Читать книгу Дорога дальняя, казенный дом - Владимир Колычев - Страница 2

Глава первая
2

Оглавление

Толик не пытался скрыть своего возмущения.

– Лима, я не понял, что за дела? Ты чего здесь делаешь? А ну давай домой!

Олимпия сделала удивленные глаза.

– А разве я не дома?

Имя у нее не совсем удачное. Во всяком случае с ее точки зрения. Родители удружили, назвали ее так в честь московской Олимпиады восьмидесятого года. Хотя и в Москве-то ни разу не были. Всю жизнь в своем Железнорудске прожили...

Полное имя – Олимпиада, она же предпочитала, чтобы ее называли Олимпией или, в сокращенном варианте, Лимой...

– Молодой человек, а вам не кажется, что вы ведете себя неприлично? – встрял в разговор отец.

– Мне кажется, что кто-то лезет не в свое дело, – внушительно посмотрел на него Толик.

– Как это не мое дело! Врываетесь в мой дом!..

Толик и в самом деле не отличался хорошими манерами. Дитя улицы, он признавал только силу, а с тем, кто был его слабей, не церемонился – и нахамить мог, и даже по физиономии съездить.

На внешность он далеко не красавец, разве что габаритами удался – натуральный амбал. Сила есть – ума не надо... Хотя ум у него все-таки был. Практичный житейский ум, который позволил ему выжить в бандитских войнах начала и середины девяностых. Был рядовым братком, выбился в авторитеты, но вовремя вышел из дела – целиком переключился на бизнес. Большая часть его дружков, с которыми он начинал, или на погосте, или в тюрьме, а Толик живет себе в свое удовольствие. Ларьки, магазины, ресторан в центре города. Не Рокфеллер, конечно, но деньги у него водятся. Своя квартира, дом достраивает, иномарка имеется. В общем, на жизнь не жалуется...

– Какой врываюсь, папаша! – зевнул Толик. – Я за невестой приехал, ты что, не понял?

– Потрудитесь обращаться ко мне на «вы»!

Отец тоже был спортсменом. Мастер спорта по... шахматам. Маленький, щуплый, в тяжелых роговых очках. Раньше в кружке юных шахматистов преподавал, а сейчас в киоске газетами торгует. А мама билетами в кинотеатре торгует. В кино никто не ходит, а она торгует. Разумеется, зарплата мизерная... Оба всю жизнь за копейки работали, а еще и дочь свою к такому «честному труду» приучают. Ха-ха! Уж она-то за жалкие гроши горбатиться не собирается. Ей нужно все сразу и сейчас! Уж она-то своего шанса не упустит...

Надо признать, что Толик не самый удачный вариант. Есть мужики и посолидней, и побогаче. Но ей пока что повезло только на него одного. Почти месяц марку держала – девочку из себя строила. Он к ней и так и этак, а она ни-ни. Да ей и в самом деле не хотелось ложиться с ним в постель. Она же не озабоченная самка, которая жить без секса не может. Но если для дела надо, то почему бы и нет. В общем, и Толику обломилось – ублажил он свою похоть. За что Олимпия получила золотой кулон с маленьким брюликом... С тех пор они живут вместе. Вернее, жили. Пока у Толика крыша не поехала.

На прошлой неделе он уговорил ее отправиться с ним в сауну. Сказал, что вдвоем париться будут. Обманул. В баньку дружки его подъехали – такие же мутные типы вроде него. Все с подружками. Сначала все было в рамках приличия – мальчики налево, девочки направо. В трапезной собрались в простынях на голое тело. А затем началось. Водка, пиво – рекой... В конце концов Толик сорвал с нее простыню и голышом выставил на всеобщее обозрение. Типа, смотрите, какая у него шикарная телка...

От Олимпии после этого не убыло. И обиды как таковой не было. У нее и в самом деле роскошное тело, никаких изъянов, которых следовало бы стыдиться. Но после того случая она перебралась к родителям. Изобразила праведный гнев, так сказать. Создала у Толика чувство вины, которую он постарался загладить щедрым подарком – новую машину ей купил с правами в придачу. Нет чтобы свой «БМВ» отдать с автоматической коробкой передач. Олимпия его, в общем-то, простила, но домой к нему не переехала, так и осталась у родителей. В конце концов Толик не выдержал, приехал за ней. С присущей ему наглостью вломился в дом, наехал на нее, на отца. Натура у него такая, его только могила может исправить... Хотя влиять на него можно. Олимпия знала как...

– Ты слышал? Потрудись обращаться на «вы», – вступилась она за отца.

