Читать книгу Приключения вертихвостки - Ира Брилёва - Страница 6

Глава 5

Оглавление

На следующий день я развила бурную деятельность. Мне страшно хотелось узнать о дальнейших планах моих неизвестных врагов. Но для этого я должна была быть в гуще событий, чего мне абсолютно не хотелось делать лично. Поэтому я придумала весьма хитроумный – с моей точки зрения – план.

Я не стала собирать громоздких чемоданов, а, прихватив с собой только самое ценное и необходимое, отправилась прямиком к Нике, соблюдая все правила конспирации, которым меня научила жизнь и телесериалы.

Первое, что я сделала, это сменила «симку» на своем телефоне. Так гласил неписанный, а показанный по телеку, Первый Закон Конспирации. До вчерашнего дня я бы могла похвастаться абсолютным рекордом по просмотру телесериалов. И там всегда, чтобы уйти от предполагаемых врагов, главный герой первым делом выбрасывал свой телефон. Но со вчерашнего вечера мне что-то совсем расхотелось смотреть сериалы. Жизнь оказалась еще более натуральной, чем самый захватывающий сериальный сюжет.

Я ограничилась выбрасыванием «симки». Во всяком случае, так я уж точно не подставлю Нику, если вдруг меня захотят вычислить по телефону. Последний звонок, который я сделала по моему старому телефонному номеру, это был звонок моей горничной-филиппинке. Мы за время общения с ней все же умудрились изобрести некий, понятный только нам двоим, язык.

– Маня, вы уходите в отпуск. На три месяца, – сообщила я ей безо всяких объяснений. – Я потом вам позвоню.

После этого моя бедная, ни в чем не повинная «симка» улетела в ближайшую канаву. А судьба моей горничной перестала меня интересовать в принципе.

Ника, не задавая мне ни одного лишнего вопроса и взирая на меня подобострастно-восхищенным взглядом, выслушал все мои инструкции и даже кое-что записал, чтобы не забыть. Потом я залезла в Интернет и, покопавшись там с полчасика, нашла то, что нужно. Это было модельное агентство, носившее пышное название «Суперстар-Альфа». Реклама его на сайте была достаточно строгой, но личики у моделек на рекламном ролике были лукавые и, я бы даже сказала, разбитные. Это-то меня и привлекло. Модели, которые не станут задавать лишних вопросов – а из рекламного ролика это было ясно даже слепому – подходили мне на сто процентов. Я предусмотрительно, еще с самого утра, оделась вызывающе дорого. Кстати, Никино восхищенное молчание и полное повиновение отчасти были вызваны именно моим внешним видом. Выполнив первую часть моего плана, я приступила к реализации второй части. Теперь я отправлялась на встречу со своей судьбой – так любят писать в дешевых провинциальных романах. Но сейчас в этой фразе для меня крылся самый настоящий сакральный смысл. Взяв у Ники напрокат его весьма недурственный новый «Ниссан», я заявилась в выбранное мною с помощью всезнающего Интернета модельное агентство.

– Здравствуйте, – поприветствовала меня на входе секретарша. Ее взгляд был пронизывающе-добрым. Но меня обмануть было не в ее компетенции. «Профессионалка», – почему-то подумала я, глядя на неё, и даже не поняла, к какому именно роду человеческой деятельности относилась моя спонтанная мысль.

– Добрый день, – весело проворковала я и, не давая раскрыть рта моей визави, быстро изложила свою просьбу: – Пожалуйста, позовите мне вашего директора. И побыстрее.

Секретарша, услышав мои слова, презрительно фыркнула, при этом взгляд ее источал материнскую нежность. Как это у нее так получалось смешать несмешиваемое?

– Прошу прощения, но в такую рань все обычно спят. Поэтому ничем не могу вам помочь. – И она вежливенько поджала губки.

– В такую рань за десять тысяч баксов гонорара лично вашему директору через пятнадцать минут все не только проснутся, но и будут уже на работе, – в тон ей парировала я. – Я – ваш новый клиент, и у меня грандиозные планы по финансированию вашей богадельни.

