Читать книгу Папа за 300 дней - Юлия Резник - Страница 3

Глава 3

Оглавление

– Да в этой, как ты говоришь, забытой богом деревне больше памятников ЮНЕСКО, чем наращённых волос на твоей голове! – проорал Артем вслед удаляющейся фигуре девицы. Та заносчиво фыркнула и двинулась в сторону комнаты походкой от бедра. А потом развернулась, чтобы так же демонстративно задернуть шторки на входе в зал. Отчего её довольно внушительная грудь качнулась. Это было последнее, что увидел Артем. Финальная жирная точка.

Как, она сказала, ее зовут? Алена?

Артем почесал в затылке, вернулся в кухню, сел за стол, за которым еще каких-то сорок минут назад преспокойно работал над эскизом комода, и знать ничего не знал. Ни того, что Ирка умерла, ни того, что она после себя оставила вот такую подлянку. То, что он не мог быть отцом девчонки – факт. Вот только документы говорили об обратном. Интересно, как она это все провернула? Дала кому надо взятку? Но зачем? Неужели не нашла на роль отца кандидата получше? Попробуй, разберись.

Артем взял карандаш, постучал по столу. Раздраженно его отбросил и встал. Ему нужно было больше информации. И на примете даже был один человек, который бы в два счета мог откопать все, что душе угодно. Брат Артема Ринат был далеко не последней фигурой в силовых структурах страны. И мог помочь, да. Но у него, наконец, появилась женщина. А если бы Артем обрисовал ситуацию, как есть, тот бы наверняка все бросил и примчался. Подумав, Артем решил, что пока обойдется своими силами. В конце концов, брат никуда не денется. И при необходимости его можно привлечь к решению своих проблем в любой момент. А до тех пор он еще сам поборется.

Ирка-Ирка… Артем провел по волосам рукой. Это ж надо! Внутри что-то сжалось, хотя, казалось, уже давно ее отпустил, отболел. Но… Черт! Она была его первой любовью. Они поженились рано, свято веря, что это навсегда. Не слушая осторожных просьб матери и братьев не спешить, подождать, все взвесить. Никто не думал, что их брак продлится так долго. А они жили… и жили. И если сказать, что ничего хорошего в той жизни не было – значит, соврать. Это уже потом все разладилось. Ирке захотелось красивой жизни, а ему эта самая красивая жизнь встала костью поперек горла. Чем выше Артем поднимался, тем сильнее она его тяготила. Вернисажи, выставки, вечеринки, приемы… Время утекало как вода сквозь пальцы, а он никак не мог избавиться от мысли, что впустую.

Более-менее Артем пришел в себя уже тут. Когда узнал через каких-то общих знакомых о финансовых проблемах здешнего интерната для людей, отстающих в развитии, и зачем-то приехал. Мог бы, конечно, отделаться банальным переводом денег, но ему казалось, что этого мало. В общем, приехал, посмотрел-посмотрел на здешнее житье-бытье и остался. Изучил учебные программы интерната, перелопатил, перекроил. Ввел обязательным уроком резьбу по дереву и стал лично обучать ремеслу здешних обитателей. И, в общем-то, до сегодняшнего дня был вполне себе счастлив.

– Дерьмо, – выругался Артем, открыл старый буфет, который лично отреставрировал, достал бутылку водки и пошел на улицу, проветриться. Осень только-только вступила в свои права. Но если дни еще радовали обманчивым сентябрьским теплом, то к ночи дыхание осени было уже ни с чем не спутать. Ртутный столбик едва дотягивал до плюс десяти. Не зря ведь он начал протапливать в доме…

Артем вдохнул поглубже, глотнул прямо из горлышка горькой и пошел вниз по улице. Было тихо, лишь ветер шелестел в кронах, да сверчки заливались скрипкой. Пахло дымком из печи, палой подпревшей листвой, грибами и буйно разросшимися в палисадниках хризантемами.

На скамейке у старого покосившегося домика Артем заметил тень.

– Добрый вечер!

– И вам не хворать, – раздался в ответ сиплый голос.

