Читать книгу Нейрокомандор. Книга 2. Пси-Фактор. Планеты дезертиров - Алекс Нагорный - Страница 4

Глава 3. Последствия высадки. Всё только начинается…

Оглавление

Состояние перед боем, то ещё. Стараясь отвлечься окинул взглядом людей напротив, оценивая их моральную составляющую. Вот человек закатил глаза и шепчет что-то под нос, рядом с ним невозмутимый боец в экзообвесе уже в который раз проверяет системы вооружения. Чуть дальше, с виду сильный персонаж, мечется в агонии с залепленным медицинским гелем ртом. Запах мочи заставил поморщиться, а вид намокшей промежности диктует необходимость отвернуться, брезгливо сплёвывая.

Офицер, мерящий шагами отведённую полосу между рядами, не выглядит испуганным, но в ауре читается страх не только от ожидания предстоящего боя, но и удара в спину от заключённых. Повернул голову к входу, где поднятый трап напомнил о иронии судьбы, разделившей всех на живых и мёртвых сразу, как пропустил обречённых через себя.

Левее, в иллюминаторе, рассмотрел космос и кусок планеты, где предстоит сражение. Сравнить не с чем, однако интуиция подсказала о её размерах, превосходящих далёкую Землю раза в полтора, а то и в два. Отсюда она выглядит безмятежно, замерев посреди чёрного космоса с мириадами точек светящихся звёзд.

Вскоре индикаторы по центру прохода изменили цвет с красного на зелёный, среди приговорённых пробежала волна негромких восклицаний, а я собрался с духом, готовясь встретиться с тварями, коих боятся во всём содружестве, с инсэктоидами. Какие они? Не обратил внимания на заработавшую связь в нашем отделении.

– Леон, уснул? – Алиса в который раз пытается достучаться. – Как только ряды выдвинут за борт по направляющим, активируй вооружение!

– Да без проблем! – я попытался скрыть страх. – Девчата, берегите Лису с Хасаном, – напомнил Адептам, – что-то подсказывает о везении нашей троицы, но если их прикончат, то это навсегда! Уяснили?

– Да! – Маха первая подтвердила, на правах выскочки.

– Само-собой! – Лерка подала голос.

– Не разделяемся! – продолжила Рыжая. – Вместе держимся, во что бы то ни стало. Это важно!

– Приказа разговаривать не было! – резкий возглас офицера прервал инструктаж.

Причитавший человек напротив получил удар и заскулил, стараясь не выводить из себя офицера ставшего и надсмотрщиком. Обращение как со скотом, а что я хочу увидеть? Люди вокруг и выглядят как скот в большинстве, а реально готовятся к бою лишь единицы. Закралось сомнение в правоте приговоривших их. Возможно не все беглецы и дезертиры. Заметил одобрительные взгляды в нашу сторону от именно таких вояк, ухмылявшихся перед тем как заглянуть в глаза смерти.

Десантный бот ощутимо тряхнуло и началась вибрация, подтверждающая вхождение в плотные слои атмосферы. Мы закачались в подвесах, синхронно изменениям положения судна. Тряска усилилась настолько, что я серьёзно побоялся перспективы крошащихся зубов и позавидовал бойцу, сунувшему в рот некое подобие боксёрской капы. Продуманно, сразу видно, что не первую высадку переживает…

Грохот близкого разрыва прервал наблюдения, сработала сирена, бойцы заговорили громче, невзирая на ор офицера. Он перестал заниматься неблагодарным делом и удалился к своей системе боевого экзокорсета.

Борт за нашими спинами открылся по всей длине, как и борт за висящими бойцами напротив. Заработали приводы, целиком выдвигая ряды с подвешенными десантниками за пределы корабля. Началась кульминация процедуры высадки и я неосознанно посмотрел вниз.

Под ногами промелькнули белые шапки горного хребта, открывая взору долину с зарослями. Рельеф разный, от полей с низкой порослью до лесов с деревьями исполинского размера. Взгляд выхватывает многочисленные воронки от разрывов по всей поверхности. Цепи укреплений видны ниточками, местами окутанные пожаром.

Попадаются и серьёзные сооружения обороны, с испещрённой взрывами поверхностью вокруг. Спустились ещё ниже и начался шквал разрывов рядом, сверху, снизу… Нас плотно обстреливают, каждый воздушный подрыв сопровождается встряской.

