Читать книгу Прогрессоры нового мира - Николай Якубенко - Страница 4

Глава 1

Оглавление

«Пить надо меньше. Или хотя бы не смешивать».

Эта была первая мысль, пришедшая на ум Виталику, когда он увидел самый дурацкий сон в своей жизни. Электричество, превратившее его работу на заводе в полный маразм, достало его и дома. Рядом с ним с почти неуловимой скоростью проносились электроны, нейтроны, протоны, фотоны и еще не пойми что. Они были везде: в лампочке уличного фонаря, в электропроводке проносящихся за окном машин, в выключенном компьютере и глубинах спящего телевизора в соседней комнате. И еще они устроили настоящий шабаш у него в голове.

«Надо, чтобы меня вырвало. А то сдохну», – оповестила вторая мысль.

Сказано – сделано.

«Ну не бывает так во сне!»

Это была уже третья мысль, сгенерированная сознанием Виталика. Наверное, очищение желудка все-таки дало положительный результат. За третьей мыслью сразу же возникла четвертая. Самая странная из всех предыдущих:

«Нужно срочно уходить отсюда».

Тут уж мысли, неуверенно покачиваясь и держась друг за друга, полезли как из рога изобилия:

«Что за бред. Куда уходить?»

«Желательно подальше».

«Наверное, в горы. Ты скоро туда едешь».

«Не сегодня!»

«Точно не сегодня?»

«Э-э-э-э-э-э…»

«Значит, сегодня. А ты напился и забыл про автобус. Дурак!»

«Нужно еще выпить чачи – там оставалось немного. А потом хоть на автобус, хоть на Байконур!»

Сказано – сделано.

«Стоп, какая чача? Ты вообще про что? Не-э-эт!!!»

Сознание Виталия отключилось от объективной реальности. Что происходило в течение следующих пятнадцати минут в его комнате, навсегда останется загадкой. Хаотичные поиски чего-то очень нужного и важного, чьи-то матерные выражения в адрес электричества, которое его достало, обещания выловить все электроны и истребить их ядерным взрывом.

Потом наступила тишина, прерываемая лишь озадаченным мяуканьем домашнего кота Степана. Потом стихло и это.


Понимание происходящего решительно ускользало от Виталика. Голову разрывало от дикого похмелья, еще она кружилась и распространяла болезненную слабость по всему организму. Ему оставалось лишь предаваться созерцанию происходящего и пытаться хоть как-то прийти в себя. Рядом валялся его рюкзак, собранный и упакованный. Сам он был в шортах, кроссовках и футболке. В другом месте и в другое время Виталик бы решил, что выехал с друзьями в поход в горы, благо вокруг действительно были горы. Или предгорья. Если бы не два «но». Две веские причины, из-за которых здравый смысл не решался приблизиться к нему на расстояние пушечного выстрела.

Во-первых, память. В поход он действительно собирался, но только через неделю, никак не раньше. Перед этим он играл с Лехой и Игорем в «Героев меча и магии». Можно ли целую неделю, забыв про окружающий мир, играть в «Героев»? Нереально. В стельку пьяным, в состоянии запоя? Только не Ветал. Что-то припоминается насчет автобуса, похода и экстренных сборов… Фиг с ним, согласимся – других объяснений происходящего безобразия все равно не было. Вообще. Напился до забытья? Допустим, что так оно и произошло на самом деле.

Оставалось «во-вторых». Виталик сидел на небольшой полянке, скорее даже в горном урочище, напоенном прекрасным чистым воздухом, поросшем деревьями с начинающей желтеть листвой (рановато что-то!). А по поляне ходили его взволнованные коллеги по работе. Как это понимать?

Вот пробежала Оксана из соседнего отдела стандартизации и сертификации. В одной ночной сорочке и босиком. Прелестно! Вон за каменной грядой спрятались электрики, энергетики и прочие электрические проказники – теперь от народного гнева им точно не уйти. Мимо Виталика со всем возможным достоинством продефилировала начальница всей бухгалтерии завода. Два ее самых главных достоинства были скромно прикрыты листьями лопуха. «Маловаты листики, чтобы прикрыть такое богатство», – мысленно отметил Виталик и с большим любопытством принялся разглядывать творящееся вокруг безобразие.

