Читать книгу Ведьмин камень - Марина Серова - Страница 3

Глава 3

Оглавление

Андрей сидел за столиком напротив окна. Его бейсболка лежала рядом с меню, которое он лениво листал.

– Давно ждете?

Парень поднял на меня свои карие глаза:

– Минут пять. Что будем заказывать?

– Мне двойной эспрессо и тирамису.

Андрей сделал заказ и в ожидании его начал свое повествование о том интересном и важном, о котором считал необходимым поведать мне:

– Полина, я вам в прошлый раз не все рассказал. Побоялся, что будете надо мной смеяться. Но вижу, что придется. Дело в том, – молодой человек поднял на меня свои темные бездонные глаза, – что моя бабушка была... вы только не смейтесь... ведьмой.

Он внимательно смотрел на меня, проверяя, какое впечатление произвело его сообщение. Я постаралась представить себя индейцем, чтобы ни один мускул не дрогнул на моем лице. Не увидев с моей стороны проявления каких бы то ни было эмоций, Андрей решил продолжить:

– Да, бабушка была настоящей ведьмой. Только она всегда говорила, что не надо бояться этого ее дара. Ведьма – от слова «ведать», «знать». Она знала такое, что делало ее необыкновенным человеком: гадая на картах, могла предсказать будущее любого человека, заговаривала головную, зубную боль, грыжу, щитовидку и тому подобное. Бабушку убили. Давно, лет сорок назад. Меня тогда еще и в проекте не было, да что в проекте, маме было лет десять...

– За что же ее убили, если, как вы говорите, она лечила людей?

– Понимаете, Полина, люди по своей сути очень непорядочные, они не любят брать ответственность за свои ошибки на себя. Как правило, норовят найти крайнего, на кого можно было бы все свалить. Уволили человека с работы – ведьма виновата, наколдовала. Что сам разгильдяй и лодырь, про это и разговора нет. Заболел ребенок у нерадивой мамаши – тоже ведьма виновата. Что со слабеньким ребеночком долго гуляла по непогоде, так это же не в счет! Ушел мужик из семьи – ведьмина работа. А что жена неряха, ходит по дому в грязном халате и рваных тапках, с бигуди на голове и орет на детей благим матом – пустяки! Вот как-то собрались такие разгильдяи, лодыри и недоумки, судили, рядили и решили: во всех их бедах виновата моя бабушка. Сколько их собралось – неизвестно, но все взяли дубинки и забили ее насмерть...

Молодой человек замолчал, глядя перед собой в одну точку. Его глаза сузились, скулы побелели. Я тоже молчала, ждала, пока он решится заговорить снова.

Андрей помедлил немного, как бы собираясь с мыслями, и, откашлявшись, продолжил:

– У бабушки был золотой перстень с очень редким камнем – шерлом. Это разновидность черного турмалина. Считается, что это камень ведьм, с его помощью они вызывают темные силы. Перстень был старинный и стоил бешеных денег. После смерти бабушки он достался моей маме, а во время ее убийства он пропал.

Я посмотрела на молодого человека внимательно. Опять этот загадочный перстень! Может, это как раз тот самый, обладательницей которого так неожиданно стала моя Алина?

– Андрей, вы что, действительно во все это верите?

– А вы – нет?

Мне казалось странным, что он говорит о таких вещах всерьез. Ладно бы моя подруга! Та верит в магию, волшебство, силу камней, астрологию и прочую белиберду. Но Андрей! Мужчины, как правило, имеют рациональный ум. Его-то что заставляет верить в такие вещи?

Я молчала и ждала. Мне казалось, что молодой человек вот-вот рассмеется и скажет добродушно: «Полина, вы что, не поняли? Я же пошутил! Конечно, все это фигня! Я хотел разыграть вас...» Но этого не происходило. Напротив, он выдал такое, что у меня не осталось сомнения в серьезности его отношения к случившемуся:

– Между прочим, кое-что из арсенала бабушкиных способностей передалось и маме. Она тоже умела гадать на картах, заговаривала зубную боль и еще нечто подобное. Полина, вы, я вижу, не верите мне?