Чуть впереди, по направлению, летят ещё несколько десантных ботов с выдвинутыми за пределы бортов системами высадки. Сзади такая же картина. Вспышки и грохот слились в непрекращающуюся канонаду, а я зацепился взглядом за один из летательных аппаратов, предчувствуя неизбежность.

Бу-у-мм! Первый разрыв попал в систему подвеса, раскидав людей по небу, в вырванных из креплений экзокорсетах. Один пролетел совсем рядом с кровавыми культями вместо ног и рук. Бу-у-мм! Второе попадание стало прямым, разворотив головную часть вместе с кабиной пилотов. Плазма воспламенила внутренности в одно мгновение и охваченное пожаром судно начало заваливаться. Бу-у-мм! Третий разрыв оторвал гондолу с двигателем у летящего сзади нас бота, она пронеслась вперёд и врезалась в нашу корму…

– Вниз!

– К поверхности, или сгорим нахрен!

– Снижайся!

Вокруг поднялась паника.

Разгорался пожар. Люди пытались докричаться до пилотов, забыв о средствах связи и офицере, продолжавшем орать. Но здравый смысл и желание жизни победили. Наш бот начал резкое снижение к поверхности, рассыпая не выдержавших десантников, разблокировавших захваты подвеса раньше времени. Их тросы путались и вскоре первые несчастные коснулись почвы плацдарма, размазываясь о валуны, попадавшиеся слишком часто.

Наконец наш десантный бот застыл, дымя повреждёнными силовыми установками, готовыми взорваться в любую секунду. Активация сброса, свободное падение, срабатывание системы торможения и удар…

Я кувыркнулся несколько раз по инерции, остановился в полуприсяди и немедленно завертел головой вокруг, отыскивая своих девушек с Хасаном. Все на месте, кроме Алисы, чуть-чуть не свалившейся мне на голову, покинувшей борт корабля последней, как командир отделения.

Буу-мм! Близкий подрыв осыпал нас кусками пород и грязью, а по лицу потянулись струйки влаги. Даже не придал значения мелкому дождю.

Буу-мм! Недалече ещё жахнуло, причём, нечто более серьёзное, сотрясшее почву и взметнувшее в серую мглу неба огромный столб огня. Я невольно упал, прикрыв голову.

– Бегом отсюда! – Рыжая заорала, поднимая меня и подталкивая. – Держитесь за мной, я сверюсь с координатами высадки! Да шевелитесь, счас бот рванёт! – призвала к скорейшему выдвижению. – И активируйте наконец связь!

Несколько шагов до троицы друзей, залёгших между двух камней, и следом забег под постоянным обстрелом, прервался вспышкой и грохотом донёсшимся сзади.

– Хана кораблю! – констатировал, не в силах обернуться.

– Держимся вон той высоты, – Рыжая на бегу указала направление.

Буу-мм! Буу-мм! Совсем рядом разорвались сразу два боеприпаса, справа что-то звонко ударило в экзокорсет, точно в районе плеча. Манипулятор руки заклинило и я потерял управление, двигать локтевым сочленением обвеса теперь тяжеловато.

– Да чтоб его яйца размололо измельчителем! Этого ещё не хватало! – Алис нервно выругалась. – Главное бежать можешь, а там на высотке есть укрепления.

– Их спасаем?

– Нет, это край плацдарма обороны. Участок со стороны выхода горного каньона перекрывает! Давай, резче!

Так и бежим, постоянно пригибаясь под градом грунта, выбрасываемым частыми подрывами. Рядом, метрах в пятнадцати, торопится ещё одно отделение. Только успел глянуть в их сторону, как группу бойцов накрыло плотным огнём. Мы упали, а через секунду перед моим лицом упала оторванная нога с частью экзокорсета. Не успел отреагировать, как нас снова подняла Алиса, заставляя бежать дальше.

Вскоре я перестал обращать внимание на обстрел, впрочем как и друзья. Забегу сопротивлялась природа планеты, превратив в липкую грязь почву под ногами. Мы увязали, иногда падали и я отдал должное экзокорсету, великолепно справившемуся с липкой субстанцией. Не уверен, что без этого гаджета войны мы бы смогли противостоять природному капкану. В итоге адского забега добрались до прохода, ведущего к оборонительной точке на высоте, когда сзади ещё раз шарахнуло. В спину ударила волна, опрокинувшая меня лицом вперёд, звук попадания в корсет осколков заставил нервничать и делать само диагностику.