Девица тихо ойкнула и набросилась на телефон. Пальцы у нее дрожали, и лицо постепенно меняло цвет от нежно-розового к глубоко-синему. Ну, прям северное сияние! Эти переливы закончились только тогда, когда девица объяснила ничего не понимающей спросонок директорше, что у них в офисе какая-то безумно богатая фифа желает немедленно приступить к работе с их агентством. Я внимательно слушала ее профессионально-убедительные рулады, и в такт им кивала головой. Во, дает! Я мысленно поаплодировала своему нюху – надо же, с первый попытки и такое точное попадание! Скорее всего, здесь меня обслужат по высшему разряду.

Через полчаса запыхавшаяся и абсолютно ненакрашенная директриса влетела в офис, на ходу застегивая шелковую блузку – видимо, одеваться ей пришлось прямо в машине. На голове у нее была прическа, именуемая в народе «воронье гнездо». То есть, волосы торчали во все стороны, скрепленные где-то в районе макушки серебристой заколкой. Я успела заметить блеск кристаллов Сваровски в гуще волос этой дамочки. «Ух, ты, дорогущая заколка спросонок – это хороший знак. Значит, агентство точно не совсем пропащее. В дешевых заведениях директрис с кристаллами Сваровски в волосах не водится». Меня все еще немного смущало ее заспанное ненакрашенное лицо, но улыбка на лице этой дамы была такой радостной и даже где-то радушной, что я тут же простила ей внешний вид. Все же я сама была виновата – заявилась чуть не в восемь утра, удивительно, что здесь вообще кто-то был.

– Прошу вас в мой кабинет, – прощебетала директриса, на ходу напяливая на голову шифоновый шарфик и закручивая его изящным тюрбанчиком. От этого простого действия, скрывшего ее неприлично торчащие лохмы, она сразу преобразилась и приобрела почти респектабельный вид. Крупные опаловые бусы, которые она последовательно, следом за несколькими не дешевыми бриллиантовыми колечками достала из дамской сумочки и повесила на соответствующие места, довершили картину. Теперь передо мной за директорским столом сидела вполне благообразная женщина, готовая выслушивать любые мои пожелания. В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, секретарша внесла на подносе две чашки ароматно пахнущего кофе и какие-то печенюшки и сладости. «Вовремя», – мысленно одобрила я. Я не успела позавтракать, потому что полностью была поглощена своими планами на это утро. Но вот теперь, когда они наконец стали реализовываться, я почувствовала легкий голод.

Я отхлебнула из чаши. Кофе был на вкус таким же, как и на запах – приятным и в меру крепким. Я люблю такой, и мое настроение существенно улучшилось. Посмаковав приятный напиток, вслух я сказала:

– Пожалуй, мы с вами сработаемся.

Директриса продолжала преданно смотреть мне в глаза и ждать. Она молчала, видимо, надеясь услышать подтверждение тому, что наговорила ей секретарша в телефонную трубку. Она пока не могла понять, приснилось ей мое заманчивое предложение или оно все-таки существует наяву. Я не разочаровала ее ожиданий. Глотнув еще кофе и наконец решив, что оттягивать разговор далее бессмысленно, я прямо с места в карьер, брякнула:

– Я хочу заплатить вам десять тысяч долларов за одну небольшую услугу.

Услышав цифру собственными ушами, директриса вся обратилась в слух. И, чтобы я уже в этом не сомневалась, она добавила сладким голосом:

– Я вас внимательно слушаю.

– Мне нужен мой двойник, – сказала я буднично, словно просила ее вызвать мне слесаря для починки крана на кухне.

– Кто, простите, – переспросила директриса, видимо, не надеясь на точность своего слуха.

– Двойник. Человек, похожий на меня как две капли воды, – уточнила я, продолжая спокойно пить кофе. Мое заявление, видимо, произвело какой-то эффект. Но я пока не могла понять, какой именно. Директриса продолжала молча пялиться на меня, но в ее глазах я еще не могла прочесть, поняла она мою просьбу или нет. Я решила усилить впечатление с помощью уточнения поставленной задачи. – Я хочу, чтобы вы подобрали мне девушку из ваших моделей для выполнения моего поручения, девушка должны быть как две капли воды похожа на меня, и за это я лично вам дам десять тысяч долларов. Вам что-то неясно? – спросила я, добавив в голос немного ехидства. Директриса явно впала в ступор, пытаясь понять, чего я хочу, и ее теперь срочно надо было выводить из этого состояния. Для верности я еще и громко похрустела печеньем. Она, наверное, предполагала, что я заявилась сюда, чтобы предложить ей какой-нибудь новый конкурс красоты для ее «мисок», и моя просьба, соглашусь, несколько странная для такого агентства, никак не могла срастись у нее в мозгу с привычными для нее задачами. Но стоимость этой услуги была грандиозна, и я сейчас с удовольствием наблюдала, как на ее лице отражается трансформация её же собственных мыслей. В ней боролись жадность и еще какое-то, непонятное мне, чувство, может быть, страх перед необычной задачей, я точно не знала. Но то, что эта борьба имела место, это было абсолютно точно. Я решила еще раз прийти ей на помощь.

