Читать книгу Охота на невесту - Ева Никольская - Страница 4

Глава 2
Тринадцатый закон бьёрнов

Оглавление

Под прозрачным куполом взмывали вверх и снова опускались на желеобразное дно разноцветные кабинки с сидящими внутри ребятишками. В синей с белыми полосками и нарисованной спереди кошачьей мордой катался мой Яшка, он с очень серьезным видом дергал за рычаги, заставляя свою «машину» то и дело подпрыгивать. Аттракцион, как и все в парке, был вполне безопасный, так как специальная программа мгновенно просчитывала возможности столкновений и уводила кабинки из-под удара. Так что я без страха отпустила туда своего малыша, заплатив сразу за четыре сеанса, потому что сын попросил полетать подольше.

Сама же устроилась с рожком мороженого на скамейке в нескольких шагах от карусели и, наблюдая за тем, как веселится мой отважный автомобилист, думала о котах. Даже то, что Северьян выбрал «машину» с хитрой усатой мордой, казалось мне сейчас знаком. Я всегда хотела завести кошку и даже собиралась сделать это к новому году, выполнив наконец давнюю просьбу ребенка. Но заводить «кота»-жениха, пусть даже и фальшивого… такое в мои планы уж точно не входило.

Одетая в джинсы, легкую кофту и удобные балетки, я чувствовала себя куда свободней, чем в форменном платье и на каблуках. Но все это не помогало расслабиться. Где-то внутри беспокойно ворочался червячок сомнений, шептавший, что выгодная с виду сделка на деле может оказаться чем-то совсем иным. И дело было даже не в том, что меня вынудили подписать договор, не оставив другого выбора. Просто слишком много особенностей имелось у модифицированных, и слишком мало об этих особенностях знала я.

Однако у Ильи теперь было мое слово. А это значило даже больше, чем соглашение из нескольких пунктов, двусторонне подписанное и заверенное личными печатями каждой из сторон. Кошачий вожак носил такую в перстне, как и подобает главе клана. Мне же за своей пришлось сходить домой, причем под конвоем Юлианы, которая чем-то приглянулась уже проснувшемуся Яшке, решившему показать рыжей бьёрне коллекцию своих поделок. Пока они с «тетей», взиравшей на детское творчество с не меньшим интересом, чем их маленький создатель, занимались друг другом, я отдала несколько распоряжений Катрине и, взяв все необходимое, включая и чересчур увлекшуюся Юлиану, вернулась на седьмой этаж.

После заключения сделки мы просидели еще где-то с час, обсуждая различные нюансы от легенды нашей «большой любви» и того, что мне стоит говорить, а где надо просто мило улыбаться, до длины платья, которое я надену на прием в честь помолвки. Она, кстати, будет вовсе не фальшивой, а очень даже настоящей. И ближайшие месяца три, если не больше, мне придется жить в соответствии со статусом невесты Ильи Нечаева. Потом, как прописано в договоре, мы разыграем «семейный скандал» и разбежимся. А перед этим жених переведет в мою собственность обещанную недвижимость в качестве (!) свадебного подарка.

Жмот, конечно. Как есть жмот! Мог бы избраннице и весь доходный дом подарить, у него наверняка такой не один. Хотя настоящей невесте, наверное, и подарит. А подставная, то есть я, будет просто счастлива получить то, на чем мы сошлись. Стоила моя лавка вместе с квартирой немало, учитывая престижный район и бойкое торговое место в центре города. Но к счастью, достойная пара, в которую должны были поверить все рыжие коты, их предводителю требовалась больше, чем эти несчастные квадратные метры. Я, по мнению обоих бьёрнов, была достойной. Ну, не мне с ними спорить.

Мысль пожаловаться на шантаж и угрозы властям даже в голову не пришла. Во-первых, очень уж хотелось никуда не переезжать, а во‑вторых, желтоглазые мало того что были весьма влиятельны в нашем обществе, так еще и частенько оказывали услуги гвардам, если требовалось кого-то отыскать или расследовать какое-нибудь сильно запутанное дело с минимумом зацепок. Среди людей хватало талантливых следователей, но иногда было проще привлечь кого-то из магов или модифицированных, чтобы они проявили свои таланты, чем топтаться на месте, пытаясь найти след. Чародеи видели нити силы, пронизывающие пространство, и могли плести из них поисковые заклинания. Некроманты при должном разрешении допрашивали убитых. Ищейки же бьёрнов, носившие в ухе желтый кристалл – символ их профессии, обладали безупречным нюхом и отменной интуицией, а некоторые – и какой-то паранормальной способностью.

У бьёрнов дар если и был, то всегда один. Зато обычно четкий и ярко выраженный, как, например, телекинез, воспламенение взглядом или абсолютная память. Просыпался он в детском возрасте и окончательно формировался к совершеннолетию. Желтоглазые жили почти столько же, сколько и все остальные люди: взрослели и умирали так же, как и мы, разве что старели немного медленней из-за хорошей регенерации. Но в отличие от чародеев одаренные зверолюды не обладали внутренним зрением, позволявшим распознавать структуру мира, и уж тем более не умели с ней работать. Зато они прекрасно видели в темноте и могли взять след лучше любого животного. И если некоторые маги пополняли после обучения ряды стражей порядка, бьёрны не делали этого никогда. Как-то не принято это было в среде модифицированных. Но помощь следователям оказывали охотно, каждый раз давая понять, что заботятся о жителях города не меньше, чем власти.

