали?

Вот так-то, с некоторой долей злорадства подумала она. В следующий раз не будет рекламировать обычную кофейню как лучшую кондитерскую в Эдинбурге.

Но каково же было ее удивление, когда официантка через три минуты принесла на огромном подносе, помимо капучино, и торт, и вафли, и штрудель.

Штрудель был с шариком мороженого, от которого вверх поднимался пар. И с зеленым листочком мяты.

Капучино был увенчан восхитительной шапкой молочной пены, посыпанной корицей. И подан он был вместе с палочкой корицы.

– Кофейное зерно в шоколаде, – Джералд посмотрел на нее, – тебе надо?

Если он хотел произвести на Максин впечатление, это у него определенно получилось.

– Но…

– Чего-то недостает? Сливки или клубничный конфитюр к вафлям? Я уверен, что их сейчас принесут.

Максин с ужасом поняла, что сейчас ей придется справляться с тремя десертами в одиночку.

– А ты? Что же будешь ты?

Джералд пожал плечами:

– Ристретто. Я всегда беру здесь ристретто с лимоном.

– И… и все?

– Да. Я сегодня очень плотно пообедал. Даже не успел проголодаться. Буду получать удовольствие, наблюдая за тем, как ты лакомишься вафлями.

Максин с отчаянием призналась:

– Боюсь, что мне понадобится твоя помощь!

– Помощь? Зачем? То есть в чем? – удивился Джералд.

– Я ведь не думала, что у них окажутся и вафли, и торт… Мне нипочем не съесть все это одной. Тебе придется помочь мне!

Из-за того, что им пришлось есть роскошный торт с одной тарелочки, ужин приобрел некий налет интимности.

Когда первый голод был утолен, Максин откинулась на мягкую спинку дивана. По капельке отпивая горячий кофе, она продолжала рассматривать Джералда. Тот, казалось, вовсе не был смущен осмотром. Интересно, было ли что-нибудь, что могло смутить его? Он был невозмутим, спокойно играл ложечкой, которая смотрелась совсем крохотной в его пальцах. Он улыбался. Улыбка делала его и без того привлекательное лицо совсем молодым, озорным и беспечным.

Интересный, преуспевающий (во всяком случае, выглядящий довольно успешным), симпатичный. Неглупый. С чувством юмора. К тому же, как выяснилось, он не любит бросать людей в беде. Во всяком случае, если неприятности произошли из-за него самого.

Зачем он пригласил ее на свидание, если это действительно свидание?

И что он вообще в ней нашел?

Максин могла поручиться, что у Джералда найдется с десяток намного более интересных занятий, чем посиделки в кофейне с малознакомой девушкой, которая даже не может найти общих тем для разговора с ним…

Оставив ложечку в покое, Джералд поинтересовался:

– Как ты себя чувствуешь?

– Я чувствую себя отлично, – сердито ответила Максин, – просто превосходно. И если из-за этого мы сегодня встречались, то, кажется, ты зря потратил драгоценное время. Последний раз повторяю – со мной все в порядке. Если больше тебе ничего не интересно, то давай я заплачу за кофе, а ты отвезешь меня домой.

Получилось довольно грубо. Тем более что Максин и сама не ожидала от себя подобной тирады.

Джералд вздохнул. Вид у него был немного виноватым, смущенным.

– Извини. Я вовсе не собирался… опять изводить тебя расспросами. Просто переживаю. Ты не позволила отвезти себя в больницу. И пока неизвестно, какими могут быть последствия.

– Никаких последствий не будет.

– Мне бы твою уверенность. Впрочем, извини еще раз. Ты права. Больше не стану лезть к тебе с неприятными расспросами. Давай лучше поговорим о чем-нибудь приятном.

– Например?

Максин допила последний глоток капучино. Джералд мгновенно среагировал:

– Еще?

– Нет, спасибо.

– Тогда, может быть, шоколад? Здесь подают невероятный горячий шоколад.

– Но я хочу пить.

– Его приносят со стаканом холодной воды.

– Ладно, – кивнула Максин.

Шоколад появился перед ней со скоростью света. Чашка была увенчана огромной шапкой взбитых сливок.

И тут Джералд неожиданно сказал:

– У тебя потрясающие глаза.

– М-м-м… – Максин едва не поперхнулась первым глотком горячего шоколада.

Он был очень густым. Максин почувствовала, что на губе остался шоколадный след. Пришлось облизнуть губы. Она надеялась, что это не будет выглядеть чересчур завлекательно… особенно после комплимента Джералда.

Он продолжил:

– Такие, как этот шоколад.

Максин засмеялась:

– Со сливками?

– Нет. Без сливок. Настоящие карие глаза. Я имею в виду, что такой цвет глаз встречается не часто.

– Не может быть.

– Зеленовато-карие я видел гораздо чаще. А у тебя более редкий, очень красивый оттенок. Обволакивающий. Сразу хочется написать картину.

– Ты пишешь картины?

– Даже не пробовал никогда.

– А чем ты занимаешься?

– Бизнесом, – расплывчато ответил Джералд и улыбнулся рассеянно.