Как-то так вышло, Артем теперь и сам не смог бы ответить, как, что он взял шефство над местными бомжами. Организовал для них что-то вроде ночлежки, выкупив у громады пару брошенных домов. И сейчас у него обитало в разное время от пяти до десяти человек. Кто-то уходил, кто-то приходил… Брал Артем не всех, но если уж брал, то помогал по совести. Кому-то – восстановить документы, кому-то – устроиться на работу, кому-то – просто пересидеть сложные времена. У каждого опустившегося человека была своя история. Но были среди них и уникальные персонажи. Вот как Олигарх… У Артема имелось подозрение, что никакой он не бомж. Но когда тот прибился к его ночлежке, выгонять не стал. Мало ли, какие у человека проблемы?

Олигарх слыл персонажем хмурым и неразговорчивым. Самым тихим из всех его подопечных. Поэтому Артем очень удивился, когда тот неожиданно поддержал беседу:

– По какому случаю попойка?

Артем скосил взгляд на бутылку, пожал плечами и, сев с Олигархом рядом, взял и выложил ему все, как есть.

– Что думаешь делать?

– К адвокату поеду.

Олигарх кивнул, видимо, одобряя его решение, и тоже приложился к бутылке. Своей. Хорошего вискаря, который порядочному бомжу уж точно был не по карману.

– Тачка у бабы этой, что надо.

Угу. Артем это тоже заметил. Интересно даже, сколько такая стоит? В какой комплектации? Не один миллион, так точно. И разодета Алена была в пух и прах. Артем в бабских тряпках неплохо разбирался. Не похоже было, что у нее проблемы с деньгами. Тогда какого черта она заявила, что он должен ей что-то там оплатить? Да и вообще. Если они с Иркой не подруги, с чего ей было взваливать на себя заботы о ее ребенке? Что-то тут было нечисто. А еще Веник этот. Он ей кто? Сын? Маловероятно.

– Ладно, пойду я, – сказал Артем, не побрезговав, пожал Олигарху руку и действительно побрел к дому. Чем дальше, тем холодней становилось. Сырой ветер пробирал до костей. У него зуб на зуб не попадал. Нужно было одеваться теплее.

В окне кухни мелькнула тень. Артем подошел поближе, стараясь не помять цветы. Прижал к стеклу сложенные лодочкой руки и заглянул внутрь. Взгляду открылась довольно живописная картина. Его нежданная гостья с жадностью поглощала брошенную им на печи картошку. Наверняка та уже остыла и стала невкусной, но у барышни на лице было написано истинное блаженство. Будто ничего лучше она в этой жизни не пробовала. Ну, или в принципе не ела давно. Ломти картошки она выуживала пальцами прямо из сковородки. Озиралась тайком, совала добычу в рот, облизывала губы и блестящие от жира пальцы. И такое это было занятное зрелище, что Артем вмиг позабыл о холоде.

Нет, он же не слепой! И сразу заметил. Не только прикид, но и все остальное. А там ведь было на что посмотреть. Фигура Алены, может, и отличалась от современных стандартов некоторой пышностью форм, но уж точно приковывала к себе взгляды. Да и личико у нее тоже было что надо, в его вкусе.

В джинсах стало тесновато. Артем отступил, чтобы поправить это все непотребство, и случайно наступил на примчавшуюся невесть откуда кошку. Та заорала что есть мочи. Да так, что даже в доме было слышно. Алена вздрогнула. С грохотом опустила крышку и рванула к двери, сверкнув напоследок пятой точкой, которую совсем не прикрывали коротенькие шелковые шортики.

– Муська, зараза! Пришла?! Я тебя два дня ищу, паскуду такую.

– Мя!

– Нагулялась? Клянусь, если ты опять принесешь котят, я тебя стерилизую.

– Мя! – Муська бросила на него презрительный взгляд и царственно продефилировала к крыльцу.

– Надо было кота заводить, – буркнул Артем, открывая дверь. Стащил кроссовки. Муська скосила на них желтый взгляд. Орлов торопливо убрал ботинки в шкаф. Вдруг это война?

Артем думал, что не уснет. Но принятое на душу срубило его в момент. Проснулся он от детского плача. Дернулся, не сразу сообразив, в чем дело. Со стоном поднялся с кровати и выглянул из-за шторки. Алена как раз пыталась накормить детей завтраком. Получалось у нее не очень. Что бы там ни было в баночке, девчонке это было не по душе. Она плевалась едой, выгибалась и хныкала.

– Веник, ты почему не ешь?

– Я не могу есть, когда Плакса орет.

– Ее зовут Ника.

– Но больше ей бы пошло имя Плакса.

