Читать книгу Неприступная девственница - Алекс Динго Сид-Ней - Страница 1

Глава первая

Оглавление

В небольшом захолустье, расположенном в тихой глуши Ростовской области, ярко сияло солнце. Дали дикие завораживали. Небо окуталось в белоснежные тона. Веял лёгкий, июньский ветерок. И тот манил за собой. Высоко кружил степной орёл. Он широко расправил свои могучие, широкие, пёстрые крылья. Голова массивная. Глаза ясные, янтарные. Он зорко осматривал свои владения. И с его высоты просматривались далёкие окрестности. Здесь и река чудно петлял в своём русле, и зелёные луга тянулась широко, и разные населённые пункты открывались как на ладони. Орёл оглядывал далеко и чутко бескрайние просторы. И подал свой боевой клич. И тут же лихо замахал крыльями. Он полетел гордо, красиво и величаво. И стремительно скрылся за облаками.

Повеял лёгкий ветерок. Воздух сотрясал привычный будничный гул в небольшом городе «У». Улицы, которые наполняли разные постройки, тянулись далеко. По краям зеленели деревья. И листва чудно шелестела. И словно хотела о чём-то рассказать. Пернатые кучковались стаями. Они давали о себе знать, постоянно перекликаясь. Они лихо носились от дома к дому, от телеграфного столба к столбу, от одной дороги к другой. И всё не могли угомониться. И они трещали без умолку. Воздух сотрясал и автомобильный гул. Тот возникал в разных местах одновременно. И поочерёдно тоже. Где – то громко загудела автосигнализация. И долго не умолкала. Порой возникал лай псов. И те выли, рычали и ворчали отменно. Прямо собачий оркестр по заказу. Особенно выделялся лай пса Шашлыка. Тот любитель застолий и посиделок. Он большой, лохматый. Шерсть мягкая, тёмно-бурая. Есть и пятна красно-подпалые. Голова мощная. Морда как у бульдога. Глаза ярко-бурые. Он бродяга. Его нерадивый хозяин Митрофан пошёл по этапу. Тому около тридцати семи лет. Рост высокий. Тело весьма развитое. Руки длинные. Лицо смазливое. Ему бы в баскетбол играть. Но он выбрал ракет. И ночью с малодушным приятелем Васей Беленьким ограбил ломбард. Им удалось вынести много ценностей. Но их поймали по горячим следам уже к обеду. Их взяли тёплыми на одной брошенной «хате» за городом. Там подельники выпивали и закусывали не за свой счёт. Их взяли быстро в три прихлопа. Вася Беленький и вовсе был в дупель пьян. Митрофан Егоркин-Сытов тоже еле лыка вязал. Пёс Шашлык теперь часто устраивал концерты. Н лихо выл и гавкал. И воздух сотрясал, как правило, ночами, когда обычно гремят застолья. Он так привык. Его хозяин приучил. Митрофан часто наливал псу и водку и пиво в ночные часы. И во дворе дома, как правило, гремела мелодия, которую воспроизводил магнитофон. Шашлык теперь отжигал за себя и за того парня. И лихости не занимать. Коты и кошки тоже иногда напоминали о себе. И порой мяукали дико и знойно. Где-то гремел экскаватор свои тяжёлым стальным ковшом. Его водитель Степан Сучков умело держался за рычаги. Он невысокий, упитанный. Голова массивная. Лик как морда у пьяного барсука. Глаза навыкате. Степан умело напивался в выходные дни. Он не знает меры. И любит мешать водку с пивом. Он уже три раза расходился и сходился со своей пассией Лерой. Та пышка. И не любит носить нижнее бельё. Лик слегка помешанный. И чем – то походил на морду зверобоя. Она обожает помахать кулаками. И пару раз сильно вырубила нерадивого мужа. Она смотрит ММА. И обожает немного побоксировать.