Выкопанный лабиринт принял признаки цивилизации и слегка углубился, скрыв нас бетонными стенами и сводом от града разрывов. Однако, никого по пути, внутри оборонительного сооружения, не встретили, что насторожило.

– Снимай это барахло, – Алиса указала подбородком на обвес. – Хана корсету.

Я выбрался из механического помощника не проронив ни слова, осмотрел бесполезную вещь, отмечая множественные попадания, вырванные куски брони и раздробленные сочленения манипуляторов конечностей рук. Подумал о везении с ножными, иначе не добрался бы, всех подставив.

Алиса провела рекогносцировку, считав и изучив план-схему фортификационного сооружения. Файл нашёлся тут же. Человеку, точнее бойцу экспедиционного десантного корпуса, нужно всего-навсего прикоснуться к сенсору под табличкой с изображением лабиринтов.

Отыскали единственный из десятка уцелевший каземат с двумя амбразурами, направленными секторами ровно на центр выхода из горного каньона. Справа и слева от него отвесная стена, на её вершине начинается плато с которого просто так не спуститься.

– Что дальше? – правомерный вопрос задал Хасан.

– Держимся тут, более нам ничего не остаётся, как не крути, – пожала плечами Алиса, избавившись от своего экзокорсета. – Снимайте, в здешних условиях это лишнее. Сейчас проверю заряд и состояние энергощитов, может что и осталось рабочее. Кстати, а вы осваивайте орудия, – махнула в сторону амбразур. Тут две точки управления верхними турелями спарок импульсников, я заметила что это противоабардажный, корабельный вариант. Ими Займутся Мария и Хасан. Мы с Леоном поработаем наводчиками стационарных рейлов, а Валерия обеспечит нам своевременную перезарядку. Всем всё ясно?

– Куда уж непонятнее! – ребята кивнули в унисон.

– Исполняйте! – голос Рыжей наполнился нотками командующей, властной особы, соответствующей её реальному статусу. – Это не школа, ошибки не прощаются, а о пересдаче зачётов – забудьте!

Не успела толком завершить напутствие, как снаружи затихло. Обстрел площадей прекратился, звенящая тишина резанула по слуху. Мы не сговариваясь прильнули к визирам дальнего обзора, кои имелись с запасом.

– По местам! – рявкнула Рыжая.

Я сменил окуляры стереоскопа на монокулярный прицел рейла, продолжив осмотр выхода из каньона. Слева клацнул затвор, пришли в действие нагнетатели обоих орудий. Поиск цели начался.

– Не разменивайся на пехоту и мелкую технику, – уточнила Алиса. – ими займутся импульсники, а наши цели крупнее.

Промолчал, впившись взглядом на мчащуюся лавину инсэктов, подпускаемых нашими операторами турелей ближе, на расстояние кинжального огня. Поразился, отметив сходство в конструкциях экзокорсетов, брони и обвеса. Признаки антропоморфности налицо, но задавать уточняющие вопросы не стал, трезво оценивая возможность пропустить важные цели для себя. Первые два робокорпа появились в зоне видимости. Они не спеша продвигались к нашим позициям, и отличались наличием второй пары передвижных манипуляторов. Торсы конструкций более приземистые.

Приближение активировал интуитивно, как оказалось, моя сеть иного происхождения легко интегрируется с нейро-управлением орудия, что порадовало. Прикинул дистанцию и терпеливо ждал, не отвлекаясь на росчерки импульсов, пересекавших обзор с обоих направлений. Трассы заметно приблизились, дрожь попаданий в щиты добавила неприятных ощущений боя. Рядом рвануло, посыпалась пыль и крошка, осколок бетона оцарапал щёку.

– Выцеливай стыки, мать твою! Не спи Леон, возьми правее! – услышал холодный голос принцессы в гарнитуре связи.

Довернул станину, загудевшую приводами. Сразу сбил приближение, наткнувшись на робокорпа, продвинувшегося очень близко к позиции. Принял поправку и осмотрел броню, отыскав еле уловимый признак стыка чешуйчатых пластин.

