Читать книгу Крым и крымчане. Тысячелетняя история раздора - Александр Бушков - Страница 1

Пролог
Как нам было весело…

Оглавление

Нам и в самом деле было чертовски весело, мы смеялись, шутили, а порой и хохотали в голос. И упрекать нас за это не стоит. Невозможно было оставаться серьезным, знакомясь с новыми эпохальными открытиями историков незалежной Украины…

Начиналось, в общем, довольно скромно, как оно порой и бывает. Всего-навсего украинские лихие «новые историки» выдумали мифический народ – «древних укров», в незапамятные времена создавших могучую державу, светоч цивилизации, вольно раскинувшуюся посреди чащоб и буераков, по которым бегали дикие европейцы в звериных шкурах. Язык этих самых укров как раз и лег в основу главных европейских языков. А великий вождь гуннов Аттила – на самом деле славный атаман укров Гатыло.

Аппетит, как известно, приходит во время еды. Эпохальные открытия множились. Нет, не в Европе древние укры народились. Они – потомки атлантов, спасшихся после гибели легендарного континента. Обосновавшись в Египте, древние укры создали там государство и построили великие пирамиды. Доказательства железные: на древнеегипетских барельефах изображены, точка в точку, классические украинцы: голова выбрита наголо, только посередине торчит чуб-оселедец, именно та «чупрына», которую носили запорожские казаки. И вообще, слово «Иерусалим» взято из языка древних укров и означает «казачья стоянка».

(Самое интересное, что в точности с такими же прическами не так уж и давно щеголяла часть индейцев. Однако украинские историки-мифотворцы никогда не проявляли ни малейшего желания породниться еще и с американскими краснокожими. Понять их легко: ни к чему такие родственнички, никакой цивилизации не создавшие, жившие чуть ли не в первобытнообщинном строе. Гораздо престижнее происходить из Атлантиды и быть основателями древнеегипетского царства…)

Но ягодки были впереди. «Украинский язык – один из древнейших языков мира. Есть все основания полагать, что уже в начале нашего летосчисления он был межплеменным языком. У нас есть основания считать, что Овидий писал стихи на древнем украинском языке. Древний украинский язык – санскрит – стал праматерью всех индоевропейских языков. Украинский язык – допотопный язык Ноя. Самый древний язык в мире, от которого произошли кавказско-яфетические, прахамитские и прасемитские группы языков».

Сплошь и рядом авторами этих откровений были не какие-то там недоучки-журналюги и не городские сумасшедшие – наоборот, профессиональные историки, остепененные и титулованные. Один из вышеприведенных перлов напечатал профессор с интересной фамилией Дубина. А в 2006 году из уст некоего пана Кононенко прозвучало следующее, когда речь зашла о древней Индии: «Один из родов, упоминаемых в эпосе «Махабхарата», был украинским и вышел с Припяти». Прозвучало это не в пивной после десятой кружки и не в палате специфического медицинского заведения, а на научной конференции в Киеве. И пан Кононенко – академик, директор Института украиноведения. Такие дела…

Но и это еще не все. Позже даже происхождение от атлантов показалось чуточку плебейским. И появились откровения, по которым древние укры – уже потомки инопланетян, в незапамятные времена прилетевших на Землю то ли с Сириуса, то ли с Венеры. «В основе санскрита лежит какой-то загадочный язык «сансар», занесенный на нашу планету с Венеры. Не об украинском ли языке речь?»

С историей тысячелетней давности обстояло просто: Древняя Русь представала исконно украинской державой, к которой никакие москали, никакие русские не имели отношения. Там говорили по-украински, писали по-украински, и все князья были сплошь украинцы. Выпало так, что мне самому пришлось столкнуться со сторонниками этой теории. В одной из книг, разбирая классическую версию гибели вещего Олега от укуса змеи, я выразил сомнение, что змея могла прокусить сапог из грубой кожи. На что получил суровую отповедь от «щирых» украинцев, писавших: это ваши москальские князья, варвары северные, носили сапоги из грубой мамонтовой кожи, а уж у нашего украинского князя Волега сапоги, как и подобает цивилизованному человеку, были из замши, тончайшей, искусно выделанной кожи, которую змея прокусит как бумагу…

С более близкой по времени историей обращались столь же панибратски. Оборона Севастополя во времена Крымской войны оказалась «страницей боевой славы украинских войск» под предводительством адмирала Нахименко (а храбрый матрос Петр Кошка на самом деле – Петро Кишка). Мятеж на броненосце «Потемкин» в 1905 году под красным флагом? А вот вам, москали! Будет врать! На самом-то деле команда броненосца, сплошь состоявшая из щирых украинцев, под «малиновым козацким флагом» выступила против клятых москалей за создание самостийной украинской державы…

Как-то в Интернете я сделал ироническое замечание: если так пойдет и дальше, украинские новоисторики начнут доказывать, что и Адам с Евой говорили на чистейшем украинском языке. И немного ошалел, когда мне вполне серьезно ответили: нечто похожее уже излагается украинскими учеными мужами без тени улыбки…

