Читать книгу Фактор агрессии - Дмитрий Янковский, Василий Орехов - Страница 7

Глава 7
Переправа

Оглавление

Перед глазами мастер-сержанта Купера плавали кровавые круги. Легкие, стиснутые несокрушимой диафрагмой биокаркаса, полыхали огнем, в них не осталось ни глотка воздуха. В голове стремительно мутилось, и на грани угасающего сознания мерцала лишь идиотская мысль о домике в паре прыжков от Метрополии, который так теперь и останется без отличного хозяина…

В последнюю секунду, когда смерть уже пытливо заглянула Фреду в глаза черными безразличными провалами пустых глазниц, убийственная хватка экзоскелета ослабла, его мышцы задрожали, а через мгновенье расслабились полностью. Купер из последних сил сделал жадный вдох, потом еще один, судорожно хватая воздух ртом, а затем задышал часто и сипло. Окружающая атмосфера имела отчетливый привкус кислотного дыма, но это было гораздо лучше, чем всякое отсутствие атмосферы. Еще через мгновение перед глазами перестали вращаться круги, и сквозь ресницы Купер увидел дневной свет. Открывать глаза совсем не хотелось. Достаточно было просто дышать, и ничего больше ему в этой жизни не требовалось – по крайней мере, в ближайшие четверть часа. И вообще лучшим выходом для всех было бы, если бы он сейчас проснулся на вибрирующей и подпрыгивающей десантной койке в чреве Скромного Дитриха…

Нет, не судьба. Сквозь пелену дурнотного полузабытья до него донесся знакомый голос, кто-то энергично тряс его за плечи:

– Огранин мастер-сержант, вы живы? Сэр! Скажите хоть что-нибудь!..

Щеки обожгла резкая боль – сначала левую, потом правую, потом опять левую. Неписаный кодекс легионера гласит: если тебя ударили по левой щеке, уклонись, поднырни и тут же сокрушительно бей с разворота. Так же поступай, если тебя ударят по правой щеке…

Фред медленно открыл глаза. Слизистая пелена в поле зрения мешала сфокусироваться, и он сумел разобрать только, что над ним маячит встревоженное женское лицо.

– Вот дьявол… – прошептал сержант. – Я уже в раю?

– Скорее в аду, – хмуро отозвалась девушка, выпрямляясь, и Купер наконец опознал голос: рядовой Розен. Лара стояла по грудь в густом дыму, перемазанная копотью и темной кровью биоморфа, укрывшись от противника за одной из огромных посадочных капсул, в которой был десантирован кто-то из гигантских зверокомбатантов. В руке она сжимала рукоять вибрационного ножа, невидимое лезвие которого завершалось поблескивающим рубиновым шариком, обозначающим границу режущей кромки. Тончайшая нить мономолекулярного биополимера была способна, в зависимости от частоты вибрации растягивающего ее поля, разрезать самый твердый материал, словно масло. – Но я могу уточнить, если хотите, – чуть ехидно добавила она.

– Сам уточню, по сети, – сварливо буркнул Фред, пытаясь приподняться и окончательно прийти в себя.

– Сеть не работает, – поведала девушка, нажатием сенсора спрятав лезвие в рукоять. Убедившись, что с Купером все в порядке, она осторожно выглянула из-за края капсулы, пытаясь разглядеть в стелющемся по равнине дыму, чем занимается сошедшая с ума боевая биотехника. – И внешняя связь не работает. Все вырубилось. Кажется, ретрансляторы нам больше не подчиняются.

Действительно, на внутреннюю поверхность шлема не поступало никакой информации, хотя в поле зрения исправно мерцал зеленый квадрат виртуального сенсора – биоброня была жива, просто не могла поймать никаких излучений на десантных частотах. Распихивая в разные стороны громоздкие и тяжелые куски экзоскелета, придавившие его к грунту, перепачкавшись в крови и слизи своего мертвого снаряжения, Купер с трудом выбрался из него, словно сбрасывающий панцирь краб, и переместился за разбитую десантную капсулу, присев на корточки рядом с Ларой. После того как над сержантским биокаркасом при помощи виброножа поработала Розен, тот представлял собой бесформенную кучу вкривь и вкось искромсанных кусков псевдохитина и бурой плоти с торчащими обрубками вывернутых наружу ребер жесткости. Неподалеку, бессильно задрав к небу устрашающие зазубренные конечности, валялась опаленная и изуродованная туша Сердитого Алеши – похоже, плазменным взрывом плазмомета ему в последний момент все-таки снесло голову, которую он так неосторожно задрал.