Выстрел! Инверсионный след за мгновение уткнулся в броню, обозначив место попадания расплавленными краями борозды срикошетившего боеприпаса, разорвавшегося в нескольких метрах. Перезарядку обеспечила Лерка, хлопнув по плечу в знак готовности орудия. Я не выпускаю цель из виду, даже не среагировал на ругань Хасана, витиеватую и эмоциональную, по поводу численности атакующих.

Решив не изводить драгоценные заряды осмотрел сочленения так называемых «ног» боевой машины. Вновь загудел нагнетатель ускорителя. Задержка, и выстрел! Попал в крепление подвижных приводов и порадовался, когда из разорванных патрубков фонтаном забила гидравлическая жидкость. Перезарядка, и следующим попаданием я вывел из строя оба манипулятора с одной стороны. Робокорп завалился, открыв уязвимые места корпуса снизу.

Огонь из разгонных орудий механизм инсэктоидов прекратил, а я немедля занялся расправой. Выцелить тонкую броню днища труда не составило, очередной боеприпас пронзил пространство инверсионным следом и закончился оплавленным отверстием. Мгновение спустя из него вырвалось пламя под невообразимым давлением, как из горелки для резки металла. Ещё через мгновение отделение с силовой установкой полыхнуло и из машины посыпались члены экипажа, встречаемые огнём импульсников турелей.

Переключился на второго робокорпа. Алиса уже выбила несколько лепестков бронепластин, облегчив задачу. Лерка мечется с боеприпасами, обеспечивая своевременную перезарядку, продиктовав нам ритм и очерёдность обстрела. Мой боеприпас ударил в тоже место, куда попала Рыжая и механизм разорвало. Куски боевой машины разлетелись под сопровождение растущего огненного шара плазмы.

– Боекомплект жахнул, – подвела итог Принцесса. – Считай, что первую волну отбили.

И действительно, уцелевшие инсэкты остановились. Хасан с Махой поливают их с большим процентом попаданий, заставляя пятиться и переходить в отступление. Под непрекращающимся огнём инсэкты исчезли за скалами выхода из каньона.

Первая атака засчитана отбитой.

– Итак, чего и сколько осталось по боекомплектам? – лейтенантша последней оторвалась от прицела. – Подсчитать!

Сама же железная леди занялась осмотром сектора прильнув к стерео окулярам визира, сосредоточенная, не похожая на себя обычную, даже когда злилась.

Подсчёт и короткий доклад каждого не повлиял на девушку, всматривающуюся в промозглый воздух. Мы присоединились к наблюдению, рассматривая раненых инсэктоидов, скидывавших технический обвес, выбиравшихся из экзокорсетов и ползущих к единственному укрытию за несколькими валунами у самого выхода каньона. Я оторвался от наблюдения и тронул Алису.

– Может есть боеприпас, подходящий для накрытия берлоги? – задал вопрос с надеждой рассматривая маркировку на контейнерах.

Каждый боеприпас упакован отдельно, наверное во избежание детонации. Посетила мысль о ленточной подаче, но озвучить её не успел. Рыжая скомандовала подготовку к отражению новой волны атаки…

Так продолжалось три раза подряд с минимальным разрывом во времени. Я выдохся, не говоря о Хасане или Алисе, ведь они точно люди, а не субстанция из материи неподвластной точному определению и описанию. Щиты энергетической защиты сдались после прямого попадания в главный распределитель. Инсэкты вычислили его нахождение и обстреляли концентрированно, сосредоточились, так сказать, и добились успеха.

В моё орудие попал шальной импульс и заклинил поворотный механизм, оставив возможным лишь горизонтальное наведение. Ворочая вправо и лево я посылал заряды во всё, что попадало в перекрестие прицела, но не долго. Последний боеприпас разорвался в группе атакующих после попадания в особь, распотрошив её и вывернув наизнанку. Дальше настала очередь борьбы в замкнутом пространстве коридоров и тоннелей лабиринта укреплений.

Алиса была ранена и медицинский гель уже не справлялся с кровопотерей, впрочем, нам всем изрядно досталось. Хасану практически перерубило часть ступни, но здешняя медицина способна с этим справиться по словам Рыжей, главное что бы нас вовремя нашли. Ранения различной тяжести есть уже и у меня с Махой и Леркой, но нам легче, ведь мы Адепты со всеми вытекающими.