– Если вам эта задача не по силам, – сказала я, переходя на ледяной тон, – то я обращусь в другое агентство.

Директриса мгновенно вышла из комы, она из нее просто выпрыгнула:

– Не надо! Не надо в другое агентство. Никаких проблем. К какому числу вам необходимо обзавестись, м-мм, вашей сестрой-близнецом? – директриса умнела прямо на глазах.

– Вы очень точно поняли мою просьбу, – сказала я резко изменившимся голосом. Он звучал как журчание летнего ручья, текущего под кронами зеленеющих дубрав через луг, заросший ромашками. В моем голосе была романтика и мечтательность. – Вы так правы! Мне как можно скорее нужна именно сестра-близнец. Желательно, прямо сегодня. В течение ближайшего часа, – я томно закатила глаза и вздохнула, изобразив на лице сочувствие ко всему живому. – Я хотела бы помочь хоть одной из ваших девушек. Материально. Ведь у них, как правило, трудные судьбы? – Я несла всю эту чушь, глядя ей в глаза глазами нежной газели, и она качала головой в такт моей чуши, также глядя на меня с ответным искренним сочувствием.

– Понимаю, понимаю вас. Это так благородно. Я готова вам помочь. Прямо сейчас.

Это было именно то, что нужно. Я благосклонно улыбнулась и достала кошелек:

– Это аванс. – И на столе перед директрисой появилась кучка зеленоватых прямоугольничков. Она сгребла их в ящик стола и широко улыбнулась:

– Еще кофе?

– Пожалуй, – ответила я.

Пока я наслаждалась второй чашкой кофе, в агентстве развернулась бурная деятельность. В течение получаса оно наполнилось людьми. Все куда-то звонили, суетились и хлопали дверьми. Минут через сорок директриса, которая, извинившись, покинула меня для исполнения моего желания, и, видимо, и была причиной всего этого переполоха, вплыла в кабинет, улыбаясь мне еще шире, чем час назад. Теперь она выглядела несколько иначе. Аккуратно уложенные волосы и свежий макияж совершенно ее преобразили. Я всегда завидовала деловым женщинам. Как они так все успевают? И проснуться ни свет, ни заря, и прическу соорудить, и лицо в порядок привести! Тут проснешься в полдень, и все равно ничего толком за день не успеешь! Я восхищенно смотрела на нее и ждала.

– Прошу прощения за некоторую задержку, но девушки уже почти все собрались, и, пожалуй, вы можете приступить к осмотру. Кстати, меня зовут Жанна Евгеньевна, – и она помолчала несколько секунд, видимо, рассчитывая на ответное знакомство. Я пропустила это мимо ушей, но она, понизив голос, сказала:

– Можно я буду называть вас, м-м-м, Еленой? А то персонал, как бы вам это сказать, станет задавать лишние вопросы. У нас все клиенты обычно представляются.

– Еленой, так Еленой, – согласилась я. – Какая, в общем, нам с вами разница. Правда?

– Конечно, – она изобразила на лице полное понимание. Людская жадность – замечательная вещь! Я это давно поняла и всегда пользовалась этим бесценным человеческим качеством в своих целях. Моя непомерная щедрость в вопросе оплаты моей будущей «сестрицы» была вызвана двумя причинами. Во-первых, мне страшно хотелось посмотреть, что будет происходить, если я снова появлюсь на сцене, вернее, в моей квартире. А о второй причине мне и думать не хотелось. Как любой русский человек, где-то в глубине души я надеялась на обычный русский «авось»: авось, обойдется и все останутся живы и здоровы.