Наиболее одетыми оказались мужики. Опухшие физиономии и измученные «нарзаном» взгляды самых одетых из них говорили о многом… Самые пофигисты вообще устроились на травке и не подавали признаков жизни.

«Хорошо людям – пока тут суета и непонятки, они разлеглись, как на пляже! Когда проснутся – глядишь, все и прояснится», – лениво подумал Виталик.

К моменту его пробуждения уже успели образоваться кружки по интересам. У дерева, отдаленно напоминающего платан, собралась кучка слесарей. Кто в тапках, кто в ботинках. Один держал в руках тарелку с бутербродами, другой прижимал к себе, как самое дорогое в жизни, маленький плоский китайский телевизор.

Самые раздетые коллеги Виталика собрались обмениваться древними секретами изготовления одежды из лопухов, травы и листьев. Дебаты проходили в кустах, подальше от любопытных глаз.

«Может, меня из дома с вещами забрали? А я был настолько пьян, что ничего не помню? Тогда получается, что остальные добровольно уехали на природу в одних трусах? Бред. Полный бред».

Пока разум Виталика размышлял о связи наличия одежды и степени отмечания пятницы, его взгляд упал на человека мужского пола в домашних труселях ядовитой окраски, обтягивающих мужественное пузико.

«Ба, да это же Саня, шеф! Вот тот, кто знает все на свете. Он точно в курсе, что за непонятки здесь происходят», – подумал Ветал и поспешил к руководству.

Привычки оставлять личное имущество непонятно где у Виталика не было, поэтому рюкзак ему пришлось нести с собой, хорошо хоть недалеко. Для измученного «Героями» человека ноша была тяжеловата. Для более-менее подготовленного – привычная.

Для начала он попробовал пойти наименее болезненным путем:

– Александр Александрович, здрасте. Здорово в смысле.

Александр Александрович общению с коллегой предпочел крепкий сон. Это было вполне предсказуемо и ожидаемо.

– Саша, с «Хруничева» Михаил Сергеевич Ромашин звонит, тебя хочет. Ругается, что мы «вертимастеры» пятиметровые из дерьма сделали, и они из-за нас спутники неправильные выпускают. В смысле – тоже дерьмовые…

Молчание. Это уже было странно. Желание поругаться с разными важными «топами» у Александра Александровича со временем развилось в инстинкт. Оставалось самое близкое, самое родное для слуха и сердца любого заводчанина:

– Саня, зарплату дали!

Нулевая реакция.

Это было действительно странно! Любой работник завода, от уборщицы до генерального директора, при словах «дали зарплату» совершает инстинктивное хватательно-загребательное движение руками и двигательное ногами.

Тогда Виталик надавал своему директору хлестких, но не сильных пощечин. Безо всякого результата. Виталику приходилось оказываться в разных ситуациях. Всевозможные переломы, раны – свои и чужие, все это случалось в его жизни. Умение худо-бедно диагностировать травмы и оказывать первую медицинскую доврачебную помощь выработалось с годами.

Пострадавшего с самого начала лучше вообще не трогать. Не переворачивать, не щупать слишком сильно, не пичкать нашатырем и т. п. У человека, может, ребро сломано. Ты его перевернешь, а сломанное ребро в легкие войдет – совсем плохо будет. Вначале пострадавшего нужно просто осмотреть, определить, находится ли он в сознании, есть ли пульс, дыхание, все ли конечности целы. Потом искать кровотечения и другие повреждения.

Явных или просто видимых травм у Александра Александровича не нашлось. Хорошо. Дыхания внешне заметно не было. Бывает. Начальниково тело большое, толстое. На пузе столько жира, что можно и не разглядеть процесса дыхания. Как сердечко работает? Не работает! Санек, ты чего?

Бывает, перепил мужик. Отравился. У самого Виталика такое было в лихие девяностые, когда ему такое адское пойло подсунули, что сердце почти остановилось, как ему тогда показалось. Но сейчас в магазинах такого уже не встретишь, слава богу. Каков перегар? А нет перегара. Рот закрыт, в нос ничего не входит и не выходит. Хоть левым ухом слушай дыхание, хоть правым. Сонная артерия на шее как шланг обезвоженный. Шея и голова прохладней нормы – там кровь активно проходит и теплоотдача большая. Только нет ее сейчас – теплоотдачи. Вообще нет. Потому и охлаждается тело быстро. В зрачках «кошачий глаз», радужка высохла. Трупного окоченения пока нет, но это вопрос времени. Нет теперь Александра Александровича. Умер он.