На самом деле и правда заботились: строили детские площадки, закупали оборудование для больниц, спонсировали дома сирот и многое другое. Всего в мире было около тридцати разных кланов, и три из них примерно двести лет назад обосновались в Гримшере. За это время город вырос и изменился, а желтоглазые окончательно влились в его жизнь, став неотъемлемой частью. Богатые, сильные, с хорошим заделом из прошлого… они являли собой еще одну власть, с которой приходилось считаться и градоправителю, и другим чиновникам.

Но, несмотря на реальный вклад в процветание Гримшера и довольно большие отчисления на благотворительность и в местный фонд развития медицины и науки, бьёрны активно расширяли индустрию азартных игр, плодили дома желаний и, по слухам, вели не всегда законную деятельность, которую с успехом прикрывали работавшие на них юристы. Так что понять, чего больше было от зверолюдов, вреда или пользы, лично я не могла. Как-то раньше мне с ними связываться особо не приходилось. Ну заглядывали в магазин, покупали что-то, обменивались ничего не значащими фразами, и все.

Хотя нет, один господин из черных «ящериц» уже несколько раз пытался навести мосты в общении со мной, периодически заказывая эксклюзивные амулеты или обереги. Даже звал меня штатным артефактором в их клан, причем дважды, но я отказывалась, ссылаясь на лавку, содержание которой требовало моего времени и сил. Недавно черный бьёрн снова явился, чтобы поручить мне создание весьма деликатной и очень дорогой вещицы, что, признаться, польстило моему самолюбию. Такую работу доверяли только достойным мастерам. И все же не могу сказать, что наше общение с Эльдаром Броуди выходило за рамки отношений артефактор – клиент, и уж точно оно не попадало в категорию невеста – жених хотя бы потому, что этот «ящер» был давно и счастливо женат.

Невеста…

Надо же! А ведь я, как и любая девчонка с моего курса, когда-то мечтала о белом платье и свадебном букете, который брошу в толпу веселых подружек, выйдя на ступени величественного храма. Потом, конечно, гнала прочь всю эту романтичную чушь, убеждая себя, что уже взрослая, чтобы верить в сказки. Но иногда, засыпая, все равно грезила о чем-то красивом, торжественном, несущем безграничное счастье. И вот она – правда жизни! Сегодня ночью я стану невестой бьёрна. Не просто бьёрна, а главы рыжего клана! И это наверняка тоже будет красиво и торжественно, как и все свадебные ритуалы, вот только счастья оно не принесет. По крайней мере до тех пор, пока я не получу документы на квартиру и магазин.

Время катания на аттракционе закончилось, и, выбравшись из усато-полосатой кабинки, ко мне со всех ног бросился мой сероглазый ветер. И мысли, беспокоившие меня, разом улетели, уступив место затопившей душу нежности.

– Хочешь мороженого? – спросила я сына, посмотрев на вафельный хвостик, оставшийся от моего рожка. – Я бы еще съела, – сказала, хитро взглянув на мальчишку.

– А горло у тебя не заболит? – строго спросил мой маленький мужчина, продолжая заботиться о своей маме даже на отдыхе.

– У меня нет, – рассмеялась я. – А у тебя?

– Тоже! – заулыбался Яшка, радуя меня ямочками на щеках, и тут же деловито сообщил, что хочет клубничное с шоколадной верхушкой.

Любимое лакомство сына я знала прекрасно, поэтому, порывшись в сумке, достала деньги и, попросив его подождать меня на скамье, пошла за десертом для нас обоих. Пока стояла в очереди, любовалась собственным ребенком. Хороший он у меня получился все-таки… самый лучший! И стихию мамы моей унаследовал, как и все почти в роду Вельских. Одна я в семье пошла в прабабку, получив при рождении покровительство воды. Хотя, если уж совсем честно, от сирены мне достались не только необычные глаза и способность снимать любую усталость, прогулявшись под дождем или искупавшись в природном водоеме, но и кое-какие способности, которые я до сих пор плохо контролировала, что порой сильно раздражало. Поэтому наличие морской девы среди своих предков старалась не афишировать. Ведьмой меня растили, ведьмой я стала, ведьмой и дальше хотела быть.

Купив мороженое, вернулась к сыну. Какое-то время мы просто уплетали лакомство, сидя на скамье и болтая ногами. Вернее, болтал он, а я покачивала ступней в такт. Потом прокатились на мрачно поскрипывающем поезде через пещеру страха, вдоволь накричались на скоростных качелях, похожих на горки, и, умаявшись окончательно, пошли домой. Если бы не гаденькое предчувствие, мешавшее наслаждаться жизнью, я была бы сегодня по-настоящему счастлива.

Но интуиция недвусмысленно намекала, что расслабляться рано. А я своему ведьмовскому чутью доверяла. Ведь нежданно-негаданно я ввязалась в игры влиятельных людей, и даже при удачном раскладе нервов эта авантюра мне попортит немало. Причем начнется все уже совсем скоро, потому что платья нужного фасона, длины и расцветки в моем гардеробе попросту нет, а походы по магазинам я ненавижу с детства. Особенно затратные. Но вряд ли Илья обрадуется, если его нареченная явится на собственную помолвку в наряде из торгового центра средней руки, а значит, придется как-то выкручиваться с вечерним туалетом.

