Читать книгу Из западни - Александр Чернов - Страница 3

Пролог

Оглавление

О-ва Эллиота, Такэсики, Порт-Артур.

Апрель – май 1904 года

Того Хейхатиро не любил работать по ночам. Ценные мысли чаще посещали его при свете дня. Но в последний месяц планы войны на море шли к западным демонам, и невольно приходилось засиживаться за своим столом допоздна в попытках решить нерешаемое. Плохие новости приходили почти каждый день. Сегодня, например, ему уже доложили об очередном потерянном военном транспорте, причем даже не потопленном, а захваченном русскими вспомогательными крейсерами.

Но, к сожалению, кроме просто плохих новостей, были еще и очень плохие. По части же попыток закупорить русскую эскадру на внутреннем рейде Порт-Артура таковыми пока были практически все.

Первая атака брандеров, которые должны были «заткнуть» вход в гавань, провалилась еще до прибытия из Петербурга нового командующего русским флотом вице-адмирала Макарова. Транспорты были отогнаны или утоплены огнем сидящего на мели под Тигровой горой «Ретвизана» и дежурных миноносцев. И из Порт-Артура в любой день могла выйти эскадра, достаточно сильная, чтобы о высадке 2-й армии у Хоуциши или в крайнем случае у Бидзыво не могло быть и речи.

С не меньшим треском провалилась вторая самоубийственная атака его моряков. И хотя она производилась значительно большими силами, а «Ретвизана» русские уже втащили в гавань, итог оказался тем же: утопленные пароходы, погибшие храбрые воины и… русская эскадра, вновь почти без помех способная выходить в море.

Как стало известно, в этом ночном побоище Макаров лично участвовал, командуя своими кораблями с борта… канонерки! Со столь решительным и отважным противником японский Императорский флот и его командующий столкнулись впервые.

Однако на генеральное сражение с главными силами адмирала Того Макаров не шел. А ведь именно этого было бы логично ожидать от безрассудно храброго алармиста, каковым его многие считали. Вопреки расхожему мнению Того уважительно и настороженно относился к своему противнику, видя в нем не прежнего лихого командира, коим Степан Осипович и был в молодости, а уже умудренного опытом, дерзкого, но расчетливого противника-флотоводца. Противника, который готов ухватиться за любой предоставившийся ему шанс и способен использовать любую, самую незначительную его, Того, ошибку.

Несмотря на положение блокированного в водах Ляодуна, Макаров регулярно выводил из Артура свои броненосцы и крейсера для обучения маневрированию и стрельбе в зоне, прикрытой огнем мощных береговых орудий с Электрического утеса. И каждый раз его корабли двигались только по тщательно протраленным фарватерам, а иногда, когда скорость не требовалась, и непосредственно за тральным караваном.

Возле двух его флагманов – «Победы» и «Пересвета», на котором держал флаг князь Ухтомский, – неотлучно находилась пара миноносцев, как недавно доложила разведка, – в целях перевоза адмиралов и штабных на другой корабль на случай минного подрыва. Один этот факт напрочь разрушал кривотолки о бесшабашной горячности и напускном бравировании Макарова. Когда же стало известно, что на «Победу» он перевел штаб и перешел сам по той простой причине, что ее водотрубные котлы не грозят немедленной катастрофой в случае подводной пробоины, в отличие от огнетрубных на «Петропавловске» и двух его систершипах, иллюзий относительно возможности взять русского адмирала на «слабо» больше не осталось.

Того вымученно вздохнул, вновь с горечью вспомнив о неудаче первой, внезапной атаки его истребителей на эскадру Старка, стоявшую без противоминных сетей на внешнем рейде крепости. Если бы только удалось утопить тогда «Цесаревича» и «Ретвизана»! Если бы угодили в «Аскольда» и «Победу» прошедшие под ними мины, а вторая из попавших в «Палладу» взорвалась! Все могло сложиться иначе. Но, по-видимому, боги хотят избавить японский флот от легких путей…

Конечно, русские пока не заинтересованы в форсировании событий на море – они имеющимся составом сил достигнут полной боеготовности в конце мая – июне, когда будут отремонтированы подбитые корабли. А пока они организовали тральные силы и регулярно чистят внешний рейд от японских ночных «подарков». Довооружили минные суда, и теперь в артиллерийском отношении их истребители не уступают нашим. Постановка на дежурство в проходе ночью крейсеров также серьезно осложнила нам жизнь, особенно когда очередь караульных выпадает «Аскольду» или «Новику».