– Наш десант полностью уничтожен, – доложила Лара, продолжая вести наблюдение за противником. – В смысле люди. Биоморфы в полном порядке, но мы их по-прежнему не контролируем.

– Как же мы ухитрились прохлопать массовый бунт техники? – с досадой прохрипел Купер и тяжко закашлялся. – Такое ведь никогда не происходит ни с того ни с сего…

– Боюсь, что все гораздо хуже, огранин старший сержант. – Розен устало опустилась прямо на грунт возле Купера. – Кажется, наша техника под контролем противника.

– Что за бред?! – Мастер-сержант стремительно приходил в себя – похоже, биоброня впрыснула ему в кровь какой-то энергетик. Он внимательно посмотрел на подчиненную. – Отставить пороть чушь, рядовой Розен! Под каким еще контролем?..

– У меня нет других объяснений, сэр. – Она попыталась пожать плечами, но плотная биоброня как обычно погасила ее машинальное движение. – Мятежники вышли против нас мизерными силами, совершенно не опасаясь разгрома – то есть они заранее знали, что им ничего не угрожает. Все началось, когда мы уже изготовились к бою, буквально в последний момент. Это тоже вряд ли случайное совпадение. А теперь «любовнички» и псевдоскорпионы непрерывно лупят в зенит, похоже, атакуют орбитальную группировку. Думаю, это едва ли могло прийти им в голову без посторонней команды.

Поодаль действительно раздавались характерный рев воздуха и громоподобное шипение плазменных разрядов. Небо с левой стороны непрерывно полыхало огненными отблесками попаданий.

– Мать же его двадцать пять раз через девятнадцать подпространственных бросков прямо на главную флотскую базу!.. – От души выругавшись, Купер приоткрыл забрало шлема и растер по лицу холодный пот: похоже, стальные объятия экзоскелета повредили его биоброне функции климат-контроля. Ему было немного досадно, что он самостоятельно не пришел к простейшему умозаключению насчет стороннего управления биоморфами, несмотря на то что был информирован гораздо лучше рядового. А может, именно излишняя информированность и помешала – слишком уж он был уверен, что подобное вмешательство противника невозможно в принципе. Он и сейчас не верил в такую нелепость, но ситуация сложилась хуже некуда, поэтому следовало иметь в виду даже самые безумные предположения, чтобы быть готовым к любым неожиданностям. – Ты-то сама как? Не ранена?

– Вроде нет. Алеша волок меня следом за вами, – пояснила Лара. – Я боялась отпустить цепь, чтобы меня не растоптали… Но я никак не могла заставить его остановиться, он меня совсем не слушался. Я ведь не сенситив…

– Сенситивы тоже не смогли заставить морфов слушаться, как видишь. – Фред скривился. – Остальные где?

– Никто не выжил. – Лара покачала головой. – Своими глазами, правда, я видела только, как погиб капрал Хари – его разорвали сколопендры… Но сейчас на равнине не движется никто, кроме техники.

– Понятно, – тяжело выдохнул Купер. Перевел взгляд на разрезанный экзоскелет. – Погоди-ка! Но если противник действительно управляет нашими биоморфами…

– То что? – с тревогой спросила Лара, когда он внезапно замолчал.

– Рядовой Розен! – рявкнул сержант. – Немедленно деактивировать биоброню!

Они отдали соответствующий мыслеприказ почти одновременно. Их шлемы автоматически откинулись, зеленые квадраты на периферии зрения померкли, и десантные скафандры мгновенно уснули. Если уж враги сумели заставить сержантский экзоскелет задавить собственного хозяина, то же самое они вполне могли проделать и с десантной биоброней. Только некому уже будет спасать двух выживших легионеров, порезав скафандры на куски. Теперь, в спящем режиме, их активная биоброня представляла собой просто легкие панцири без каких-либо дополнительных функций жизнеобеспечения. Разумеется, оставался некоторый риск, что противнику все-таки удастся пробудить защитных биоморфов, чтобы заставить работать на себя, но раздеваться догола на плохо терраморфированной враждебной планете с непонятной экологической обстановкой, в окружении кровожадных пиратов и обезумевшей военной техники, было еще опаснее.

Звуки обстрела понемногу затихли. Видимость из-за плотного дыма, стелющегося по долине, была ограничена примерно ста метрами, но и этого оказалось достаточно, чтобы разглядеть вдали высокие силуэты армейских монстров, которые бесцельно бродили по полю битвы, словно лунатики, натыкаясь друг на друга.

