Читать книгу Последний джинн - Василий Головачев - Страница 6

Глава 6
ПОЛЮС НЕДОСТУПНОСТИ

Оглавление

Игнат выполнил обещание «посмотреть в будущее», данное отцу, в тот же день.

Это действительно стоило ему огромного расхода нервной энергии, однако он не остановился и довел сеанс «волевого ясновидения» до конца.

Осмысленная чуть позже картина негативных тенденций не обрадовала. Разумеется, она не была четкой, хотя изредка в сплетении меняющихся полевых форм протаивали человеческие – не лица и фигуры – психофизические объемы, ауры. И тем не менее Игнат совершенно точно определил, что и маме, и отцу, и деду Кузьме, и ему самому грозит опасность. Надо было принимать срочные меры, чтобы ее избежать.

Игнат связался с отцом, передал ему свои ощущения и видение ситуации, и тот поделился с ним своими планами спрятать где-нибудь Зари-му и деда.

– Лучше всего на Полюсе, – предложил Игнат. – Я туда все равно полечу, чтобы посмотреть на взорванное кладбище «джиннов», и заодно провожу обоих.

– Я подумаю, – пообещал Артем.

С напарником по «космическому» заданию знакомиться не хотелось. Подумав, Игнат отложил встречу на вечер. После этого он набросал план действий на ближайшие несколько дней и начал его выполнять. Очень донимало желание позвонить Лилии и встретиться, однако он героически наступил мечте на горло. Прежде чем расслабляться в компании симпатичной девушки, следовало этот кайф заработать.

Сначала он просмотрел выданный ему список всех бывших приятелей и знакомых Ульриха Хорста, которые были живы к этому времени. Позвонил Стиву Джадду, занимавшему кресло директора Департамента развлечений Министерства культуры Эстонии.

Джадд не понравился ему сразу: одутловатостью, ощутимой сытостью, бегающими глазками и полупрезрительной складкой губ. Он долго ходил вокруг да около, дважды уточнял, кто звонит (Игнату пришлось показать удостоверение сотрудника Службы, хотя и с другой фамилией), а потом вдруг признался, что имел с Хорстом короткий разговор.

– Значит, он вам все-таки звонил, – хмыкнул Игнат. – Когда? О чем вы говорили?

– Да ни о чем. – Глазки Джадда вильнули. – Он предлагал встретиться, вспомнить друзей, повеселиться.

– И все?

– Ну, в общем-то, все. Хотя нет, он сказал еще, что у него есть какая-то идея и предлагал присоединиться к ее реализации.

– Что за идея?

– Не знаю, может быть, что-то связанное с его прежней работой. Он ведь был очень хорошим математиком и ксенолингвистом.

– Больше он ничего не предлагал?

Джадд криво улыбнулся.

– Я сказал ему, что давно не занимаюсь наукой и мне его идея не интересна.

– Понятно. Что ж, спасибо за информацию, господин директор Департамента развлечений. Если вспомните что-нибудь еще, позвоните.

Игнат выключил линию связи, обдумывая поведение Стива при разговоре, и сделал вывод, что тот больше ничего не знает. Хорст не стал делиться своей идеей по видео, предполагая встретиться с бывшим приятелем в ресторане и обговорить детали какого-то плана тет-а-тет. Что он имел в виду, какую идею хотел реализовать, было непонятно. Хотя если судить по начавшейся охоте на бывших пограничников и безопасников, имевших причастность к двадцатипятилетней давности истории с «джиннами», именно эту идею Хорст и хотел предложить Стиву. А поскольку все нападения были совершены практически безошибочно, с очень тонким и точным расчетом, без оставления следов, было ясно, что Хорсту кто-то помогает, причем кто-то весьма и весьма опытный, знающий нынешние условия контроля за криминогенной обстановкой в мире и имеющий доступ к информационным и прочим ресурсам полиции, а то и Службы безопасности.

Поразмышляв на эту тему, Игнат дал задание аналитикам проверить все связи бывшего узника ганноверского централа с сотрудниками спецслужб того времени, а сам собрался лететь на Полюс Недоступности. И тут у него мелькнула заманчивая мысль взять с собой Лилию.

Во-первых, это было бы целесообразно с точки зрения следствия, так как путешествующая пара менее подозрительна, чем целеустремленный индивидуал.

Во-вторых, Лилия могла заметить какую-то деталь, на что сам Игнат не обратил бы внимания, что тоже было полезно следствию.

Существовало и «в-третьих», о чем Игнат решил не рассуждать, потому что причины «во-первых» и «во-вторых» проистекали из-за глубоко спрятанного эгоистического желания произвести на девушку впечатление.

Внучка Гилберта Шоммера ответила на звонок сразу:

– Это вы? Доброе утро.

– Лилия, – набрал в грудь воздуха Игнат, – хотите рвануть со мной на Полюс Недоступности?

– Куда? – удивилась девушка.

– В тридцати тысячах светолет от Земли в Рукаве Стрельца существует планета Рачи-ка, на языке аборигенов, или Полюс Недоступности.

– Я поняла, дед мне рассказывал о ней. Но ведь она закрыта для туристов?

– Уже открыта. На ней существовало кладбище «джиннов», гиперптеридских боевых роботов, которое недавно взорвали.

– Кто взорвал?

– Это неизвестно. Я хотел бы посмотреть на то, что осталось от могильников, внутри которых содержались роботы. Мой отец был на Полюсе в те времена, когда планета была заблокирована спайдер-системой, и встретил там девушку, которая стала его женой и моей мамой.

– Как интересно!

– Правда? Так ты согласна? – Он не заметил, что перешел с ней на «ты».

