Читать книгу Авессалом-4. Сын тьмы - Виталий Радченко - Страница 2

Часть первая
Хиронишад

Оглавление

Солнце, зародившееся где-то в глубине Мёртвых земель (а может быть и ещё дальше, кто знает наверняка?), неторопливо поднималось всё выше и выше, золотя вершину Зуба Ашори, величайшей вершины Сизых гор, видимую на расстоянии сотен лиг; парило над Аеульскими топями, разгораясь всё ярче, изгоняя последние жалкие клочья ночного тумана, засевшего в зарослях тростника, выжигая жаркими лучами утреннюю росу. Бесчисленные обитатели болот, разлившихся к востоку от озера Аеул, просыпались, кормились, охотились, умирали, служа кормом рыбам, выдрам, жабам, змеям, людям, растениям и насекомым, населявшим топи. А самое главное – питая собой необыкновенную серую плесень, произрастающую на шляпках болотных грибов.

Тайными тропами, маршруты которых передавались в величайшей тайне от одного поколения к другому, шли живые скелеты – шаманы племён, населявших окрестности озера испокон веков. Пробирались по невидимым глазу чужака гатям, коротким отмелям, зыбким кочкам и топким бродам. Плыли на склизких брёвнах там, где пройти было невозможно. Шли с одной целью – соскрести, собрать в деревянные туески с плотно притёртыми крышками драгоценную плесень. А потом с таким же неимоверным трудом вернуться обратно и разделить собранный и высушенный в специальных печах урожай на две неравные части. Малую оставляя для себя, дабы воскурив трубку, изготовленную из берцовой кости Верховного шамана племени, погрузиться в эфир, заполняющий пространство меж мирами, где беседуя с духами, узнавать о смысле существования Тьмы и Света. Ну а большую продавая агентам Сим-Сама, которые, разбавив драгоценный ниб чагой и сушёной смолой, поставляли наркотик в курильни Шьялинура. Шаманы, впрочем, совершенно не интересовались торговыми делами агентов. Ну а Сим-Сам, в свою очередь плевать хотел на то, что тратить лунарии этим доходягам было попросту негде. И длилось эта история годы и десятилетия при его власти. А ещё сотни и сотни лет до него.


– Покайтесь! Покайтесь смертные! Ибо приидет, приидет он, Тёмный Владыка! Приидет и покарает вас всех, погрязших в грехе и разврате! Тёмный царь, владыка и господин, извергнутый из самой адской глубины Хириушара! Приидет час, и изойдёт земля чёрной желчью! И станет проклятое злато с доспехов тиранов прокисшей мочой. И захлебнутся ею погрязшие в гордыне колоссы. И восславят вокруг имя Ашаи-Бессмертного, преданное поруганию. И станут люди как звери, и станут звери как… Ай! Не бей меня, собака! Ай! Ай!! Покайтесь! Покай…


Разбуженный криками очередного сумасшедшего пророка, Сим вздохнул, осторожно потянулся, закинув правую руку за голову, зевнул, поправляя мягкое покрывало. Прекрасная погода в это ясное осеннее утро наполнила его сердце необычной радостью. Потянувшись к столику у кровати, он нащупал зеркало в резной оправе, взяв его за ручку, поднёс к лицу, придирчиво рассмотрел своё отражение и остался им очень доволен. Ещё бы, ровно подстриженные тёмные волосы, слегка водянистые, но выразительные глаза, уши, аккуратные и не такие уж и большие, ровный нос (его гордость), полные и красиво очерченные губы. Правда, один глаз был заметно меньше другого, а уголок рта слева слегка оттянулся вниз, но это уже как говорится, каким родился, таким и снарядился. Сим ещё раз вздохнул, на этот раз погромче, и положил зеркало обратно. Вышло не очень ловко: зеркало выскользнуло из пальцев и шлёпнулось о столешницу, слегка зазвенев.

– Какого хрена, Сим?!

Покрывало слева от него зашевелилось и откинулось, явив миру совершенно противоположную на вид личность. Вихрастая, всклокоченная шевелюра на голове Сама росла, казалось, поперёк всех правил природы, уши оттопыривались как опята, нос несколько раз переломанный, смотрел в сторону.

– Грязная жопа Ашаи Проклятого, Сим, ни свет ни заря! Сам не спишь и другим не даёшь, твою мать!

– Смотри ты, каким ты стал нежным, дорогой, – ухмыльнулся Сим. – А может быть мне вдруг стало невыносимо от того, что я каждое утро просыпаюсь в одной постели с тобой, грубым мужланом!