Рыжая перекрыла все работающие бронированные створки, изолировав наш сектор вместе с бункером. Покидая каземат, заминировала оставшиеся боеприпасы и установила таймер подрыва, прикинув время продвижения инсэктоидов. Мы замерли в одном из помещений, перед наспех наваленной баррикадой, ожидая момента последнего столкновения. Беспокойство овладело, но не за свою жизнь. Страх потерять Алису вторгся в сознание и заставил сжаться сердце, но я противоборствовал этому, стараясь бодро вести себя и выглядеть соответственно.

– Слушай, – обратился к Рыжей, стараясь и её отвлечь от мрачных мыслей. – А где обороняющиеся? Такое сооружение и покинуто? Только мертвецы одни.

– А что такого? – Она пожала плечами и поморщилась от боли. – Направление сочли прорванным, не разбираясь.

– Но?

– Да не тут сочли, а на основной блок-базе, где расположилось командование планетарной группировкой. Оттуда пришло указание и позиции оставили, – добавила.

– И всё же?

– Представь, что оно, командование это, находится на другом полушарии, – вздохнула. – Подсчёт потерь ведут, и вполне вероятно, что анализ показал нерациональные потери живой силы на этом участке. Естественно, вычислители в башках командующих не видят, что повлечёт сдача этой высотки на общем театре. Результат все из нас видят и ощущают своей собственной шкурой.

– Но нас же сбросили сюда?

– Не факт, что мы добрались до назначенной точки сброса, ведь нас…

Договорить судьба не позволила.

Серия отдалённых подрывов сотрясла подземные укрепления. Мы лишь успели лечь и ухватиться за что-нибудь, когда первый мощный удар приподнял всё в помещении, выбив опору, и обрушил назад, вниз, с такой силой, что пришлось ощутить ломающиеся рёбра в груди. Второй удар сопроводился вспышкой сверху и грохотом, лишившим слуха. Лёжа на спине увидел срывающийся потолок с частью стен, уносящиеся в сторону, противоположную выходу из злополучного каньона.

Сознание помутнело, я обнаружил, что схватил мёртвой хваткой запястья Алисы и Валерии, лежащих и смотревших вверх с ужасом, и переполненными страхом. Увидел и Хасана, обнимавшего Машку, прикрывшего девушку своим телом, и далее, тьма овладела мной…

* * *

Очнулся резко, от захватившего чувства страха за жизни друзей и, как следствие, паники. Вижу потолок, но перед ним свод из прозрачного материала, говорящий о нахождении внутри медицинской капсулы или под изолирующим колпаком. Стойка рядом выводит на несколько мониторов информацию о текущем состоянии организма.

Попытка двинуться не дала желаемых результатов. Я закреплён, причём надёжно. Боль в груди напомнила о сломанных рёбрах и я пожалел об отсутствующих рядом девчатах, ведь наши организмы прекрасно справляются восстанавливая друг друга. Эта мысль заставила скосить глаза сначала вправо, затем влево и уже потом вдоль тела к ногам. Похоже, что и палата отдельная, вот только ни оборудование вокруг, ни отделка стен помещения не говорят о месте нахождения. Корабельный ли это лазарет, или медицинский комплекс в бункере какой-нибудь блок-базы? Непонятно.

К счастью в палату вошли двое, молодая девушка и седой джентльмен в униформах медперсонала. Догадался, узрев монотонность одеяний. Мужчина немедленно проследовал к стенду с аппаратурой, а девушка уставилась на меня в недоумении, после чего, не поворачиваясь тронула за рукав доктора. Тот глянул искоса и проверил консоль с изображением голограммы моего тела. В районе грудной клетки я приметил, что большинство рёбер и кости таза помечены красным.

– Невероятно! – удалось разобрать возглас через защитный полог-сферу. – Он ещё и в сознании.

– Согласен, – доктор нахмурился, углубившись в изучение потоков данных. – Побудь с ним, я за полковником, – высказал уходя из палаты торопливым шагом.

Голоса почти не слышно, но по мыслеобразам и губам я смог понять короткий диалог.

Посмотрел на девушку умоляющим взглядом, как бы прося поговорить хоть минуту, пока старшие отсутствуют. Проиллюстрировал просьбу пантомимой с открывающимся беззвучно ртом. Через несколько секунд она поняла суть и активировала переговорное устройство.

– Я иду на преступление, разговаривая с вами, – затараторила скороговоркой. – У нас есть не больше минуты!

– Остальные четверо, что нашли со мной? – выкрикнул главный вопрос. – Что с ними?