Зря волновалась! Глава рыжих котов поступил проще. Он прислал ко мне вредную малолетку, которая, явившись через час после нашего возвращения из парка, с поистине зверским рвением принялась решать мои проблемы с одеждой, прической и макияжем, обзванивая своих знакомых мастеров и какие-то элитные салоны. Я о них толком и не слышала, так как на публике появляться не любила и трех вечерних платьев на выход мне хватало за глаза и уши. Тратить же деньги на то, чтобы кто-то меня накрасил, и вовсе считала расточительством. Но сегодня против такого расклада я совершенно не возражала. Не надо было ломать голову, где что взять и за сколько, потому что финансовый вопрос Юлиана тоже возложила на свои хрупкие плечи и… на золотую карту Ильи.

Я же собрала небольшую сумку с вещами для Северьяна, которого отправляла сегодня ночевать к Катрине. А потом, поколебавшись немного, написала еще и доверенность на свою юную помощницу на случай, если меня по каким-то причинам не будет, а дела решать придется. Чтобы не пугать девчонку, сказала, что это лишь формальность, хотя в глубине души понимала: в ближайшие недели мне будет не до торговли. Заверив документ своей личной печатью, отдала его девушке, а потом, расцеловав на прощание сына, и его тоже. Малыш обещался слушаться Катю, которую наотрез отказывался называть тетей, и ее маму с папой. Оставался в этой семье Яшка не первый раз, так что за ребенка я не волновалась. Куда больше переживала за себя, хоть и старалась не показывать свое состояние рыжей малявке, устроившей из моей квартиры салон красоты.

Проводив Катрину с Северьяном, обслужила последних посетителей и закрыла лавку. Как ни жаль, но на целых два часа раньше. Затем, понаблюдав немного за телефонно-мирлинговой деятельностью своей новоявленной стилистки, покачала головой и ушла в душ, напрочь игнорируя ее заявление о том, что мастер, которого она, видите ли, вызвала, меня сам вымоет. Для начала надо было обновить краску на волосах, чтобы в самый разгар мероприятия не превратиться на глазах у изумленной публики из жгучей брюнетки в платиновую блондинку, да и купаться, как и наносить косметику, я предпочитала без посторонней помощи.

Вечер выдался жутким. Юлиана не солгала, сказав, что скоро приедут профессионалы, способные из любой замарашки сделать принцессу. Замечание про замарашку я тоже пропустила мимо ушей, не желая пререкаться с девчонкой. Не до нее как-то было. Вот только рыжая зараза не уточнила, что эти хваленые профессионалы – форменные садисты с извращенными вкусами. Вместо размышлений о грядущей помолвке мне пришлось всеми силами пытаться отстоять у четырех странных личностей, включая рыжую бьёрну, право на свою собственную внешность. Потому что то, во что они жаждали меня превратить, было ужасно!

В конце концов, устав с ними бодаться, сказала, что иду звонить на личный номер Ильи, который он мне дал днем, и интересоваться его мнением насчет асимметрично подстриженных и выкрашенных в синий цвет волос его невесты, которая при этом будет одета в платье из склеенных лепестков роз. Креативно, не спорю! Но уместно ли? Угроза, как ни странно, подействовала. И мне тут же начали подыскивать менее экстравагантный образ, листая страницы мирлинговых каталогов и обсуждая, какая расцветка лучше пойдет к бледному тону моей кожи. Ткнув в три из предложенных нарядов, я категорически отвергла прическу в виде украшенной звездами башни и потребовала у парикмахерши с ярко-желтым каре заплести на моей голове «райский водопад».

Когда в половине двенадцатого ночи к дому подлетел белый скат, я была такая злая и вымотанная, что какой-то там официальный прием у рыжих котов казался сущей мелочью по сравнению с куда более страшными «зверями» из мира моды. Впрочем, работу свою они сделали отлично – выглядела я действительно невестой, достойной главы целой стаи. Под теплой накидкой пряталось длинное платье с открытыми плечами, на которых лежали полупрозрачные кружевные лямки, соединенные спереди тонкой сеточкой. Сшитый из практически невесомого шифона наряд красиво обрисовывал мою фигуру до середины бедра, откуда начинался клеш. Подол был собран из треугольных лоскутов разной длины, которые развевались при движении.

Но самым удивительным в этом платье была цветовая гамма: светло-серый, практически белый верх постепенно переходил в темную синь низа, посеребренную звездной россыпью. В косу, короной огибающую мою голову, тоже вплели серебристые нити, которые свисали, путаясь в спирально завитых прядях. Макияж был вечерний, и наносила его я сама. Визажисту я позволила лишь добавить тонкую линию серебристых теней под мои аккуратно подведенные черным глаза (безупречно зеленые – спасибо волшебным каплям) и покрыть перламутровым блеском розовые губы.

Открывший дверцу ската Илья внимательно осмотрел меня с ног до головы и, судя по улыбке, подаренной стоящей рядом Юльке, остался доволен результатом ее трудов. Меня же спросить, как я все это пережила, бьёрн не удосужился. Ну и ладно! Не очень-то и хотелось с ним делиться своими переживаниями. Кто он мне, если подумать? Просто… жених. Временный! И это главное.

В звукоизолированном салоне мы ехали втроем: Нечаев с Юлианой разместились на кожаном сиденье со стороны водителя, а я напротив разложила по креслу свою многослойную юбку. Между нами был небольшой столик с дорогим алкоголем и соком, но выпить мне никто не предложил, а я и не напрашивалась. Пока добирались до места, повторили основные моменты нашей легенды и в очередной раз проговорили, что мне следует отвечать на сомнительные вопросы, кому улыбаться, а от кого держаться подальше. Вот только все это было слишком сложно, потому что в лицо я знала только двоих рыжих «котов» – их предводителя и одну вредную «кошку», назначенную на ночь моей «подружкой». Ну, или проще выражаясь – цербером, который будет охранять меня и следить, чтобы я не наделала глупостей. Что ж, может, оно и к лучшему.