Виталика словно окатило ледяной водой. Вокруг него лежали десятки людей, знакомых и не слишком знакомых. Совсем недавно он видел их спешащими куда-то по своим делам, разговаривал с ними. Теперь их обходят стороной, считая то ли спящими, то ли упавшими в обморок. Неужели никто не догадывается?

Совсем рядом незнакомый мужик в подштанниках скрутился в неестественной позе, обхватив колени. Кадровичка Ангелина Петровна распласталась по земле в нижнем белье, широко раскинув руки и открыв рот. Лицо ее смотрело в небо. Она не дышала. Метрах в пяти женщина уткнулась лицом в землю, дальше лежал незнакомый рабочий в спецовке, дальше еще рабочий. И еще и еще…

Живые люди ходили рядом с мертвыми, разглядывали их, обсуждали что-то очень важное и насущное. Кто-то примерял на себя подходящее растение, годное быть временной заменой привычной одежды – до тех пор, пока все не прояснится. Все вокруг начало казаться Виталику нереальным.

«Похмелиться, и все пройдет? Может, это всего лишь сон?» – дурная мысль пришла к Виталику и тут же ушла.

Кричать, поднимать панику? Нет. Голова Виталика раскалывалась от боли, сильно хотелось обычной чистой воды. Ему нужно было отдохнуть. В рюкзаке воды не было, можно даже не смотреть. Он никогда не брал с собой в поход из дома воду – зачем? Минералку на дорогу и на первое время можно купить на вокзале, а на маршруте или на стоянке всегда найдется чистый источник. С собой берутся пустые пластиковые бутылки или фляги, чтобы наполнять их водой уже в горах – на все время похода воду с собой брать нереально.

Вокруг тоже горы. Точнее, предгорья. Нужно просто идти вниз, рано или поздно выйдешь к какому-нибудь источнику. Конечно, если вода закончится на большой высоте – замучаешься ее искать, но вокруг были совсем не альпийские луга и не безводное каменистое плато. Травка сочная, кусты зеленые, деревья лиственные. Значит, вода рядом есть. Прорвемся!

В кроссовках никаких камней и прочих инородных предметов не было, а вот шнуровку лучше поправить, затянуть покрепче. Поправил. Рюкзак проверил – карманы закрыты, ремни подтянуты. Вроде все нормально.

Что конкретно находится в рюкзаке, Виталику было совершенно неизвестно. Рассматривать его содержимое у всех на виду он не хотел – не то настроение, чтобы общаться с любопытными коллегами.

Лямки подтянуты с виду равномерно – чуть-чуть можно еще поправить стоя, чувствуя груз за плечами. Надевать рюкзак тоже нужно правильно: правой рукой через себя поднимаем его за специальную лямку наверху рюкзака, втягиваем левую руку. Теперь груз на спину, правую руку выворачиваем вниз (а не вверх – это делают новички, которые потом долго прыгают, просят приподнять рюкзак) и спокойно просовываем правую руку. Попрыгаем. Это больше для душевного спокойствия. Если что-то внутри и звенит, никто из-за этого рюкзак наизнанку выворачивать не станет – все-таки не спецназовцы, а обычные туристы. Пусть себе звенит на здоровье.

Теперь Виталик окончательно собрался с мыслями и направился в понравившуюся рощицу.

– Привет, Ветал. Ты куда собрался, да еще с такой кислой физиономией?

Это был маркетолог Николай. Джинсы, сандалии, футболка и неизменная сумка через плечо. Лицо, настойчиво требующее похмелиться, доходчиво и сразу объясняло наличие всех этих предметов. В том, что в рюкзаке у Виталика есть спиртное, Николай нисколько не сомневался. Душа его требовала продолжения банкета.

– Колян, я не в настроении. Пойду прилягу на пару часиков в тишине.

– Ну смотри, как отдохнешь – заходи на огонек.

– Посмотрим. Может, нас к тому времени уже МЧС заберет!

