Читать книгу Слезы радости. «Как я разлагал израильскую армию» - Константин Поживилко - Страница 7

5. В десант

Оглавление

К концу курса появилась возможность пройти отбор в десант. Автобус привёз нас в каменистую пустыню с редкими колючими кустами. Опять столы под открытым небом, несколько палаток, дежавю «Дня спецназа». Но имелись плюсы. Во-первых, не было дурацких дюн. Во-вторых, за прошедшую неделю мы уже натерпелись и стали психологически устойчивей. Поделили в этот раз более чем удачно. В моем отряде – Саня, с которым я учился в интернате, и нью-йоркер Ёнатан, с которым сдружился на курсе.

Еще одной неожиданностью стала встреча с Авивом. Этот высокий худощавый парень тоже учился с нами в интернате, в старшем классе. Он родился и вырос в Израиле. За плечами у него были уже 2 года службы в десанте, что подтверждал ярко-красный берет. На отбор приехал подбодрить молодое поколение.

После обеда, как на спецназовском отборе, мы бегали и отжимались. У меня получилось лучше, чем летом в Вингейте. После ужина к нам с Сашей пришел Авив. Пожелал удачи и сказал: «Главное – продержитесь физически, а дальше я помогу».

К «незапланированному» подъему среди ночи я был готов. Все шло как по нотам, повторяя уже пройденное несколько месяцев назад. Я экономил силы, одновременно показывая себя с лучшей стороны. Бегал с канистрой, таскал носилки. Потом нас начали гонять до какого-то забора и обратно. Первых и последних записывали. «Какой твой номер?» – кричали мне, когда я прибегал в первой тройке. Появились мешки с песком. По команде их надо было долго держать над собой или перед собой, бросать на пол и начинать отжиматься, а как отжался, – опять хватай мешок и всё по новой. Дальше бегали наперегонки в обнимку с мешками. Писари строчили ещё активней, чем на отборе в спецназ. Часа три, а то и больше, мы «развлекались». Некоторые ребята постепенно начали сдаваться.

На земле начертили две линии метров 50 друг от друга. По команде нужно было добежать до первой линии и ползком добраться до второй. Чтобы успеть первым, приходилось с разбега прыгать и, пролетев первые пару метров, шлепаться на брюхо и дальше грести землю что есть мочи. По-другому в первой тройке не оказаться. С ползаньем у меня было неплохо. Но с каждым разом ссадин и кровоподтеков на коленях и локтях прибавлялось из-за острых камней, торчащих из земли.

Дали немного передохнуть, затем крутились на турниках, как мартышки. Опять взяли мешки и стали ходить большими кругами. Закончив круг, называешь свой номер. Чем больше кругов, тем лучше. Немного покружив, ушло человек пять. Среди них оказался и Саня. «Эх ты, – подумал я, – свалил бы американец – не удивился. Разве этому вас учил несгибаемый «батька» в Республике Беларусь?»

Наконец, когда совсем рассвело, разрешили поставить мешки на землю. Из 30 человек осталась половина. После небольшой передышки раскрыли носилки и положили мешки с песком. Начался марш-бросок. Темп все нарастал и нарастал. Еще пару человек свалили и подменять носильщиков стало почти некем. Тело уже не просто ныло, а нещадно болело. Пот лился рекой, больно вгрызаясь в разодранные локти и коленки. Так нас терзали несколько часов.

Наконец с вершины холма мы увидели, что до базы осталось с полкилометра. Ноги свело. Мы с Ёнатаном, сцепившись руками, буквально вползли в ворота базы. Можно было открывать шампанское: миссия была выполнена! Как и обещал Авив, собеседование прошло без сучка и задоринки.

Вернулся я с отбора героем. По крайней мере, таковым себя считал. Несмотря на промозглую ноябрьскую погоду, гордо закатывал рукава, демонстрируя разбитые локти. Ведь по базе ходили строем не только парни, но и девчата. Отмечу, что среди них выделялись красотой наши соотечественницы. В израильской армии расхожий стереотип: русская – значит красивая.

Вспомнилась шутка Вадима Галыгина из «Камеди Клаб». ЦАХАЛ – это самая непобедимая армия, ведь у них есть секретное оружие: женские пехотные батальоны. И когда командование бросает их в бой, противник уже не может ползти по-пластунски. Эх, знал бы Вадим, как недалек он от истины…

До окончания курса оставалось несколько дней, и командиры должны были «ломать дистанцию». Первым решился бесстрашный голанчик Идо. Он собрал взвод и повёл нас к ближайшей лужайке. Разрешил сесть. И начал рассказывать о себе. Где родился, где живет, сколько братьев и сестёр, какие у него интересы. Мы мило беседовали минут пятнадцать. Напоследок он сказал: «Все, теперь мы друзья, и я для вас просто Идо». Мгновенно вскочил и пустился наутёк. Те из нас, кто знал, что надо делать, бросились вдогонку. При ломке «дистанции», подопечным даётся возможность навалять командиру за все беды и тяготы, которые он причинил.

«Дружеский» лещ, пинок или средненький удар в плечо вполне уместны. Пойманный у одного из бараков Идо получил от мня пендель отмщения. Досталось и другим командирам. Меньше всего пострадал сержант Сергей из бригады Гивати. Обладая ростом под два метра и недюжинной физической силой, он оборонялся гораздо успешней, нежели приземистый Идо. Последний день мы провели как закадычные друзья. Командиры перестали на нас орать, приказы сменили вежливые просьбы. Они травили армейские байки, давали напутствия. Особенно по общению с офицером-распределителем.

В этом невзрачном кабинетике кипят настоящие страсти. Система работала следующим образом. Вам предлагают несколько вариантов для службы. Например, пехота, артиллерия или МЧС. Новобранец не соглашается. Офицер пошлет его «подумать». На следующий раз из выбора уйдет, скажем, пехота, но появятся танкисты. Дадут еще день на раздумья. На третьем отказе упрямец может загреметь за решетку. Есть идеалисты, которые сидят ради какого-то определенного рода войск. Правда, тюремный срок в службу не засчитывается. Плюс, кому охота в личном деле иметь пометки об отсидке.

В любом случае торг уместен. Ведь тёплые места держат для «своих». Для стремящихся в бойцы всё проще: спорят только, в какую бригаду попасть. А вот для джобников варианты фактически не ограничены. Можно договориться на базу рядом с домом, служить – неделя дома, неделя на базе или ходить на службу с 9 до 5. Мечтаете стать врачом – требуйте должности санинструктора, это уже 3 года практики при поступлении в институт. А может, хотите завести знакомства, которые помогут в дальнейшем? Тогда молите дать вам любую должность в штабе армии.

Я зашел в кабинет и назвал свой личный номер. Офицер молниеносно забил его в компьютер. «101-й батальон, ты согласен?» Еще бы. К великой радости зачислен в легендарное подразделение десантных войск. Вдогонку офицер мне крикнул: «Китель не забудь поменять». Но я и без него знал, что только десантники по примеру британцев носят гимнастёрку на выпуск, так называемой «юбочкой», что, кстати, тоже заставляет сопливых юнцов стремиться в эти войска.

Слезы радости. «Как я разлагал израильскую армию»

Подняться наверх