– Ну как скажешь... – пожал он плечами. – На «вы» так на «вы»... Так ты со мной поедешь?

– А это мне решать! – взвился отец.

Но Толик даже ухом не повел в его сторону.

– Поедешь или нет?

– Ты плохо себя ведешь, – покачала головой Олимпия.

– Так это, я же исправился... Да, хотел спросить, как машина?

Намек на то, что откупной подарок уже сделан.

– Спасибо, все в порядке...

Машина не самая лучшая, но уж лучше что-то, чем ничего. Тем более что «десятка» принадлежит ей на законных основаниях – покупка оформлена на ее имя. Впрочем, если Толик очень захочет, он может вернуть свой подарок обратно. Как ни крути, а за ним сила... Так что лучше его не злить.

– Где ты ее оставила?

– На стоянке. А что?

– Да так, ничего... Ведь мы на моей машине ко мне поедем, да?

– Ты можешь ехать к себе хоть сейчас, – усмехнулась она.

– И ты поедешь!

Толик начал злиться. Пора делать шаг навстречу. Но не так стремительно, как бы он этого хотел...

– Поеду, – кивнула она. – Но не сейчас...

– Э-э, не! Ты поедешь сегодня!

– Сегодня, но не сейчас... Ты поезжай один, а я через часик подъеду...

С одной стороны, она поддавалась его требованиям, а с другой – оставляла за собой право на самостоятельные решения... Но сейчас ею руководило не только желание продемонстрировать значимость своего «я». Она подсознательно хотела оказаться на стоянке, где находилась ее машина. Не отдавая себе в том полного отчета, она хотела увидеть молодого охранника, который сегодня произвел на нее приятное впечатление. Вроде бы и не было в нем ничего особенного. Симпатичный, да, но ей приходилось встречаться и не с такими красавчиками. Но те парни ей просто нравились. Никто из них не пробудил в ней сильных чувств. А этот... Какая-то жаркая энергетика в нем, какие-то биоволны, от которых душа сначала сжимается, а затем разворачивается... А вот ум оставался холодным. Какой-то сторож без роду без племени. Что с него взять?.. И все же Лиму тянуло к нему. Хоть и подсознательно, но тянуло. И даже неважно, что под окном сгущаются сумерки, а до стоянки идти минут пять, не меньше... Гораздо проще сесть к Толику в его роскошную иномарку и ехать с ним в его шикарную квартиру.

– Это что, понты? – озадаченно посмотрел на нее Толик. – Или реально дела?

– А это ты сам думай, что да как... А дел у меня по горло. Завтра у нас коллоквиум, а я даже учебник не открывала...

Лима училась в индустриально-металлургическом колледже, на последнем, третьем курсе. Училась спустя рукава. Преподаватели ставили ей «тройки» за ее красивые глазки... Так что по большому счету предстоящая контрольная мало ее волновала.

– Да ладно тебе, – недоверчиво махнул рукой Толик. – Так я тебе и поверил...

В этом месте отец должен был вставить реплику в защиту дочери. Дескать, она спит и видит, как закончить колледж с отличием. Но он куда-то подевался. Понял, что плетью обуха не перешибить. А мать и вовсе не выходила из своей комнаты. Не нравился ей Толик, не принимала она его и Олимпию осуждала за то, что связалась с ним. Но осуждала молча...

– А ты верь мне, любимый, верь! – насмешливо повела бровью Олимпия.

– Любимый?! Ну тогда верю... Это, все равно машину со стоянки забирать надо. Я с гаражом проблему решил, возле моего... нашего дома ставить будешь...

Он ушел. Сел в свою машину и уехал. «А ты, Лимочка, иди на стоянку сама, по темным закоулкам рабочего квартала. Пусть на тебя нападут пьяные ублюдки, пусть изнасилуют. От тебя же не убудет...» Козел!

Впрочем, темных улочек Олимпия уже давно не боялась. Сколько раз возвращалась домой одна с ночных дискотек и из баров. А еще чаще возвращалась не одна. С ухажерами у нее проблем не было никогда. Или пешком проводят, или на машине подвезут. Тем, кто подвозил ее на машинах, иногда улыбалось счастье... Девственность она потеряла два года назад, в шестнадцать лет, на заднем сиденье старой «Волги». Без всякого насилия, по добровольному согласию. Приятных воспоминаний это событие не оставило, но страдать она не страдала. И на аборт не бегала. Она же девочка умная – презервативы с пятнадцати лет в сумочке носила...

