Читать книгу Борьба двух - Михаил Алексеевич Новиков - Страница 1

Часть 1
Глава 1

Оглавление

Последние лучики солнца медленно скользили по городу, прощаясь с ним, уходили за горизонт. В то же время просыпался город, экипажи везли господ на светские балы. Стук копыт запевал свою привычную мелодию. Бедные норовили побыстрее убежать в маленькие переулки и свои дома, дабы не мешать господам. Стук их ног, был словно неправильной нота, лишней, чуждой мелодии одного из самых богатых городов Империи . Цезарь, поглощённый мыслями, ехал в одном из экипажей. Его тревожило последнее свидание с дочерью высокопоставленного господина, чей род намного влиятельней его. Он был безответно влюблен в прекрасную Элизу из рода Руанов, но герой был ей не ровней. Его беспокоило её неосторожное поведение.

–Неужели лишь я забочусь о тайне наших отношений? – неумолимо проносилось в сердце молодого дворянина

Настало время для тяжёлого разговора, на который он долго не мог решиться. Это терзало героя. Экипаж подъезжал к воротам пышного особняка, с огромным садом вокруг него. Там, у балкона, сидела Элиза и вспоминала первую встречу с Цезарем.


Однажды, на очередном приеме ее отца – Эндона, она заприметила юношу, лет 17-18, высокого, с изысканной фигурой. Его черты были строги, но все это только подчеркивало красоту. Необыкновенные светлые волосы, собранные в хвост, ярко голубые глаза, мечтательный, нежный взгляд, даже приподнятые уголки губ, выделяли юношу среди наскучивших ей темноволосых дерзких "кавалеров". Всё это выдавало в этом юном дворянине Цезаря из рода Вельнов.

Они встретились взглядом. Юный Вельн лицезрел первую красавицу Альбены. Лицо Элизы выделялось гармоничными и благородными чертами: они были не остры и не округлены, нос был не велик и не мал, её розовые пухловатые губы служили украшением манящей и чарующей улыбки. Столь редкие в Альбене каштановые волосы подчеркивали исключительность Элизы среди других дворянок. Но её круглые синеватые глаза выражали скуку и отстранённость от происходящего. Однако, когда она встретилась с Цезарем взглядом, то скуку сменил интерес. Юный Вельн сделал поклон Элизе, она ответила ему тем же, и начался разговор, который закончился лишь утром, когда отец Цезаря – Арон закончил свои дела с Эндоном и собирался домой. С той первой встречи юный Вельн стал посещать дочь Эндона. Но, к сожалению, сын Арона вызывал лишь ее симпатию и не имел права на большее. Так думала сама Элиза до этого вечера.


То место, в котором оказался Цезарь, поражало его своей красотой и строгостью одновременно. Сад, где росли различные цветы и деревья, семена которых свозили со всей Империи, был самым большим и удивительным в городе. Балкон, на котором сидела Элиза и ждала своего гостя, выходил в сад, почти близ фонтана. Час свидания настал.

–Мой прекрасный друг, надеюсь ты поймаешь меня, – с лёгкостью и игривостью в голосе прощебетала девушка.

Тут же Элиза спустилась с балкона и упала прямо в руки своего "друга". Цезарь обнял ее, но, тут же вспомнив о своих намерениях, поставил на землю.

– Элиза, я пришел сказать тебе, что так больше нельзя, я не могу терпеть то, что ты обращаешься со мной то как с другом, то как с возлюбленным.

– Ты меня оскорбляешь подобными словами! – хоть их разговор только начался, но она уже была раздражена и оскорблена.

– А ты оскорбляешь мои чувства подобной неопределенностью!

– То есть ты пришел отчитывать меня?! Как ты смеешь!? Ты не забыл, что мой род близок к Наместнику, а твой подчиняется напрямую моему отцу?

– Я пришел, дабы ты дала ответ и определила, кто я для тебя – друг или нечто большее…

– После подобных слов, а точнее оскорблений, ты мне никто! Проваливай! – говорила она уже со злостью, ведь её гордость была задета.


Цезарь удивился, он не был готов к тому, что Элиза могла так легко его прогнать, однако подчинился и ушёл.

Девушка осталась одна в саду. Всё в ней кипело от злости из-за наглости этого дворянишки, от его дерзости. Но на смену злости пришли сомнения, правильно ли она поступила? Но тут же злость снова подступила к ней. Однако ее искали слуги, и надо было возвращаться в спальню.