– Что еще умела ваша мама?

– Привораживать. Да, да, Полина, не смотрите на меня таким взглядом. Дважды буквально на моих глазах она привораживала мужчин к женщинам. Это были брошенные возлюбленные. Мама зажгла свечу, похлопотала там по-своему, и мужчины вернулись к своим дамам.

– За деньги хлопотала?

Андрей даже растерялся от такого вопроса. Он округлил глаза, пожал плечами и почти что крикнул:

– Естественно! Ворожить без денег просто нельзя. Каждая работа должна быть оплачена. А ворожба – такая же работа, как и любая другая. Она требует затрат сил, физических, моральных... Времени, наконец...

– Так говорила ваша мама?

– Да. Она, кстати, была очень хорошей, доброй, и я ее любил. Когда мы остались без папы, мы с ней стали особенно дружны.

– А вас мама ничему... такому не научила?

Андрей снова посмотрел на меня удивленно:

– Полина, таким вещам научить человека, далекого от магии, нельзя. Только того, кто родился с этим даром, учат. А я... Нет, я самый обычный человек. К тому же ворожба передается в нашем роду исключительно по женской линии. Вот если бы я родился женщиной, тогда я тоже мог бы освоить эту премудрость...

– И ваш дядя, насколько я поняла, магическими способностями тоже не обладает?

– Разумеется, нет. Он себе-то не может заговорить головную или зубную боль! Маму он с презрением называл ведьмой, я не раз слышал, как он высказывался по поводу ее дара.

– И как же?

– Говорил, жалеет, что сейчас не Средние века.

– Намекал на инквизицию?

– Вот-вот. Говорил, мол, сжечь бы тебя на костре за твои делишки... Или в чане с кипятком сварить... Полина, дядя Коля – такая мразь! Садист! А еще уголовник. Умоляю: помогите мне разделаться с ним. Я хочу отомстить за маму. Она должна быть наверняка отомщена, убийца не должен уйти от наказания! Как она, наверное, мучилась, как стонала, кричала... Меня мороз по коже продирает. Вы когда-нибудь бывали в ожоговом центре?

– Не посчастливилось.

– Наоборот, вам посчастливилось не бывать там. А я был и такое видел!.. А этот гад до сих пор на свободе! Убийца! Полина, помогите мне, или я сам его...

– Андрей, я уже говорила, следователь считает, что у вашего дяди – железное алиби...

– Неправда! Нет у него алиби, не-ту! Кто сказал, что он был у этой своей... как ее?.. Эвелины? Она сама сказала? Да она еще не такое скажет! Если его посадят, она же останется одна! Вот она и врет, выгораживает своего... хм, хахаля!

Андрей сказал это с таким презрением! Нет, не любит он дядюшку и его пассию, ой как не любит!

– А соседка?

– Что соседка! Ее можно подкупить. Или запугать. Этот прием известен. Там же старая бабулька, для нее и пара тысяч – большие деньги. Сунули ей – вот она и старается, поет то, что велели...

– А если это не так? Мне известно, что бабушка-соседка находится с Эвелиной далеко не в дружеских отношениях. Они часто ссорились из-за того, что Эвелина приводила домой шумные компании.

– Полина, почему вы защищаете моего дядю? Вы же не знаете его, а я знаю! Этот уголовник уже сидел. Вы вообще в курсе, что он изуродовал двух пацанов ни за что ни про что?!

– Что, прямо вот так взял и изуродовал? Шел, шел по улице, думает, дай кого-нибудь изуродую для разнообразия?

– Зря иронизируете. Практически так и было. Он же бывший боксер. Мастер спорта. А по характеру – несдержанный. Да что там несдержанный – просто бешеный. Ему слова лишнего не скажи. Кулаки постоянно чешутся. Чуть что – сразу в морду! Должно быть, те пацаны что-то сделали не так или сказали... Я, конечно, подробностей не знаю, я тогда еще подростком был. Но раз дали дяде Коле три года, значит, заслужил. Он тем пацанам все ребра переломал, тяжелейшие сотрясения мозгов сделал. Мне говорили, один потом ослеп из-за этого. А вы его защищаете...