Максин подумала, что он не хочет сходу выкладывать все подробности о себе. Интересно, это должно быть взаимным?..

Тема внешности Максин никак не отпускала Джералда:

– Только не обижайся, Максин, но ты удивительно напоминаешь мне…

– Кого?

– Китаянку.

– Да что ты? – рассмеялась Максин. – Интересно, почему это я должна обидеться? У меня и в самом деле есть китайские корни.

– Надо же… Значит, я угадал.

– Не угадал, а увидел, – подмигнула Максин, – это не сложно.

– Может быть, расскажешь мне об этом подробнее? Если, конечно, это не запретная тема.

Максин пришлось снова тщательно облизнуть шоколад с губ.

– Хорошо, я расскажу, – согласилась она.

Тем более что это никогда не было запретной темой.

– Мои дедушка с бабушкой приехали из Китая в Нью-Йорк.

– Интересно, почему?

– Честно говоря, я толком уже не помню. Кажется, этому был целый ряд причин. В том числе и поиски лучшей жизни.

Джералд поинтересовался:

– И как, твои родные нашли лучшую жизнь в Америке?

Максин кивнула:

– Ну да, они вместе держали чайную лавку. Там, конечно, был не только чай. Для нью-йоркцев это было бы не так интересно. В лавке продавались веера, всякая глиняная посуда, чайные эксклюзивы…

– Но мы-то с тобой сейчас находимся в Шотландии! Как же тебя сюда занесло?

– А я здесь родилась, – улыбнулась Максин.

– Надо же…

– Моя мама появилась у дедушки с бабушкой в Нью-Йорке. Там она окончила школу, поступила в колледж. Бабушка учила ее китайскому языку. Если честно, мама учила второй язык не очень охотно. Она просто не понимала, зачем это делать. Дети во дворе, с которыми можно было играть, общались совсем на другом языке.

– Что было потом?

– Потом мама окончила колледж. Пока она размышляла, куда стоит пойти работать, за ней принялся ухаживать мой папа.

– Он тоже был китайцем?

– Нет, он приехал в Штаты из Великобритании, чтобы получить высшее образование.

– Так ты наполовину китаянка, – уточнил Джералд.

– Именно, – кивнула Максин, – тебя это смущает?

– Не понимаю, почему это должно смущать меня. Наоборот… я сразу понял, что в тебе есть что-то особенное… неуловимая загадка…

Максин с улыбкой смотрела на Джералда. Если он хотел сказать ей что-то приятное, то явно перестарался с комплиментами.

– Нет во мне ничего загадочного, – возразила она. – Откуда взяться загадке? Я – практически европейская девушка. Воспитывалась почти так же, как и все местные дети. Получила типичное для шотландской школы образование. А что касается разницы в наших культурах… Здесь и вовсе нет никаких загадок. Просто это – другая культура, ее можно узнать при желании. Да, ее придется изучать, посвятить этому время, прикладывать усилия, чтобы понять… Но ничего сверхъестественного тут нет.

Джералд смотрел на нее уже без улыбки.

Он задумчиво произнес:

– Знаешь, мне всегда казалось, что самые красивые дети рождаются от смешанных браков.

Максин покраснела. Но лишь самую чуточку.

– Вот как? Это еще почему?

– Европейской внешности добавляется своеобразная и неповторимая изюминка. Например, разрез глаз. Он становится более лукавым. Глаза большие и миндалевидные, но слегка раскосые. Чуть более миниатюрный носик.

Максин недоверчиво улыбнулась. Свою внешность она никогда не рассматривала с подобной точки зрения. Наоборот, считала, что ей не хватает ни европейской утонченности, ни выразительности китайских черт лица.

Интересно, кто в последний раз делал ей подобные комплименты? Она не могла вспомнить, как ни старалась.

Разве что Йен, пожалуй…

Да, Йен иногда называл ее «моя восточная принцесса». Максин только не могла понять, в шутку или всерьез он так говорит.

– И имя…

– Что – имя? – не поняла Максин. Что она успела пропустить, уйдя в свои воспоминания?

– Теперь я понимаю, откуда у тебя такое необычное имя.

– Но это английское имя, – возразила Максин, – просто, может быть, встречается реже, чем другие.

– Да? А мне в нем уже чудился звон китайских колокольчиков…

– Кажется, с историей моей семьи мы разобрались. Что еще ты хотел бы узнать?

– То, что ты занимаешься чаем, мне уже известно. А как ты любишь проводить свое свободное время?

Максин пожала плечами.

Свободное время?

Разве у нее есть свободное время?

Странно. Она никогда раньше не воспринимала так время, которое оставалось в промежутке между работой в лавке и сном.

Спать нужно было, чтобы утром подниматься отдохнувшей и выглядеть свежей.

Ужин был приятной, но не обязательной частью программы. Перекусить всегда можно было в рабочее время, а вообще Максин старалась плотно позавтракать.

И… Что же остается? Не считая уборки квартиры, стирки, приведения себя в порядок… Чему Максин посвящала свое свободное время?

Неужели работа – это все, что у нее есть?