– Хорошо бы… Ну давай.

Странно, но до этого момента никаких мыслей об МЧС, спасательных вертолетах и солдатах, прочесывающих лес в поисках заблудившихся заводчан, у Виталика не возникло. Как будто все это осталось где-то очень и очень далеко.

Через пять минут ходьбы он вышел к небольшому пересохшему ручейку.

«Нужно двигаться по руслу вниз – выйду на воду. А там посмотрим», – подумал Виталик и продолжил путь.

Еще пятнадцать минут неспешного хода, и он нашел то, что искал, – крошечное озерцо воды, не больше полуметра в диаметре. Утолив первую, самую острую жажду, Виталик стал искать подходящее место для отдыха. Заросли каких-то непонятных кустов метрах в пяти от источника вполне подходили для этого. Лежать на земле, пусть даже прикрытой опавшей листвой и ветками, – удовольствие сомнительное. Но доставать пенку из рюкзака сил совершенно не было. Едва коснувшись земли, Виталик уснул.


Раннее утро в лесу – не самое приятное время.

Вечер на юге дает отдых от дневного зноя, ночь романтична и волнительна, напоена драгоценной прохладой, благодать которой ощущается особенно остро в ожидании нового жаркого и утомительного дня.

Совсем другое дело пять-шесть часов утра, это время лучше всего проводить дома в кровати под одеялом. Становится очень сыро и промозгло. Холод проникает через отсыревшую одежду и норовит прогнать не только сон, но и остатки тепла в теле.

Обо всем этом Виталик прекрасно знал. Ранним утром нового дня он активно приседал, крутил руками, вращал корпус в стороны и вообще вел себя совершенно неадекватно для стороннего наблюдателя. Рядом потрескивал небольшой, еще толком не разгоревшийся костерок, к которому была приставлена железная кружка с водой. В недалеком будущем этой воде предстояло стать кипятком, а потом зеленым чаем со сгущенкой.

Возле костерка лежал выпотрошенный рюкзак. Именно из его чрева и появилась кружка, чай, сгущенка и скромный завтрак Виталика. Там же он нашел много других интересных вещей:

– пенка номер один – толстая и узкая. Для лежания;

– пенка номер два – уже износившаяся, но широкая, призванная поддерживать форму старенького, но проверенного рюкзака. Лежать на ней тоже можно;

– топорик туристический с ярко-оранжевой пластмассовой ручкой и старым носком на топорище – чтоб не порезать ничего внутри рюкзака. Производство китайское, хреновое. Рубить можно, но исключительно бережно и осторожно. Лезвие тупится уже через десять хороших ударов;

– алюминиевая кастрюлька типа котелок. В кульке, чтоб сажей от костра внутренности рюкзака не измазала;

– открывалка консервная;

– ножик перочинный с собственно ножом, вилкой и ложкой. Ножик тоже китайский и большого доверия не внушающий. С другой стороны, для чего реально нужен нож в походе? Порезать хлеб, колбаску, картошку почистить, еще что по мелочи… Ну не дерево же им строгать?!

– железная миска и кружка;

– запас теплых вещей в виде шерстяных носков, шерстяных же трико и свитера;

– покрывало непонятного происхождения;

– носки и трусы запасные;

– пачка газет – чтобы с растопкой не париться;

– туалетная бумага;

– фонарик налобный;

– две пустые полуторалитровые пластиковые бутылки;

– два килограммовых пакета с рисом;

– пять пачек вермишели;

– кулек с картофаном на пару килограмм;

– упаковка сосисок герметичная;

– тушенка – три банки;

– консервы рыбные – сайра. Три штуки;

– три банки со сгущенкой;

– соль, чай, сахар, пара одноразовых газовых зажигалок;

– скотч;

– довольно хилая аптечка, главное место в которой занимал активированный уголь и анальгин в таблетках;

– карты игральные;

– литровая бутылка спирта. Это просто праздник какой-то!

Сильнее всего огорчало отсутствие спальника и палатки. Почему не взял? Непонятно. Из непонятного присутствовала упаковка сухого кошачьего корма, пачка презервативов, обычная керамическая тарелка (уже успела разбиться), баллончик с краской и пульки от «воздушки» (ну действительно – зачем?). А также переносная газовая печка на баллонах. В черном пластиковом чемоданчике.

