Читать книгу Они придут - Альбина Нури - Страница 2

Лерочка была идеальная – милая, нежная, некапризная, заботливая, умная. Ну и красивая, само собой. Один у нее недостаток – Сережа.

Когда Альберт думал про того типа, его всякий раз трясло от бешенства, хотя он всячески старался скрыть это от своей невесты. Прошел все стадии – от удивления и легкой досады до злости, когда узнал, что у Леры есть лучший друг, с которым она буквально неразлучна.

Не подруга, нет – никакого щебета часами по телефону, никаких картинок и уси-пуси в мессенджерах, никаких встреч в кафе и бесконечного шопинга. У Лерочки, кажется, и подруг-то не было, только коллеги да знакомые. Всех подруг заменял он один – Сережа.

– Пойми, мы с ним с самого детства вместе, – объясняла Лера, – я вообще не припомню такого времени, когда его не было рядом! Сережа мне как брат, даже ближе брата.

Лере и Альберту – почти тридцать. Оба состоявшиеся, разумные люди, работают по финансовой части. Встречались около года, решение о браке приняли осознанно, проверив свои чувства. Все бы хорошо, но, когда речь шла о Сереже, Лера жутко раздражала Альберта.

А кому, скажите, понравится, когда любимая то и дело произносит: «Сережа считает…», «Сережа сказал, что лучше было бы…», «Я вчера спросила Сережу, и он думает…».

Какая разница, что думает этот придурок? Кому интересно его мнение? Хотя нет, Лере очень даже интересно, более того, она постоянно консультировалась со своим другом, спрашивала совета по разным поводам, дня не могла без него прожить, говорила с ним по телефону, вдобавок он то и дело торчал у Лерочки дома.

Ревновал ли Альберт?

«Мы же просто друзья, ты чего!» – говорила Лера, слегка надувшись и округляя глаза. Как смеет Альберт сомневаться в ее порядочности и верности!

Первое время он старался убедить себя, что нет в душе никакой ревности, это ниже его достоинства, чушь какая. Но потом обманывать себя надоело, и он признался, что ревнует, конечно, еще как! Проклятущий Сережа вечно торчит у Леры, бог знает, чем они там занимаются!

Хуже всего было то, что Лера категорически отказывалась знакомить жениха со своим лучшим другом. «Сережа не хочет», – вот и весь сказ. Застать мерзавца у Леры ни разу не получилось, стоило Альберту нагрянуть без предупреждения (чтобы подловить, чего уж там), как выяснялось: этот гад либо только что ушел, либо вообще не приходил.

В итоге терпение Альберта лопнуло. Он хорошо себя знал, понимал, что смириться с создавшимся положением вещей, когда у жены есть близкий друг, который для нее буквально свет в окошке, нипочем не сумеет. Поэтому, как ни противно было идти на такое, пришлось поставить ультиматум: либо Лера в ближайшие дни знакомит жениха и лучшего друга, либо Альберт и Лера расстаются. Какая свадьба, если нет доверия?

Лера рассердилась, потом всплакнула, но после признала справедливость слов Альберта и его требования.

«Представь, я бы тебе дни напролет зачесывал, что у меня есть лучшая подруга, она постоянно мне звонит, приходит в гости и даже остается ночевать, но между нами, конечно, ничего нет, а знакомить вас я не желаю, поскольку она не хочет! Как бы ты реагировала, подумай!»

Лера подумала. Как она сказала, отзеркалила ситуацию, что бы это ни значило. Посоветовалась с Сережей (ну а как же?) и в итоге сказала, что Сережа не против познакомиться с ее женихом.

«Вот спасибочки-то!» – язвительно подумал Альберт.

Долгожданная эпохальная встреча состоялась в воскресенье. Была зима, середина января. Падал снег – мультипликационный, ненатуральный, и все кругом было как в кино, думалось Альберту, когда он шел к Лериному подъезду с бутылкой вина и коробкой шоколадных конфет. Сама ситуация отдавала мелодрамой, было в ней что-то неестественное и несколько глуповатое.

Лера, разрумянившаяся, слегка нервная, открыла дверь.

– Привет, – сказала она, и голос ее дрожал от волнения.

За спиной Леры маячила тощая долговязая фигура.