Я очень на это надеялась! Пусть все будет хорошо, а я, сидя где-нибудь в сторонке, буду внимательно наблюдать за происходящим. Вернее, наблюдать буду не я, а профессионалы из детективного агентства, к которым я собиралась направиться сразу после визита к «мискам». Поэтому моя щедрость была вполне обоснованной.

«Миски» не подвели. Девчонки были все как на подбор. У меня сложилось впечатление, что зеркало, в которое я обычно смотрюсь по утрам, ожило, и мое собственное изображение вдруг самовольно вышло наружу. Погулять! Мою фотографию, предусмотрительно захваченную мною в агентство, мгновенно растиражировали и, видимо, раздали стилистам. Потому что один человек не мог за такое короткое время проделать такую огромную работу с таким количеством людей. Девушек было штук двадцать, и все они были похожи на меня просто потрясающе. После трех часов моих мытарств мы с директрисой наконец определились с кандидаткой, и она поступила в мое полное распоряжение.

– Простите, можно я кое-что уточню, – директриса вежливо тронула меня за рукав и глазами показала, что нам лучше пообщаться без свидетелей. Я все поняла, и мы отошли в укромный уголок – пошептаться. – Скажите, м-м-м, Елена, мне как-то надо объяснять выбранной вами девушке цели и задачи, которые вы перед ней поставите, или вам удобнее сделать это самой?

Взгляд у директрисы был полон не только подобострастия, но и любопытства. Видимо, она решила, что я напоследок «расколюсь» и посвящу ее в мои планы. Ведь не каждый день к ней является спозаранку некто с десятью тысячами баксов и дает столь таинственное поручение. Наверное, градус ее любопытства дошел до точки кипения.

Но откровенность сегодня в мои планы не входила, и я, скромно потупившись и мило улыбаясь, ответила:

– Нет, я сама расскажу девушке, что она должна делать. Вас же могу заверить в одном – все законно и вполне легально. Так, маленькая прихоть богатой женщины. – И сделала таинственные глаза. Насчет законности и легальности я слегка приврала, но у меня просто не было другого выхода.

Директриса была явно разочарована. Она мне нисколько не поверила, но жадность была сильнее любого, даже самого черного, подозрения. Скривившись в добродушной улыбке, она ретировалась.

Я вернулась в центр большой комнаты, где проходил наш импровизированный кастинг, громко и весьма театрально поблагодарила всех присутствующих за работу и велела победившей в этом мини-конкурсе моей личной красоты девушке следовать за мной для получения соответствующих инструкций.

Жанна Евгеньевна напоследок еще раз уточнила, что гонорар девушке не входит в ее собственный, и, получив утвердительный ответ и остаток суммы, рассыпалась в похвалах мне, выбранной кандидатке, своему агентству и еще бог знает кому. Но я ее уже не слушала. Теперь у меня была задача совершенно другого свойства, и я уже начала ее обдумывать.

Для начала я позвонила Нике из уличного телефона-автомата и выслушала его пространный отчет о проделанной работе.

– Квартиру я тебе снял в тихом местечке, в центре. Будешь довольна. Записывай адрес, и машина твоя новая уже там, рядом во дворе припаркована. Скромный красненький японец, как ты любишь, – и Ника гоготнул своей неуклюжей шутке. Шутка заключалась в том, что машина была размером с половину его квартиры. Да, я обожаю большие красные автомобили. Это моя слабость, и здесь уступать жизненным обстоятельствам я не желала. Записав номер и марку автомобиля и уточнив, где именно он находится, я облегченно вздохнула.

– Мою машину брось где-нибудь во дворе, я потом заберу. Да, кстати, ключи от всего этого барахла у твоей новой соседки. Бабуся – божий одуванчик. Абсолютно надежна! Вы друг другу понравитесь, – и мой приятель отключился.

Ника за время нашего знакомства меня ни разу не подвел. Я сейчас еще раз добрым словом помянула далекого зауральского учителя физкультуры за то, что подарил мне такого замечательного и надежного друга. «Надо бы послать учителю-благодетелю ящичек хорошего коньяка», – вскользь подумала я и переключилась на свои дела.