– А где вы, и что непосредственно с вами? – перебила вопросом. – Это не интересно?

– Нет! – моё нетерпение резко переросло в гнев. – Только то, что спросил. Так как?

– Скажите, как давно вы с ними знакомы?

– Да какого, хрена собачьего, происходит? – я сорвался.

– Пятеро ваших друзей чувствуют себя лучше, чем вы, – наконец прояснила ответом и ввергла в смятение озвученной цифрой.

– Как пятеро? Ты меня понимаешь? Я говорю о тех, кого нашли вместе со мной!

– Ну, пятый не совсем человек, скорее питомец одной леди, учинившей погром при попытках избавиться от… Э-ээ…

– Понял! Успокойтесь, мы сами не знаем, кто это, – поспешил с помощью. – Как себя чувствуют люди?

Договорить нам не позволила распахнувшаяся дверь.

На пороге появился всё тот же доктор с человеком в форме, и полупрозрачной накидке для дезинфекции. Девушка отошла к аппаратуре, а оба гостя остановились, испытующе смотря мне в глаза. Пауза затягивалась. Я открыл было рот для возобновления вопросов, но визитёр, в чине полковника, отрицательно покачал головой.

– Не забывайтесь, вы дезертир и находитесь тут лишь благодаря великодушию командира гарнизона базы, – отчеканил как сталь в грудь вогнал. – Это плата за самоотверженность и признание заслуги. Оплачены процедуры из личного бюджета командующего. Так что, разговаривать вам запрещается. За дверью вооружённая охрана, на случай попытки выхода, хотя в этом нет нужды.

Доктор отвлёк его, обращая внимание офицера на монитор, развёрнутый к ним на гибком шлейфе-держателе. Полковник хмыкнул, покосился на меня и вновь выслушал докладчика, прежде чем продолжить.

– Так вот, я считаю это излишней перестраховкой, – эмоционально посмотрел куда-то вверх. – С вашим отделением всё в норме, я придержу их до вашей поправки, чтобы вместе отправились отбывать наказание. Вполне возможно, что члены комиссии примут во внимание самоотверженность и вклад в удержание плацдарма, оценят и смягчат приговор. Прогулки скоро разрешат, там и увидитесь с друзьями, потерпите. Кстати, из всех десантировавшихся выжили только вы пятеро, плюс, э-ээ… – закатил глаза и защёлкал пальцами. – Ну вы поняли, – завершил предложение, не найдя названия космическому грызуну.

Закончив монолог он развернулся и вышел, не забыв деактивировать голосовую связь капсулы, изолировав меня от внешнего мира. Доктор ещё побыл какое-то время, проверяя показатели, и удовлетворившись удалился, а я вновь остался один в палате. Доза усыпляющего газа, заботливо предоставленная девушкой, подействовала, погрузив меня в царство Морфея…

Дни потекли похожими друг на друга, напомнив известную постановку Земного кинематографа под названием «день сурка», с повторяющимися процедурами проверки работы регенеративной капсулы и чередованием снятия физических показателей. Конечно же сон, как лучшее лекарство.

Вести счёт времени наскучило через неделю прозябания, и я не придумал ничего интереснее, как эксперименты со своим организмом. Приходилось бодрствовать и менять свою сущность ночью, во избежание шока у невольных свидетелей.

Полное изменение структуры удалось добиться только однажды, когда сгустки клубящейся массы материи серо-синего цвета заменили мне тело, оставшись в границах размазанными очертаниями. Видеть со стороны происходящие со мной метаморфозы не показалось удачной затеей, посему я перестал эти занятия, предположив адекватную реакцию неожиданных наблюдателей.

В конце концов, настал тот долгожданный, счастливый день прогулки. Суровый боец в легко бронированном комбинезоне вошёл вместе с доктором, проследил за моими сборами и жестом пригласил следовать за собой. В коридоре, достаточно светлым, отделанным панелями скрывающими бетон и коммуникации бункера, к нам присоединился его близнец по форме и экипировке, сопровождая меня в арьергарде.

– Надеюсь, друзья меня уже ждут? – обратился к молчунам.

– Не положено! – рявкнул замыкающий. – Следуй молча, тварь! – ощутимо приложил прикладом в спину.