«А вот и он», – подумал Альберт, глядя на Сережу, и его напряжение, злость, обиду как рукой сняло. Он почувствовал себя одновременно глупым (стоило ли из-за этого чудика так сильно переживать, даже про разрыв отношений думать!) и невероятно счастливым. Конечно, счастливым, ибо Сережа был классическим, опять-таки киношным (как и все сегодня) ботаном, додиком, задротом – как хотите, назовите.

Квадратные очки в старомодной коричневой оправе, залысины, щедро посыпанные перхотью плечи, жиденькие усики, коротковатые брючата, клетчатый замурзанный свитерок. Чем-то Сережа здорово смахивал на Новосельцева из «Служебного романа», но тот все же был симпатичный, с открытой улыбкой и красивыми глазами, а у Сережи глазенки крысиные, а улыбка обнажает желтый частокол кривых зубов.

Альберту воображения не хватало, чтобы представить себе красавицу-Леру в объятиях этого урода, поэтому он выдохнул и совершенно искренне сказал, что рад знакомству.

– Не понимаю, почему Лера нас раньше не познакомила.

– Я не хотел мешать, – немного невпопад ответил Сережа.

Альберт заверил его, что помешать Сережа не может ни в коем случае. Да и вообще, он только приветствует, что у Леры есть такой замечательный друг.

– Правда? – обрадовался Сережа. – И вы не будете против нашего общения?

Альберт заверил, что не будет ни в коем случае. Он был в отличном настроении, думал, что Сережа, на самом-то деле, куда лучше стайки болтливых надоедливых подружек, на которых часто жаловались женатые друзья Альберта.

Они втроем мило проводили время. Лера приготовила роскошный обед (в перечне ее многочисленных достоинств были и кулинарные способности). Сережа оказался вполне приятным парнем. Немного старомодный и занудный, он, тем не менее, не разражался длинными монологами, не тянул одеяло на себя, смеялся шуткам Альберта и относился к Лере, как к сестре, безо всякой затаенной влюбленности и сексуального подтекста.

Поэтому, когда в какой-то момент Сережа встал, вышел из комнаты и больше не вернулся, Альберт даже пожалел, что он уже ушел.

– Как-то внезапно! Почему не попрощался? – удивился Альберт.

– Не обращай внимания, Сережа всегда так делает. Уходит по-английски, не прощаясь. Такая у него манера, я уже привыкла. И ты привыкнешь. У всех свои странности.

– Беззвучно удалился, – хмыкнул Альберт, – я не слышал, как он дверь открыл.

– Такой уж Сережа человек. – Лера взяла из вазы персик. – Деликатный, никого не хочет беспокоить. Как кот: ходит на мягких лапах, с ним максимально комфортно, я же тебе говорила, а ты не верил!

Она произнесла последние слова слегка укоризненно.

– Ты права, Сережа и вправду отличный парень, – согласился Альберт. – Я не в обиду ему, но, если бы выглядел, как он, тоже, наверное, старался бы держаться как можно незаметнее.

Лера отложила персик и посмотрела на Альберта. Он думал, что обидел ее этими словами, сейчас она примется отчитывать его за высокомерие и нечуткость, но она сказала совсем не то, что Альберт ожидал услышать.

– В каком смысле «выглядел, как он»? А как Сережа выглядит, по-твоему? Неужели он кажется тебе некрасивым?

Альберт слегка покраснел.

– Ну… Сама не видишь, что ли? Одет, как нищий пенсионер: свитер, брюки. Усики еще эти, лысина. По виду – типичный неудачник. Чем, кстати, он занимается? Кем работает? Ты не говорила.

В глазах Леры светилось чистое, неподдельное изумление.

– Мы с тобой как будто про разных людей говорим, – наконец произнесла она. – Мне всегда казалось, что Сережа на Сергея Бодрова похож, когда он в «Брате» играет. И свитер крупной вязки ему идет, и нет никакой лысины, хорошие густые волосы.

«Да уж, верно говорят, любовь слепа, – подумал Альберт, – видимо, дружба тоже».

– Ладно, красота, как говорится, в глазах смотрящего, – примирительно сказал он, – позже я тоже буду видеть Сережу писаным красавцем. А кем он работает, ты так и не ответила.

– Он… – Лера вдруг умолкла и нахмурилась. Помолчала немного, а затем медленно проговорила: – Знаешь, я только что осознала, что понятия не имею. Мы с ним всегда обо мне говорим, о моих делах и проблемах, поэтому… Господи, это так тупо, но я не знаю, кто он по профессии, где трудится.