Конечная остановка меня озадачила. Признаться, я ожидала увидеть величественный особняк, принадлежащий главе клана, но остановились мы на крытой стоянке, рядом с которой не было ни одного здания, подходящего для многолюдных мероприятий. Галантно подав мне руку, Илья помог выбраться из ската, мерно покачивающегося на потоках воздуха, и ступить на асфальтированную площадку, где были припаркованы разные машины и несколько крылатых красавцев меньшего, чем белый, размера.

К нам тут же подошел крупный рыжеволосый мужчина в строгом черном костюме с бабочкой и о чем-то пошептался с Нечаевым. Потом предложил Юлиане свой локоть и, подождав, когда вперед пройдем мы с Ильей, повел девушку следом. Сама она уже давно заготовила себе наряд для помолвки начальника, поэтому воспользовалась услугами только парикмахера и визажиста, вызванных ко мне на дом. Короткое черное платье, украшенное по подолу желто-рыжей вышивкой, прекрасно гармонировало с ее огненными волосами до плеч и ярко очерченными золотыми глазами. «Жених» же был одет в темно-серый костюм классического покроя и белую рубашку с бриллиантовыми запонками. Просто и дорого, как и при нашей первой встрече. Разве что на этот раз на «коте» был подобранный в тон галстук.

Пройдя метров сто мимо освещенных прожекторами автомобилей, мы начали спускаться по широкой лестнице на подземный этаж, охраняемый модифицированными в темно-зеленой форме. Бьёрны приветствовали Илью, отвешивая короткие, но почтительные поклоны, и пожирали глазами меня. Еще бы! Для них я была тайной последних четырех недель – тщательно скрываемой невестой главы рыжего клана. И то, что помолвка – фикция, они даже не допускали. Все же Нечаев рисковал, и сильно, впутывая в свою авантюру незнакомую ведьму. Окажись я более безбашенной, могла бы как минимум подмочить его репутацию, а как максимум – разрушить. Вот только с головой я дружила и терять ее в угоду сомнительному удовольствию от минутной мести совершенно не планировала.

До просторного зала с множеством мраморных колон и свисающих на цепях люстр мы добрались, пройдя через девять постов охраны. Зачем столько, я спрашивать не стала. Откуда мне знать, как у бьёрнов обычно проходят подобные приемы. Вдруг зверолюды жутко мнительные, и такое количество мужчин в форме – обычное для них дело. Да и не до этого мне было, если честно. Недавняя злость поутихла, выпустив наружу неуверенность, которую с каждым шагом становилось все сложнее прятать за маской «счастливой невесты».

Красиво оформленный зал не казался вычурным, что приятно удивляло. Про модифицированных ходили разные слухи, в том числе и про их тягу к неоправданной роскоши, которая часто граничила с безвкусицей. Интерьер же этого просторного помещения опровергал все наговоры одним своим видом. Гостей было много, по большей части рыжеволосых. Причем цвета их причесок разнились от золотистого до каштанового с медным отливом. Но среди общей массы желтоглазых я заметила и обычных людей, пришедших на помолвку главы кошачьего клана со своими модифицированными партнерами. Смешанные браки с людьми и магами среди бьёрнов не были редкостью.

Нам кивали, улыбались… скалились и крысились, впрочем, как и в любом светском обществе. Я шла с приклеенной улыбкой на устах, крепко сжимая локоть своего «жениха» и стараясь не сильно глазеть по сторонам, потому что от некоторых случайных взоров становилось крайне неуютно. Слишком уж пристально меня рассматривали, слишком придирчиво и как-то… свысока, что ли.

Рядом появилась Юлиана и что-то шепнула на ухо Илье, а в следующую секунду из толпы вырулил пожилой бьёрн в идеально сидящем фраке и, разведя руки в стороны, словно для объятий, радостно пророкотал:

– Ну наконец-то, сын, ты решился нам ее показать! – То, что речь шла о моей скромной персоне, сомнений не вызывало. Вернее, о персоне той девушки, которая играла роль избранницы Нечаева до меня. Одобрительно хлопнув Илью по плечу, мужчина повернулся ко мне и, вежливо поклонившись, представился: – Аристарх Ильич Нечаев, моя дорогая. А вы?

– Анна Вельская, – ответил за меня «жених». – Пап, давай мы пройдем наверх, лучше не затягивать с церемонией. – Во вроде бы ровном голосе Ильи мне послышались виноватые нотки. Не знаю, заметил ли их его отец, но задерживать нас не стал. Отошел в сторону, освобождая путь к небольшой полукруглой сцене, на которой стоял алтарь.

Все, кто поклонялся божественной чете, брачный обряд проходили в два этапа. Сначала помолвка перед ритуальным возвышением в присутствии свидетелей и жреца, где жених с невестой давали друг другу первые клятвы, потом – свадьба в храме, после чего на правом виске каждого из молодоженов окончательно закреплялась серебристая вязь тончайшего рисунка, уникальная для каждой пары. Этот самый орнамент появлялся на коже после помолвки, но был полупрозрачного белого цвета и постепенно таял в течение года, отведенного богами на подготовку свадьбы. Раньше жениться разрешалось, позже – нет. Иначе приходилось церемонию помолвки проводить заново и потом выжидать минимум неделю, прежде чем идти в храм.