Сопровождающий идущий впереди резко обернулся, взгляд устремил мне за спину, злобный и принадлежащий человеку пережившему рукопашную. Лицо со свежими рубцами, следствием многочисленных порезов осколками, не даёт усомниться в этом.

– Заткнись Стрейкон, – он прошипел, а не сказал. – Ты ещё много не знаешь, в отличии от этого салабона, – мотнул головой в мою сторону. – Даю слово, вонять будешь после первого боя обделавшись, в буквальном смысле. А эти пятеро попали в такую молотилку, когда помимо врага, ещё и от своих огребли. С орбитальных носителей по плацдарму ударили, якобы сданному инсэктоидам…

Названный заткнулся и молча провёл весь оставшийся путь.

Несколько поворотов, пологий подъём к лифтовой шахте. На выходе из кабины меня встретили коридоры с привычными шлейфами кабелей и армированных труб под потолком и по стенам.

Декоративными покрытиями тут не пахнет, все коммуникации находятся на виду, чередуясь с распределительными блоками, равноудалёнными друг от друга и, иногда, дающими начало новым веткам технических магистралей. Стены напомнили мне земной железобетон, очень похожими характерными признаками заливки полостей раствором с армированием, периодически проступающим наружу и нескрываемым.

Блок-база размещена на возвышении, во вполне живописном месте. С одной стороны лес с деревьями исполинского размера, с флорой у оснований, что я привык называть зарослями кустарника. С другой, река средней величины и бурным течением. С тыла плацдарм прикрывают скалы, вершин которых я не вижу, из-за низкой облачности.

Место выделенное для прогулки расположено рядом с посадочной площадкой атмосферников. Элементы оборудования предназначены для быстрого пополнения боекомплекта. Несколько гравитационных направляющих небольшого размера с транспортом, гружёным контейнерами с боеприпасами разгонников, я узнал сразу по маркировке, виденной в каземате высотки.

Автоматический транспортир подходит змейкой, начиная от складских бункеров. Видимые с нашего места прогулки платформы перераспределения снабжены подвесными манипуляторами. Персонала не видно, кроме дюжины охранников, плюс те, что охраняют нашу банду в потрёпанном боем обмундировании. У некоторых сорвало наколенники с налокотники, а у Алисы осталось всего пара броневставок в ячейках куртки.

Друзья ждали с нетерпением выразившимся в первую очередь запрыгнувшей в объятия Машкой, обвившей меня и ногами и руками. Затем чреда поцелуев куда попало, причём уворачиваться я пытался, но бестолку. Остальные выразили радость более скромно, но не менее эмоционально.

– Прекратили! – рявкнул охранник. – Разговаривать запрещено, гуляйте и довольствуйтесь тем, что вместе и видите друг друга.

– Казёл, – с Леркиных губ сорвался угрожающий шёпот. – Вечно одёргивает. Кстати, всех держат в одиночках, – довела до меня очевидное. – Может перемочим всех? У нас с Машкой способность пси к транс-ускорению полностью контролируется, как у тебя.

– Тс-с! – Алиса заставила подругу умолкнуть. – Ну-ка, давайте в круг, – показала пример, подтянув меня и опершись лбом в мой лоб.

Дождались, когда все соприкоснулись лбами, уподобив пятёрку человек с пятиконечной звездой, если сверху смотреть. В на руках мелкой блондинки очутился подобранный на корабле зверь, которого она протянула в центр. Четверо друзей взялись за руки, создав чудику вольготные условия. Я удивился, автоматом следуя их примеру и берясь за руки присоединился к странному ритуалу. Мой мимический вопрос возник перед взглядами компании, когда лбы разъединились. Положения рук, кстати, никто не изменил и удаляться на более далёкую дистанцию не спешил. Своего рода, кружок получился.

– Опять молитесь своим богам? – скорее утвердил надсмотрщик, чем задал вопрос. – Ну-ну. Может поможет на собрании комитета, – хмыкнул, добавив ноток скепсиса. – Там ваши отмороженные головы ждут не дождутся, может после судилища отправят на более лучшую планету.

– Да, – парировала Машка, на правах хозяйки Шу. – Мы родом с планеты, где в сложных ситуациях пятеро соприкасаются лбами и склоняются над священным животным, – подмигнула мне.

Шу не понравилось столько внимания, выданного не порционно, как он привык, а сразу. Внезапно зверь стал пушистым шаром, с массой острейших игл, жала которых не причиняли нам вреда, вероятно повинуясь его желанию. Что там внутри с ним происходило, и как он вертелся – мы не видели, а лишь наблюдали движение игл с перемещением ушей, направляющихся к говорящему.