– Кажется, теперь они вообще без контроля, – задумчиво проговорил мастер-сержант. – Сами не понимают, что произошло и куда делись их укротители. Может, попробуем взять на поводок несколько комбатантов покруче и прорваться в ряды противника? Двух богомолов и пары сколопендр вполне хватит, чтобы во имя Империи посеять панику среди этих крестьян…

– Я бы не стала, – осторожно покачала головой Лара. Доблестный, но самоубийственный план мастер-сержанта ей определенно не понравился, однако выглядеть трусихой перед лицом командира тоже не хотелось. – Если арагонцы умеют… ну, если они каким-то образом в состоянии дистанционно перехватывать контроль над нашими биоморфами… то второго шанса у нас точно не будет. Похоже, уцелели мы одни – просто слишком далеко ушли от места событий. И если мы попытаемся вернуться обратно, боюсь, нас тут же порвут в лоскуты.

Осененный новой мыслью, Фред опять приблизился к раскуроченному трупу экзоскелета, покопался в его кровоточащих потрохах и извлек на свет божий живого и здорового Кусаку, которого только немного придавило тяжелым биокаркасом. Зубомет флегматично моргал, ничуть не напуганный произошедшим переполохом – случались в его карьере сражения и пострашнее.

Купер посадил личное оружие на предплечье, проверил его, вытянул руку в сторону, прицелился. Похоже, Кусака до сих пор подчинялся ему. Но даже если вражеские сенситивы и возьмут зубомет под контроль, он никак не сможет выстрелить в хозяина, пока тот не сожмет предохранительную рукоять-хрящ под нижней челюстью биологического автомата. Да и после этого Кусаке еще понадобится как-то выкрутиться из железной хватки сержанта и развернуться мордой к нему. Зубы биоморф метал резким и мощным мускульным усилием, поэтому даже косвенно доставить хозяину неприятности такого же масштаба, что и Малыш Гарри с его взрывающимися плазменными железами, он не смог бы в любом случае. Отлично, значит, хоть какое-то оружие у них теперь есть.

А вот Иглохвост оказался рассечен пополам, как и плазмомет. Фред с сожалением приподнял над землей верхнюю половину электроида, потряс, надеясь уловить хоть какую-то реакцию неподвижных зрачков, и разочарованно бросил бесполезный окровавленный обрубок обратно на труп экзоскелета. Перестаралась огранин рядовой, перестаралась, махая виброножом. Впрочем, Лару трудно было винить: с того момента, как биокаркас начал душить Купера в своих смертельных объятиях, у нее оставалось всего несколько секунд, чтобы сообразить, что происходит, выхватить молекулярный нож и нарезать взбесившегося морфа ломтями. Тут уж было не до того, чтобы заботиться о сохранности электроида. Наоборот – молодец, девочка, не растерялась, к тому же наверняка еще и оглушенная после взрыва Малыша Гарри…

У Лары, увы, не осталось никакого огнестрельного оружия – ни один из стрелковых биоморфов не сумел удержаться на ней, когда Сердитый Алеша волок ее по грязи и яростно швырял из стороны в сторону, преследуя Купера. А может быть, их взяли под контроль сенситивы противника, и они отцепились сами. Зато Лара очень кстати сохранила нож, а вот Купер свой потерял в суматохе. Впрочем, в такой кровавой каше недолго было и голову потерять. Разумеется, едва ли с них потом кто-нибудь спросит за утерю армейского имущества, но лишний вибронож сейчас совсем не помешал бы.

– Это все, что у нас есть? – поинтересовалась рядовой Розен, глядя, как сержант забрасывает Кусаку за спину.

– Это во много раз больше, чем ничего, – заметил Фред.

– Один зубомет и один молекулярный нож. – Девушка хмыкнула. – С этим и детский интернат штурмом не взять.

– Интернаты штурмовать не будем, – отрезал мастер-сержант. – Ставлю другую боевую задачу.

– Это какую же? – Лара вопросительно посмотрела на него.

– Рядовой Розен! – строго произнес Купер. – Ставлю боевую задачу: любой ценой выбраться отсюда и доложить командованию о случившемся. Если мы действительно единственные уцелевшие свидетели произошедшего, то, учитывая вырубившуюся связь, наши донесения окажутся на вес золота. В открытые боестолкновения вступать запрещаю. Сейчас главная стратегическая ценность, которую нам следует охранять, как штандарт полка, – это наши головы.

