Читать книгу На крыльях любви - Джилл Шелвис - Страница 4

Глава 3

Оглавление

Мел пересекла терминал, обдумывая свою миссию – избавиться от Бо Блэка, а проходя мимо кафе, где Шэрон за стойкой пыталась оттереть старую кафельную плитку, громко подпевая «Металлике», услышала, как та ее окликнула.

Когда Мел завернула в кафе, Шэрон, оглянувшись по сторонам, заговорщицки прошептала:

– Ну, рассказывай!

– Что… рассказывать?

– Кто этот красавчик? Деловая встреча? Новый клиент? Старый дружок? – Последнее слово она протянула с характерным южным акцентом, растягивая чуть ли не на десять слогов.

– Хм… Вроде того.

– Вроде чего?

– О-о… Эрнест заставил эту духовку работать? – попыталась Мел сменить тему.

– Пока нет.

Прикусив губу, Шер бросила взгляд на плиту. Маневр удался. Кафе давало средства к существованию им с Алом – во всяком случае, пока он не начал продавать фотографии, – а с тех пор как в прошлом году дети покинули отчий дом, стало Шэрон вместо ребенка. Она, пожалуй, охотнее вложила бы силы и энергию в настоящего живого младенца, но Ал отговорил ее от этого безумия.

– Эрнест как раз пошел принести какую-то деталь. Так что насчет того парня?..

– Прости, у меня тут вызов.

И Мел едва ли не бегом бросилась прочь.

– Сплетни – моя слабость! – крикнула Шер ей вдогонку. – И ты знаешь, что я просто так не успокоюсь!

Мел любила Шэрон, но поделиться с этой дамой хоть чем-нибудь было равносильно трансляции на целый мир. Следуя по стопам Бо, Мел вошла в длинный коридор, по которому сотрудники попадали в свои офисы. Ей принадлежал первый по ходу. Она была просто уверена, что Бо там, дожидается второго раунда. Мел задержалась на пороге, чтобы глубоко вдохнуть и успокоиться, однако бабочки, запорхавшие вдруг у нее в животе, и не думали замирать.

Как много прошло времени с тех пор, как в последний раз она испытывала что-то подобное.

Вскинув подбородок – она усвоила эту привычку, чтобы казаться повыше, – Мел толкнула дверь офиса.

Ну разумеется, кто бы сомневался… Блэк развалился в ее кресле, водрузив ноги на стол и заложив за голову руки, и размышлял о судьбах вселенной… ее вселенной.

Бо требовал разговора с Салли, да что в этом толку? Неужели и впрямь не знает, что она больше здесь не появлялась? Кажется, у нее нежданно-негаданно появилось преимущество.

– Привет, – протянул Бо, завидев Мел, и на его губах заиграла мефистофельская улыбка, которая вкупе с манерно полузакрытыми глазами и стильно взъерошенными волосами могла свести с ума. – Ты, кажется, готова поговорить?

Мел бросила один-единственный взгляд на его высокую сильную фигуру и закрыла за собой дверь. Не нужно, чтобы каждый желающий стал свидетелем дискуссии, которая неизбежно последует.

– Убирайся с моего кресла.

Он усмехнулся:

– Как мило!

Подбоченившись и с вызовом взглянув на него, Мел парировала:

– Мило? Что именно ты находишь милым?

Глаза Бо вспыхнули жарким намеком, когда он не спеша осмотрел ее с головы до пят. И хоть на Мел был закрытый комбинезон, этот взгляд заставил ее почувствовать себя обнаженной.

– Ну, если честно…

– Можешь не говорить, – поспешила она перебить. – Просто катись отсюда – это мой офис.

– Твой? – Развернувшись, он обвел взглядом помещение, и кожаная обивка кресла пошла складками под тяжестью его тела. – Забавно. Насколько мне помнится, это офис Салли.

«Черт бы его побрал!»

– Я пользуюсь им в ее отсутствие.

– Так где же она – отправилась в отпуск? Морочит голову очередному лоху, выуживает денежки из новой жертвы?

Мел не могла признаться, что Салли здесь нет: располагая договором купли-продажи, этот тип, чего доброго, возомнит себя боссом прямо сейчас. Конечно, если договор настоящий.

Мел подумала о Дайми, Шер и Альберте, Ритчи и Келлане, Дэнни, их механике… Все они были ее семьей. Сейчас она не может выпустить вожжи из рук и подвергнуть риску все, что они сами для себя тут выстроили.

Потом до ее сознания дошло, что именно он сказал.

– Салли ни разу в жизни не обманула ни единой души! Это прерогатива твоего папаши.