Сегодня с утра я дала Нике кругленькую сумму денег и попросила выполнить всего две моих просьбы – снять для меня другую квартиру, так как возвращаться в свою я пока не собиралась. И купить мне новый автомобиль. Из предусмотрительности я попросила оформить машинку на имя Ники – мало ли что! Остаток сэкономленных средств я милостиво разрешила Нике оставить себе. О чем ему только что и сообщила, не забыв тепло поблагодарить за оказанные услуги. Я всегда умела ценить настоящую дружбу. Собственно, об этих, быстро и четко исполненных им делах, Ника мне и отчитался.

Покончив с немаловажным куском моего хитроумного плана, я посадила «миску» в машину и поехала с ней по магазинам. Через два часа, с ворохом сумок и пакетов, я оставила девушку – кстати, она отзывалась на звучное имя Фёкла – в моей новой, свежеарендованной квартире. Ключи от квартиры я, следуя инструкции аккуратного Ники, взяла у своей новой соседки. С первого же взгляда я определила, что это ни что иное, как мисс Марпл и миссис Хадсон в одном флаконе. Когда я наслаждалась состоятельным ничегонеделанием, будучи на содержании у Сашка, он как-то приволок мне – для самообразования! – целую связку классических детективов. Я запоем прочла эту немаленькую гору книг и с удивлением узнала о существовании не только мистера Шерлока Холмса и его замечательно проницательной экономки миссис Хадсон, но и о женщине-детективе мисс Марпл. Они обе автоматически стала моими кумирами! И когда я осторожно постучалась в дверь моей новой соседки, то из-за двери на меня взглянули глаза – о, господи! – я чуть не лишилась дара речи! – миссис Хадсон и мисс Марпл собственными персонами. Старушка, улыбаясь, пригласила меня в квартиру, и через пять минут, сама того не желая, я выложила ей всю правду до копеечки. Про себя любимую, про светлое Зауралье, про Сашка и даже про выстрелы в ночи. Старушка «Марпл-Хадсон», а в русской транскрипции просто Марьиванна: «Можно бабМаша», между делом проронила бабушка – с виду натуральный «божий одуванчик», во время моего рассказа кивала головой и смотрела на меня проницательным взглядом. Когда я закончила, она принесла мне ключи от моего нового жилища, ласково погладила по плечу и сказала просто, так, словно бы ей каждый день рассказывали подобные истории:

– Не бойся, девонька. Все ты делаешь правильно. Если что нужно, ты не стесняйся. Я же тут рядышком, через стенку. Одна голова хорошо, а две завсегда лучше. – Я искренне поблагодарила старушку и откланялась.

Открыв дверь, я быстро осмотрела квартиру и, одобрительно мурлыкая, позвала «миску», успевшую заскучать в Никиной машине.

– Вот здесь ты побудешь, пока я съезжу по делам. Я вернусь часа через два-три, – проинструктировала я мою сестру-близнеца. Мы перетащили из машины в квартиру целый ворох наших покупок, и Фёкла, с восторгом и легким первобытным порыкиванием, приступила к потрошению пакетов с новой шмоткой. Себе я купила только несколько разномастных париков, дюжину солнцезащитных очков и четыре косынки разного цвета. Это все я в свое время почерпнула из французско-итальянских фильмов, где героини, спасаясь от преследователей, меняли внешность с помощью этих нехитрых подручных средств. Все это барахло я положила в бумажный пакет и прихватила с собой – на всякий случай. Пусть валяется на заднем сидении в моей новой машине. А вдруг?

Абсолютно успокоившись и в полной уверенности, что два часа Фекла не будет интересоваться ничем другим на свете, кроме только что купленных на мои деньги модных тряпок, я тихо закрыла за собой дверь квартиры и, пересев на шикарный ярко-красный джип, стоящий ровно напротив подъезда, стремглав помчалась в детективное агентство. Это агентство мне как-то по случаю рекомендовал Сашок. У него, в силу образа его жизни, иногда возникала потребность в подобных услугах и, как-то случайно обмолвившись мне об этом, он, доверяя мне как самому себе, даже прочел мне целую лекцию о правилах конспирации. Зачем – я тогда не поняла. Но оказалось, что его предусмотрительность даже в таком странном вопросе теперь сослужила мне отличную службу. Заявившись пред светлые очи детективного директора, я не стала скрывать имени их клиента, рекомендациями которого я сейчас пользовалась. Директор оказался человеком весьма осведомленным и сначала слегка напрягся, сообщив мне, что Сашок-то ведь давно почил в бозе. На это я ему заявила, что я-то еще пока вполне жива, но могу вполне последовать за Сашком, если не воспользуюсь рекомендациями покойного. Добавив к этому весомый аргумент в виде гарантий оплаты услуг детективов, включая премиальные, я наконец получила вразумительное согласие и успокоилась.