Вдобавок они затопили несколько своих пароходов так, что фарватер к проходу теперь напоминает букву Z, ночью вписаться в него можно только четко привязавшись к береговым ориентирам (еще вопрос – к каким), или отправлять какой-то из миноносцев на верную смерть – служить маячными кораблями.

Гарантированно ликвидировать артурскую эскадру можно пока лишь одним способом – ускоренным штурмом крепости армией. Соответственно, всё распределение сухопутных сил и подчинено этой важнейшей задаче. Только взятие крепости или плотная осада, приводящая к утоплению русских судов перекидным огнем гаубиц, снятых с береговой обороны японских портов, смогут гарантировать удержание моря в японских руках. Контроль коммуникаций – непременное условие победы страны Ямато в этой войне.

Но в случае сохранения дееспособности русской эскадры в Порт-Артуре, как только с Балтики на Дальний Восток выйдут корабли типа «Бородино», время до поражения Японии на море начнет исчисляться неделями. Пока же боеспособны все семь броненосцев Макарова, готовая к высадке на Квантун 2-я армия генерала Оку с 18 апреля вынуждена болтаться на 83 транспортах в устье корейской реки Тайдонг, ибо обеспечить ее безопасной высадки вблизи Порт-Артура Соединенный флот до сих пор не может. Замкнутый круг…

И на закуску к таким невеселым раздумьям. Из Чемульпо только что пришло очередное «радостное» известие: транспорт пропорол себе бок, неудачно навалившись на затонувший на фарватере в первый день войны крейсер «Чиода». А с тоннажем и так дефицит…

Ну? И где нам теперь брать пароходы для очередной попытки завалить проход к Порт-Артуру утопленниками? И вдобавок только что откорректированный график перевозок надо заново ломать и уточнять. Этот «Варяг», как кара богов, продолжает вредить императорскому флоту даже стоя в доке.

Действительно – словно кость в горле! Как «Чиода» в Чемульпо. И ведь просто так не поднимешь старый броненосный крейсер с фарватера…

СТОП… Старый броненосный корабль на фарватере… Просто так не поднять. Просто так и не утопить. Ни миноносцам, особенно если тот будет отстреливаться, ни артиллерией – все-таки даже старый броненосец или крейсер с броневым поясом – это не транспорт. Нормы прочности и живучести совсем другие.

Чем же из старья японский Императорский флот готов пожертвовать для обеспечения высадки армии? Старый казематный броненосец «Фусо» и еще более старые корветы типа «Конго», пожалуй, подойдут. И пяток пароходов во второй волне, больше найти уже вряд ли получится. Если кого-то из ветеранов удастся затопить на фарватере Порт-Артурской гавани, русская эскадра, хоть и с «Цесаревичем» и «Ретвизаном», никак не сможет помешать высадке десанта.

Только в этот раз никакой суматохи! Операцию нужно подготовить особо тщательно, потому как четвертой попытки, скорее всего, у нас не будет. У меня не будет…

Неизвестно, сколько времени у русских уйдет на то, чтобы расчистить потом фарватер, они уже пару раз удивили в эту войну, как приятно – своей неторопливостью поначалу, так и неприятно – в основном Руднев, а теперь и Макаров. Но на высадку второй армии месяца-двух должно хватить с избытком.

* * *

Когда три недели назад вице-адмирал Того лично прибыл на борт «Фусо», стоящего в военном порту Такэсики на Цусиме, удивлению командира корабля и всей команды не было предела. Действительно, бывший четверть века назад гордостью нового японского флота, его первый корабль сейчас, несмотря на две проведенные модернизации, безнадежно устарел. Да и у комфлота во время войны должны быть дела поважнее, чем инспекционная поездка по старым посудинам.

