Читать книгу Дурдом на выезде - Людмила Милевская - Страница 8

Глава 7

Оглавление

– Где ваша речь? Вы ее написали? – воскликнул сэр Генри, нетерпеливо всплеснув руками.

– Что-о?!

– Речь! – повторил он.

Александра запаниковала:

– Речь? О какой речи вы говорите? Что я должна была написать?

Переводчик учтиво ей подсказал:

– Все с нетерпением ждут вашу блестящую речь. Вы известный оратор.

– Я известный оратор? – изумилась она и подумала: «В общем да, на мужа порой неплохо ору, но без свидетелей, все как учат в женских журналах. Но кто эти „все“? Почему они ждут мою речь? И, главное, где?»

– Простите, а где я должна эту речь произнести? – осторожно спросила Ася.

Бредфорд окаменел, а переводчик учтиво ответил:

– На конгрессе все будут ждать с нетерпением вашу блестящую речь.

– На каком, простите, конгрессе? – цепенея, воскликнула Ася.

На сэра Генри было страшно смотреть. Он побледнел и, схватившись за голову, взвыл:

– О-о, как все плохо! О-о, как вы пострадали! О-о, как и мы пострадаем теперь!

– А программа визита насыщена, – подлил масла в огонь переводчик.

– Какая программа? – брякнула Ася, после чего сэр Генри зажмурил глаза и понесся вперед, будто конь ослепленный.

Переводчик за ним поспешил, Ася – за переводчиком. Таким образом все понеслись. Асе понравилась эта компания. Она решила вписаться в нее любым способом – надо же Стерляди навредить.

– Успокойтесь, сыр Генри, – причитала она, старательно его нагоняя. – Это временное затмение. Так бывало не раз, но память все возвращала. Если вы подробно расскажете, что я делать должна, то, клянусь, память вернется. Я произнесу вашу речь!

Бредфорд резко затормозил – переводчик налетел на него – Ася – на переводчика: таким образом все остановились.

– Я произнесу вашу речь, – повторила обещание Александра, с трудом переводя дыхание.

– Ваша форма ни к черту, – констатировал Бредфорд и посоветовал: – Пора вам на тренажеры. Запыхались с двух шагов.

– Да-да, – кивнула она и опять повторила: – Я произнесу вашу речь.

Сэр Генри озадачено хмыкнул и поправил ее:

– Вашу речь, милочка, вашу.

Она согласилась:

– Мою речь, мою, только вы поподробней введите меня в курс проблем.

– А что, это выход, – сказал переводчик.

Бредфорд с надеждой воскликнул:

– И вы действительно справитесь?

– Ну да, – подтвердила она.

– Вы осилите важную речь? – не очень поверил Бредфорд. – И ничего не забудете?

– С речью у женщин вообще нет проблем, – заверила Ася. – Справлялась пока. Игорь даже меня журит, что рот мой не закрывается.

– Да-да, вы отличный оратор, – согласился сэр Генри и с тревогой спросил: – А что говорят ваши врачи?

– Хороших врачей я не нашла, а плохие сказали, что болезнь излечима, – ответила Ася, подумав, что озвучила слишком скудную мысль.

Однако сэра Генри она окрылила. Радость вернулась к нему, он с пафосом заявил:

– Тогда мы прибегнем к услугам лучших специалистов. Надеюсь, к церемонии открытия вы вернетесь в отличную форму.

Деловито Ася осведомилась:

– К какой церемонии?

– Нет! Я не могу! – взвыл бедный Бредфорд и, подхватив Александру под локоть, потащил ее к выходу так, словно собирался брать над ней опекунство.

– Нет, вы неправильно поняли, – запротестовала она. – Я абсолютно нормальная.

– Вижу, – коротко бросил Бредфорд.

– Но это после полета болезнь немного вернулась. На самом деле я в полном порядке.

Сэр Генри остановился и, сохраняя тревожное выражение, попросил:

– Дорогая, Александра Ивановна, умоляю вас, в случае любых происшествий и по любым проблемам обращайтесь лично ко мне. И предупреждайте! – повысил он голос. – Предупреждайте, не опасаясь меня расстроить! Вы слышите? Впредь, предупреждать! Спасибо, что не приехали на конгресс вообще без головы.

При виде такого гнева, Ася, робея, промямлила:

– Простите, но мне действительно было неловко вас пустяками тревожить.