Максин не обескуражило подобное открытие. Скорее, удивило. Да, ее работа всегда была важна для нее. Но мало кто рассказывал ей, что может быть еще что-то. Неужели это необходимо – иметь какое-то хобби, разнообразить свой досуг?

Она озвучила вслух свои путаные мысли. Джералд долго разглядывал ее, на этот раз не улыбаясь, а даже немного нахмурившись.

– Ты – действительно странная девушка, – наконец, проговорил он.

– Не вижу в этом ничего странного, – возмущенно вскинулась Максин. – Что такого в том, что ты нашел дело своей жизни? И посвящаешь ему все свободное время? Разве нужно придумывать себе еще какие-то занятия, чтобы почувствовать полноту жизни?

– Я предлагаю не рассуждать об этом, а попробовать.

– Попробовать?

– Точно.

– Что ты имеешь в виду?

Джералд откинулся на спинку дивана, с удовольствием потянулся, распрямил плечи.

– К примеру, сейчас ты проводишь время не дома у телевизора, а сидишь здесь со мной, дегустируешь отличный кофе и лакомишься чудесными пирожными.

– Так, – осторожно согласилась Максин, – и что же?

– Неужели из двух вариантов ты заведомо выберешь менее интересный? Сидеть дома, жарить тосты, вместо того чтобы наслаждаться жизнью в ресторане или баре?

– Когда-нибудь неизвестные бары закончатся, – пожала плечами Максин, – и что тогда делать? Искать новое занятие?

Джералд расхохотался:

– Почему-то мне кажется, что перечень развлечений или активного отдыха исчерпать невозможно. Предлагаю проверить вместе.

– Вместе?

Он мгновение поколебался:

– Что ты делаешь завтра вечером?

– У меня нет планов, – простодушно призналась Максин. Разумеется, ей и в голову не приходило, что мужчинам нельзя вот так вот запросто выдавать, что твой вечер не занят. Многие расценивают это как «невостребованность» и могут никуда больше тебя не пригласить.

– Замечательно, – воскликнул Джералд. – Тогда… Тогда пойдем со мной на открытие выставки?

– Какой выставки?

– Фотовыставка. Посвящена современной архитектуре в Великобритании. Должно быть интересно.

– Ой, туда же, наверное, нужно приглашение?

– Максин! Если я зову тебя, это значит, что приглашение у меня есть. Мы помогали организаторам выставки с информационной раскруткой. Так что приглашения у меня не простые, а…

– Это не важно, – перебила его Максин, – фотовыставка, должно быть, очень интересное мероприятие. Я пойду. Только расскажи мне, как туда надо одеться.

– Как хочешь. Если честно, там нет никакого особенного дресс-кода. Разве что фейс-контроль. Но с твоим прелестным личиком тебя всюду пропустят. Даже если рядом с тобой окажется такой неблагонадежный тип, как я.

Максин замерла, с недоумением глядя на Джералда.

– Это же шутка!

– А-а, ясно, – с облегчением произнесла она. – Тогда скажи, где мы встретимся. А еще лучше – запиши… вон, хотя бы на салфетке.

– Зачем?! Я, разумеется, заеду за тобой. Ты ведь будешь завтра на работе?

Будет ли она в лавке?..

– Конечно.

– Отлично. Значит, опять в восемь вечера. Постараюсь не опаздывать. Вовремя сбегу из офиса.

Максин улыбнулась.

Джералд уточнил, будет ли она еще что-нибудь есть или пить. Максин от всего отказалась. Она и так чувствовала, что придется лечь спать без ужина. В желудке была тяжесть после пирожного пиршества.

Джералд расплатился, не позволив Максин даже заглянуть в счет.

Потом он отвез ее домой. Припарковался практически около подъезда.

– Проводить тебя до двери?

– А что тут провожать? – удивилась Максин. – Десять шагов – и я у подъезда. А там уже консьержка…

– Тогда спокойной ночи. И до завтра, да?

Она кивнула.

Но, уже держась за ручку дверцы, все-таки решилась задать вопрос:

– Джералд…

– Да?

– Обещай, что ответишь мне честно.

– Идет. Обещаю.

– Когда ты позвонил мне, чтобы узнать, как я себя чувствую…

– Ну?

– Почему ты решил пригласить меня на свидание?

– Я не понимаю. Что ты хочешь знать?

– Я хочу знать, – раздельно, четко, словно по слогам, повторила Максин, – когда ты набирал мой номер, почему ты хотел со мной встретиться? Почему решил договориться о свидании?

– Честно?

– Ты вроде бы пообещал.

– А я и не решал.

Глаза Максин расширились от удивления, делая ее похожей на хрупкую бледную куклу:

– Как это?

– Так, – терпеливо повторил Джералд. – Когда я звонил тебе, я действительно хотел узнать, как ты себя чувствуешь.

– А когда ты принял решение позвать меня…

– Максин, – перебил он ее, – ты хочешь знать причину, по которой я назначил встречу?

– Да, именно это я и хочу узнать.

– Мне очень понравилось, как ты произносишь мое имя вслух.

– Тебе… что?..

– Еще никто так не произносил моего имени.

Гадание на чайной гуще

Подняться наверх