В то же время Цезарь, полный горя, пытался выбраться из сада, в котором ему находится было нельзя. Однако он на время остановился и задержал дыхание. Мгновенье, и он начал дышать не лёгкими, а сердцем, не воздухом, а воспоминаниями о прошедшем месяце, о том, как они встречались здесь, прогуливались, мечтали. Его новые легкие заполонил едкий, удушающий газ. Было трудно дышать. Но все же Цезарь нашёл выход из этого отравленного сада и добрался до дома. Откашливая остатки удушающего газа воспоминаний, он ложился спать, и на время ход вещей вернулся к обычному укладу, существовавшему до их первой встречи.

Опять в глазах Элизы появилась скука, но поменялась дочь Эндона. Скука лишь скрывала тоску.

Прошёл месяц с их расставания с Цезарем. Элиза, сама того не замечая, на каждом приеме отца искала своего заветного гостя. В тайне от неё в её сердце зрело нечто большее, нежели просто интерес или симпатия. Её одолевала жажда, которую никто не мог утолить. Она была готова все отдать лишь за несколько слов Цезаря.

Однажды Арон заставил героя пойти на бал к Эндону. Отец юного дворянина посчитал не приличным и не уважительным появляться у столь важного человека без сына. Молодой Вельн не сопротивлялся. Ему было всё равно.

И вот на одном из балов Цезарь и Элиза встретились взглядом. В очах у девушки появилась еле скрываемая радость. Взгляд Цезаря выражал лишь холод и безразличие. Сердце же его почувствовало благоуханный воздух надежды. Но он этого не выдал. Между ними росло напряжение, незримая борьба. Никто не хотел выдавать своих чувств, но их непреодолимо тянуло друг к другу. Никто не хотел сдаться первым. Они выжидали. Начался очередной танец – подходящий момент для того, чтобы заговорить. Но Элизу пригласил дворянин из бедного рода. Она согласилась. Цезаря оскорбило то, что девушка решилась танцевать с каким-то низкородным “мальчуганом”, и он пригласил на танец прекрасную девушку из равного ему рода. Они закружились в танце, но Элиза и Цезарь неумолимо следили друг за другом, а не за своими партнёрами. Так прошло ещё три танца. Наконец оба сдались, и одновременно обратились друг к другу с трепетом и облегчением, даже с дрожью в голосе:

–Цезарь из рода Вельнов…

– Мадемуазель Элиза, можно пригласить вас на танец?

– Конечно…

Элиза медленно подала руку своему кавалеру и попала в сказку. Они закружились в танце, позабыв обо всем на свете. Его касания были столь легки и нежны, словно он и не притрагивался к Элизе, но она чувствовала каждое его прикосновение, каждый его вдох. И она начала дышать сердцем, дышала, но не воспоминаниями, а настоящим. Ощущение жизни возвращалось: чувства оживали, переполняли. Мгновенье, танец закончился, а вместе с ним и бал. Элиза будто проснулась. Реальность выдернула её из сладкого сна.


Цезарь с жаром поцеловал руку Элизы, но в тот же момент опомнился и с холодом в голосе произнёс:

–Спасибо за танец.

Дочь Эндона была поражена холодным и даже безразличным тоном Цезаря и попыталась ответить юному Вельну тем же, однако ей трудно было скрывать свои чувства, и она с неприкрытой тоской от окончания бала отвечала ему:

– Это вам спасибо, Цезарь.

Отец его задержался у Руанов, однако юный Вельн решил отправиться домой.


Элиза начинала теряться в догадках. Её охватило доселе неизвестное чувство.

– Нет, это не любовь, нельзя влюбляться в него. Он мне не ровня! Да и к тому же он сам меня не любит. Почему он не остался со мной? Почему ушел? Никто бы нас не смог упрекнуть, ведь его отец был в нашем доме до утра!


Она не подозревала, что чем дольше рассуждала, думала об этом, но не головой, а сердцем, тем больше охватывало ее это чувство. Но если это чувство охватывало ее сердце, то у Цезаря был охвачен разум.