Неужели всего секунду назад этот взгляд казался ей томным и манящим? Глядя на нее холодными как лед глазами, он медленно поднялся и выпрямился во весь свой немалый – футов шесть с лишним – рост, и, обойдя стол, встал перед нею.

– Только отца сюда не впутывай, – сказал он с нарочитым спокойствием.

Его холодный тон ее не испугал: отступать она не собиралась. В результате теперь они стояли нос к носу, ощущая на себе дыхание друг друга. Он был по меньшей мере на голову выше Мел, от него исходило ощущение тепла и сексуальности, и казалось, что весь он состоит исключительно из мышц, притом в идеальной форме.

Только остановило ее совсем не это, а яростное желание защитить отца, которое она прочла в его глазах. Это был не тот беспечный и опасный юнец с вечной обольстительной улыбкой на губах, с шаловливыми руками, которые так и тянулись к каждой юбке. Этот мужчина был явно способен на глубокие чувства. Не впутывать его отца? Но как это возможно? Ведь именно Эдди Блэк стал первым звеном в цепи событий, последствия которых они расхлебывают вот уже сколько лет!

– Тогда не станем впутывать сюда и Салли.

Но он покачал головой.

– Это невозможно, дорогуша.

– Твой договор фальшивый.

– Салли тебе сама все скажет.

О-о господи! Салли здесь не появится, так что и сказать ничего не сможет. И это означало, что Бо так и застрянет здесь навечно.

– Что, если я позвоню, когда она появится?

– Что, если я не сдвинусь с места, пока с ней не побеседую? – Бо шагнул вперед и оказался вплотную к Мел. – И если уж мы заговорили об этом, то кто тут всем управляет, пока ее нет?

– Я.

Мел пришлось поднять голову, чтобы заглянуть ему в глаза, будь они неладны. Ее взгляд скользнул мимо широких плеч, вверх по шее и подбородку, который сегодня – да и вчера тоже – явно не встречался с бритвой, и вот, наконец, и его завораживающие зеленые глаза, которые смотрели явно предостерегающе.

– Я командую этим шоу. Зачем тебе знать?

– Потому что ты никудышный управляющий. Ваше кафе должно быть забито местными, но духовка не работает. Топливный насос неисправен. Тебе повезло, что Агентство по охране окружающей среды еще не прикрыло твою лавочку. А тут еще куча неоплаченных счетов – звонят и звонят…

– Что? Как ты…

Бо приложил палец к ее губам, имея наглость еще и улыбнуться при этом, и заявил:

– Давай-ка установим несколько основных правил. Во-первых, пока не переговорю с Салли, я никуда не уеду. Во-вторых, я не претендую на твой распрекрасный офис, но у меня здесь дела, так что понадобится место, где можно сидеть и работать, – разумеется, с компьютером, телефоном и всем радиотехническим оборудованием. И третье… Не стоит меня недооценивать. Что-то здесь неладно, и я намерен это выяснить.

Мел схватила его запястье и попыталась отвести руку прочь, но он был тверд как скала и совершенно недвижим, поэтому ей пришлось ограничиться уничижительным взглядом.

– Ты не задержишься тут надолго, так что офис тебе не понадобится.

– Отчего же? Разве что Салли появится сегодня… Что, нет? Тогда завтра? Тоже нет? Тогда привыкай к мысли, что будешь видеть мою физиономию постоянно.

В голове у Мел что-то взорвалось. Она не сомневалась, что это закипел ее мозг.

– Я не хочу, чтобы ты всех тут поставил на уши.

– И в мыслях не было. Все, что мне нужно, это поговорить с Салли.

– Не вижу смысла тебе тут торчать! Улетай на своем чудо-самолете куда душе угодно, а я тебе позвоню.

Повернувшись на каблуках, Мел распахнула дверь, но сильная рука из-за плеча ее захлопнула, да так и застыла, удерживая в закрытом положении.

И что ей оставалось, если не стоять, прижимаясь к деревянной обшивке? Бо едва не навалился на нее сзади, но Мел казалось, что она все равно в плену его сильного тела – сплошь твердые мышцы и кости, ни малейшего намека на мягкую податливость. Господи, что же это такое? Она не знала, да и думать ясно теперь, в такой близости от Бо, все равно не могла.

– Выпроводить меня все равно не удастся, – сказал он тихо, и от его голоса словно холодок пробежал по позвоночнику, отзываясь дрожью во всем теле. – Ничего личного, Мел, но я тебе не верю.

– Ты нарушаешь мое личное пространство, – прошипела она сквозь зубы, застигнутая где-то между яростью и неподдельным вожделением.