– Невыносимо ему… – Сам громко зевнул. Потом принюхался. – Эй, что за вонь?

– Где? – удивлённо принюхался Сим.

– А вот где! – Сам с оглушительным грохотом освободил кишечник от газов.

– Тьфу ты, мужлан! – Сим отбросил покрывало.

– Херов неженка! – парировал Сам, отшвырнув покрывало со своего края.

Оба синхронно поднялись, сев на постели; после недолгой, невидимой постороннему взгляду внутренней борьбы, соскочили с кровати со стороны Сама и направились к огромному зеркалу.

– Ты такой мужественный, Сам.

– А ты красивый, чего уж там, братишка!

Оба разом расхохотались, звонко шлёпнув ладошку о ладошку.


Управители славного города Хиронишада, раскинувшегося у подножья Сизых гор и являющегося главной торговой ярмаркой всего государства, имели одно туловище, две руки и две ноги на двоих, то есть являлись сиамскими близнецами. Разумеется, братья понятия не имели, что их необычное состояние называется именно так, но давно смирились с судьбой, справедливо решив, что две головы – гораздо лучше, чем одна. Сидящие на коротких, мощных шеях, головы торчали из плеч немного под углом, отчего рты их казались скособоченными, что придавало улыбке Сима немного издевательский, а ухмылке Сама угрожающий вид. Однако не смотря на абсолютно различный темперамент и характеры, близнецы умудрялись управлять остальным, общим телом удивительно слаженно, что и доказали многочисленным соперникам за время своего восхождения к власти в городе, пробиваясь к вершинам не только с помощью ума и хитрости, но и частенько пуская в ход огромные кулачищи. Сим-Сам были левшой – достаточная редкость в Шьялинуре, а потому рука со стороны Сама лидировала в крушении черепов и рёбер в ночных стычках и драках за право охранять (а на самом деле обкладывать данью) ряды торгашей, кабаки и бордели. Сим, разумеется, не отставал, но никогда не гнался за лидерством в этом необъявленном соревновании. Ну а так как подавляющее большинство их соперников являлись правшами, прилетало близнецам исключительно в голову Сама, о чём красноречиво свидетельствовал его многократно переломанный нос.

Тихо звякнул колокольчик.

– Кто? – рявкнул Сам.

Полог занавеси приоткрылся.

– Каллиниора к господам, – доложил охранник.

– Пусть заходит. Ты же готов, братец?

– К встрече с нашей прекрасной Каллиниорой? – Сим пригладил волосы своей рукой. – Ну разумеется!

Занавеси распахнулись во всю ширину, и в комнату вошла женщина необыкновенной красоты. Её чёрные как смоль локоны слегка выбивались из-под накидки, сотканной из шатского шёлка. Платье, простое, и вместе с тем невероятно изящное подчёркивало все достоинства её точёной фигуры, не стесняя при этом движений. Женщина легко, но почтительно поклонилась братьям. Сим любезно улыбнулся в ответ, Сам ограничился коротким кивком.

– Рада видеть вас в прекрасном настроении, мои господа, – произнесла она мелодичным бархатным голосом.

– И нам приятно созерцать твою несравненную красоту, драгоценная Каллиниора, – Сим указал женщине рукой на стул.

Братья, слегка переваливаясь с ноги на ногу, прошли к своему креслу, изготовленному в соответствии с их габаритами, бывшими приблизительно в полтора раза больше обычных, и развалились в нём. Слегка поёрзали, шевеля ногами…

– Сам, Ашаи тебя задери, ну сколько можно? Каждое утро одно и то же!

– Ну так и не мешай!

Сим вздохнул, и Сам, довольно ухмыляясь своей кривой улыбкой, забросил свою ногу на ногу брата.

Женщина, тактично опустив глаза в пол, сделала вид, что не заметила ежедневного мелкого противостояния братьев за лидерство над управлением телом.

– Итак, что докладывают твои шпионы, Каллиниора? – обратился к ней Сим.

– Наши шпионы, – буркнул Сам.

– Ваши шпионы, – мягко улыбнулась женщина, – в этот раз потрудились на славу. С чего прикажете начать? Есть новости из провинций, есть местные.

– Начни издалека, дорогая, – сказал Сим. – Ты же не против, братец?

Сам пожал своим плечом.

– Тысяча Псов, посланная в горы, по всей видимости, чтобы уничтожить, скрывающихся там «кузнецов» не вернулась в столицу.

– Не смогли отыскать горстку беглых каторжников?