– Андрей, во-первых, я никого не защищаю. Я хочу разобраться. Во-вторых, закажите мне еще кофе, пожалуйста. Мне под него как-то легче думается.

Андрей пошел к барной стойке за эспрессо, дав мне возможность пару минут переварить услышанное. Нет, я не особо верила в такие вещи. Ведьма... Приворожила... Заговорила... Лечила... Гадала на картах... Прямо дремучее Средневековье какое-то! Если мама моего клиента так хорошо умела предугадывать будущее, почему она не предугадала его для себя и не отвела беду? Значит, все-таки не могла? А этот якобы волшебный перстень?! Черный турмалин! Звучит, как название сорта яблок. Нет, нет, все это бред, да и только! Жалко Алины здесь нет, уж она-то вдоволь наахалась бы от таких сведений. Ее хлебом не корми, дай послушать такие вот загадочные истории.

В это время подошел мой спутник и поставил на стол две чашки с дымящимся ароматным напитком.

– Полина, вы кофеманка?

– А что, похоже?

– Вы так любите эспрессо!

– А вы?

– Я равнодушен к горячим напиткам.

– Тогда зачем взяли и себе чашку?

– За компанию с вами. Согласитесь, сидеть и беседовать за пустым столом как-то не очень...

– Согласилась.

Андрей потихоньку потянул губами напиток. Кажется, он обжегся, потому что вздрогнул и отпрянул от чашки, плеснув себе на руку немного горячей жидкости.

– Черт! Наливают кипяток, а люди обжигаются...

Андрей взял со стола салфетку, промокнул губы и руку, потом подул на нее. Почему он не взял себе «колу» или сок?

– Так что, Полина, сварим дядю Колю в кипятке?

Я покосилась на моего кровожадного собеседника. А он нетерпелив, прямо стучит копытами, торопит. Что за срочность? Куда он боится опоздать? Про алиби дяди даже слушать не хочет. Что-то не нравится мне такое отношение моего клиента к своему родственнику. И чем дальше, тем больше не нравится.

– Андрей, а у вашей мамы был... друг?

Молодой человек едва не поперхнулся:

– А при чем здесь это?

– Так был или как?

Лютиков пожал плечами, похмыкал, наконец выдал:

– Ну, был...

– Кто он? Что за человек?

– А при чем здесь мамин друг?

– Когда кто-то погибает, любой человек может оказаться при чем.

Андрей, как мне показалось, поморщился:

– Да... Мама встречалась с одним магом-целителем. Если вы слышали, есть такой Дармир Заворожный...

– Это же известный экстрасенс. Все газеты пестрят его объявлениями об услугах магии.

– Да, вы правы. Он занимается как белой, так и черной магией и часто дает об этом объявления... Но, Полина, Дармир Иванович здесь совершенно ни при чем. С мамой они были в очень хороших отношениях. Когда папа умер, мама долго не могла обрести покой, все плакала, переживала, даже тяжело заболела на нервной почве. Тогда-то сердце и начало ее беспокоить... Как-то раз она прочитала объявление в газете о знаменитом целителе и пошла к нему на прием. Дармир Иванович сразу увидел мамины неординарные способности и предложил ей... как бы это назвать?.. обмениваться опытом, что ли? Так они начали встречаться.

– Он бывал у вас дома?

– Конечно! И не раз.

– А мама у него бывала?

– Да. У Заворожного хорошая четырехкомнатная квартира в центре. Он вообще человек небедный... И машина у него есть... Иномарка. Но это здесь ни при чем! В квартире одна комната отведена под прием страждущих, у Заворожного и диплом имеется, у него все легально...

– А он не предлагал вашей маме переехать к нему?

– Нет... Не знаю... Наверное, он не собирался заводить семью, он человек уже не молодой...

– А про бабушкин перстень он знал?

Андрей поморщился, потер переносицу, посмотрел на меня искоса. Похоже, тянет время, не знает, что мне ответить.