Невероятно, однако его губы коснулись чувствительного местечка чуть ниже ее уха.

– Да. Но это такое восхитительное пространство.

Его дыхание обдавало ей щеку, и Мел окончательно лишилась способности думать, зато ярость осталась.

– Выметайся отсюда, Бо!

– Почему бы тебе не рассказать, почему ты так испугалась, когда увидела у меня договор на имя отца?

При звуках его голоса она закрыла глаза, что, как оказалась, было огромной ошибкой, потому что так, с закрытыми глазами, его близость ощущалась еще сильнее.

– Просто удивилась, вот и все.

Он выдохнул ей в висок, и в его голосе она почувствовала невеселую усмешку:

– Не умеешь ты врать, дорогуша.

Мел поняла, что он ее раскусил, и постаралась как можно правдивее ответить:

– Я не лгу.

– Значит, хочешь заставить меня поверить, будто Салли оставила тебя в неведении, как последнюю дуру?

– Нет. – Мел прислонилась лбом к двери, отчаянно желая снова прижаться ягодицами к его чреслам. Вот уж непростительная слабость и глупость! Безумие! – Да.

– Так да или нет?

– Нет. – Что ж, придется сказать – все равно узнает. И может, если признаться добровольно, он поверит ей настолько, что объяснит, зачем ему так нужна Салли. – Да, мне было известно, что договор не в сейфе. Нет, я не знала почему. Просто думала, что его куда-то переложили, и…

– И?..

Мел тяжело вздохнула.

– Люди могли подумать, что договор все еще здесь. На имя Салли.

– Люди?

– Мои сотрудники.

Он замер от удивления.

– Значит, никто не знает, что Салли сделала много лет назад? Десять лет ты думала, что работаешь на нее? Сама-то понимаешь, насколько невероятно это звучит?

Да. Она все понимала.

– Если договор настоящий.

– О, не сомневайся – настоящий. – Бо развернул ее лицом к себе и, не выпуская из рук, некоторое время внимательно смотрел ей в глаза. – Но вот что я хочу теперь знать: как это ты, такая проницательная, не увидела истины за всем этим дерьмом?

Действительно, почему? Не потому ли, что все ее силы и внимание были направлены на попытки удержаться на плаву? Все вокруг рассчитывали на нее. И продолжают рассчитывать до сих пор. Они стали ее семьей. Кроме того, она всегда думала, что делает Салли услугу, поскольку всем ей обязана.

– Договор должен был храниться здесь. Иначе как бы мы знали? И если договор не фальшивый, то почему ты ждал целых десять лет, прежде чем сюда заявиться?

– Ты же знаешь: мой отец погиб.

– Да, – Мел узнала об этом в тот день, когда Салли отправилась на его поиски. Бо было не больше восемнадцати, когда он остался совсем один, убитый горем, потому что их связывали очень близкие отношения с отцом.

– Мне было очень жаль, когда узнала.

Он посмотрел ей в глаза.

– Несмотря на то, как ты о нем думала?

– Я не желала ему смерти – просто хотела, чтобы он уехал отсюда. А где твоя мать?

– Мы жили с Эдди с самого детства.

Его взгляд затуманили воспоминания, явно грустные, и сердце Мел сжалось, потому что она, как никто, знала, что это такое.

Он остался один. Один в восемнадцать лет. Мел не хотелось об этом думать, чтобы не признавать, как вдруг смягчилось сердце, – во всяком случае не сейчас, когда он так близко, что она чувствовала на себе его дыхание и ощущала силу каждого его мускула.

– Как ты жил?

– Служил в армии, потом поступил в колледж, но понял, что произошло, не раньше, чем вернулся наконец домой.

– Ты о чем?

– Что принадлежавший отцу «бичкрафт» сорок четвертого года выпуска исчез, а с ним и все отцовские накопления.

Значит, он остался ни с чем. Об этом ей тоже не хотелось думать.

– И ты полагаешь, что все это забрала Салли?

– Не просто забрала: обманула его.

– Салли сказала, что это твой отец оставил ее на бобах.

– Я намерен доказать справедливость моей версии, – заявил Бо. – А ты можешь?

Конечно нет – никаких доказательств у нее нет.

– У тебя договор. Возможно, подложный.

– Нет, не подложный, – перебил он сухо. – И в моем случае это значительно меньше, чем «бичкрафт» и полмиллиона долларов. А насколько я могу судить, все это, – добавил Бо с усмешкой, оглядываясь вокруг, – не стоит и сотой доли того, что я потерял.

– Так что же ты собираешься делать? – с некоторой настороженностью спросила Мел.