Веял лёгкий, приветливый ветерок. Большой, городской, зелёный парк выглядел чудно. Гладкая, широкая, каменная дорожка тянулась прямо. И заметно прогрелась. Местами мелькали фигуры. Здесь среди прочих имелись и алкаши, и безработные, и домохозяйки, и туристы, и лодыри, и даже коммунисты и либералы. Казалось, они решили устроить незапланированный митинг. На крайней скамейке восседал бродяга Паша Рылов. На нём имелась старомодная одежда. Казалось, ту носил ещё его дед Пантелеймон Васильевич Дурякин, когда гремела первая мировая война. Тот отличался буйным нравом. И внешность имел колоритную. Он три раза побывал в психушке на лечении. Но так и не вылечился. Он плохо закончил в дурном трактире. Ему пустили кровь собутыльники. В пьяной потасовке его сильно чиркнули стеклянной розочкой. И крови тогда налилось много. Его обидчиков поймали и придали суду. Паша Рылов тоже имеет эпичную внешность. Его лик багряный, поцарапанный, бородатый. Глаза тёмные и шальные. Он пропил всё, что у него имелось. И теперь искал счастье в бродячей жизни. У него дурной характер. Он много раз за свою жизнь получал по морде. И однажды ему сильно досталось. Его прямо было не узнать. Сейчас он тоскливо смотрел по сторонам. И ждал лёгкой наживы. Возле бордовой скамейки лежал ещё один скиталец. Его кличка Дружок. Но все зовут по-разному и как придётся. Он отзывается и на Шарика, и на Бобика, и даже на Васька. Он небольшой, но умный пёс. Шерсть бурая, густая. Морда весьма весёлая. Уши торчком. Нос мокрый. Язык розовый висит на щеке. Пёс Дружок в своё время убежал из дома. Его хозяева сгорели в той избе заживо. Они долго пили и всё же спалили родные пенаты. Их запои продолжались от месяца до полугода. И псу доставалось с лихвою. Ему то ногой по носу дадут, то нальют вина целую миску. И он всё принимал, как должное. И теперь искал ветра в поле. Но был счастлив и весел. Он сам по себе. И знает толк в угощениях. Он отменно разбирается в людях. И не подойдёт, если человек желает ему зла. Он уже научен. Глаза у него игривые. Он чутко смотрел по сторонам. И ждал своего звёздного часа. И тот, как правило, всегда случался. Пёс Дружок тот ещё тип. Он уже совершил разных деяний лет на сто заключения в местах не столь отдалённых. Но сейчас хулиганил куда меньше. У него словно сели батарейки. Всё же пыла много. И даже девать некуда. Он чутко фыркнул. И навострил свой лютый нюх. Глаза округлил. И удобно развалился на боку. И чуть полизал свои передние, мощные лапы.

Повеял тонкий ветерок. На широкой дорожке нарисовалась тонкая тень. На самокате лихо неслась вперёд миловидная девушка по имени Диана Вячяславовна Власова. Тело рослое, стройное. Плечи узкие. Шея тонкая, развитая. Тело гармоничное, статное, красивое. Грудь упругая, второго размера. Соски ярко-розовые, острые. Ноги длинные и стройные. Лицо приятное, белое. Волосы русые, густые, длинные до пояса. И заплетены в косу. Черты лика симметричные. Щёки округлые. Брови тонкие, домиком. Глаза большие, выразительные, цвета бурного родника. Нос как шпилька. Губы полные, алые и прямо бантиком. Видная врождённая от природы тонкая ухмылка. Подбородок округлый. На неё белая, короткая футболка. Низ украшают короткие, джинсовые шорты. На ногах белые кроссовки. И те заметно истёрты. Диана недавно отметила свой восемнадцатый день рождения. Буквально час назад. И отметила скромно стаканом чая и пирожным с кремом. Никто её за уши не трепал. И не кричал громко: «Поздравляем с Днём Рождения…». И свечек на большом, красивом торте она не тушила своим дыханием. Её папа Глеб Власов несколько лет назад покончил жизнь самоубийством. Он просто прыгнул с высокого моста. И миновал по воздуху около тридцати метров. И рухнул грузно на лёд. В его крови нашли большую дозу алкоголя. В тот вечер он сильно поругался со своей супругой. И они долго кричали и выяснили отношения. Дело дошло и до рукоприкладства. Затем мачо сильно хлопнул входной дверью. Чуть не вырвал. И через несколько часов он прыгнул с моста. Ходили слухи, что его бросили с моста пьяные панки. Они типа попросили у него закурить. Им не понравился грубый ответ. И она дружно схватили и бросили Глеба Власова с моста. И тот разбился крепко. Все рёбра себе сломил в теле. И напустил много крови изо рта. Но версия с панками не подтвердилась. Никто не видел никого. И не нашлось никак признаков насилия. Не наблюдалось и отпечатков пальцев посторонних лиц. Его собутыльник Витя Кузин ответил на все вопросы в отделение, куда его оставили из пивнушки «Райские дали». Он бредил много. Но отвечал важно, конкретно и по делу. Он сказал, что, мол, видел Глеба в пивной…И они там много выпивали водки и пива…И что, мол, базарила за жизнь…Но потом сильно поссорились из-за выпивки…Деньги закончились быстро…И они, мол, сцепились…И первым драку затеял Глеб… Он накинулся жутко. И начал бить руками. Я ему дал сдачи…И они так расстались…Он сказал, что, мол, Глеб разбил нос Вите…И типа он сильно расстроился. А затем кто-то угостил его бесплатным пивом…А Глеб уже ушёл из пивной…И блюстители закона решили, что Глеб покончил жизнь самоубийством на почве ревности. Его супруга Глафира Вонифатьева на самом деле ему изменяла. И занималась сексом с разными мужиками. И нагуляла живот. Но после всех событий у неё случился аборт. И она слегка помешалась. И сейчас находилась в психиатрической лечебнице. Она много выпивала. И поймала весёлую белочку и белую горячку. Глафира всё же взяла себя в руки. И уже идёт на поправку. Она много читает, чтобы отвлекаться. И просится на волю. Она много думает о дочке. И мечтает с ней воссоединиться, как родная мать. Дочь Диана уже полгода ведёт самостоятельную жизнь. И сама моет, стирает и работает, ведя продажи своих художественных картин через интернет. Она мило рисует графическим карандашом разные рисунки. Над ней взяла шефство в своё время тётя Клава Дукичева. Та пышка. Грудь седьмого размера. Лицо как мордочка у хомяка. Но тётя много выпивала. И заработала паралич. И теперь находится в больнице. Диана теперь сама занимается собой. И жаждет найти большую любовь.