– Теперь мы можем и познакомиться. По всей форме, – довольное лицо детектива поведало мне, что он вполне удовлетворен грядущим сотрудничеством. Я слегка нахмурила лоб, раздумывая, сообщать ли детективу чистую правду. Но, сообразив, что юристам и гинекологам обычно рекомендуется говорить все, как есть, я смилостивилась:

– Зинаида Иосифовна. Иногда можно просто Зина.

Слово «иногда» прозвучало в моих устах весьма весомо. Детектив, судя по всему, был сообразительный малый:

– Как скажете, мадам, – галантно сказал он, щелкнув каблуками на гусарский манер. Оценив его маневр, я подумала: «Сашок всегда подбирал кадры самой высокой пробы!» И окончательно растаяла:

– А вас как величать?

– Александр Владимирович или, как вы имели честь представить вашего рекомендателя – Сашок, – детектив произнес эту тираду без малейшей иронии, – предпочитал называть меня Олегом Витальевичем. А вы зовите, как вам заблагорассудится. За такой гонорар – хоть Чебурашкой.

Его юмор мне очень понравился. Он был веселым, с небольшой, вполне допустимой долей подобострастия, и вообще Олег Витальевич оказался именно тем, кто мне сейчас был нужен.

– А можно я буду звать вас просто Олегом? – в моем голосе абсолютно намеренно появились нотки «а ля маленькая девочка» – на мужиков это действовало неотразимо.

– Валяйте, – сказал мне детектив. Судя по его совершенно недрогнувшему лицу, мои ухищрения на него не подействовали. «А может, оно и к лучшему», – подумала я. Как показало время, так оно и вышло.

Обговорив план наших совместных действий и согласовав дату следующей встречи, я бегом бросилась в мое новое жилище. Вдруг Фёкла уже все перемеряла, и теперь в ее голову могут прийти какие-нибудь еще мысли. А этого мне совсем не хотелось.

Я за сегодняшнее утро истратила уже кучу денег, но мой личный «стабфонд» позволял мне подобные траты. Тем более, что теперь я боролась за кучу денег, с помощью которой легко могла бы купить треть этой веселой планеты. И значит, мои траты были вполне оправданы. Эти мысли бродили по моей голове, пока я крутила баранку, мотаясь из одного конца города в другой, претворяя в жизнь мои грандиозные задумки. И, как только я утвердилась в мысли, что все делаю правильно, денежный вопрос перестал меня тревожить.

В моем замечательном плане на сегодня был намечен еще один пункт, но его я хотела осуществить только после того, как Фёкла исполнит все мои пожелания. А именно, добровольно и, естественно, на платной основе превратится в самого настоящего «живца». Да, да. Именно. Я задумала подсадить в мою прежнюю квартиру живую приманку в виде моего двойника и посмотреть, что из этого получится. А что мне еще оставалось делать? Ну, убьет меня какой-то неведомый мне вражина. И где тут, спрашивается, счастливый конец? А так все справедливо. Я плачу деньги, «миска» их отрабатывает. Детективы страхуют всех подряд. Чем не план?

Но все же червячок сомнения шевелился у меня в душе, отравляя жизнь своим скользким присутствием. Я прекрасно понимала, как опасно все то, что я задумала. Нет, не для меня. А для моей «миски» со странным именем Фёкла. Но и деньги, которые я ей собиралась заплатить, были не кучкой конфетных фантиков. И в случае, если все обойдется и все будут живы и здоровы, Фёкла успешно истратит честно заработанный капитал. Посвящать ее в свои планы я, само собой, не собиралась. Я не видела в своей жизни еще такой идиотки, которая бы добровольно полезла под пули, даже зная, что в конце ее ожидает грандиозный гонорар. А на кой он ей в случае некрасивого развития событий? На шикарный памятник на престижном кладбище?