В свое время эту печку подарили Виталику добрые друзья на день рождения. Сразу встал вопрос: где ее использовать? На природу в рюкзаке не потащишь – тяжелая, зараза, и бессмысленная, как заточенные железки в руках швейцарских гвардейцев из охраны папы римского. В лесу своего горючего хватает, к тому же живой огонь костра всегда приятней искусственного газового. В места, где горючего нет – например, на вершину горы, – такую здоровую дуру тащит только псих. Это же целый чемодан! Проще взять компактную газовую горелку, все так и делают.

На скорую руку позавтракав, Виталик решил разведать обстановку. Сейчас, на ясную голову, вопросы сыпались один за другим. Требовалось срочно искать ответы на них.

«Нужно идти на поляну, где все появились. Может, уже что-то прояснилось», – решил Виталик и стал собираться. Рюкзак с собой он решил не брать – лучше спрятать его здесь, в кустах. С собой взять только полторашку с водой.

С выбором направления вопросов не возникло – иди вверх по ручью да посматривай налево, там большая поляна быть должна. Чего уж проще? Ручей был совсем маленьким и не успел стать полноценной речкой со всеми характерными атрибутами: крутыми склонами, водопадами, перекатами и другими опасными достопримечательностями.

Через несколько минут ходьбы вверх по руслу реки появился и стал усиливаться едкий запах гари.

«Это кто такой нехороший лес палит?» – подумал было Виталик, как его мысль грубо прервал голос:

– О-о-о! Ветал, какими судьбами?

Это оказался Макс. Он работал на заводе «Седин» системным администратором. Серверы, маршрутизаторы и IP-адреса были его стихией. Из трех имеющихся на заводе админов Макс был самым тощим и длинным. Почти таким же длинным, как его хаер, сплетенный в конский хвост. Сейчас Макс был одет в футболку черного цвета с надписью «Amon Amarth» и суровым викингом с молотком в качестве иллюстрации. Присутствовали также джинсы на подкатах, цепь, высокие ботинки и черный тряпичный рюкзачок с традиционной надписью «Ария». Макс был любителем тяжелой музыки и соответствующей эстетики. Справедливости ради стоит отметить – среди заводчан это не выглядело какой-то экзотикой, своим прикидом Макс никого не удивлял и не эпатировал.

– Хрен знает, какими судьбами. Привет, Макс.

– Понятно… Не знаешь, кто додумался до такого хренового корпоратива?

– Какой еще корпоратив, ты о чем? – Ветала такая версия сильно удивила. Оно и понятно – какой еще, к черту, корпоратив?

– А что это, по-твоему?

– Налоговая приехала, решила нас, от греха подальше, вывезти на природу. Разве непонятно?

– Дурак ты, Виталик, и шутки у тебя дурацкие. – Макса ответ Виталика сильно разочаровал. От встречи со своим приятелем он ожидал большего.

– Неужто не понравилось? Странно… Макс, ты пятницу хорошо помнишь? Что делал?

– Я вечером у конструкторов был, смотрел, как их компы не работают – включать их мне запретили категорически. Засиделись допоздна. Потом охрана стала здание заводоуправления закрывать – уже почти девять часов было. Детское время! Мы подумали и решили домой пока не идти – пятница все-таки, а отправиться в третий цех – там сборщики и токари скучают без работы. Станки обесточены, даже лампочки в цехах выкрутили, от греха подальше. Что им делать?

Компания получилась большая. Дальше помню отрывками. Пиво закончилось, но в цеху заначек оказалось приличное количество, потом электрики пришли с канистрой спирта. Стали доказывать, что они ни в чем не виноваты и это все происки ЦРУ. Поверили, простили, выпили еще. Потом собрались на корпоратив выезжать, на базу заводскую. На Черном море. А оказались здесь! И главное, дорогу никто не помнит!

– Макс, никакой это не корпоратив. Не бывает таких корпоративов. Я сюда вообще из дома попал. Воду пить будешь?

– Спаситель! Давай сюда!