– Я думаю, что знал, но не уверен в этом. А вообще, Полина, при чем здесь Заворожный?! Мы будем мстить дяде или нет?

– Нет.

Я встала. Андрей тоже встал. Возле нас тотчас возникла официантка. Я вышла на улицу, предоставив моему клиенту расплатиться с ней самому. Погода была просто изумительной. Май вступал в свои права, было тепло и солнечно, легкий ветер гонял по небу белые легкие облака. Я застегнула ветровку и направилась к своей машине. Андрей догнал меня.

– Почему не будем, Полина?

– Я не считаю его виновным.

– А кто же тогда, по-вашему, обварил маму?

Настала моя очередь пожимать плечами.

– Понятия не имею. И это не моя обязанность – выяснять, кто убил. Докажите мне, что убийца – ваш дядя, и тогда поговорим.

Я сняла машину с сигнализации и взялась за водительскую дверку. Андрей не собирался уходить. Он стоял рядом и смотрел на меня своими карими глазами, чуть не плача.

– Полина, я так надеялся на вас... Я думал, вы мне поможете...

– Замочить невиновного?

– Да почему невиновного-то?! Он виновен! Уверяю вас, это дядя Коля убил маму! Ведь он живет вместе с ней, он хочет завладеть всей квартирой целиком. Я знаю, я слышал его разговор с любовницей... Почему вы не хотите мне поверить?

– Андрей, видите вот эту царапину на моей машине? Знаете, кто мне ее сделал? Владелец вот этой машины, что стоит рядом с моей. Возьмите вон ту железяку и саданите ею по его машине как следует, пусть знает, как царапать соседей по стоянке!

Андрей посмотрел на меня как на шизофреничку в стадии обострения.

– Да вы что, Полина! О чем вы меня просите?! А если это не он поцарапал вашу машину?

– А что вы так возмутились? Вы предлагаете мне сделать тоже самое.

– Вот, значит, как?! Значит, дядю Колю варить не будем? Это окончательно?

– Я же сказала, дайте мне доказательства – и тогда поговорим.

Я села в свой «Мини Купер», повернула ключ в замке зажигания. Андрей стоял рядом и смотрел на меня. Выезжая со стоянки, я оглянулась на него. Он все еще торчал на том же месте и растерянно смотрел мне вслед.

* * *

Ариша раскладывал пасьянс. Он поднял на меня глаза и прищурился:

– Как твои дела, Полетт? Кому будешь мстить на этот раз?

– Да некому мстить, дедуля. Тот, на кого указывает клиент, имеет алиби.

Я села рядом с Аришей и стала рассказывать новые подробности о моем клиенте, жаждущем убить своего дядюшку. Дед слушал внимательно, лишь иногда вскидывая брови вверх. Когда я закончила, он спросил:

– Полетт, а тебе не кажется, что здесь замешан этот загадочный перстень?

– Нет, дед, по-моему, перстень ни при чем.

– А по-моему, при чем.

– Обоснуй.

Дед отложил карты в сторону, погладил свою маленькую аккуратно подстриженную бородку, крякнул.

– Твой клиент сказал, что после смерти его матери перстень пропал. Так?

– Так.

– А ты не допускаешь, Полетт, что женщину убили именно из-за перстня? Ты же говоришь, что он был очень дорогой?

– Это Андрей говорит.

– Ну, пусть Андрей, неважно. Перстень был золотой?

– Да.

– А камень?

– Редкий. Черный турмалин. Его еще называют камнем ведьм.

– Перстень старинный?

– Да.

– И что, ты считаешь, что не могли убить из-за него?

– В принципе могли. Но тогда убил тот, кто знал о волшебных свойствах этого перстня.

– Конечно! Женщину убили, колечко свистнули – что тут думать?! Найди кольцо. Тот, у кого оно окажется, и есть убийца.

– Это я должна искать кольцо? Дедуль, ты забываешь, что я не сыщик. Я не умею раскрывать преступления. Ну вот скажи мне: почему именно я должна искать преступника? Пусть этим занимаются те, кому положено. В конце концов, сыщикам за это деньги платят. А я... готова покарать убийцу. При условии что милиция откажется сделать это.