Кое-кто, конечно, обвинит меня в бессердечии. А что, мне прикажете самой лезть в пасть тигра? Так я там уже была. И потом, я была почти уверена, что все обойдется. Мои детективные агенты с таким же щедрым гонораром, как и моделька, как две капли воды похожая на меня, должны были исполнить свою часть этого спектакля. А иначе вся тяжесть последствий несомненно ложилась на их широкие, профессионально накачанные плечи. Я искренне так полагала, потому что тот, кто платит, всегда полагает, что ответственность теперь на законных основаниях перекладывается на голову высокооплачиваемого наемного персонала. Коим в данном случае и являлись детективы. И потом, они же сами битых полчаса убеждали меня в своем непревзойденном профессионализме, после того, как услышали сумму предполагаемого гонорара за свои скромные услуги.

Как я себя ни убеждала, что продумала все до последней мелочи в моей гениальной комбинации, но когда я подъезжала к дому, мне было непроходимо стыдно перед Феклой. К сожалению, изменить что-то прямо сейчас я уже не могла.

Фёкла как раз примеряла последний наряд из вороха, который необъятной кучей валялся на полу. По ее восхищенному взгляду я поняла, что девица в полном восторге.

– Отпад, – словно прочитав мои мысли, произнесла Фёкла и снова зарылась в кучу шмотья.

– Так, девушка, сейчас мы немного поработаем, а потом ты заберешь всю эту кучу и получишь впридачу еще почти такую же кучу денег. Согласна?

Фёкла была согласна. Посмотрев на нее пристальным взглядом, я дала себе слово, что, если все обойдется, то я куплю Фекле приличную квартирку и помогу ей выбиться в люди в модельном бизнесе.

На престижные подиумы пробиться так же сложно, как стать суперзвездой в Голливуде! А свои обещания я всегда выполняла. Но для этого мы обе, как минимум, должны остаться в живых.

Я приказала ей умыться, а потом собственноручно причесала ее и накрасила так, как я обычно крашусь и причесываюсь. Теперь, стоя перед зеркалом я и сама не могла понять, где я, а где не я. Пора было ехать, и мы погрузились в мой новый шикарный автомобиль. Фекла при виде его восторженно захлопала ресницами, взвизгнула традиционное «Вау!» и всю дорогу разглядывая его, кажется, даже зачем-то обнюхивала.

Мы подъехали к моей бывшей квартире на максимально допустимое расстояние в два квартала. Я припарковалась в глухом закоулке одного из соседних дворов и обратилась к моему близнецу с проникновенной речью.

– Слушай меня внимательно. Сейчас ты пойдешь вот по этому адресу, – я написала на сигаретной пачке улицу и номер дома и показала Фёкле, – поднимешься на предпоследний этаж, квартира номер восемьдесят четыре, и вот этим ключом, – я показала ей этот незамысловатый предмет, – ты откроешь дверь и войдешь. Пока тебе все ясно?

Фёкла послушно кивнула. Она не была дурой, так, слегка тормозила, но, в принципе, я и не нуждалась в Нобелевском лауреате для выполнения моего задания.

– Повтори все, что я тебе сейчас сказала.

Фёкла слово в слово повторила только что услышанное, чем меня сильно порадовала. Ее рейтинг взлетел в моих глазах до нужной высоты, и я продолжила свою речь:

– Далее, ты расположишься в этой квартире со всем возможным комфортом и поживешь в ней несколько дней. Или, может, чуть дольше, – я сделала неопределенный жест рукой. – В этом и состоит твое суперсложное задание. А после этого ты получишь от меня вторую половину денег, впридачу к этой вот приличной сумме, – и я достала стопку зеленоватых купюр. – И мы с тобой расстанемся лучшими подругами.

На последних словах я явно лукавила, но без этого моя речь не имела бы такого эффектного финала. Фёкла вдруг подняла руку, совсем как прилежная школьница, и спросила:

– А можно вопрос?

Ну, точно, зубрилка-отличница класса так из восьмого!

– Валяй! – милостиво разрешила я, чувствуя себя не то училкой, не то даже – страшно сказать – завучем.

– А зачем все это? – наивно глядя мне в глаза, спросила Фёкла.

«Ну, начинается, – с досадой подумала я, – а ведь все было так хорошо».