– Ой, я не знаю. – Лилия не обратила внимания на его обмолвку. – Мне очень хочется, но…

– Что тебя держит?

– Я должна сдать работу.

– По УММу?

Лилия слабо улыбнулась.

– Нет, по практическому анализу социосистем на Земле. УММом я занимаюсь в свободное время, как теоретической проблемой, не связанной с насущными потребностями сегодняшнего времени.

– Неужели не можешь договориться с начальством и сдать работу на день позже? Давай я договорюсь.

Девушка снова показала свою удивительную улыбку, превращавшую ее в фею.

– Я попробую сама.

– Тогда я перезвоню через полчасика.

– Через час.

– Хорошо. – Игнат выключил мобик, чувствуя эйфорическое возбуждение. Заставил себя успокоиться. Согласие Лилии еще ни о чем не говорило. Хотя если бы он был ей совсем безразличен, она не вела бы себя так неуверенно.

Ладно, посмотрим, подумал он. Может быть, я себя обманываю. Как говорил один шутник: в действительности все происходит не так, как на самом деле. Работай давай.

Игнат связался с дежурным Управления по оперативному обеспечению:

– Подготовьте мне валидную линию метро на Полюс и негласное сопровождение. Я буду не один.

– Специфика? – осведомился скупой на мимику узколицый молодой человек.

Игнат заколебался. Посвящать кого-нибудь в свои планы он не хотел.

– Никаких тревожных ожиданий, без шума и пыли, только осторожное дистанционное наблюдение.

– Время?

– Через час.

– Принял.

Игнат посидел перед опустевшим виомом связи, катая между пальцами блестящий шарик релаксатора, потом соединился с информерами и полчаса изучал материалы по связям Ульриха Хорста, выкопанные инкониками Управления в базах данных всех доступных спецслужб.

Знакомых у Хорста практически не оказалось. Точнее, из всех, с кем он когда-то сотрудничал, путешествовал на Полюс Недоступности и на кладбище моллюскоров, уцелели только трое: Стив Джадд, с которым Хорст пытался установить контакт, Марта Лярво-Фрейберга, доживающая свой век в психиатрическом диспансере в Латвии, и двоюродный дядя Ульриха по материнской линии Кельвин Кляйст. Остальные либо погибли еще двадцать пять лет назад, либо умерли своей смертью. Родители тоже умерли, как и ближайшие родственники, а с дальними он не встречался и не общался. Был жив еще дед Селим фон Хорст. Но, во-первых, дед во времена войн с «джиннами» работал в контрразведке СБ и принимал активное участие в нейтрализации деятельности Хорста-младшего. Во-вторых, Селим дважды проходил вынужденную структурную трансформацию, превращаясь в носителя психики (и возможностей, что звучало интригующе) Червя Угаага и иксоида. Вернее, робота иксоидов – моллюскора. И ожидать, что он станет сотрудничать с внуком, не стоило. С ним надо было встречаться, и Игнат наметил переговоры с ним в ближайшее время, после похода на Полюс Недоступности.

– Вот змейство, – сказал он вслух, изучив досье на Джадда (хитрый подонок и трусливый, его еще проверять придется), Кельвина Кляйста и Лярво-Фрейбергу. – Пустышка. С этими людьми Ульриху нет смысла связываться. Надо расширить круг поиска.

Он углубился в изучение списка сотрудников германской полиции и Службы безопасности, подозреваемых в контакте с бывшим узником тюрьмы, и в этот момент позвонила Лилия:

– Мне удалось договориться с Марком… это мой начальник. Он дал еще три дня отпуска. Когда мы летим на Полюс Недоступности?

– Как только ты соберешься, – сказал Игнат. – Обещаю интересное сафари.

– Я буду готова в одиннадцать. Где встречаемся?

– Ты живешь в Клину? Тогда возле первого клинского метро.

– Я сейчас в Институте, но к одиннадцати буду у клинского терминала. Кстати, откуда ты знаешь, что я живу в Клину?

Игнат хотел небрежно сказать, что знает о ней все, но вовремя остановился.

– У меня дедушка ясновидящий, нагадал, где ты живешь.

Лилия с сомнением окинула Ромашина взглядом, ее изображение растаяло.

– Откуда, откуда, – проворчал Игнат, – спросите тоже… Уж точно не от верблюда.

Без десяти одиннадцать он прохаживался у центрального пилона метро с буквой «М» на вершине.

Народ стекался к терминалу негустыми ручейками, но все же в центральном зале метро с его сотней кабин было людно. Вход и выход из зала были разделены, поэтому Игнат ждал девушку у стартовой зоны, примерно представляя, с какой стороны она появится.

Он не ошибся. Лилия высадилась из такси в транспортной зоне терминала, подошла ближе, оглядываясь, и увидела Игната. Заулыбалась, помахала рукой, подбежала. Стройная, тоненькая, глаза на пол-лица. И безумно красивая улыбка!

Игнат, одетый в спецкомбинезон класса «кокос», замаскированный под обычный уник, едва не заключил девушку в объятия, с трудом уговорив себя этого не делать. Строго оглядел ее фигуру. На Лилии был стандартный туристический уник, предназначенный для недолгих походов по пересеченной местности, сумка через плечо. Ни о какой герметизации и пребывании в космосе, надев такой костюм, мечтать не приходилось. Но ведь и он не мог сказать спутнице, что их сафари не является легкой прогулкой по речному берегу.

– Что-нибудь не так? – заметила она его взгляд.

– На месте экипируемся, – махнул он рукой, отбирая у нее сумку. – Все же Полюс Недоступности – не совсем обычная туристическая Мекка. Я уже предупредил друзей, чтобы они приготовили нам все необходимое.

Последний джинн

Подняться наверх