– Задачу поняла, сэр! – бодро ответила Лара. Такая боевая задача пришлась ей по вкусу.

Под прикрытием густого дыма поначалу можно было двигаться короткими перебежками от капсулы к капсуле, не опасаясь попасться на глаза противнику. Биоморфы продолжали бродить по полю недавней битвы. Время от времени с той стороны слышалось утробное взревывание и треск мощных панцирей – оставшись без хозяев, монстры начали кидаться друг на друга. Зверокомбатанты продолжали вести себя неадекватно, поэтому Купер окончательно выкинул из головы идею попытаться подчинить себе пару морфов, чтобы облегчить поставленную им самим перед остатками подразделения боевую задачу. Действовать без поддержки тяжелой биотехники было чертовски непривычно, но легионер должен уметь сражаться в любой нестандартной ситуации, даже голыми руками и с завязанными глазами. На поле боя может произойти все что угодно, и сегодняшняя катастрофа лишний раз подтверждала эту нехитрую воинскую истину.

Дым сносило перпендикулярно позициям противника, который до сих пор так и не сдвинулся с места, словно завороженный созерцанием результатов развернувшейся перед ним кровавой драмы, и Ларе с Фредом поневоле приходилось смещаться в том же направлении, чтобы их не обнаружили. Как выяснилось, река закладывала здесь широкую петлю, и надо было уже что-то решать с дальнейшими путями отступления, чтобы в конце концов не упереться в водную преграду.

Наконец Купер жестом приказал своей спутнице залечь и дальше двигаться ползком.

– Значит, так… – Фред чуть приподнял голову над травой и осторожно огляделся. – Диспозиция хреновая. Имеем вариант отступать назад через равнину. Ползком мы окажемся в холмах не раньше чем к вечеру… Впрочем, есть еще вариант. – Он посмотрел на Розен. – Как насчет спуститься к реке и проскользнуть под высоким берегом прямо мимо противника?

Купер понимал, конечно, что всякая демократия губительна для воинской дисциплины. Но ему до смерти не хотелось единолично принимать на себя такое рискованное решение. В общем-то, оба пути к отступлению выглядели равно опасными, а дорога через долину – еще и утомительной, поэтому он решил сделать так, как посоветует рядовой Розен. Этакая полевая интерактивная версия игры в «орел или решка».

– Почти на глазах у противника… – задумчиво сказала Лара.

– Не думаю, что их сейчас сильно занимает, что творится возле самой воды, – возразил Фред. – У них есть зрелище поинтереснее чуть выше – в долине. Полагаю, все взоры сейчас прикованы к нашей технике, которая устраивает там показательное шоу.

Помолчав, Лара сказала:

– Наверное, так действительно будет лучше, сэр. К тому же если мы двинем вдоль берега по воде, поисковые биоморфы в случае чего не смогут взять наш след.

– Дело говоришь, боец!

Они снова поползли к реке. Купер двигался первым, Лара – чуть левее и сзади. От учащенного дыхания начинало першить в раздраженном дымом горле. С каждым движением нестройные ряды противника становились все ближе и ближе. Это действовало на нервы: приближаться к вражеским биоморфам приходилось практически без оружия.

– Ты как? – поинтересовался Фред, не оборачивась.

– В порядке, – пропыхтела рядовой Розен.

До реки оставалось метров сто пятьдесят, до первых рядов противника – не более пятисот.

– Огранин мастер-сержант! – негромко окликнула Лара. – Посмотрите-ка, что происходит!

Купер обернулся через плечо. Имперские биоморфы, только что бесцельно слонявшиеся по полю битвы, понемногу снова выстраивались в боевой порядок фронтом к пиратам, формируя грандиозную армаду, перед которой не мог устоять никто и ничто.

– Подмога? – с надеждой спросила рядовой Розен. – Наши укротители высадились?..

– Не знаю… – Приложив ладонь козырьком ко лбу, мастер-сержант некоторое время изучал колышущиеся ряды имперской техники, а потом вдруг, резко изменившись в лице, вскочил на ноги: – Быстро к реке! Перебежками!..

Пригнувшись, он первым рванул к спасительному берегу. Лара не раздумывая бросилась за ним.