Я посмотрела на деда. Он кивнул, давая понять, что разделяет мою позицию.

– Ариша, а насчет волшебных свойств перстня ты всерьез? Веришь в чудеса?

– Как тебе сказать, Полетт? Не особо. Мой жизненный опыт подсказывает, что всем волшебным явлениям, как правило, впоследствии находится вполне материалистическое объяснение. Но дело не во мне, главное, что в это верит преступник. Я имею в виду, в магическую силу камня.

– Угу. Или в его цену.

– Да. Если перстень действительно дорогой, то цена имеет не последнее значение.

– Дедуль, а ты знаешь, я только что была у следователя, который ведет это дело. Им оказался парень из параллельной группы, я имею в виду юрфак.

– О! Ты встретила однокурсника? Кто это?

– Вряд ли ты его помнишь. Фамилия Удовиченко тебе о чем-нибудь говорит?

– Как же, говорит, я помню! Его звали... Александр.

– Ага, помнишь ты! Его звали Леонид.

– О! Конечно, Леонид! Я и хотел сказать – Леонид. Про Александра – это я оговорился. Имена похожи... Нет, Леонида я, правда, помню. Как он там?

– Хорошо. Капитан.

– Молодец. А... все остальное?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну... так... другие дела...

– Ох, хитрец! Успокойся. Женат Леня, и ребенок есть.

– Мм... – Ариша вздохнул и чуть слышно добавил в сторону: – Жалко...

Я решила сменить тему разговора:

– Ариша, а ты давно кушал? Ты не голоден?

– Пока нет. Может, попьем чай?

– Хорошо. Пойду поставлю чайник.

Дед снова принялся за свой пасьянс, а я поднялась к себе в комнату переодеться. Сняла джинсы и джемпер, повесила их в шкаф, достала оттуда и натянула домашние спортивные брюки и старую футболку. Собралась пойти мыть руки, но тут зазвонил телефон.

– Алло?

– Здравствуйте. Мне нужна Полина Казакова.

Голос был мужской, солидный, чуть с хрипотцой. А самое главное, совершенно мне незнакомый.

– Я вас слушаю.

– Меня зовут Солдатенков Николай. Вам это имя ни о чем не говорит?

Я растерялась. Он еще спрашивает! Конечно, говорит, еще как говорит! Но я не ожидала, что подозреваемый в деле убийства Ярославы Львовны Лютиковой самолично позвонит мне. Интересно, что ему от меня нужно?

– Вы – дядя Андрея? – спросила я осторожно, избегая резких слов.

– Дядя. И хотел бы поговорить с вами.

Интересный поворот. Все хотят поговорить со мной – пострадавший, теперь вот подозреваемый. Интересно, о чем?

– Николай... простите, как вас по отчеству? – спросила я, хотя прекрасно знала, что он Львович.

– Да бросьте, какое там отчество! Я еще совсем юноша. Так когда мы сможем увидеться?

А Николай шутник. Сорокалетний юноша. Ну-ну.

– Скажите, а кто вам дал мой телефон?

Оказалось, это та же знакомая, что направила ко мне Андрея. Получается, она дала мои координаты и дяде, и племяннику. Интересно. Что ж, посмотрим, что там за дядя.

– Хорошо. Вы можете сейчас приехать в коттеджный поселок? Знаете, где это?

– Разумеется. Ждите, буду через четверть часа.

* * *

Ровно в назначенное время у наших ворот остановилась машина. Я выглянула в окно кухни и увидела вишневую «семерку». Из нее вышел высокий мужчина в легкой серой куртке. Я открыла ему дверь, провела в дом.

А они были совсем не похожи. Андрей только ростом вышел под стать своему дяде, но лицом был смугл и чем-то похож на артиста Евгения Дятлова из сериала «Менты». А вот дядя Коля был, напротив, зеленоглазый со светло-русыми волосами и черты лица имел более тонкие. Он снял свою куртку, аккуратно повесил ее на вешалку и сбросил с ног легкие демисезонные ботинки.