– Ничего себе, да ты эгоистка, оказывается, – засмеялся Альберт. – Сережа настолько, как ты выразилась, деликатен и ненавязчив, что ты не удосужилась узнать, кто он вообще такой!

– Глупости, – возмутилась Лера, – все я отлично знаю! Сережа точно работает, он учился в вузе. – Она умолкла. – Наверное.

Альберт почувствовал, что тоже растерялся.

– То есть ты не в курсе, где он учился, верно?

Она посмотрела на него и прикусила губу. Ответа не требовалось.

– Лерочка, ничего страшного, что ты не знаешь, чем Сережа занимался после того, как вы окончили школу, – попытался Альберт успокоить Леру, видя, что она переживает. – Видать, он сам это скрывает. Имеет право, в общем-то. Вы, как я понимаю, в одном классе учились? Ты говорила, вы были неразлучны с самого детства.

Она задумалась на мгновение, а потом покачала головой.

– Нет, Альберт. Мы не были одноклассниками. Сережа в нашем классе никогда не учился.

– Значит, в садик вместе ходили? – почти с надеждой спросил Альберт, которого эта ситуация забавляла все меньше.

– Вероятно, – протянула Лера, а затем метнулась к комоду, выдвинула ящик, пошарила внутри и вытащила толстенный альбом с фотографиями.

– Вот тут мои снимки с рождения и до школы. Сейчас найдем Сережу. Мне уже самой интересно. Убей бог не помню, были мы с ним в одной группе в садике или нет.

Они склонились над альбомом, принялись перелистывать страницы, заполненные фотографиями. Мелькали лица, маленькая Лера росла, становилась старше, пухлая малышка превращалась в девчушку, в которой уже можно было узнать нынешнюю молодую женщину.

Сережи нигде не было. Ни на одной фотографии.

– Если вы настолько близки едва ли не с рождения, как ты говорила, тогда где же он? Неужто никто из родных ни разу не запечатлел вас вместе?

Это было странно. И немного пугающе.

– А давай-ка я ему сейчас позвоню, – сказала Лера, убрала альбом и встала, чтобы взять телефон. – Наверняка есть простое и логичное объяснение.

Альберт видел, что Лере не по себе, но она не хочет это признавать.

Лера повозила пальцами по экрану, нашла нужный контакт и позвонила, прижав телефон к уху. Альберт стоял рядом, динамик у телефона был хороший, так что ответ оператора они услышали оба: набранного номера не существует.

– Как так – «не существует»? Но я же с ним только сегодня разговаривала. Мы каждый день созваниваемся, – пробормотала Лера.

Альберт молча взял у нее телефон, полистал.

– Не понимаю. Как он у тебя записан?

– Как Сережа, разумеется.

– Хорошо, но в списке вызовов нет Сережи. Ни ты ему, ни он тебе не звонили ни разу за последний месяц, можно и дальше пролистать, просто лень.

– Но мы разговаривали! – вскричала Лера. – Я слышала звонки, сама тоже нажимала на контакт «Сережа», и мы говорили.

Они смотрели друг на друга, не понимая, что происходит, а потом Альберт ударил себя по лбу.

– Эврика! Вы, скорее всего, через какой-то мессенджер общались! Сейчас найдем, Лерочка! А заодно отыщем Сережу в соцсетях, все в наше время там есть, даже у глубоких стариков имеются профили в каких-нибудь «Одноклассниках». Мне, кстати, раньше приходило в голову поискать Сережу, только я не смог его найти. Думал, может, у него профиль закрытый или еще что. Сейчас увидим, зайдем через твой профиль. Сережа ведь у тебя в друзьях должен быть!

Лера неуверенно улыбнулась, мол, наверное.

Однако спустя полчаса стало ясно, что поиски ни к чему не привели. Все было бесполезно. Через мессенджеры Лера и Сережа не общались, а в социальных сетях его профиль отсутствовал. По крайней мере, в самых популярных, тех, где присутствовала Лера, где они могли быть в друзьях друг у друга.

– Куда он подевался? Что происходит? – недоумевала Лера.