Пираты никак не продемонстрировали, что заметили двух выживших легионеров. Видимо, у них действительно имелось зрелище поинтереснее, потому что на равнине, далеко за спинами Розен и Купера, разом, словно единый организм, вдруг начала движение грандиозная армия монстров. Создавалось впечатление, что войсковые биоморфы прямого рукопашного контакта наконец пришли в себя и, организовавшись без помощи укротителей в подобие боевого строя, своими силами решили нанести противнику сокрушительный удар. Гигантское стадо циклопических созданий, понемногу набирая скорость, неудержимо надвигалось на арагонские позиции, словно разгоняющийся под уклон механоидный грузовик, а между атакующими биоморфами и рекой, отделяющей их от пиратов, изо всех сил бежали к воде две человеческие фигурки в биоброне, которым определенно не следовало становиться на пути столь могучей, всесокрушающей и безмозглой силы.

У реки трава росла гуще, чем на равнине. Высокие травяные заросли скрывали десантников по пояс, и Купер не сомневался, что теперь они с Ларой, пригибаясь, совершенно сливаются с местностью. С другой стороны, густая растительность заставляла расходовать лишние силы и замедляла бег. Активизировать же мышечные усилители легионеры не могли, потому что для этого пришлось бы разбудить скафандры, а в непосредственной близости от противника, который мог перехватить управление биоброней, это было слишком рискованно.

– Залегли! – скомандовал Фред и рухнул навзничь, ломая высокие стебли.

Напарница растянулась в траве рядом с ним.

– Передышка! – стараясь восстановить дыхание, прохрипел старший сержант. – Конец передышки! – тут же заявил он. – Приготовились… Вперед!

Оба вскочили и снова бросились к реке. Позади уже слышались характерные звуки движущейся лавины атакующих биоморфов: взревывание, шипение и громовой стрекот гигантских тварей, треск псевдохитиновых конечностей, оглушительные щелчки огромных суставов, гул земли, попираемой десятками разъяренных исполинов. Достигнув берега и кубарем скатившись с глинистого обрыва высотой в метр, Купер, не дав спутнице отдышаться, отдал категорический приказ плыть по течению и как можно скорее сваливать отсюда ко всем чертям. Бежать по мокрой глине вдоль воды было бесполезно – ноги увязали в топкой прибрежной полосе, на подошвы налипали увесистые комья грязи, сковывавшие ноги как тяжелые кандалы. Плыть оказалось немногим легче, потому что спящая биоброня тянула ко дну, словно намокшая шуба; однако в воде оставался шанс, что течение вынесет беглецов за пределы стремительно приближающейся к берегу линии армейских биоморфов раньше, чем первые свирепые комбатанты достигнут реки.

Центр приближающегося фронта боевых животных был уже позади, а до края правого фланга оставалось преодолеть не больше сотни метров, но легионеры совсем выбились из сил, барахтаясь в тяжелых панцирях. Купера еще дополнительно тянул ко дну Кусака, безвольно висевший у него на спине, словно чугунный рельс, и не сделавший пока ни одного гребка: из личного стрелкового оружия на всякий случай на генетическом уровне вытравливали малейшую способность к проявлению какой-либо инициативы.

– Не могу!.. – выпучив глаза, простонала Лара и хватанула широко раскрытым ртом речной воды. Лицо ее стало пунцовым от напряжения. Видно было, что она держится на поверхности из последних сил.

Купер ухватил напарницу за край плечевой пластины и, подвывая от натуги, поволок за собой. Внезапный выплеск адреналина позволил ему резко сократить дистанцию до спасения. Однако секунд через двадцать он тоже не выдержал и с головой ушел под воду.

– Дьявол! – прорычал Фред, вынырнув и яростно отплевываясь.

Лара, немного пришедшая в себя, самостоятельно рванула вперед, подгребая руками по-собачьи. Собравшись с силами, мастер-сержант обогнал ее и обернулся. Имперские монстры были совсем близко, и успеть уйти с вектора их движения не представлялось возможным. Левый фланг уже неудержимо влетел в реку, с шумом расплескивая мутную воду, правый чуть отстал, однако было отчетливо видно, что через несколько мгновений он неизбежно обрушится на двух барахтающихся посреди реки людей. Стена черных уродливых тел стремительно вырастала над берегом.

– Ныряй!.. – отчаянно прохрипел Купер и, для верности ухватив Лару за шкирку, рванул ее следом за собой на дно.

