Читать книгу Дарьины зори. Повести и рассказы - Надежда Опескина - Страница 6

Дарьины зори
Глава 5

Оглавление

Утро – время начала дня. Для многих утром того дня начался отсчёт другого времени, которое побежит, что река в весеннем разливе, смывая всё на своём пути.

У каждого были свои планы на жизнь, каждый мыслил по-своему, но не каждому хотелось ухватить побольше для себя. Разные люди, разные мысли.

Дмитрий подсчитывал барыши, с которыми вернётся домой, что купец с ярмарки. «Хороший куш урвал», – думалось ему. Объегорил он хитроумного Матвея, обошёл по всем статьям. У Дарьи и парня-то не было, никто не прибегал сватать, а уж ежели и пришёл кто, то в первую очередь с него, с Дмитрия, потребовал бы за дочерью приданое, и немалое. Хорошо сладилось, теперь Нюрку подрастить и выдать за деревенского, чтобы рядом жила, в старости их с матерью пригреет.

Матвея свои мысли обуревали, заставляли сердце бешено биться. Он и сам не осознавал до конца, на кой сдалась ему эта девка. Знамо дело, невесткой входит в дом, но мало ли ещё что случается в жизни. Леса вокруг страшенные, зверья всякого полным-полно, разное с охотниками случается, а Василий охотник заядлый. Гнал от себя дурные мысли, всякий раз крестясь. Но мысли вновь лезли в голову, заполняли сознание. Радовался, что так дёшево откупился от Дмитрия, думал, в копеечку ему прихоть эта выльется, а вон как оказалось. Сбагрил тому слегка подпревшее сукно вместо части денег, ситец абы какой, а тот и рад. Василий шибко в силу входить стал, хоть и молчит часто, а всё в нём против отцовского мнения. Вот и дом свой, отдельный, решил поставить.

Пелагея довольна была приходом невестки в дом. Устала одна обихаживать трёх мужиков и дела по дому вести. Постарела, сорок пять годков стукнуло, спина проклятущая донимает. Хорошо хоть Данила подрос, помощником хорошим стал.

В Дарье увидела силу, несмотря на малый возраст. Умная девка и справедливая. Никакой грязи вокруг себя не допустит, душа у неё чистая. Повезло Василию с женой будущей. Быстрей бы свадебку отыграть, хотелось бы обвенчать, но другие порядки пришли. Вспоминалась собственная свадьба, перед которой неделю шёл торг между отцом Пелагеи и Матвеем, требовавшим большое приданое за ней. Отцу ничего не оставалось, как выполнить все требования. Под сердцем уже Васенька её бился, и живот от людей скрывать стало трудно. Матвей в глухомани жил, там было проще скрыть, когда дитя народилось. Маменька торопилась приданое в узлы связать. Не простилась даже с Пелагеей, слова не молвила. Отец хоть и бранил перед свадьбой, но, прощаясь, поцеловал в лоб и благословил словом добрым, от которого потеплело на сердце у обоих, и стояли они, обнявшись, смачивая лица слезой набежавшей. Отца более не видела Пелагея. Сгорел за полгода от болезни непонятной, а маменька после сорока дней за парня моложе её на десять лет выскочила. С Пелагеей, своим единственным дитём, более встречаться не желала. Через год и её не стало. Упала с крыльца в зимнюю пору, не успел молодой муж поддержать. Вот тогда-то Матвей и не смолчал. Поехал, во всём разобрался с отчимом. Что говорили, как делили, то было Пелагее неведомо. Только деньжат и серебра привёз много.

Все материны изумруды в серьгах и кольцах отдал отчим. Испугался чего-то, продал всё подчистую и отдал большую долю Матвею.

Василий не ждал от Дарьи любви большой. Ему жена нужна была, помощница в делах. Мечтал свой терем срубить, детишек наплодить полный дом. Красавицу отец присмотрел, тело ладное, голос красивый, не порченная бездельем в родительском дому. Поживут, присмотрятся, глядишь, и придёт любовь, а нет, так и без неё проживут век свой. Многие так живут, детей растят. От отца уходить им надо, недобрыми глазами тот на будущую невестку смотрит, греха бы не вышло.

Данила сам бы не прочь жениться на Дарьюшке, да молодость мешает. Полюбил всем сердцем, с первого взгляда. Хотелось рядом быть, в глаза её зелёные смотреть. Прощаясь, она протягивала свою ладошку, от прикосновения которой становилось на душе тепло и тихо. Сестрой она станет, и это радовало. Покажет ей все места любимые свои, обучив на коне скакать. Уговорит брата Василия с ними объехать окрест. Пусть Дарья полюбуется красотами, душой дом свой новый примет. Многое ей расскажет о жизни ихней, до мелочей.

