Читать книгу Мебельная фабрика - Александр Гарцев - Страница 2

Я вспомнил эту давнюю историю случайно. Видимо это связано с настроением, что испытал тогда. Настроением, созвучным с моим, сегодняшним.

Эта история случилась давно. Тогда я, как мастер цеха, председатель трудового СТК фабрики, сумел и начинающего инженера Илью защитить, и забастовку рабочих предотвратить, и добиться реконструкции линии загрузки плит, что позволило освободить от тяжелого ручного труда целую бригаду.

Меня заметили. Партия тогда искала активных, смелых инициативных. Выборы в городской Совет народных депутатов. И вот я заместитель председателя горисполкома.

Но то ли мой ершистый характер, то ли отзвуки общественных борений на старом месте работы, на мебельной фабрике, но со старым закаленным в советско-партийной работе моим начальником отношения не сложились.

И кончилось тем, что я сейчас после полутора лет работы его заместителем ищу работу.

Прошли Октябрьские праздники. Кончилась эта напряженность, и лавина неотложных дел уже не давит.

Шагаю на работу. И, глядя на первый удивительно чистый снег, представляя, какую массу дел надо срочно сделать, радуясь, что для их решения ещё есть время, мелочными кажутся обиды, пустяковой мелочью необоснованно полученный от шефа выговор.

Человек я не самолюбивый, не злопамятный, тем более что шеф дал понять, что он тоже погорячился и что никто меня отсюда не гонит.

Но то, что вся эта история с нашими напряженными отношениями не темь и выдумка моей фантазии, говорит и распоряжение, которое никто не отменял, и довольно мрачная перспектива моей неумелой борьбы (не привык я драться) и долгого переучивания элементарным управленческим азам моего шефа.

А как обидно. Только сейчас, после года работы понял, как можно много успеть, если правильно все по НОТ организовать работу аппарата, комиссий совета, исполкома.

К сожалению, честолюбие некоторых наших руководителей зашкаливает. Но и здесь можно постепенно навести порядок.

Закончив срочные дела, оглядел очищенный от текущих бумаг стол, пустой почти. Бумаг у себя на столе не держу. Бумага должна работать. Открываю ежедневник. Читаю первую строчку плана на сегодняшний день: «1. Найти работу».

Перед праздниками позвонил Тамаре Николаевне, директору соседней школы. Отказался от ее предложения идти работать учителем истории. Хотя в душе работать учителем – моя давняя мечта.

Татьяна Николаевна предлагала мне ставку учителя труда на этот учебный год и учителя истории на 88–89 учебный год. Дает сразу все восьмые классы. Советское право. И 140 рублей в месяц.

Алена, моя жена, узнала и сразу по своей доброй привычке заявила (ну чистый холерик! Куда денешься!):

–Лучше ты сразу сдохни. Лучше б тебя не было, чем 140 рублей.

«Сдыхать» сразу не хотелось. И с мечтой о школе со 140 рублями зарплаты пришлось расстаться.

За 12 лет совместной жизни я привык к этому дивному холерику, заботливой мамаше, пунктуальной хозяйке.

Только колючие слова иногда по-прежнему режут слух и царапают душу. Но это чистый холерик, как я сразу определил в первые дни нашего знакомства. Хороший, холерик. Чистый холерик. Такая девчонка мне сразу понравилась.

Жаль, что дети иногда слышат эти слова, порой колючие и излишне эмоциональные.

Как это скажется на их судьбе, на их будущем? Или привыкли уже?

Написал вот в ежедневнике пункт «Найти работу». Легко написать. А как найти? Где?

Подходил Евгений Петрович, секретарь парткома моей мебельной фабрики. Уговаривает: иди председателем профсоюзного комитета. 220 руб. в месяц. Вроде все хорошо.

– Евгений Петрович, это действительно хорошая возможность, – сказал я, немного задумавшись. – Но ведь это временная работа, и по статусу понижение в должности.

– Да, – ответил он, – но это шанс проявить себя, получить опыт. А ты что думаешь?

– Не уверен.

Глава 2

Провел сессию горсовета. Шеф в отпуске. Образовалась горящая путевка в обкоме. Он решил подлечиться.

– Действуй, – говорит, – Александр, все по плану.

– Ок. – отвечаю, – нет проблем.

Собрал членов исполкома, рассмотрели предложения постоянной комиссии, наметили пути решения проблемы. Зафиксировали в проекте решения сессии. Определили выступающих, докладчика на заседании партийной группы.

Сессия прошла активно. Запросы депутатские также предварительно проработали.

В четыре часа уложились.

Все ОК.

Утром зашел Евгений Петрович, секретарь парткома фабрики, по сути, мой новый руководитель, мой духовный наставник, после директора, конечно.

Вечером профсоюзная отчетная конференция. Обговорили организационные вопросы. Он попросил, пока о наших договоренностях особо никому не рассказывать. Во избежание лишних слухов. Любят у нас в аппарате посудачить на такие темы. Да и должность выборная, выбирать председателя профкома – это право и прерогатива делегатов конференции, рабочих завода.