Альберт не хотел волновать ее еще больше, хотя сам был на взводе. Что за чертовщина творится? Сережа как сквозь землю провалился. Или, точнее, его будто никогда не существовало! Но Альберт сам лично видел этого задохлика, общался с ним, ел за одним столом.

Стоп. Прокручивая в памяти сцены недавнего прошлого, Альберт понял, что Сережа ничего не ел и не пил. Альберт поглядел на стол и убедился, что на идеально чистой тарелке Сережи скучает ломтик сыра, а бокал вина полон, нетронут.

Сережа не ест, не пьет, приходит и уходит, когда захочет, потихоньку, беззвучно. Помнит ли Лера, как открывала ему дверь? Лучше не спрашивать.

Альберту стало страшно. Страшно, как никогда в жизни. Он сам не понимал, чего конкретно боится, но чувство было сильным и острым.

«Как, откуда появляется этот Сережа? А если ему и двери не нужны?» – пришла мысль.

– Немедленно звони матери, – резко сказал Альберт, – спроси у нее. Нужно выяснить, знает ли она Сережу.

Мать Леры, выйдя на пенсию, переехала в пригород Быстрорецка: исполнила давнюю мечту жить в собственном доме. Отец умер, когда Лерочке было одиннадцать.

– Мамуль, привет! – Лера говорила быстро, будто опасаясь, что мать не дослушает и бросит трубку. Или тоже пропадет, как загадочный Сережа. – Мне у тебя кое-что спросить нужно. Скажи, ты помнишь Сережу, моего друга? Мы с ним дружим с детства.

Альберт стоял рядом и слушал.

– Сережу? – в голосе женщины звучала растерянность. – Какого Сережу? Не припоминаю что-то. Не было никаких Се… Ой, Лерочка, а ведь был!

Лера посмотрела на Альберта с облегчением и почему-то с торжеством. Но радовалась, как стало ясно, рановато.

– Тебе годика три или четыре было, и ты все с ним носилась: Сережа то, Сережа сё. Утверждала, что у тебя есть дружочек Сережа. – Мать засмеялась. – Мы с твоим папой даже переживать начали: уж настолько ясно ты этого Сережу видела, что нам не по себе было. Разговаривать с ним могла часами. Задашь вопрос, бывало, и эдак головку наклонишь, будто слушаешь, чего он ответит! Тарелку рядом с собой велела ставить, мол, Сережа тоже кушать хочет. Никогда спать одна в комнате не боялась: дескать, я же не одна, Сережа рядом, мне не страшно. Всего и не упомнишь. В итоге, тебе лет пять было, мы тебя ко врачу отвели. Очень уж ты в своего придуманного Сережу верила. Доктор сказал, не переживайте, у детей часто бывают выдуманные друзья. Это у Лерочки воображение хорошо развито. Сказал, вырастет девочка, и все пройдет.

– И прошло? – негромко спросила Лера.

– Что? Не слышу, дочка. В общем, классу ко второму ты про него говорить перестала, про Сережу-то. Видно, переросла. А больше никаких знакомых Сергеев не было. Ни у нас с отцом, ни у тебя.

Лера скомкано попрощалась с матерью и в ужасе посмотрела на будущего мужа.

– Выходит, Сережа – мой воображаемый друг? – прошептала она.

– Но если это твоя фантазия, то каким же образом я его видел?

Она сжала ладони в замок.

– Лера, думаю, доктор был прав. У тебя сильное воображение. Настолько сильное, что ты сумела каким-то образом оживить этого Сережу и общаться с ним долгие годы. Ты не понимала, что его не существует, для тебя он был настоящим – и в итоге воображаемый друг ожил, очутился в реальном мире. Сережа был таким, каким ты хотела его видеть. – Альберт помолчал. – А для меня стал таким, каким хотелось бы мне, чтобы я не ревновал, не боялся соперника. Поразительно, что и говорить.

– Боже мой, разве так бывает? – В голосе Леры звенели слезы.

– Видимо, бывает.

Они помолчали, а потом Лера спросила:

– Ты думаешь, что я чокнутая, да? Если ты меня теперь бросишь, я пойму, честное слово. Меня саму трясет от ужаса, что я сумела оживить… – Она поперхнулась. – Привести в наш мир монстра.

– Не говори ерунды, – отмахнулся Альберт. – Само собой, я тебя не брошу, и мысли такой не возникло. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты стала моей женой, чтобы мы всегда были вместе.