Алтарь бьёрнов напоминал маленький столик на длинной ножке и был сплошь заставлен бело-рыжими цветами, незажженными свечами и чашами, коих я насчитала целых три. Именно к алтарю и вел меня Илья сквозь любопытную толпу приглашенных, так и норовивших поздороваться или отвесить комплимент избраннице своего вожака, а некоторые пытались даже как бы незаметно щелкнуть нас на мобильник. Но все эти «доброжелатели» оказались сущим пустяком в сравнении с троицей, заступившей нам дорогу, когда до сцены оставалось всего несколько шагов.

Рыжеволосые мужчины были похожи друг на друга как две капли воды, а стоящая между ними желтоглазая девушка обладала роскошной белоснежной косой, тройным обручем огибавшей ее голову, серебристым узором на правом виске и округлившимся животиком, который не скрадывали даже многочисленные складки вечернего платья. Снова скользнув взглядом по практически идентичным близнецам, я заметила похожий рисунок и на лице одного из них.

– Ты все-таки решился, Илья, – с неприятными шипящими нотками в голосе проговорил холостой бьёрн. – Не представишь нас… невес-с-сте? – и посмотрел на меня так, что резко стало не хватать воздуха. Будто видел все мои страхи, всю затеянную нами игру и ложь, которую мы пытались выдать за правду.

Отрепетированно улыбнувшись, я взяла себя в руки и принялась украдкой его рассматривать. Этот мужчина меня беспокоил, и сильно. Заметив желтый кристалл, вдетый в его левое ухо, я с ужасом поняла, что он как раз из тех, что сотрудничают с гвардами. Некий аналог следователя в рядах зверолюдов. Сыскарь, дознаватель, ищейка… как ни назови – суть остается неизменна. Строгий черный пиджак, сшитый на манер кителя, прекрасно сидел на его фигуре, подчеркивая идеальную осанку. Волосы длиной до подбородка были зачесаны назад и аккуратно заправлены за уши, но прядь справа упорно не желала оставаться на месте и так и норовила упасть на лицо. Прямоугольное скуластое, с прищуренными желтыми глазами, чуть перекошенным будто после травмы носом с то ли наследственной, то ли приобретенной горбинкой и кривящимся в ироничной ухмылке ртом.

Этот бьёрн не был мне рад в отличие от его копии. Та же внешность, те же золотые глаза с вертикальными зрачками… но сколько в них восхищения! Больше восторга при виде моей скромной персоны было, наверное, только у беременной блондинки, которую муж бережно обнимал за плечи. Эта пара модифицированных явно одобряла выбор кошачьего предводителя. Девушка тоже была желтоглазой, но из клана белых волков. Соединяя свою жизнь с мужчиной из другой стаи, женщина полностью переходила в семью супруга, становясь ее частью. И дети их всегда наследовали звериный облик отца. Вот и эта блондиночка теперь принадлежала к большой рыжей семье.

– Анна, это Алексей Нечаев, мой младший брат, – после довольно продолжительной паузы все-таки проговорил Илья. – И его жена Алина. – Девушка и доброжелательно настроенный близнец заулыбались, чуть склонив приветственно головы. – А это Александр Аристархович, – выделив интонацией отчество, представил сыскаря «жених». – И он, как ты понимаешь, тоже мой родной брат.

– Приятно познакомиться, господа, – проговорила я, старательно избегая смотреть на «кота» с серьгой. Зато он с откровенным интересом разглядывал меня. Медленно, оценивающе, словно ощупывал, не касаясь. И от его взора очень хотелось передернуть обнаженными плечами. Именно сейчас я особенно сильно пожалела, что по совету Юлианы оставила накидку в салоне ската. Все то внимание, которым наградила меня толпа, не шло ни в какое сравнение с прожигающим насквозь взглядом Александра. Он не просто меня изучал, он словно препарировал мою душу, сканируя тело, и от этого я нервничала все сильнее. – Мы идем? – сжав предплечье «жениха», спросила я тихо.

– Конечно, дорогая, – тут же оживился Илья и, воззрившись на Александра, сказал: – Пропусти.

– Так сразу? А может, я хочу узнать поближе свою будущ-щ-щую… родственницу, – снова зашипел бьёрн, явно не собираясь отходить, как это сделали его брат и невестка. А народ вокруг притих, с нескрываемым любопытством наблюдая за нами. Модифицированные или нет, люди везде одинаковы: жаждут хлеба и зрелищ, к которым как раз и относилась наша внеплановая заминка.

– Мы торопимся, – веско заметил мой «жених».

– К алтарю? – вскинув темно-рыжую бровь, уточнил младший Нечаев и тут же снова повернулся ко мне, не очень-то вежливо спросив: – Аня, неужели вам так неймется замуж? Или «несметные сокровища» главы клана голову вскружили? Корысть до добра не…

– Не смей оскорблять ее! – перебил Илья, гневно сверкнув глазами на брата, и, как я недавно, крепко стиснул свободной рукой мои пальцы, лежащие на сгибе его локтя. – Отойди, Алекс, – добавил бьёрн чуть мягче, но с вполне отчетливой угрозой в тихом голосе. – Просто не мешай.

– Саш, хватит. – К упрямому желтоглазому сзади подошел отец и, похлопав его по плечу, как ранее старшего брата, попросил: – Не стоит давать повод любителям скандалов, а то завтра все новости будут пестреть рассказами о том, как Нечаевские «коты» не поделили невесту. – На последних словах он незаметно мне подмигнул, отчего я только больше растерялась.