– И всё же, чем мы занимаемся? – я поинтересовался перейдя сразу на общение шёпотом.

– Как ты? – проигнорировала вопрос Рыжая.

– Отлично, хоть и были неприятные моменты.

– Тебя почти сплющило куском рухнувшего с высоты перекрытия, – продолжила доклад. – Нас чудом не зацепило, ты вытолкнул в последний момент.

– Не помню, – среагировал дежурной отговоркой. – Сейчас больше интересует то, что мы вообще будем делать. В глобальном смысле. Ты же не думаешь, что пресловутые Адепты, коими мы являемся, смогут что-то изменить будучи приписаны в дезертирские полки? А?

– Ну… – протянула.

– Ну и как восстанавливать монархию? – я продолжил натиск вопросами. – Реабилитация в твоей галактике существует?

Надсмотрщику не понравился мой усиливающийся голос и он ударил, ощутимо. Рёбра отозвались болью, распространившейся по грудной клетке и выстрелившей в область таза, как последствия недавнего состояния, «всмятку». Еле сдержался от вопля.

– Ещё раз и прогулку закончишь! – добавил деспот. – Остальных, так же касается! – рявкнул во всеуслышание.

Мы вернулись к начатой теме экстренного совещания.

– Продолжим?

– А смысл сейчас дёргаться? – меланхолия Алисы выглядит слегка наигранной. – Есть только один шанс – реальная реабилитация, кстати, она и поможет вам четверым легализоваться в Содружестве. Хасану уже установили нейро-сетевой имплант за заслуги, как личный подарок командующего планетарными силами. Я уже загружаю его базы рукопашными примочками. Владение холодным оружием подтягиваем до местных реалий, хотя он и так неплох, – подметила, а молчун покраснел. – Будем ждать окончательного приговора, а самое главное знаете в чём?

– Не делай мне непонятку, – я среагировал в манере одессита. – Не трать последний нерв, это больно.

– Нам не угрожает уничтожение по чей-то прихоти, – она понизила шёпот до едва различимых звуков. – Нейросеть не снабдили программой самоликвидации, посчитав, что это уже сделали ранее.

– А проверить им ума не хватит?

– А я считала показатели нейро-активности с соседей по зловонному трюму, – улыбнулась с загадкой. – Вам передам параметры имитации и всё будет айс. Запросто сможете смоделировать со своими возможностями разума…

Договорить нам не дали, скомандовав построение и, окружив, повели в другой, административный блок эшелонированной цепи фортификационных сооружений. Огромное, как показалось вначале, пространство центральной блок-базы полностью используется. Сверху это скопление приземистых строений с бойницами, входов в бункеры, автономных огневых точек с различным вооружением, а под поверхностью, покрытой чем-то каменным, мраморным или гранитным, простирается сеть лабиринтов основного назначения.

Шли быстро, почти бежали, что мешало хорошенько осмотреться, но несмотря на приложенные усилия в создании помех проводниками-конвоирами, кое-что разглядеть удалось. В полостях пород под территорией оборудованы многочисленные залы. Отведены сектора и зоны для личного состава и малогабаритной техники, склады и накопители грузов, ждущих распределения по блок-базам плацдарма.

Коммуникации завязаны в единое целое, прорезая транспортными артериями комплекс бункеров и казематов. Вероятно, что обеспечение расходными материалами, типа боеприпасов и других требующихся поддержанию обороны вещей, происходит автономно, независимо от загруженности магистралей личным составом.

Бункер, избранный для обсуждения нашего дела, встретил ожидающим комитетом из офицеров высшего командного состава. Никакой мебели, одни голые стены с проводкой в армированных кожухах, источники света по периметру и несколько дверей шлюзов. Обычный зал на перекрёстке тоннелей, встречаемых нами неоднократно по пути следования.

Нас выстроили в шеренгу приказав молчать и слушать. Я ожидал чего угодно, например разбирательства, проясняющего причину обнаружения живого лейтенанта, командира отделения, Алис Ларсен, вопреки гибели всего личного состава на обороняемой планете, но оказался неправ.

Нейрокомандор. Книга 2. Пси-Фактор. Планеты дезертиров

Подняться наверх