Он привлек Леру к себе и поцеловал.

– Но что же делать? Я имею в виду – с Сережей?

Альберт подумал пару секунд.

– Когда он появится, нужно ему сказать, что все знаешь. Ты должна быть сильной и храброй. При мне он вряд ли тебя навестит, так что придется справиться самой.

– Но как я ему скажу? Я не…

– Лерочка, милая, все получится, вот увидишь. Сережа – плод твоей фантазии. Ты когда-то создала воображаемого друга, придумала, дала ему имя. А теперь пришло время проститься. Это должно было произойти уже давно, Сережа и так загостился, слишком уж надолго задержался в твоей жизни. Пришла пора отпустить его. Он уйдет, вот увидишь. Нечего бояться. Просто нужно проявить твердость.

Альберт говорил убедительно, Лера слушала и кивала.

Будущий муж оказался прав. Все получилось как нельзя лучше.

Лере было грустно, она нервничала – а в таких случаях Сережа возникал всегда (теперь-то, проанализировав всю ситуацию, Лера это ясно осознала). Поэтому стоило Альберту в тот вечер уйти, как явился Сережа. Лера едва успела войти в комнату, заперев дверь за женихом, а воображаемый друг уже сидел в кресле. Она поняла, что часто именно так все и происходило: Сережа появлялся из ниоткуда, но ей это не казалось чем-то сверхъестественным. Позже она приходила к выводу, что он приходил, как все люди, через дверь. Потому что – а как иначе? Такие вот игры разума.

Лера сделала все, как велел Альберт. Сказала, что знает: Сережа – не обычный человек, а материализовавшийся воображаемый друг. Сказала, что игра затянулась, и им не стоит больше видеться.

– Тебя нет. Ты нереален. Ты существуешь только в моем воображении, – твердо сказала Лера и закрыла глаза. – Спасибо за все, но уходи и никогда не приходи больше.

Когда открыла глаза, Сережи уже не было.

Вот так. Легче легкого.

Прошло три года.

Сережа больше не появился, хотя втайне Лера со страхом ожидала этого, боялась, что он нарушит ее запрет. Альберт тоже этого опасался, но ни он, ни она не говорили об этом, не обсуждали Сережу.

Альберт и Лера поженились. Молодые супруги продали свои квартиры, купили общую, большую. Лера радовалась этому, ей казалось, что она сбила воображаемого друга со следа (хотя, конечно, в глубине души понимала, что его дверью в реальный мир была она сама, а не квадратные метры, на которых она обитала).

Через полтора года после свадьбы у них родился ребенок, Коленька. Родители Альберта жили в другом городе, мама Леры не могла часто приезжать, чтобы помочь с малышом. Рождение ребенка часто становится кризисным периодом в жизни семьи, и настоящим спасением, опорой для Альберта и Леры стала тетя Зина.

Она всегда появлялась в нужный момент и помогала во всем: приготовить обед, погладить белье, понянчиться с Коленькой, если Лере требовалось сходить в магазин или принять душ. Тетя Зина давала молодой матери возможность поспать, отдохнуть, с ней можно было поговорить по душам – причем в равной степени хорошо тетушка понимала и Леру, и Альберта.

Лера не представляла, как бы она справлялась без поддержки тетушки, а Альберт, приходя домой, рад был тому, что в доме порядок, а жена не вымотанная, не злая на весь свет из-за усталости и недосыпа. Когда Коленька немного подрос, супруги уходили в ресторан или в театр, а тетя Зина охотно оставалась присмотреть за ребенком.

– Наша тетя Зина – сущий ангел, – говорила Лера.

– Спасительница, – соглашался Альберт.

Ни он, ни она не задавались вопросом, откуда взялась эта милая, отзывчивая, улыбчивая женщина. Супругам и в голову не приходило, почему прежде никто из них о тетушке и слыхом не слыхивал. Они не знали номера ее телефона, понятия не имели, где она живет, чем занимается, не видели ее профиля в социальных сетях – и это не казалось им странным.

Лера, если бы ее спросили, с уверенностью ответила бы, что тетя Зина – родственница Альберта. А Альберт был убежден, что интеллигентная пожилая дама – это родная тетя его жены.

Все были счастливы и довольны – и Лера, и Альберт, и Коленька.

И та, кого прежде называли Сережей.