– Может, вам тапочки дать? – спросила я.

– Нет, дома я вообще люблю ходить босиком. Куда прикажете?

Мы поднялись в мою комнату. Он сел на стул, а я – на диван.

– Так как вас все-таки по отчеству?

Дядя Коля посмотрел на меня удивленно:

– Я что, так плохо выгляжу? Мне, Полиночка, всего сороковник недавно стукнул. Причем совсем не больно стукнул, можно сказать, слегка. Так что зовите меня просто Николаем. Если, конечно, вам так удобно.

Мне удобно. Мне вообще все равно, как его называть, хоть Гришей.

– Так о чем, Николай, вы хотели со мной поговорить?

– Видите ли, Полиночка, у меня случилось несчастье. Недавно умерла моя сестра. Родная. После смерти родителей она была единственным близким моим человеком. К тому же расправились с ней очень жестоко: обварили кипятком. При ее слабом сердце это оказалось убийственным для нее. Завели дело, так как менты сразу установили, что обварилась она не сама. И вот тут начинается самое интересное: во-первых, подозревать начали меня. Ну, якобы я сделал это из-за квартиры. Во-вторых, пропал перстень нашей мамы. Он был у моей сестры, ее, кстати, Ярославой зовут, я забыл сказать. Так вот сын моей сестры Андрей напирает на меня. Сознавайся, говорит, это ты маму убил! Я прямо обалдел, когда в первый раз это услышал. Ну, не дурак?! Я убил свою сестру?! Зачем? Из-за комнаты, которую я якобы хотел занять?

– А разве у вас с сестрой не было из-за этого конфликтов?

– Из-за ее комнаты? – Николай удивленно округлил глаза. – Конечно, не было! У меня своя комната, у Ярославы была своя... Мы так жили много лет. Когда Андрей стал подрастать, я предложил сестре выкупить мою комнату.

– И куда бы вы пошли жить?

– Купил бы себе другую в какой-нибудь коммуналке. Для меня, Полина, это не проблема – где жить. Мне – что с сестрой, что с чужими людьми, – какая разница?! С чужими, наверное, даже лучше.

– Это чем же лучше? – удивилась я.

– Разговоров меньше. С соседями – «здрасте – до свидания» и разошлись. А свои разборки еще устраивают.

– Значит, все-таки разборки были?

– Да так... не особо. Когда Андрей подрос и стал зарабатывать, он снял себе комнату где-то недалеко от работы. А когда муж сестры умер и она осталась одна, вот тут-то он и начал мутить воду.

– Вы говорите про племянника?

– Я говорю про сына моей сестры.

– Подождите, Николай, разве это не одно и то же? Сын вашей сестры, по-вашему, не является вашим племянником?

– Фактически нет.

Я опешила. Такого я еще не слышала.

– Объясните.

– Понимаете, Полина, – гость помедлил, вероятно, подыскивая слова, – у моей сестры нет детей.

Совсем отлично. Я понимала, что чего-то не понимаю, но никак не могла понять, что именно. Очевидно, мой взгляд выдал мое замешательство, потому что Николай улыбнулся и снисходительно сказал:

– Я сейчас все объясню.

– Да уж будьте любезны.

– Я не оговорился, у моей сестры действительно нет детей.

– Прямо загадка природы. А Андрей тогда кто?

– Он приемный ребенок. Его взяли из детского дома, когда ему было уже семь и он ходил в школу. Муж Ярославы переболел в детстве какой-то инфекционной болезнью и остался бесплодным на всю жизнь. Но она так любила его, что не развелась с ним, а детский вопрос они решили вот таким образом.

Теперь понятно, почему Николай так упорно избегал слов «мой племянник». Сын сестры – это точнее.

– Итак, все, что было до этого момента, это – во-первых. А что там у вас случилось во-вторых?

– Во-вторых, пропал перстень Ярославы. Старинный и очень дорогой. Когда-то он принадлежал нашей матери. Она была... как бы это сказать? В общем, имела неординарные способности.