В глубине реки бурлила мутная вода, крутились захваченные миниатюрными водоворотами клочья водорослей и какой-то мелкий мусор. На мгновение в поле зрения Купера попало бледное перепуганное лицо Лары с вытаращенными глазами. Наверху промелькнуло несколько стремительных теней – боевые псевдобогомолы, отталкиваясь мощными задними конечностями, просто перепрыгивали неширокую для них водную преграду, не желая мочить шипастые лапы. Тут же по ушам ударил оглушительный грохот, словно в воду рушились огромные гранитные скалы: реку начали форсировать рептилоиды и фелиноиды. Один из гигантских тираннозавров с размаху задел Купера мощной чешуйчатой ногой, заставив его кувыркнуться через голову. На берегу такое столкновение могло стоить человеку жизни, но вода смягчила удар, и из мастер-сержанта только вышибло набранный воздух, который огромными пузырями устремился к поверхности. Легкие конвульсивно сжались и болезненно запульсировали, требуя кислорода. Еще несколько секунд Фред из последних сил держался на глубине, однако потом, не в силах больше сдерживаться и дважды едва не вдохнув грязную воду, все же начал обреченно подниматься следом за воздушными пузырями.

Они с Ларой вынырнули одновременно и, судорожно ухватив ртами воздух, принялись отплевываться. Вода вокруг них бурлила от переправляющихся на другой берег чудовищ. Погруженные по горло, биоморфы не выглядели столь величественно и устрашающе, как в полный рост, однако их огромные головы и чудовищные морды тоже могли составить конкуренцию самому дикому ночному кошмару. Особенно если вдруг всплываешь в самом центре этого необозримого потока морд с оскаленными зубами и кроваво-красными глазами.

Плоские и относительно легкие сколопендры скользили по поверхности воды, извиваясь, словно анаконды. Одна из этих тварей размером с хорошее бревно быстро двигалась прямо на Купера, оглушительно стрекоча на ходу. Не успев даже как следует вдохнуть перед очередным погружением, мастер-сержант был вынужден снова уйти под воду. Рядом с ним в дно тяжко, словно заколачивая невидимую сваю, ударила лапа одного из крупных рептилоидов.

Пытка удушьем продолжалась несколько минут, в продолжение которых Фред и Лара пару раз поднимались на поверхность за глотком воздуха с риском быть замеченными и растерзанными, а затем погружались снова. В полуметре над ними бултыхались лапы плывущих рептилоидов помельче, увенчанные остро заточенными кремниевыми когтями, каждый из которых, зацепив прячущегося в глубине реки легионера, мог бы без труда пропороть ему броню. Наконец чудовищные тени перестали мелькать над головой, и двум десантникам, уже теряющим сознание от асфиксии, с трудом удалось всплыть. Течением их отнесло довольно далеко, так что теперь даже не было необходимости красться под берегом мимо противника – выстроившихся наверху пиратов они миновали под водой. Из последних сил форсировав водную преграду, Купер выбрался на мелководье и на мгновение распластался рядом с Ларой, которая уже лежала лицом вверх и жадно дышала, судорожно вздымая грудь. Однако отдыхать времени не было. Помотав головой, мастер-сержант пополз вперед и осторожно выглянул над краем подмытого рекой высокого берега.

Столкновения с противником не случилось. Имперские боевые монстры, плавно утормаживаясь, мирно вливались в ряды неприятеля, охотно подчинялись окрикам чужих укротителей, будто заходили в родные стойла на военной базе. Пиратам даже не приходилось пускать в ход электрические стрекала, чтобы гасить неповиновение. Не было никакого неповиновения. Арагонцы без особого труда переформировали свою увеличившуюся в несколько раз армию и походным строем, не торопясь, погнали трофейную биотехнику прочь от реки. Купер приметил, что арагонских укротителей в несколько раз больше, чем требовалось для жидкой банды их собственных морфов, а это означало, что ни о какой случайности не может быть и речи. Все с самого начала шло по заранее просчитанному сценарию противника. Сколь бы бредовой ни была идея о дистанционном перехвате управления имперскими зверокомбатантами, увиденное говорило само за себя. Каким-то невероятным образом нищие и тупые пираты справились с задачей, недоступной ученым величайшей державы Галактики.

Фред живо представил, как Адмиралтейство, узнав о поражении десантной группировки на Арагоне, выдвигает сюда еще более значительные силы, которые точно так же переходят на сторону противника. А потом тысячи солдат и офицеров, его братьев по Легиону, в считаные минуты превращаются в груды окровавленного мяса…

Стиснув зубы, он продолжил внимательно наблюдать за уходящим противником. Нет, в отряде арагонцев не было никаких нестандартных биоморфов, выделяющихся размерами или необычной формой, одни устаревшие модели, прекрасно знакомые по сержантским справочникам. Поэтому мощнейшее пси-воздействие на имперскую биотехнику невозможно было объяснить присутствием в рядах врага каких-либо новейших суперсекретных организмов, обладающих невероятной ментальной силой. Впрочем, мастер-сержант не сомневался в этом с самого начала: если бы у врага имелись нестандартные комбатанты, способные преподнести неприятный сюрприз имперскому десанту, то крылатые разведчики, которые сейчас бурлящей тучей покорно смещались следом за уходящим зверополком, зафиксировали бы это еще перед началом боя, и предупреждение немедленно передали бы по офицерскому каналу.