Макс одним махом вылакал полполтарашки и заметно подобрел. Присев на бревно, он продолжил свой рассказ:

– Оказались мы всей компанией на этой полянке дурацкой. И сразу солнце высоко на небе оказалось, словно утра и не было вовсе. Народ вокруг ходит, рядом начальство дрыхнет… Мы, от греха подальше, сразу в лес ушли – благо спирта в канистре было еще прилично. Ну и посидели хорошо – ты посмотри, природа какая вокруг, а воздух! Как хрусталь, чистый!

– Здесь-то как оказался?

– Мы с конструкторами решили пойти на поляну с девчонками из бухгалтерии знакомиться поближе. Ты видел, какие у главной бухгалтерши сиськи?! Грандиозные!

– Макс, не грузи, здесь ты как оказался?

– Блин, ты слушай и не перебивай. Наши работяги и конструктора – люди с большим жизненным опытом. Им спирт разбавленный что мне «Балтика», вот и пошли они в разведку – узнавать, куда нас привезли и что вообще происходит. И приключений найти на свою задницу, это само собой. А мне что-то плохо стало. Переживания, акклиматизация, непривычно чистый воздух, ну ты сам понимаешь… Короче, отошел я подальше, чтоб не позориться перед коллективом, и прочистил желудок. Сразу пить захотелось. В смысле – воды. Нашел ручеек сухой, пошел вниз. Да по дороге заснул… Ветал, дай еще воды хлебнуть.

– Держи, страдалец.

Виталик протянул товарищу по несчастью полторашку с остатками воды, через несколько мгновений бутылка окончательно опустела.

– Сейчас немного посидим, и надо к народу выходить. Узнавать, что за корпоратив такой дурацкий, – сказал Виталик и принялся осматривать окрестности.

– А может, на самом деле ЦРУ? Электрики вчера целую теорию вывели, по-моему, вполне жизнеспособную…

– Иди ты на хрен со своим ЦРУ.


Идти до поляны было всего ничего. Но лучше от этого не становилось – чем ближе к ней подходили, тем отчетливей чувствовался запах гари, дыма и чего-то жженого. Вот уже стал виден дымок, как раз на месте поляны.

– Ветал, это что за фигня?

Ветал с Максом издали рассматривали место, где они еще совсем недавно нежились на солнышке. На самой поляне и на сто метров вокруг нее по периметру находиться было совершенно невозможно: оплавленные камни, песок и пепел – все, что тут осталось. Площадка была раскалена и источала адский жар. Горело больше по краям, где еще было чему гореть.

– Это бред.

– Может, покричим?

– Кому?

– Может, бензин взорвался? Или напалм какой-то придурок с собой притащил?

– Макс, ты сам веришь в это? И запах, кстати, должен быть специфическим. И еще напалм камни не плавит.

– Может, кто-то с собой бомбу приволок?

– Воронки нет. Растения вокруг от ударной волны не пострадали. А должны были! Не было никакой ударной волны, и бомбы тоже не было. Хрень какая-то здесь происходит!

Ветал с Максом постояли еще, понемногу пытаясь прийти в себя.

– Макс, все это очень стрёмно. Я так понимаю, наших можно уже не искать, упокой господь их души… Давай валить отсюда. Нехорошее предчувствие у меня.

– М-да-а…

По дороге назад Виталик вкратце рассказал свою историю. Главная дискуссия вышла по содержимому рюкзака. Творившегося вокруг безумия и дальнейшей их судьбы старались не касаться. Каждый обдумывал это про себя.

– Как так можно? Воды взял целых две полторашки, а спирта какую-то несчастную литрушку!

– Для тебя и этого выше крыше будет. Лучше бы сам что-нибудь приволок с собой на «корпоратив».

– Да у меня в рюкзаке целый «балахон»! И флеха на тридцать два гига! Знал бы я, что такая подстава выйдет… А насчет трупов не переживай. Я у одного такого «трупа» сигарету хотел стрельнуть, так чуть в челюсть не схлопотал.

– Тебе с похмелья показалось просто.

– Оно, конечно, хорошо бы. Только вот труп от живого человека я пока еще могу отличить. Симптомы, знаешь ли, различаются.

Парочка бедолаг снова погрузились в свои грустные мысли.

– Слушай, Ветал, а вдруг наши сейчас в окрестных лесах отлеживаются? Полчаса побродить, людей собрать. Может, кто-то видел что-то?