– Так. Ладно. Я тебе расскажу, только ты никому ни слова. Договорились? – и я сделала страшные глаза. Фёкла снова послушно кивнула и, вытаращившись на меня, что у нее, по-видимому, было признаком абсолютного внимания, приготовилась слушать. – Понимаешь, – начала я, на ходу придумывая приемлемую версию грядущих событий, – мне предложили очень выгодный контракт. Я по профессии, как и ты, модель. Работаю за рубежом. И у меня сейчас тоже очень выгодная работа. Так вот, чтобы не прерывать мой текущий контракт, но и не потерять этот новый, я должна одновременно находиться в двух местах. Так что, я уеду и буду еще две недели дорабатывать на прежнем месте, а ты здесь будешь изображать меня.

Я ничего лучше не изобрела, чем прикинуться кем-то совершенно понятным моей не очень сообразительной партнерше. А что может быть лучше, чем «модель». Эта профессия была составной частью моей новой знакомой, и ей не надо было объяснять всю важность получения хоть малейшей возможности поработать на подиуме. А она просто ничего другого и не умела. Да, наверное, и не желала уметь. Мне оставалось только воспользоваться этой ситуацией, что я и сделала. И, по всей вероятности, весьма успешно, поскольку Фёкла, до этого практически безучастно, как робот, повиновавшаяся мне, вдруг ожила, ее глаза загорелись, и – о, чудо! – наполнились смыслом! Такого перевоплощения я не ожидала.

– Да, да, я вас прекрасно понимаю. Но что я должна делать?

– А, ничего. Звонить будут мне, я буду перезванивать тебе и точно передавать инструкции, а ты будешь их исполнять. Если надо будет выехать на фотосессию – выедешь. Если пройтись по подиуму – пройдешься. Окей? А я уже скоро вернусь и смогу тебя подменить. Я думаю, еще пару недель, не больше.

– Ага, согласна, – радостно закивала головой счастливая моделька. Я ничем не рисковала, потому что, естественно, никакого подиума, а тем более фотосессии в моей жизни в обозримом будущем не намечалось. Но Фёкле об этом знать было не положено. Пусть сидит и ждет. Чего? Я и сама не знала. А очень хотелось бы! Поэтому все это и затеяла. А вот если что-то вдруг начнет происходить вокруг моей «подсадной утки» или просто около моей квартиры, то тут детективы, так удачно нанятые мной, не должны были сплоховать. А то… Мне даже не хотелось думать, что ответила бы мне Фёкла, расскажи я ей правду. Что поделать. Любые большие деньги таят в себе неограниченное количество секретов.

Проинструктировав Фёклу и вручив ей половину ее гонорара – пусть потешится, – я уехала. Теперь я наконец могла заняться собой лично. В мой грандиозный план входила полная смена моей внешности. Нет, не банальная пластическая операция. Зачем это мне в моем возрасте! Искусная женщина может вполне обойтись и менее радикальными средствами. Слава богу, в наши дни парикмахеры-стилисты-визажисты уже давно проводят аж целые мировые первенства по своим непростым ухищрениям и уловкам. Не хуже Олимпийских игр. Я думаю, и не дешевле.

Итак, мой путь теперь лежал прямо в навороченный парикмахерский салон, снабженный всеми самыми новейшими достижениями современных цирюльников. Это и был тот самый последний пункт моей сегодняшней программы. Ведь, если на свет появилась новая «я», то есть Фёкла, полностью загримированная под меня, то, значит, мне уже можно было исчезать.

И через три часа вместо темной шатенки с длинными волосами на свет появилась яркая блондинка с короткой модной стрижкой, соответствующим её новому стилю макияжем и совершенно неузнаваемым после всех этих манипуляций лицом. Я и раньше была не дурнушкой, но теперь мужчины просто столбенели при виде меня и превращались в безмолвные статуи, сраженные наповал моей неземной красотой. Результат действительно превзошел даже мои самые смелые ожидания. Очень довольная, я уселась за руль своего нового авто и решила, что у меня наконец есть повод слегка расслабиться. Еще бы – я переделала за один день такую гору дел, с которой в обычной жизни справилась бы недели за две. Но, жизнь есть жизнь, и она сама иногда диктует нам новые правила игры.

Приключения вертихвостки

Подняться наверх