Повеял тонкий ветерок. Диана Власова крепко держалась за руль самоката. И тот её быстро вёз. Колёса лихо крутились, плотно соприкасаясь с каменной ровной дорожкой. Волосинки русые длинные некоторые распрямились. Их колыхал ветерок. И тот облюбовал миловидное лицо. Диана ощутила прилив свежести. И чувство невесомости её сильно забавляло. Глаза скрывали солнцезащитные, золотистые очки с серебристыми звёздочками. Она округлила глаза. И лихо миновала около ста пятидесяти метров. Самокат лихо мчался вперёд. Колёса слегка свистели. Небольшой, округлый фонарь отдавал блеском. Диана смотрела прямо. И чуть сбавила обороты, миновав парковую дорожку. Она выехала на дорогу. И ту быстро преодолела. Дышала ровно. Лицо слегка порозовело. Она чутко осмотрела улицу. И быстро покатила вдоль каменных зданий. Мысли путались. «Я лечу в парк развлечений…Это будет круто…У меня в кармане есть пять тысяч, которые я могу легко спустить на что угодно…Прямо карман жмёт…Так говорят. Хиихихииии…Я сегодня устрою себе праздник…А как ещё…Моя подружка Мария уехала отдыхать на Кубу…Ну и скатертью дорога…Я немного обиделась на неё…Но всё же она молодец…Она мне написала, что познакомилась с каким – то мачо…И прямо написала, что хочет секса с ним…Вот же дура…Как оно так может? Познакомилась пару дней назад…И пишет какую-то ахинею про секс…Я представляю эту картину…Мария пышка…Как она будет заниматься любовью…Она же тяжёлая такая…Наверное, он овладеет ею в экзотической позе…А как ещё? Она будет сверху…Тогда этому мачо не повезло…Мария весит около ста килограмм. У неё большая грудь… это плюс…Хиихихииии…Что-то я думаю не о том…Она просто спятила моя подружка…Но всего ей наилучшего на Кубе…Может, она уже занимается сексом со своим мачо…Да хватит уже думать о ней…Она меня задела…Типа у меня ещё не было секса…И что такого…А мне он нужен…Твой секс…Тебе он нужен…Ты его и бери…А я еду на своём фирменном самокате в парк развлечений. И мне там будет круто и весело…Я зажгу…У меня полно денег…И я проведу время ярко…Ещё недалеко…И я буду на месте…У меня сегодня день рождения…И мне сегодня можно всё, что угодно…Я хочу весело провести время…И у меня на это сто причин…И главная причина, что мне уже восемнадцать лет…А значит, я могу заниматься сексом…Так говорит моя подружка Мария…Она просто повёрнута на сексе…Ей сейчас девятнадцать лет…Но выглядит она на все додать пять…И такое чувство, что она занимается сексом с пятнадцати лет…Она так много об этом говорит…Это её дело…Надо развеять мысли…Я уже почти на месте…Сейчас я припаркую свой скоростной болид…И пойду в парк развлечений…Я хочу дикого веселья…И пока что не ощутила его…Я хочу драйва и ярких эмоций…Я хочу сходить на американские горки…», – подумала она. Диана легко выдохнула. Она крепко держалась за руль самоката. И чуть прибавила оборотов, лихо растолкавшись. Колёса невысокие тонко засвистели. Диана, стоя на стальной стойке, умело рулила самокатом. И быстро миновала дорожную полосу, на которой повстречала бродячего пса Тимошку. Тот небольшой, бурый. Шерсть тонкая. Голова небольшая. Уши торчком. Глаза округлые, цвета сиропа. Тимошка живёт на улице уже больше пяти лет. Его нерадивый хозяин Егор Барский по пьяному делу утонул в глубокой луже.

Повеял лёгкий ветерок. Диана подмигнула псу. Глаза округлила. И легко оттолкнулась. Самокат живо покатился по тротуару. И колёса тонко засвистели.

Неприступная девственница

Подняться наверх