В том-то, повторяю, и беда, что эти откровения с самым серьезным видом излагали ученые. Правда, иногда они приходили прямо-таки в тягостное недоумение. Одна молодая дама, доктор исторических наук, выступая перед публикой и заговорив о Галичине, недрогнувшими устами изрекла: «Галичина до 1939 года находилась в составе Австро-Венгрии». Доктор! Исторических! Наук! Для тех, кто малость подзабыл историю, напомню: Австро-Венгерская империя распалась в 1918 году, с того времени и до осени 1939 года Галичина пребывала в составе Польши…

Мы смеялись. Нам было весело. Все это казалось чем-то несерьезным, затянувшимся розыгрышем, шутовским балаганом, который скоро надоест самим украинцам. А тем временем эти «исторические» откровения широко пропагандировались, получали официальную поддержку и даже помаленьку просачивались в школьные учебники…

Разумеется, мы знали и кое о чем другом, смеха уже не вызывавшем. Знали, что «борцами за свободу Украины» на государственном уровне объявлены выродки из дивизии СС «Галичина», не снискавшие ни капельки боевой славы на фронте, зато печально прославившиеся террором против партизан и мирного населения. Что в той же Галичине, на Западной Украине, проходят демонстрации, возглавляемые недострелянными в свое время дедушками-эсэсманами (притом что вся СС решением Нюрнбергского трибунала признана преступной организацией). Что тогдашний президент Украины Ющенко (отпрыск охранника из немецкого концлагеря) учредил орден Мазепы и посмертно присвоил звание Героя Украины Роману Шухевичу, эсэсовскому палачу, бандеровцу. Что вовсю раскручивается миф о «голодоморе», голоде 1932–1933 годов. Хотя голод этот (а он реально был) затронул и множество русских областей, украинские «свидомые» с пеной у рта защищали свою версию: «голодомор» ограничился исключительно Украиной, а устроили его клятые москали, чтобы выморить ненавистных им вольнолюбивых украинцев. Случались, правда, досадные проколы – например, с посвященной «голодомору» фотовыставкой. Оказалось, что часть снимков изображает не «умирающих от голода украинцев», а голодающих Поволжья (1922) и даже… изможденных американских безработных во времена Великой депрессии 1929 года. Этот и подобные казусы ничуть не повлияли на рвение кликушествующих о «голодоморе».

Вот тут уже было не до смеха. Однако и тогда мы полагали, что это какое-то кратковременное помутнение умов, вроде нашей «перестройки», и, в конце концов, украинцы опамятуются, как опамятовалось у нас множество «бойцов перестройки». Они же вменяемые люди! Была надежда, что опомнится и Галичина. Я вполне дружелюбно общался с молодыми галичанами и по Интернету, и вживую в Киеве: нормальные парубки-дивчины, не питавшие ни злобы, ни ненависти…

Надежду на выздоровление прибавляло еще и то, что вместо (нецензурно) Ющенко президентом Украины стал Янукович, во многом – полная противоположность предшественнику. И в книге, вышедшей в 2011 году, я писал то, во что искренне верил: «Нынешняя украинская власть, насколько можно судить уже теперь, в отличие от прошлой вменяема и ответственна. Пусть медленно, но явно разворачивается процесс нормализации отношений между Россией и Украиной, который обеим странам принесет только выгоду». Мы в это верили всерьез…

Правда, что-то на душе было тревожно. И потому я продолжал: «Одна беда: хотя «свидомая оппозиция» определенно переходит в разряд политических маргиналов (мне и в самом деле так тогда казалось! – А. Б.), основания для беспокойства остаются. Потому что те, кто сочинял сказки о строительстве древними украми египетских пирамид, провозглашал эсэсовцев героями Украины, фальсифицировал историю, никуда не делись. Они просто-напросто потеряли государственную поддержку – но остались прежними с теми же лозунгами, завиральными теориями и людоедской пропагандой. Так что успокаиваться рано».

Я не пророк и не провидец, а потому многого недоучел и многое недооценил. Маргиналами «щирые-свидомые» не стали. И государственную поддержку они нашли – правда, уже у другого государства. И начался новый, практически в открытую управлявшийся американцами очередной Майдан, на сей раз кровавый. И раскрутился маховик натуральнейшей гражданской войны, где счет жертвам идет уже на десятки тысяч, и значительная их часть приходится на мирное население.

И однажды меня словно током прошило: а ведь эти совсем молодые «батальонцы», что зверствуют сейчас на Донбассе, украшая свои знамена и себя нацистской символикой, как раз и воспитывались на тех бреднях, над которыми мы смеялись! Мы – смеялись, а они – воспитывались… Господи, как больно-то…

Но я не о том. В стороне от этого кровавого безумия остался только Крым. Потому что волей подавляющего большинства жителей полуострова вернулся в Россию. И я сел и написал эту книгу.

Она посвящена отнюдь не только истории одного Крыма. По моему глубокому убеждению, историю Крыма никак нельзя рассматривать в отрыве от истории России – и Украины. А потому я писал о том:

– как проходила в течение доброго тысячелетия история Крыма;

– как из крохотной Гетманщины, которую и государством-то назвать нельзя, со временем образовалась обширнейшая Украина;

– как сочиняли «украинскую историю», «украинский «язык», «украинский народ».

Что у меня получилось – судить читателю. Как гласит старое изречение: «Кто может, пусть сделает лучше…»

Крым и крымчане. Тысячелетняя история раздора

Подняться наверх