Было уже совсем темно, когда она подошла к автостоянке. Шлагбаум опущен, окна в охранной будке не горят, и вокруг никого не видно. За оградой – машины стройными рядами под качающимися на ветру фонарями. Видать, сидит паренек в своей сторожке и смотрит на них из темноты. А может, и заснул ненароком...

Олимпия не стала его звать. Чуть пригнувшись, прошла под шлагбаумом. По лестнице тихонько подошла к боковому окошку сторожки. Осторожно заглянула внутрь. И в свете уличного фонаря на кушетке в дальнем углу различила незамысловатое переплетение двух тел.

Олимпию заметили. Из полутьмы сторожки, заправляясь на ходу, к ней выскочил запыхавшийся охранник. Тот самый магнетический паренек.

– А-а, это вы! – еще больше смутился он.

– Машину вымыл? – высокомерно спросила она.

– Да...

– Хорошо, что не в моей машине...

– Что не в вашей машине?

– Развратом занимаешься, вот что!

Казалось бы, ей-то какое дело до интимных развлечений этого красавчика... Но, видно, было дело, если в ней вдруг взыграла злость, замешанная на ревности.

– А-а, это... Так это, мы просто...

Из сторожки на помост выплыла растрепанная девка в дешевеньком наряде. Юбка и жилетка пятнистой раскраски... Мордашка, надо сказать, симпатичная. И к тому же знакомая... Да, где-то они с этой дивой встречались. Только вот где?.. Стоп, они же в одном колледже учатся. Только с разницей в один год, а может, и в два... Анжела ее, кажется, зовут.

– Лима?! – признала ее девушка.

– Для кого Лима, а для кого Олимпиада Викторовна... – надменно усмехнулась Олимпия.

– Приятно познакомиться! Анжела Борисовна!

– Трусы надеть успела, Анжела Борисовна? – тем же язвительным тоном спросила Олимпия.

Что это с ней? Не должна она была опускаться до глупой бабской грызни. Парня не поделила?.. Был бы парень, было бы с кем его делить...

– А тебе не все равно? – нахохлилась Анжела.

– Да, в общем-то, все равно, – презрительно усмехнулась Олимпия.

Надо было с достоинством выходить из ситуации. Кто она, а кто эта баба!..

– Ключи! – потребовала она.

Ее презрение к Анжеле перенеслось и на ее парня. «Нашел, петух, какую курицу топтать...»

– Да, сейчас...

– Вадим, какие ключи? – спросила вдогонку Анжела.

Значит, сторожа зовут Вадимом, отметила про себя Олимпия. Как отметила и то, что он даже не стал отвечать на вопрос своей подружки. Он молча скрылся в будке, вернулся оттуда со связкой ключей от машины. Протянул ей.

– Сам закрывал, сам и откроешь! – неожиданно для себя выдала она. И с важным видом повернулась к нему спиной. Пусть проводит ее до машины.

Вадим направился вслед за ней. Но Анжела увязалась следом. Еще и съязвила:

– Смотри, какая цаца!

В этот миг Олимпия готова была ее убить.

Ее «десятка» стояла неподалеку от сторожки между двумя машинами. Надо сказать, косо стояла. Даже она с ее малым опытом вождения поставила бы машину лучше... Но у нее был хоть какой-то опыт, а у Вадима он откуда мог взяться. Наверняка он «безлошадный». И как она могла доверить ему ключи?.. Но ведь доверила. Потому что он ей нравился... И сейчас нравится. Очень нравится... Но ведь он ей не пара. Нет, не пара!.. Да она и не стремится к роману с ним... Но вряд ли бы она отказалась провести с ним ночь в той же сторожке. Поломалась бы для приличия немного, но согласилась бы... А глупая корова по имени Анжела вовсю трахается с волнительным красавчиком. И все потому, что дурам везет...

Олимпия и сама не прочь была назваться дурой, если бы ей вдруг сказочно повезло. Вот если бы она нашла мужчину своей мечты!.. Она уже знала, каким он должен быть. Мужчина ее мечты – это Вадим хотя бы с одним миллионом долларов в кармане. Но наверняка этот Вадим, который открывал перед ней дверцу, гол как сокол. И она должна распрощаться с ним без всякого сожаления...

Прощаться Олимпия с ним не стала. Но без сожалений не обошлось. Вроде бы и не хотелось оставлять Вадима. Но при этом прекрасно понимала, что романа с ним не будет. Даже если он сам на коленях приползет к ней...

Дорога дальняя, казенный дом

Подняться наверх