– О нет, теперь твоя очередь отвечать. Итак, где Салли?

Мел покачала головой, нашаривая за спиной ручку двери, однако Бо вышел следом за ней, и, разумеется, именно этот момент выбрал Эрнест, чтобы прошествовать назад со своей дурацкой тележкой. На полпути он притормозил и с любопытством уставился на них.

Мел бросила на него долгий взгляд, и Эрнест со вздохом двинулся дальше, громыхая своей тележкой. Господи! Необходимо вывести Бо отсюда, пока он не начал совать свой договор под нос всем и каждому. Она ему не доверяла, что бы он там ни обещал! Наверняка захочет вступить в права, и тогда не избежать всеобщей паники.

Любопытный Эрнест исчез за углом, зато появился Ал, и по выражению его лица Мел сразу поняла, что это Шэрон выслала его на разведку.

Проклятье! По скорости распространения слухов аэропорт Норт-Бич мог соперничать с любым провинциальным городком. Очевидно, дали сигнал «Всем постам: сведения о незнакомце, срочно!». С тяжелым вздохом Мел положила ладони Бо на грудь, намереваясь втолкнуть его обратно в свой офис, но по опыту она уже знала, что этот тип двинется с места только тогда, когда сам того пожелает. Пытаться его заставить – все равно что вознамериться сдвинуть с места быка весом в две тонны, и крайне упрямого к тому же.

– Зайди туда, – попросила Мел, тщетно пытаясь втолкнуть его в офис, встревоженная исключительно тем, что ее бросило в жар и как твердые мускулы сопротивляются ее ладоням. Судя по клацанью тележки, Эрнест возвращается, поняла Мел. Катастрофа! – Скорей же!

– Вообще-то, дорогая, – промурлыкал Бо ей на ухо, чуть не касаясь губами ее щеки, – тебе нужно было всего лишь попросить.

Да-да, конечно. Мел скрылась в офисе вслед за Бо, оглянувшись посмотреть, кто там еще за ними наблюдает, и быстро закрыла дверь, обеспечивая им некоторое уединение.

– Итак… – начала было она, но одного взгляда на Бо оказалось достаточно, чтобы любые слова вылетели из головы.

Он тем временем расстегивал рубашку.

– Что ты делаешь? – воскликнула она жалобно.

– Ты же сказала, чтобы я поторопился.

Вот уже показался клин загорелой кожи, и Бо сбросил рубашку, обнажая мускулистую грудь, косые возвышения ребер, живот…

– Нет! – Этот участок мужского тела она обожала – такой сильный и в то же время уязвимый – и любила прикасаться к нему губами. – Нет…

Надо сосредоточиться.

– Бо, я вовсе не это имела в виду…

Его пальцы легли на застежку джинсов. Расстегнута одна пуговица… Затем вторая…

– П-погоди! – Мел заставила себя поднять глаза, чтобы встретить его взгляд. – Серьезно, я даже не думала…

Его глаза смеялись, и она умолкла, поспешно опустив ресницы. Да он, похоже, забавляется! И у него прекрасно получается ее дурачить! Мел разрывалась между желанием его убить и нахлынувшей страстью, которая захватила ее настолько внезапно и сильно, что она даже испугалась: вдруг не выдержит и съест этого красавчика, как пирожное, в один укус. Несправедливо! Бо очень хорош, акцент придает ему особый шарм, а уж когда улыбается, становится просто неотразимым. Есть ли в мире справедливость? Мел закрыла глаза руками и выпалила:

– Быстро одевайся!

Он снова тихо рассмеялся, отчего эрогенные зоны Мел пустились в пляс. Но она умела владеть собой, поэтому терпеливо дождалась шороха надеваемой одежды и лишь тогда отняла ладони от глаз. Какое облегчение: Бо надел рубашку. Да, облегчение…

– И еще: что бы ты там ни задумал, прекрати размахивать своим договором на каждом углу.

Бо застегивал рубашку, но при этих словах замер, а затем шагнул к ней. Это было очень глупо, но бедняжка только и могла думать, что о его «ливайсах», потому что они все еще оставались расстегнутыми. Она опустила глаза: на его грудь, живот, пытаясь увидеть…

– Мел.

Она закрыла глаза, словно пыталась защититься, и замотала головой.

– Мел!

Она нерешительно открыла глаза, а он заговорил в таком тоне, что ей немедленно захотелось его лягнуть:

– Значит, так. Я здесь, и это факт. И поскольку вышло так, что договор собственности у меня, а не у тебя, то и правила буду устанавливать я сам. Мои собственные правила.

На крыльях любви

Подняться наверх