Подобные балы устраивались раз в неделю, и раз в неделю Цезарь танцевал с Элизой, но с каждым разом всё изящнее и грациознее. Прошёл месяц. На балах все внимание гостей было приковано лишь к дочери хозяина дома и её партнеру. Но Элизу все это не волновало. Её волновали лишь чувства, которыми она дышала, изящество её партнёра, которая наполняла очи блеском, сладость его речей, которыми она упивалась, словно обезвоженный человек в пустыни.


Очередной вечер был окончен, но не для Элизы и её возлюбленного. Они решили тайно встретиться, хоть это и ставило под угрозу Цезаря.

– Цезарь, прости меня за тот вечер, который был два месяца тому назад, я была не права и теперь пересмотрела свои взгляды…

Цезарь страстно поцеловал девушку. Она не ожидала такой дерзости, но и вырываться не желала, а предалась этому чувству…

Такие встречи продолжались ещё две недели. Они были счастливы, но каждый по-своему. Однажды уже поздней ночью Цезарь сидел в саду и ждал прихода Элизы. Она наконец появилась и тут же бросилась к нему, как будто они не виделись более года. Они мило беседовали, когда появился отец Элизы.

Цезарь тут же вспомнил о том, почему плохо гневить этого человека. Эндон из рода Руанов был дисциплинированным человеком. Этого же он требовал и от других, даже от своей дочери. К подчинённым относился со строгостью, которая иногда переходила все грани дозволенного. Однако верных слуг он вознаграждал.

Эндон с детства готовился к военной службе, но в то же время от природы он был искусным дипломатом и старался развивать эти навыки. Широкоплечий, высокий, мускулистый – все это выдавало в нем воина. В то же время умный, хитрый, умелый интриган и оратор – все это выдавало в нем дипломата. Он чтил древние традиции, отчасти поэтому он пошел по стопам своего отца.

Лицо его было отмечено многочисленными шрамами. Иной подумал бы, что это звери рвали его. Отчасти это было так. Во время восстания он бросился на его подавление. Не раз был ранен, не раз его пытали. Но он отплатит своим врагам тем, что утопит не один город в крови повстанцев и мирных жителей, а точнее, бедняков. После окончания восстания, заслужив почести и звания, он сложил оружие и пошел по другой стезе – начал добиваться положения в высших кругах. Ему это удалось. А потому Эндон заслужил богатство, имя, связи, поговаривали, будто сам Император был знаком с отцом Элизы.


И теперь, когда он увидел свою дочь с низкородным дворянином,Эндон был вне себя от ярости.

Тут же Цезарь был схвачен и связан слугами. Его отца вызвали в особняк Эндона.


– Либо ты и твой род лишается дворянства, либо только твой младший выродок, при условии, что после этого ты выгонишь его из дома. Решай.

Цезарь не был готов к такому повороту событий, хотя и подозревал, что с ним может произойти, если обнаружатся их тайные встречи с Элизой.

Арон был поражён но, зная, что родом рисковать нельзя из-за проступков глупого мальчишки, согласился на второе, ведь Цезарь не был наследником. У него был старший брат – Дэир. Это был благородный человек, который ни за что не рискнул бы честью рода ради жалких чувств.

Элиза выбежала в зал, где некогда наслаждалась светлыми чувствами. Но в тот момент она утопала в горе при виде ее возлюбленного. Но он не мог её спасти. Она ещё не знала решения Арона. Услышав его, бедная девушка упала на пол. Нет, не в обморок, она несмела лишиться, возможно, последнего мгновенья с Цезарем. Все свои силы потратила она на то, чтобы оставаться в сознании и видеть своего возлюбленного. Смотреть и осознавать: он был прав три месяца назад. Она была слишком не осторожна. Но если два месяца назад он был ей практически безразличен, то теперь потерять Цезаря было слишком болезненным ударом.

И вот его начали выводить на улицу. Она силилась что-то сказать, но губы отказывались шевелиться, язык предательски коверкал звуки. Мгновенье – и Цезарь пропал из зала, даже не взглянув на неё, а она сама лежала уже без сознания на холодном полу. В зале, который заполнял океан её счастья. Океан, который превратился в скудный ручеёк тёмных, злых чувств за мгновенье. И этому ручейку было суждено пересохнуть средь окружающих его мраморных стен, портретов её знатных предков, что смотрели на девушку, как казалось, со злостью и отвращением за столь безнравственный проступок.

Борьба двух

Подняться наверх