«Держать лицо» было все сложнее, но я справлялась. Правда, скулы порядком свело от дежурной улыбки, хотя это, конечно, мелочи. Александр еще какое-то время сверлил меня взглядом, решив, похоже, что источник всех проблем их кошачьей семейки – я. А потом плавно шагнул в сторону… причем в мою и, поравнявшись, довольно грубо прошипел:

– Ш-ш-шла бы ты отсюда, Аня, – после чего чуть задел меня плечом и исчез в сомкнувшейся за его спиной толпе.

А я бы, кстати, и ушла. Не будь оформленной документально договоренности, личного интереса и угроз, которые тоже никто не отменял. Но сообщать все это вредному Саше, напрочь лишенному чувства такта и вежливых манер, никто не собирался. Ушел, ну и слава лунной матушке! Теперь главное, чтобы не вернулся и не сорвал нам помолвку, которая нужна Илье, чтобы избавиться от охоты, объявленной на него жаждущими замуж «кошечками», и мне, чтобы поскорее избавиться от самого Ильи, потому что чем раньше мы все это начнем, тем быстрее закончим.

По-прежнему держа меня под руку, бьёрн помог мне подняться по мраморным ступеням и встать рядом с ним возле алтаря. Теперь я прекрасно видела его содержимое, среди которого самым интересным казался украшенный драгоценными камнями кинжал. У обычных людей кровопускание на предсвадебной церемонии можно было и не делать, но у магов и модифицированных оно являлось обязательной составляющей ритуала. И именно благодаря смешиванию крови зачарованным клинком возникал брачный узор на висках. Человеческие пары зачастую предпочитали ограничиваться обручальными кольцами, не желая носить божественные метки на лицах, ну а мы оставались приверженцами старых традиций.

Следом за нами на сцену поднялся одетый в бело-синие цвета храма жрец, который красиво взмахнул руками, призывая гостей к тишине, затем произнес недлинную торжественную речь, дабы лишний раз напомнить присутствующим, зачем мы все здесь собрались, после чего подошел к алтарю, зажег щелчком пальцев свечи, взял кинжал и, вознеся молитву лунной матери и небесному отцу, спросил, готовы ли мы с женихом к брачному союзу. Получив в ответ слаженное «да», сделал короткие надрезы на наших с Ильей ладонях и, смешав кровь в одной из чаш, принялся разливать ее по двум другим. Наши же раны волшебным образом затянулись, хотя тонкие шрамы остались, как напоминание о происходящем.

После этого жрец долго шептал над каждым сосудом, помешивая алое содержимое острым клинком, и, когда на фарфоровых стенках один за другим вспыхнули три символа небесного храма, седовласый служитель окунул кончик указательного пальца в каждую из смесей и пометил кровью наши правые виски, говоря при этом божественные напутствия. О любви и верности, о доброте и взаимопонимании, о том, чтобы мы не потратили испытательный срок впустую, а укрепили свои чувства прежде, чем переступить двери святой обители.

Я слушала, стараясь воспринимать это как кино или спектакль, в котором мне выпало сыграть главную роль. Но где-то в глубине души ворочалось непрошенное разочарование. Может, мной и было принято решение, что красивая свадьба и счастливая семейная жизнь – это не мое, но, как выяснилось, романтичная девчонка, которую пыталась вытравить циничная мать-одиночка, все еще жила во мне, искусно прячась под маской практичной женщины.

– А теперь закрепите ваши намерения, дети неба! – торжественно провозгласил седовласый жрец, предлагая нам поцеловаться.

Я ожидала легкого касания на грани невинности, но Илья решил иначе. У него оказались удивительно мягкие, нежные губы, которые умело ласкали мои уста под громкие женские вздохи, бурные овации мужчин и вспышки фотоаппаратов. Меня все это изрядно отвлекало, но не настолько, чтобы не прочувствовать наш ритуальный поцелуй.

После рождения Северьяна было как-то не до романов, а размениваться на одноразовые связи я просто не хотела, все откладывая день, когда надо будет вплотную заняться личной жизнью. Не замуж выйти, конечно, но хотя бы завести постоянного любовника для утоления сексуального голода путем редких, но плодотворных встреч. Однако сначала маленький ребенок занимал почти все мое время, потом учеба мешала влюбляться, затем как снег на голову на меня свалились хлопоты, связанные с семейным бизнесом. В результате единственным мужчиной в моей жизни так и оставался сын, а молодое тело, как выяснилось, жаждало внимания кавалеров постарше. Вот только до поцелуя с Ильей я об этом даже не подозревала.

Когда бьёрн отстранился, я криво ему улыбнулась и отвела взгляд. Кожу на виске заметно пощипывало, но смывать зачарованную кровь сразу запрещалось, так что приходилось терпеть. Закончив свое обращение к нам словами «Ждем вас в храме небесной четы!», жрец развернулся к гостям и начал вещать о божественной благодати и всеобщей любви уже им. Среди толпы фланировали черно-белые официанты с подносами, полными напитков, и народ активно угощался, поднимая тосты за будущих молодоженов. Мы с женихом переглянулись и, взявшись за руки, как полагалось после завершения обряда, обошли алтарь, чтобы спуститься в зал и начать принимать поздравления, но тут заметили возле дальнего входа какую-то странную возню, стремительно переходящую в драку.

Первой мыслью было – Саша решил-таки сорвать мероприятие. Но мой взгляд, скользящий по заволновавшейся толпе, выхватил стоявшего в первых рядах Александра, который держал недопитый бокал вина и в противовес всем остальным смотрел на меня, а не на настежь распахнутые двери, возле которых развернулась потасовка. И улыбку, кривящую губы сыскаря, сложно было назвать доброй. Да что же я тебе такого сделала, Александр Аристархович, что ты так меня невзлюбил?