– Ваши люди уже отправились в горы, чтобы выяснить подробности.

– Продолжай, – кивнул Сим.

– В городе объявились сумасшедшие, который кричат о пришествии некоего Тёмного Властелина.

– П-ф-ф-ф-ф, – фыркнул Сам

– Мы слышали, – поморщился Сим. – Ниб не всем идёт на пользу. Дело может дойти до серьёзных волнений?

– Пока не похоже, но я прослежу за этим.

Сам закатил глаза, ковыряясь пальцем в ухе.

– Что ещё?

– Ключник был Сильжуке. Сразу после казни чернокнижника в Форе.

– Ого! В Сильжуке завёлся колдун?

– Об этом мне ничего не известно, господа. Ключник посетил банк Джелико.

– Опять клянчил деньги? – криво ухмыльнулся Сам.

– Не думаю.

Братья встрепенулись, уставившись на Каллиниору. Та выдержала взгляд близнецов.

– Продолжай, не тяни! – приказал Сам.

– После беседы управляющий банка ненадолго исчез. После чего вернулся с забинтованной рукой (по слухам, теперь у него недостаёт двух пальцев) и отдал некие распоряжения подконтрольному ему когулу Псов по имени Тарх Торс. После чего тот со своим отрядом в крайней спешке отбыл на розыски некоего Бо Маршранга, по прозвищу Плакса.

– За каким хером Ключник отрезал пальцы толстяку? – хмуро поинтересовался Сам.

– Об этом ничего не известно.

– Сообщил ли достопочтенный Паскаль Морх головному правлению Джелико о нанесённом ему… убытке? – осторожно спросил Сим.

– Это известно доподлинно. Не сообщил.

Братья переглянулись. Сим обернулся к женщине.

– Этой информации можно доверять?

– Мой источник находится прямо в доме господина Морха.

Сам закатил глаза. Сим ласково улыбнулся:

– Мы не устаём благодарить судьбу за то, что свела нас с тобой, драгоценная Каллиниора.

– И я бесконечно благодарна вам, господа мои, – поклонилась женщина. – Я не забуду о вашей помощи.

– Подумаешь, немного «грязной магии», какие мелочи, ради того, чтобы вернуть тебе толику здоровья, – махнул рукой Сим.

– Чертовски дорогой «грязной магии», братец! – буркнул Сам. – И, да, это того стоило, Ка!

Женщина вновь поклонилась.

– Что это за херов Плакса, за которым теперь носятся Псы?

– Мелкий делец из столицы. Докладывают, что он теперь занимается организацией уличных представлений на ярмарках.

Браться синхронно пожали плечами.

– Это как-то касается наших интересов?

– Да.

– Ого! – оживился Сим. – Ну так что же ты тянешь? Говори!

– Он продал вашим представителям в Боготе девушку-невольницу из числа своих артистов.

– Пфф, – фыркнул Сам. – И что с того?

– А потом вернул деньги и заплатил сверху столько же, с условием, что заберёт её обратно через некоторое время.

– Хм… – Сим потёр подбородок. – Где она сейчас.

– В одном из увеселительных заведений города.

– Взглянем на неё, Сам?

– Как хочешь, братец. Сразу после доклада агентов из топей.

– Прошу прощения, – потупилась Каллиниора. – Ваши агенты до сих пор не вернулись из Аеульских топей.

– Что-о-о? – рявкнул Сам. – Какого хрена? Месячный сбор ниба должен был быть тут уже вчера!!!

– Мои люди уже отбыли к месту фактории в топях.

– Жду с докладом в любое время дня и ночи! – Сам грохнул кулаком по подлокотнику кресла.

– Разумеется, господа, – женщина встала и поклонилась.

– И как можно скорее, дорогая, – улыбнулся Сим. – Это всё?

– Да, – женщина встала и поклонилась.

– Ты свободна, – буркнул Сам.

– Слушаюсь, – Каллиниора, неслышно ступая по мягким коврам, вышла из комнаты.

– Ты излишне резок с ней, братец, – вздохнул Сим.

– А ты всякий раз растекаешься при ней как грёбаное масло из шатского плова!

– Я лишь воздаю должное её красоте и таланту.

– За которые мы уже щедро заплатили. И продолжаем платить.

– Разумеется, но…

– Ты же не забыл, где именно мы её нашли?

– Не забыл.

– Вот и помни об этом, прежде чем распускать слюни. Шлюхи не бывают бывшими.

Авессалом-4. Сын тьмы

Подняться наверх