Вражеских сенситивов было видно плохо – все-таки расстояние оказалось слишком велико. Среди них тоже не удалось различить мутантов, разительно отличающихся формой или размерами головы от их имперских коллег. Короче говоря, с виду пиратская армия ничем не отличалась от обычных повстанческих сил, которые Звездный Легион без особого труда гонял по всем уголкам Галактики.

Слева от Купера шевельнулась Лара. Придя в себя, она все-таки нашла силы подползти к нему, чтобы тоже вести наблюдение. Молодец девочка.

– Смотри внимательно, – процедил он. – Может быть, я что-то упустил…

– Не вижу ничего необычного, – негромко отозвалась Розен. – Кроме того, что наши биоморфы охотно подчиняются мятежным погонщикам.

– Вот именно. Запоминай все, что видишь. Может быть, эта информация окажется ценной для аналитиков Управления Безопасности – насчет того, что с виду невозможно определить, каким образом местные ублюдки взяли нашу технику под контроль.

Лара покосилась на командира.

– Информация невероятно ценная, – буркнула она. – Что вы видели, огране легионеры? Да, собственно, ничего, гражданин полковник. Спасибо большое, огране легионеры, вы нам очень помогли…

– Отставить! – рявкнул Купер. – Ты что, правда не понимаешь или прикидываешься?! Никому в Адмиралтействе и в голову не придет, что арагонцы вот так запросто, одним щелчком пальцев, забрали наших морфов! Других свидетелей не осталось, ретрансляторы наверняка прервали связь с орбитальной группировкой, как только их взяли под контроль. Кроме нас, никто не знает, что именно произошло. Сюда пришлют целую армию – настоящую армию, а не десантный полк. И снова не будет никаких признаков, что местные способны нанести нам сокрушительное поражение. А потом…

Лара угрюмо молчала.

– Теперь мы единственные имперцы, кто обладает достоверной информацией о случившемся, – жестко продолжал Фред. – И мы должны найти способ передать полученные сведения в Адмиралтейство – до того момента, как Метрополия начнет решительные ответные действия. Времени у нас совсем мало. Хотя бы один из нас должен выжить и выполнить поставленную боевую задачу. Все равно кто, но хотя бы один. Это понятно, рядовой?

– Так точно, сэр! – четко отрапортовала девушка.

– Вот и отлично. – Проводив взглядом исчезающее в тумане вражеское полчище, полчаса назад принадлежавшее Империи, Купер сполз с высокого берега, зачерпнул воды и сполоснул пылающее лицо. – А пока за проявленную волю к победе и спасение командира подразделения объявляю вам благодарность с занесением в личное дело, рядовой Розен. Я лично буду всячески ходатайствовать о сокращении вашего срока гражданской выслуги.

– Служу Империи, огранин мастер-сержант! – серьезно ответила Лара, а потом невольно улыбнулась, очень довольная такой перспективой – невзирая даже на то, что до сокращения срока службы еще следовало как минимум дожить.

Купер устало улыбнулся в ответ.

– Извини, сперва было не до этого, – проговорил он уже неуставным тоном. – Шок, горячка боя… Но спасибо тебе, что вытащила меня с того света. Я ведь совсем уже распрощался с жизнью. Теперь я твой должник.

– Это был мой долг, сэр, – в очередной раз попыталась пожать плечами девушка – и снова у нее не получилось. – На моем месте так поступил бы каждый легионер.

– Ладно, – подвел черту Фред. – Пятнадцать минут на отдых и оправку, а потом разрабатываем план дальнейших действий. В отсутствие более старших чинов назначаю вас, рядовой Розен, своим заместителем. В случае моей смерти командование миссией переходит к вам.

– Слушаюсь, огранин мастер-сержант, сэр.