Алена зажмурилась. Похоже, такой разговор у них с Веником возникал не впервые. Она сделала глубокий вдох и вполне миролюбиво заметила:

– Все дети плачут.

– Я не плакал. А она ревет, потому что девчонка. Все девочки – плаксы. С ними нельзя иметь дел! – убежденно заявил Веник, и в этом, надо заметить, Артем его очень поддерживал. Не то, что Алена.

– Ты изменишь свое мнение, когда подрастешь. Да-да, поверь, что пройдет еще несколько лет, и ты станешь неравнодушен к девчонкам.

– Да я к ним уже давно неравнодушен!

– Что, правда?

– Угу. Они меня бесят.

Алена закусила губу и только поэтому съела сказанное парнем молча. «Все же интересно, кем он ей приходится», – подумал Артем, отдавая должное тому, как хорошо она собой владеет. И дураку ведь было понятно, как достало ее происходящее. А она… ничего. Улыбалась. Хоть и натужно.

– Ох, Веник! У тебя еще такой ветер в голове…

– А от ветра в голове можно простудиться?

– Нет.

– Тогда можно я не буду надевать шапку?

– Нет.

– Но ты же ходишь без шапки!

– Я выше. Вверху теплее!

Веник задумчиво почесал голову, но не нашел, что возразить. А Артем едва не зааплодировал Алене. Все же той здорово удавалось ладить с детьми. Впрочем, ему до этого особого дела не было. Хорошенько все обдумав, Орлов пришел к выводу, что встреча с адвокатом махом решит все его проблемы. Скорее всего, он вообще видит их в последний раз.

– Доброе утро.

– Никакое оно не доброе, – буркнул Веник.

– Я знаю, что все немного не так, как ты привык, – вздохнула Алена. – И окружающая обстановка кажется тебе ужасной.

– Эй! Что не так с обстановкой? – сощурился Артем. Алена бросила на него полный осуждения взгляд и продолжила:

– Но если подумать, счастливым можно быть где угодно, правда? Помни об этом. К тому же совсем скоро мы найдем твою маму, и все непременно наладится. – Алена уверенно кивнула, подхватила на руки хныкающую Нику, встала вместе с ней и пошла прямо на Артема.

– Вот, подержи! – ткнула девчонку в его руки, а поскольку это было довольно-таки неожиданно, Орлов ту безропотно взял. – Мне нужно… Мне нужно подышать свежим воздухом, – улыбнулась неестественно так, натужно… и едва ли не выбежала из комнаты.

– Что это с ней? – поинтересовался Артем у мальчишки.

– Психанула. Девчонки постоянно психуют.

– Да уж. Ну, ты ешь пока, я схожу, посмотрю, как она.

Что-то Артему подсказывало – нехорошо. А срываться ей еще рано. Пусть лучше это произойдет не здесь.

Алену Орлов нашел сидящей на скамье в саду. Подошел ближе, прикидывая в уме, не замерзнет ли притихшая в его руках кроха. Он старался на нее не смотреть. Не выискивать в ней черты бывшей, потому что новость о ее смерти до сих пор отдавала тянущей болью в груди. Услышав его шаги, Алена подняла голову и вопросительно уставилась на Артема. Нужно было что-то сказать.

– Сейчас мы поедем к моему адвокату.

– Хорошо. Я еще посижу здесь минутку и пойду собираться.

– Что ты имела в виду, когда сказала, что найдешь мать Веника?

– Да так. Веник жил с отцом, а потом тот умер и… в общем, это долгая история.

– Это я уже понял. А вот кем ему приходишься ты – теряюсь в догадках.

– Ах вот оно что. Венька, можно сказать, мой пасынок. Его отец, то есть мой муж – погиб.

И вот тут у Артема в голове что-то щелкнуло. Пазлы сошлись.

– Это как-то связано с гибелью моей бывшей?

Алена отвела взгляд, ковырнула носком туфли выпирающий из земли корень груши и промямлила:

– Ну, можно и так сказать. Погибли-то они вместе.

– И как же так вышло? Мне, что, из тебя каждое слово клещами вытаскивать? Ты чувствуешь свою вину перед Иркой?

– Вину!? Да ты что?

– Ты сама сказала, что вы не были подругами. Тогда кем вы были? И почему ты взвалила на себя заботы о Веронике?

– Никем! Это она была… любовницей моего мужа.

Папа за 300 дней

Подняться наверх