– Пропустите! – громкий и властный окрик Ильи заставил вздрогнуть не только меня, но и собиравшего ритуальный инвентарь жреца.

Хаос, охвативший зал, тут же сменился гробовой тишиной. Гости молча расступились, давая дорогу четверке белых «волков» в боевой ипостаси. Признаться, я впервые видела бьёрнов в звериной форме, да еще так близко. Некоторые знакомые покупали билеты, чтобы попасть на трибуны и посмотреть, как модифицированные решают посредством поединка свои разногласия на арене, но меня такое зрелище не прельщало. А в обычной жизни желтоглазые редко вызывали «звериное тело», отдавая предпочтение человеческому облику.

– И что тебе понадобилось на нашем закрытом приеме, Киллар? – холодно спросил глава рыжих «котов», когда «волки» подошли к ступеням и остановились. Трое низко поклонились, приветствуя Нечаева, а один, самый крупный из них, даже не удостоил моего жениха вежливым кивком.

– Невеста, – просто и четко ответил здоровяк. А у меня аж пальцы похолодели от этой «простоты». До боли сжав руку Ильи, я переводила растерянный взгляд с него на гостя, не до конца понимая, о чем они говорят, но предчувствуя что-то крайне нехорошее для себя.

А может, речь вовсе не обо мне? Может, за какой-то другой девушкой явился этот белый зверь, похожий на огромного медведя с волчьей головой и когтистыми передними лапами. Нижняя часть тела модифицированных не подвергалась изменениям, так что шерстью там и не пахло – обычные кожаные штаны с металлическими заклепками и ботинки на толстой подошве. Хвостов у бьёрнов, к счастью, не было, поэтому никаких дырок в швах делать для них не приходилось.

Илья молчал, что-то сосредоточенно обдумывая, Александр невозмутимо допивал вино, народ переводил любопытные взгляды с нашей пары на явно нежеланных гостей, жрец гремел чашами, складывая их в большую корзину со знаком храма на боку, а за одной из колонн пряталась беременная блондинка, пытавшаяся скрыться не только за мрамором, но еще и за своим рыжеволосым мужем. Заметив ее странное поведение, я чуть нахмурилась, затем посмотрела на «волка», снова на Алину, опять на него и, заподозрив неладное, все же решилась разорвать повисшую тишину вопросом:

– О какой невесте он говорит, Илья?

– Я говорю о тебе, девочка, – состроив крайне ехидную морду, ответил мне белый бьёрн. В отличие от животных прототипов звериные физиономии модифицированных были на редкость эмоциональными, а улыбки – пугающими.

Трое сопровождающих зверолюдов слаженно хмыкнули, продолжая стоять по бокам и за спиной своего предводителя, будто прикрывали его от возможного нападения. Судя по разодранным плечам, рукам и заплывшему глазу одного из белой свиты – на прием они прорывались с боем. И та драка в дверях была одной из многих. Оно и понятно – девять постов охраны пройти не так-то просто. Вообще непросто… нереально даже! Там ведь тоже модифицированные, и наверняка ради возложенной на них миссии они сменили облик, как и гости. И что же тогда получается… «волки» сильнее «котов»?

Илья продолжал молчать, а я не знала, что ответить. По нашему договору в сложных ситуациях мне надлежало мило улыбаться, вот только губы отказывались растягиваться, а от лица ощутимо отлила краска. Что значит… обо мне?!

– Тринадцатый закон бьёрнов, Илья. Твой брат украл мою Алину практически из-под венца, значит, я имею право забрать любую невесту из его семьи по своему выбору, – так и не дождавшись от нас с Нечаевым никакой словесной реакции, продолжил вещать «волк». – Меня вполне устраивает эта, – и, указав когтистой лапой на меня, заявил тоном, не терпящим возражений: – Пошли, девочка. Ты теперь моя.

– Илья? – Голос подвел, когда я повернулась к жениху, желая услышать от него опровержение, но тот отвел взгляд, не желая на меня смотреть. – Илья! – выкрикнула я, едва не захрипев от надрыва. – Может, ты объяснишь мне, что происходит? – справившись с собой, сказала я уже спокойней.

– А что непонятного-то? – вмешался в наш странный разговор Александр, сняв с подноса стоящего рядом официанта очередной фужер. – Ты – разменная монета, Анюта. Киллар в своем праве. Одна невеста в обмен на другую. А если нет, может начаться война кланов, которой, естественно, никто не хочет. – Он мрачно усмехнулся и залпом выпил вино до дна, после чего добавил: – Илья, может, все-таки скажешь хоть пару слов своей… ой, прости, чужой невесте? – ядовито поинтересовался он у старшего брата.

– Саша, – укоризненно протянул Аристарх Ильич, привычно кладя руку на плечо сына, но тот неприязненно дернулся, скидывая его ладонь.

– Скажи им, – прошипела я, до боли впиваясь ногтями в ладонь жениха. – Скажи правду, или я сама это сделаю.

Илья нахмурился, раздраженно рыкнул, размыкая наши руки, после чего одарил меня мрачным взглядом и публично сознался в нашей авантюре:

– Прости, Киллар, но невеста фальшивая.

– Отличная попытка! – издевательски поаплодировал ему белый «волк». – Однако хватит уже расшаркиваться. Я забираю то, что принадлежит мне, и на этом считаю инцидент с похищением Алины исчерпанным. Все, как договаривались, Илья. Закон есть закон. А ты, девка, – он посмотрел на меня, – быстро ко мне! – рыкнул так, что стало не просто страшно, а очень-очень страшно. Настолько страшно, что я забыла обо всех своих масках и дала волю панике. Внутри словно щелкнул переключатель, выпуская из заточения не к месту очнувшуюся магию сирен. Ту самую, с контролем над которой у меня были большие проблемы.