К двенадцати часам, выставив угощения на столы, пошли Пелагея и Матвей к артельщикам на пир тех приглашать. Пелагея подарки принесла всем пятерым: штаны из сукна и рубахи, всё разных цветов, понимая, что ехали работать, а не свадьбы играть. Каждому по размеру сшила. И когда только успела, рукодельница.

Сами Матвей с Пелагеей были так разодеты, что у артельщиков рты пооткрывались от удивления. Матвея-то они ещё в день знакомства видели разнаряженным, не в диковину, а вот Пелагея удивила нарядом и обличием своим. Платье из коричневого атласа, под цвет глаз её карих, на плечи шаль кашемировая бежевого цвета наброшена, на ногах ботиночки хромовые на каблучке, вокруг шеи колье золотое с рубинами, в ушах серьги массивные с тем же камнем, на руке перстень большой. Стоит, вся из себя красавица, и глаза, широко открытые, улыбкой озарены, что на губах алых играет. Мужиков оторопь взяла. Сколько прожили, а не высмотрели в ней красавицу, иль одёжка её так преобразила, иль глаза их раньше не то видели.

Приоделись мужики, в дом с хозяевами поспешили. Василий разнаряженный на крыльце встречает, в горенку Матвея гостей ведёт, там Данила разодетый образ в руках держит, чтобы родителям подать на благословение молодых. Пелагея каравай в руки на рушнике вышитом берёт, Матвей образ от Данилы принял. Все столпились у дверей. Василий в свою горенку вошёл. Прошло чуток времени, и Данила отворил дверь двухстворчатую. Все так и ахнули, увидев Дарью.

Платье до полу из шифона на атласном подкладе, по низу расшито белыми шёлковыми нитками, фата с венцом на голове из того же шифона, ноги в туфельки белые обуты. На шее кулон золотой с изумрудом, серьги в ушах с изумрудом, от которых глаза у Дарьи стали зеленее зелёного. Никто из артельщиков такой роскоши ранее не видывал. Поговаривали, что богаты Савичевы, но чтоб так…

Матвей благословил молодых на брак долгий. Пелагея каравай поднесла, чтобы вкусили молодые хлеба с солью. Данила кольца обручальные подал на блюдце.

Обменялись Василий с Дарьей кольцами. Артельщики диву дивились, обряд был совершён по церковному, только батюшки и не хватало.

Дмитрий в стороне всё стоял, глядел глазами удивлёнными. Досада сердце сжигала. Продешевил, взял мало с Матвея за дочь, коль у них такие богатства есть. Да что теперь поделаешь, объегорил его сват, и крепко.

Уселись за стол. Молодые в переднем углу, под образами вывешенными. И тут было чему удивляться. Столько угощения было выставлено, что и не съесть честной компанией. Пьют мужики чарку за чаркой, а хмель не берёт, больно закуска хороша, чего только не выставили хозяева: поросёнок, начинённый гречкой с печёночкой, утки с брусничкой и капусткой, жаркое из зайчатины, пироги разные, соленьями стол уставлен. Где здесь хмелю возобладать. Попили, поели.

Пелагея вышла из горенки, принесла балалайку, молча подала Даниле. Тот мастак оказался играть. Первой заиграл плясовую для матушки, которая в пляс пустилась.

Мужики следом в круг. Алексей Тимнов такие коленца стал вытанцовывать вокруг Пелагеи, что Матвей не выдержал и сам в пляс кинулся, ревность в нём проснулась, вдруг увидел, что молода ещё его жена, если мужики такими глазищами её оглядывают. Впервые к нему такое чувство заглянуло в душу.

Гуляли до тёмной ночи. Молодые настоек не пили, разве что пригубили малость. Песен перепели не счесть. Дарья повеселела, частушками гостей и родню новую порадовала. С Василием сплясала, пройдясь лебёдушкой. Весёлой свадьба оказалась. Пришло время ко сну всем расходиться. Матвей всех на утренний опохмел пригласил. Василий с Дарьей в свою горенку удалились. Данила помог матушке прибрать со стола и полез на полати спать. Пелагея собралась на печь свою, но Матвей её остановил, сказав, что хватит им спать по разным комнатам.

Ночь светлая пришла на кордон. Луна высоко в небе висела шаром белым, освещая всё окрест. Ни ветерка, ни шороха. Только одинокий волк завывал, сидя на высоком берегу Иртыша.

Дарьины зори. Повести и рассказы

Подняться наверх