– В народе это называется – была ворожеей?

Я нарочно не произнесла слово «ведьма». Неизвестно, как отреагирует на него Николай.

– Да, что-то в этом роде. Гадала, умела заговаривать разные болячки... Но это к делу не относится.

– Может, как раз относится? Тот, кто украл перстень, явно считал его... не простым.

Николай внимательно посмотрел мне в глаза.

– Полина, вы верите в волшебство?

– А вы?

Он скривил губы в усмешке.

– Скажем так: я отношусь к этому скептически. Не скажу, что не верю совсем... Что-то такое в природе действительно существует. Но относиться всерьез к гаданиям и лекарству... Хм, не знаю, не знаю...

– Вы никогда не видели, как ваша сестра ворожила? Говорят, она даже возвращала ушедших возлюбленных.

– По-моему, это чистое совпадение. Но речь не об этом. Я обрисовал вам картину произошедшего. Мне очень неприятно, что кое-кто думает, что это я убил свою сестру. Уверяю вас: это не так. Я относился к ней очень хорошо. Даже предлагал освободить от себя квартиру, но Ярослава была против. Она говорила: «Никола, почему ты должен платить такие большие деньги за съемное жилье? Живи здесь, я теперь все равно одна...» Мы не мешали друг другу. А потом, когда сорок лет назад умерла наша мать, мне было всего несколько месяцев от роду. А вот Ярослава уже ходила в третий класс, ей было около десяти. Они с отцом и вырастили меня. Так что она мне, считай, и была настоящей мамой.

Ого, как оно все повернулось! Николай между тем продолжал:

– Да, сестра играла со мной, утром отводила в детский садик, вечером забирала, даже кашу варила, пока отец был на работе. И теперь, когда менты пытаются мне пришить... ой, извините...

– Да ничего. А разве следователь вас в чем-то обвиняет?

– Теперь – нет. А сначала меня вызывали и все выпытывали: где я был во время убийства, с кем? Есть ли этому свидетели?

– Вы, Николай, я так понимаю, были со своей... дамой сердца у нее в гостях?

– Да. В этот день у меня была зарплата, я купил бутылку водки, кое-какой закусон и отправился к Линьке... мм... Эвелине. Мы хорошо так отдохнули под музыку... Нас и соседка видела, эта бабка, старая язва в галошах. Она еще пару раз нам замечание делала, мол, музыку убавьте, сериал не даете смотреть. А сама как телик врубает... извините, включает! Аж уши закладывает. Это ничего!

– Николай, а как вы думаете, кто мог убить вашу сестру?

Мужчина пожал плечами:

– Да понятия не имею! Я что, следак?!

– А мог это сделать ваш... сын вашей сестры?

– Андрюха?

Николай посмотрел на меня не то удивленно, не то возмущенно.

– Нет, что вы, Полина! Дрюня не мог. Она же его усыновила. Нет, нет, не надо о нем так... Кто угодно, но только не он. Меня следак тоже об этом спрашивал. Я ему сразу сказал: меня подозревать вы еще можете, а пацана не трогайте. Не виноват он. Она же ему мать заменила. Если бы не Ярослава, он бы так и торчал в своем детдоме. Фиг бы он тогда институт окончил! Точняк, был бы уличным хулиганом или карманником. Они все там такие...

– И что же вы от меня хотите, Николай?

– Чего хочу? Помогите найти убийцу.

– Этим должна заниматься милиция.

– Милиция его не найдет. Им все до фени. Они уже это дело тянут.

– А если найду, что вы с ним сделаете?

– Убью!

Я внимательно посмотрела на Николая.

– Сами?

– А кто мне для этого нужен? Или у меня рук нет? Так вы мне поможете, Полина?

Честно говоря, я растерялась. Я стала объяснять Николаю, что я не сыщик и искать преступников не умею. Николай настаивал. Видя, что добром от него не отделаться, я пообещала подумать. При условии, если менты убийцу не найдут.

Николай предупредил, что еще будет звонить мне, оставил номер своего телефона и покинул мой дом.

Ведьмин камень

Подняться наверх