Сама бы я не справилась с модифицированными, это факт. Даже мои ведьмовские таланты не помогли бы. И подсознательно понимая, что вляпалась по-крупному, я занервничала и, не до конца отдавая себе отчет в происходящем, выплеснула на толпу Зов. Лишь ощутив, как незримая волна чар морской певуньи прокатилась по залу, я с ужасом поняла, что сотворила, но еще хуже было то, что среди присутствующих не оказалось тех, кто желал бы мне помочь. Виноватые лица, равнодушные, откровенно злорадные улыбки или читающееся в глазах сожаление… Инородная магия лишь слегка задела гостей, обнажая их истинное отношение ко мне. Но никто по-настоящему не принял мой посыл. Они все были готовы пожертвовать малознакомой чужачкой, чтобы сохранить дружеские отношения с кланом белых «волков». Все!

С надеждой посмотрела я на жену младшего Нечаева, но она окончательно спряталась за мужем, который упорно изучал пол под ногами. Вот вам и доброжелательное отношение с восхищением напополам! Фальшь… кругом одна фальшь! О боги, как же мерзко-то! Встретиться взглядом с Аристархом Ильичом у меня тоже не получилось, и в отчаянии я уставилась на Александра, чтобы мысленно подписать себе приговор. В желтых глазах сыскаря было столько изумления, недоверия и какого-то пьяного азарта, что мне стало совсем тоскливо. Если он тут единственный, кому действительно не все равно… мама дорогая, что же меня ждет?!

Проблема заключалась в том, что Зов не только был магическим «криком о помощи», он еще и давал возможность принявшему отслеживать призвавший его объект. Одним словом, я только что с перепугу дала Саше ниточку, которая не позволит мне от него скрыться даже на том свете. А ведь он из «котов»… А «коты», насколько я поняла, хотят мира с «волками». И значит, если мне удастся сбежать от очередного жениха, в интересах рыжих будет найти меня и вернуть Киллару, дабы закрепить дружеские отношения между кланами.

Устав, видимо, ждать, когда до «девки» дойдет вся прелесть ее положения и она наконец выполнит команду, белый бьёрн поднялся по ступеням сам и, подхватив испуганно взбрыкнувшую меня на руки, перекинул через плечо, словно мешок с мукой, после чего резко развернулся и направился прочь из зала под тихие перешептывания и вспышки фотокамер. А Илья остался стоять на месте, мрачно глядя нам вслед и… ничего не предпринимая!

Свисая вниз головой, я попыталась вывернуться, чтобы взглянуть на Александра. Но и он тоже спокойно смотрел на удаляющихся «волков» и их «добычу», задумчиво потягивая третий бокал вина. Гад! Такой же, как и его старший братец! И «волки» ничуть не лучше. Матерь лунная! Что же делать-то?

Истерить и бить кулаками по широкой спине здоровяка я не стала – пожалела руки со свежим маникюром. Да и не заслужили рыжие такого развлечения. Поэтому, немного поерзав на мужском плече, чуть сместилась назад, подперла рукой подбородок и продолжила путешествие в более удобной позе с совершенно равнодушным выражением лица. Пусть и «волки», и «коты», и все, кому довелось стать свидетелями этой омерзительной сцены, думают, что меня все устраивает. Хотела даже ручкой помахать на прощание, но решила, что это уже перебор.

Разменная монета, значит? Ладно, посмотрим! Сколь бы ни был зол новый женишок на Нечаевых, как минимум выслушать мою версию происходящего он должен. А там ведь все очевидно: Илья не только подставил меня, но и обвел вокруг пальца его. Вряд ли белому бьёрну понравится такая новость. Следовательно, будет шанс с ним договориться. Во всяком случае, я приложу к этому максимум усилий. Потому что у меня сын, которому нужна мама, и магазин, которому требуется хозяйка. Так что работать переходящим призом у модифицированных мне просто некогда.

Именно так я и думала, стараясь себя подбодрить, пока «волк», придерживая за ноги, тащил свою трофейную невесту в «логово». Впрочем, сначала он сгрузил меня на заднее сиденье большого внедорожника, а сам устроился рядом. За рулем и в кресле возле водителя оказались еще два бьёрна. Остальные разошлись по другим машинам и байкам, припаркованным поблизости. Белых, как оказалось, было вовсе не трое, а гораздо больше, только они не входили в зал, дожидаясь предводителя в холле, где бродили изрядно побитые «коты» в темно-зеленой форме охраны. После приказа Ильи пропустить незваных гостей на прием драка прекратилась сама собой, но взгляды, которыми обменивались недавние противники, сложно было назвать доброжелательными. И несмотря на откровенную неприязнь, ни один из рыжих не попытался отбить меня у белых.

Гады… все гады! Им не пушистиками, а скользкими ящерицами быть надо! Кстати о последних… Мысль закралась внезапно, но мне она понравилась. Если не получится заключить взаимовыгодный союз с Килларом, надо будет попробовать добраться до клана черных «ящериц» и попросить их покровительства. Тем более не так давно меня звали туда работать штатным артефактором. Да и желтоглазый брюнет, практически законченный заказ которого лежал в моем доме, имел высокое положение в стае. Вдруг поможет? Выбора-то все равно нет.

Охота на невесту

Подняться наверх