– Во-первых, это не пустяки, – запротестовал Генри Бредфорд. – А во-вторых, это ничем вас не обяжет. С сегодняшнего дня я постоянный распорядитель нашего общества и заведую всей технической частью конгресса.

Его сообщение Асю совсем напугало. Промямлив «я справлюсь, я справлюсь», она побледнела. Сэр Генри тяжко вздохнул и согласился:

– Справитесь, душечка, справитесь, а пока вам необходимы покой и отдых, я полагаю. Позвольте препроводить вас в апартаменты. Мой автомобиль к вашим услугам.

В дороге сэр Генри был очень задумчив. В конце концов он спросил:

– Александра Ивановна, а где ваш супруг?

Ася не растерялась.

– Мой супруг приехать не смог, – отрапортовала она и добавила: – Уж это я точно помню.

– Ваш супруг приглашен везде, как и вы, – вздохнул сэр Генри, – очень странно, что он не приехал.

– Мне странно самой, – согласилась с ним Ася и, не выдержав, раздраженно воскликнула: – Я с ним развелась!

– Как плохо! – отшатнулся сэр Генри.

– Гораздо хуже то, что он мне изменил. Это явилось причиной развода.

– Весомый повод, – вставил Майкл Стоун, с тройным интересом взглянув на Асю.

Бредфорд, похоже, так не считал. Вялым кивком он дал Асе понять, что слышал ее и понял, но думает о другом: о том, что сейчас гораздо важней и серьезней.

– Сэр Генри, что вас не устраивает? – почувствовав его настроение, спросила она.

Он сердито откликнулся:

– Ваш развод, разумеется. Если юридически он оформлен, это может поставить вас в очень неловкое положение. Сами понимаете…

Александра не понимала. Ей казалось, что Стерлядь, чье место она заняла, находилась при Игоре, теперь же выходит, что Игорь при Стерляди.

– Нет, юридически развод еще не оформлен, – сообщила она и подумала: «Так кто же при ком? Хоть бери и звони домой мужу. Он-то, надеюсь, сможет мне объяснить».

– Ваш развод юридически не оформлен? – Бредфорд облегченно вздохнул.

Не выдержав, Ася спросила:

– Скажите мне честно, кто вам важней: мой муж или я?

И Стоун, и Бредфорд изумленно воскликнули:

– Конечно же вы, Александра Ивановна!

«Выходит, Игорь при Стерляди!» – испугалась она.

Тем временем «Бентли» подрулил к дорогому отелю. Генри Бредфорд четвертый церемонно распрощался и отбыл, оставив Асе рыжего переводчика.

Впрочем, переводчик совсем не понадобился: с ней все говорили по-русски. Портье, сверкая пуговицами и галунами, улыбнулся Александре с поклоном, как старой знакомой.

– В те же апартаменты, леди? – спросил он и, не дожидаясь ответа, отдал горничной распоряжение: – Элиза, в номер госпожи Ушаковой как обычно три пуховых подушки.

«Зачем три подушки? – удивилась она и, поймав на себе игривый взгляд Стоуна, твердо решила: – Спать я буду одна! Зря таракан этот скалится».

Целомудренно так решила, забыв об измене супруга и о своих недавних намерениях ему отомстить.

Переводчик проводил Александру в апартаменты.

– Гостиная, спальня, гардеробная, кухня, если вздумается вам самим что-нибудь приготовить, здесь кабинет, там ванна и сауна, – пояснял он, открывая поочередно двери. – Все очень скромно.

– Это мой номер? – поразилась она пышности обстановки.

– Ну да, как обычно, – поразился и Стоун.

«Вот как, оказывается, Стерлядь живет», – с осуждением подумала Ася, несмотря на то, что именно так мечтала жить и сама.

Горничная по-русски ей доложила, что ванна набрана и через полчаса она, как обычно, зайдет. Пока Александра раздумывала не глупо ли будет спросить зачем та зайдет, горничная выплыла в дверь.

– Зачем эта девица зайдет? – Ася воззрилась на Стоуна.

Переводчик пожал плечами, промямлив:

– Я думал, вы знаете.

– Я знаю, но память…

Она схватилась за голову и, вспомнив про речь, спросила:

– Кстати, вы забыли меня просветить какова тема доклада.

– Не доклада, – поправил, нахмурившись, Стоун, – а, скорее, вступительного слова. Вам выпала честь первой выступить на конгрессе.

Услышав это, Ася с трудом на ногах устояла и, слабея, воскликнула:

– Первой выступить на конгрессе?!

Дурдом на выезде

Подняться наверх