– По окрестным лесам можно бродить долгими днями, неделями, но так никого и не найти. Тут нужна рота солдат, и прочесывать лес по секторам и с картой – чтоб наверняка. Просто так найти здесь можно только неприятности. Моя задница подсказывает точно: уходить отсюда нужно, и как можно скорее!

– Чувак, не дело это – своих бросать. Ведь наверняка есть кто-то в округе!

– Успокойся, никто никого не бросает. Идем по руслу ручья, выходим на речку. Там ищем место видное, ставим какой-нибудь знак и ждем. Если кто-то остался здесь, он по-любому пойдет вниз по ручью. А там натолкнется на нас с тобой. Это намного реальнее, чем здешние леса прочесывать.

– Вот же сволочь! – вдруг закричал Макс.

Ветал не понял, к чему это, пока не увидел на месте закладки рюкзака небольшого лысого и обрюзгшего человека в красной рясе. Занимался человек тем, что пытался открыть рюкзак, но в хитросплетениях его завязок, лямок и ремней почему-то до сих пор не разобрался, и ничего у него не получалось.

– Идиот, ты что делаешь? – возмутился Виталик.

Макс сработал более оперативно, треснув так и не понявшего ничего человека поленом по голове. Подходящих бревен вокруг хватало.

Когда тот потерял сознание, его перевернули на спину и стали рассматривать. Ряса, сандалии из кожи. Натуральная кожа! Жирок распределен неравномерно – на пузе слишком уж выпирает. Волосы цвета неизвестного – потому как брит наголо. Нос крючком. Кожа бледная и совсем незагорелая. Несколько больших шрамов от ожогов на руках, мелких вообще не счесть. Никаких посторонних предметов или карманов, где вещи спрятаны, не видно. Больше всего заинтересовало состояние рясы: местами сгоревшая, где-то разорванная. Словно рядом с «непонятным» что-то взорвалось. Но на теле повреждений не было видно. Странно.

– Это не наш. Не с завода. У нас таких не держат… Разве что в управлении?

– Точно не наш – я в управлении всех знаю. Да и не ходят у нас в таком прикиде.

При этом Виталик немного неодобрительно посмотрел на Макса. Тот машинально поправил резинку на хвосте волос.

– Чего уставился? Нормальный прикид. Ты на наших работяг лучше посмотри – кто в робе рабочей с ботинками, кто в трико и тапках домашних на босу ногу по цеху ходит. И все в масле. Перед делегациями иностранными стыдно!

– Ладно, ладно. Я сам не без греха, хотя и не полагается вроде как… Этот тип – не наш, по-любому. Рожа незнакомая, еще и ряса какая-то странная. Почему он весь такой помятый?

Вопрос повис в воздухе. Ответа на него не было. Как не было ответов и на многие другие вопросы. Но замаячила призрачная надежда хотя бы от незнакомца узнать наконец, что вообще происходит. Мужика в рясе оттащили в сторонку и занялись приготовлением каши – организм то ли от переживаний, то ли от чего еще очень сильно захотел кушать.


Рисовая каша, заправленная тушенкой, – штука вкусная. Особенно на природе. Но человеку не сильно привычному к такой стряпне она может показаться слишком уж простой и неказистой. К тому же не хватало хлеба, кетчупа, хоть какого-то салата, нормальных тарелок, столовых приборов. И стульев со столом! До Ветала с Максом постепенно начало доходить, что кетчуп с майонезом, как и другие радости цивилизации, они увидят еще не скоро. Если вообще когда-нибудь увидят. До этого момента происходящее казалось им чем-то вроде пикника на природе с неувязками, недоразумениями и скорее даже приключениями, чем с реальными опасностями вокруг.

– Ветал, сколько живу, но таких клоунов не видел. Ни по телевизору, ни в Интернете. И вообще, сейчас август – не должны листья желтеть. Я, конечно, в биологии полный профан, но деревьев этих я никогда не видел. И кусты, и трава только похожие на наши. Но это не наши растения! Нет у нас таких. По ходу, мы попали. Не в смысле на деньги, а куда-то далеко попали. Очень далеко. И хрен мы отсюда выберемся. Вот так я думаю.

Прогрессоры нового мира

Подняться наверх