Во время короткой передышки Купер проверил оружие, снаряжение и боекомплект. На Кусаке пережитое в реке приключение не сказалось никак – он исправно отстрелял полдюжины зубов, ушедших в чистое поле, короткими очередями и одиночными. У обоих бойцов была биоброня, которую они снова осмелились разбудить – устойчивая к нескольким плазменным попаданиям из стрелкового оружия подряд, но плохо защищающая от кислоты и поражения электрическим разрядом. Еще у них был один вибронож на двоих, биокоммуникаторы в шлемах, которые в отсутствие захваченных противником морфов-ретрансляторов не принимали никаких данных и только ровно моргали зелеными квадратами, осветительные ракеты и сухой паек на двое суток. Кроме того, биоброня содержала солидный запас лекарственных, витаминных и энергетических жидкостей, которые она вводила непосредственно в кровеносную систему хозяев по мере необходимости.

– Так каков будет план, сэр? – напомнила Розен.

– В первую очередь нам необходимо покинуть планету. Выйти на связь со своими отсюда не получится. То есть мы можем попытаться, но любую информацию, полученную на частотах арагонцев, командование однозначно воспримет как дезу.

– Тогда нам нужно угнать челнок… – задумчиво произнесла Лара.

– Оно конечно. Вот только есть одна проблема. Челнок не способен прыгнуть через подпространство.

– Но нам же достаточно только выйти на орбиту? Там наши крейсера, ударная группировка…

– Ты уверена? – произнес Фред. – Посмотри-ка вон туда. – Он указал назад, на медленно рассеивающиеся плотные столбы белого дыма, повисшие над местом недавнего побоища после обстрела ударной группировки артиллерийскими батареями. – От флота могло вообще ничего не остаться. Обрати внимание, противник уходил совершенно спокойно, не опасаясь орбитальной бомбардировки. По-моему, это приговор.

– Не могу поверить, – хмуро произнесла Розен. – Просто в голове не укладывается…

– У меня тоже, но это не повод сдаваться. В общем, челнок – дело ненадежное. С одной стороны, завладеть им проще, чем космократором, с другой – велик риск после выхода на орбиту остаться одним в безвоздушном пространстве без всякой надежды на помощь.

– Значит, рейдер? – подняла взгляд Лара.

– Лучше всего рейдер, – согласился Купер. – Но сгодится вообще любой космократор – ремонтник, ретранслятор, даже транспортник. Лишь бы умел прыгать.

– Без челнока нам все равно не обойтись, – покачала головой девушка. – Большие космократоры не садятся на поверхность, все равно придется выходить на орбиту. А маленький мы можем надорвать, если заставим его сделать длинный прыжок.

– Это верно. Но тут сразу возникают новые вопросы. Захватить челнок мы теоретически можем, а вот дальше… Скорее всего силы Империи уничтожили все без исключения орбитальные станции и находившиеся на орбите космократоры арагонцев. Тогда в радиусе нескольких парсеков от нас может не оказаться ни одного звездолета. По крайней мере, когда мы десантировались, пираты не оказали никакого сопротивления из космоса. Об этом думала?

– Нет, – призналась Розен.

– Разумеется, если целью местных ублюдков было, чтобы мы десантировались на поверхность в целости и сохранности, доставив им побольше зверокомбатантов, то они могли просто укрыть свой флот в каких-нибудь труднодоступных районах Арагоны или отогнать его на пару прыжков от планеты. Но это в любом случае означает, что большого космократора нам не видать. А искать маленький можно долго…

– Выходит, мы в полной заднице? И как же нам выполнить миссию в таких условиях?

– Нам ее просто придется выполнить, – со вздохом ответил Купер. Вот в этом и есть главное отличие унтер-офицерского состава от рядовых огров: там, где лягушка-рядовой, не видя выхода, поддастся панике, сложит лапки и утонет в молоке, сержант будет биться до последнего, как настоящий гражданин, пока не взобьет масло и не выберется наружу. – Начнем с марш-броска в сторону столицы. Челнок или другой транспорт нам необходим так или иначе – пешком бродить в поисках подходящего космократора мы можем долго.

– А в какой стороне столица? – спросила Лара.

О местной географии Купер и Розен имели довольно смутные представления. Перед началом операции никому даже в голову прийти не могло, что десантникам придется самостоятельно ориентироваться на местности без подробной информации от орбитальной группировки и птероидов-разведчиков.

– По логике вещей, – задумчиво проговорил мастер-сержант, – ее как раз должен был прикрывать от нас вражеский отряд. Не чистое же поле мы собирались атаковать. И объединенная армия морфов скорее всего двинулась в нужном нам направлении. Значит, текущая задача у нас такая: идти по следам, проявлять разумную осторожность и смотреть в оба.

Фактор агрессии

Подняться наверх