Но речь Того все поставила на свои места. Он объяснил построенному экипажу «Фусо», что император просит у них жертвы во имя Японии. Они должны своими телами и телом своего корабля заблокировать русским выход из по праву пролитой крови[1] принадлежащего Японии Порт-Артура. Это позволит наконец высадить в Бидзыво армию, которая с суши возьмет крепость, что ликвидирует угрозу со стороны русской эскадры, которая трусливо отказывается выходить на бой.

Всем не желающим идти на почти что верную гибель – Того не скрывал, что спастись с броненосца, затапливаемого на фарватере вражеской гавани, практически не реально, хотя тот и будет вести на буксире три паровых катера для эвакуации экипажа, – было предложено сейчас же сойти на берег.

Таковых на борту «Фусо» не нашлось. Тогда Того сам зачитал список членов экипажа, которые должны были повести броненосец в его последний боевой поход. Действительно, в самоубийственной атаке не было смысла иметь на борту полную смену кочегаров и механиков, штурмана и палубных матросов. Япония не могла позволить себе бесполезную гибель сотни обученных моряков.

По плану штаба флота, Окуномия тоже должен был оставить «Фусо» на своего старшего офицера и отбыть в Англию для принятия нового эскадренного броненосца, переговоры о покупке которого только что завершились. Но случилось нечто совершенно беспрецедентное для взрощенного на жесткой субординации и самурайских традициях подчинения приказам Императорского флота офицера.

Капитан второго ранга Окуномия не просто отказался выполнять приказ командующего Соединенным флотом вице-адмирала Того. Он вытащил из ножен меч[2], протянул в поклоне опешившему командующему и попросил или позволить ему командовать броненосцем в его последнем походе, или отрубить ему голову, избавив этим командира броненосца и весь его род от позора бегства с поля битвы.

Когда Того разрешил ему остаться на борту, а затем посвятил во все детали операции, Окуномия предложил несколько изменить порядок следования кораблей. Он посчитал, что головным желательно поставить транспорт «Ариаке-Мару», набитый мешками с рисовой шелухой для обеспечения плавучести. Задачей парохода было обнаружение русских дозорных судов, по прожекторам которых и должен был вести огонь из своих шести- и пятидюймовых орудий «Фусо», и точное выведение идущих в кильватере броненосных судов на фарватер, ведущий к проходу на внутренний рейд.

В качестве ориентиров для привязки предполагалось использовать пожары нескольких приметных строений на берегу. Разведка обязалась это обеспечить. Предполагалось, что занятые обстрелом «Ариаке-Мару» русские в темноте, скорее всего, примут «Фусо» за еще один транспорт и подпустят на близкое расстояние. При стрельбе в упор две шестидюймовки и четыре 120-миллиметровки старого броненосца были способны не только утопить один-два дежурных миноносца, но и вывести из строя бронепалубный крейсер дозора.

Того согласился с разумным предложением. И даже приказал установить на идущем на заклание старом броненосце два дополнительных шестидюймовых орудия…


1

Во время японо-китайской войны Порт-Артур был штурмом взят японцами. Но по условиям мирного договора, под нажимом России, Франции и Германии, возвращен китайцам. А затем, в результате банальной взятки, которую получил китайский министр иностранных дел, был сдан в аренду России, которая в войне вообще участия не принимала. На 25 лет, вместе со всем Квантунским полуостровом. Россия также получила право на постройку к нему экстерриториальной железной дороги через всю Маньчжурию.

2

В Японии периода Русско-японской войны 1904–1905 годов полным ходом шла «европеизация», по объему сравнимая только с проводимой в России парой сотен лет раньше, Петром I. Поэтому официально морские офицеры были вооружены палашами европейского образца. Но многие самураи просто прикрепляли к старому фамильному клинку вместо цубы новую, уставную гарду. И меч по-прежнему оставался «душой самурая».

Из западни

Подняться наверх