Пригласили на беседу в обком профсоюза.

Поехал в областной центр.

Разговор проходил в просторном кабинете заворга, оформленном в строгом деловом стиле.

На стенах висели портреты известных профсоюзных деятелей и символика организации. В центре комнаты стоял массивный письменный стол из темного дерева, за которым сидел Ковалев.

Он был приветлив. Много улыбался. Его лицо было выражением спокойствия и уверенности, с внимательными глазами, отражающими его профессионализм и заботу о людях.

В кабинете царила атмосфера доверия и серьезности, что подчеркивало важность обсуждаемых вопросов и значимость профсоюзной деятельности.

– Здравствуйте, Вячеслав Андреевич, можно? – произнес я, открывая дверь.

– Добрый день, Александр! Рад видеть тебя. Заходи.

Ковалев был старше меня. Поэтому такое фамильярное обращение, от которого я, как заместитель председателя горисполкома давно отвык.

– Сегодня мы обсуждаем очень важные вопросы, касающиеся развития профсоюзной организации мебельной фабрики. Сам понимаешь, сегодня, в эпоху перестройки, когда страна переживает перемены, особенно важно обновлять наш кадровый состав. Мы нуждаемся в новых, смелых лидерах, которые смогут защитить права трудящихся в условиях гласности и перемен.

– Спасибо за возможность пообщаться. У меня есть опыт работы в профсоюзах я возглавлял цеховой комитет. Уже в те годы я старался активно участвовать в решении социальных вопросов, таких как социальное страхование, оплата больничных, организация путевок и детского отдыха. Эти вопросы были особенно актуальны сегодня в условиях перемен, когда трудовые права трудящихся нуждаются в защите и поддержке.

Судя по выражению заворга, мой лозунговый ответ порадовал его душу.

– Это очень важно, Александр. В эпоху перестройки мы сталкиваемся с новыми вызовами: необходимость обновления кадров, внедрения новых методов работы, а также защиты прав работников в условиях гласности. Мы ищем профессионалов, которые не боятся перемен и готовы бороться за права трудящихся, за улучшение условий труда, безопасность и достойную оплату. Ваша активность и знания в этих сферах очень ценны.

Я понимающе кивнул головой, думая про себя, куда я опускаюсь с вершин власти. И уверенно и спокойно ответил:

– Я понимаю, что перемены требуют от нас не только профессиональных навыков, но и эмоциональной стойкости. Перестройка. Страна открывается миру, мы сталкиваемся с новыми возможностями и вызовами. Я готов участвовать в этой работе, чтобы сделать жизнь работников лучше, чтобы их голоса были услышаны и защищены. Время перемен – это время для новых идей и решительных действий.

– Именно так, Александр. Ваша готовность к активной деятельности и понимание проблем работников очень важны. В условиях перестройки мы, профсоюзы, должны объединиться, чтобы защитить интересы трудящихся и обеспечить их будущее. Надеюсь, что вместе мы сможем добиться значимых изменений и укрепить профсоюзную организацию в эти сложные, но перспективные времена.

Вячеслав Андреевич мне понравился. Вдумчивый, неторопливый, обстоятельный. Хорошо разбирается в людях Тонкий психолог. Современно мыслит.

Если в обкоме профсоюза работников лесной, бумажной и деревообрабатывающей промышленности все такие руководители, то мы сработаемся.

Последняя неделя работы в горисполкоме пролетела. Быстро. Незаметно. В текучке рабочих дел, в хорошем обычном для меня деловом ритме.

И вот сидит передо мной Евгений Петрович, секретарь парткома мебельной фабрики.

Сегодня отчетно-выборная профсоюзная конференция. И ни куда уже деться. Не откажешься. Людей не подведешь.

Вечером конференция.

Зал полон.

Интерес неподдельный у коллектива. Скрывай, не скрывай, а все всё знают: «Председателя профкома избирать будем. Уходит Василий Иванович на пенсию. Старый уже. Устал», – шепчутся люди.

Евгений Петрович на конференции председательствует. Сам. Очень уж ответственный момент с неясным исходом.

Выступает Иван Сергеевич, директор завода, предлагает на должность председателя профкома мою кандидатуру.

Встаю. Рассказываю биографию. Вопросов нет. Всем все ясно.

Старый предпрофкома устал, хочет на пенсию.

На фабрике новый директор – новый председатель профкома. Все логично. Голосование тайное. 128 делегатов. 127 за 1 против. Василий Иванович, что ли, ревнует?

Поздравления.

Также быстро проходит и заседание профкома. Внимательно вглядываюсь в глаза членов профкома, лица профактива, незнакомые пока. Недоброжелательности, отчуждения не вижу.

Хорошие люди. Будем работать.

Преисполненный чувств благодарности решил речь сказать, короткую.

Поблагодарил за доверие. Заверил.

Теперь надо оправдать надежды коллектива. Татьяна Алексеевна, заместитель председателя профкома, остается моим замом. Значит, преемственность в работе профкома будет обеспечена.

Я сторонник коллективной работы, профком орган коллегиальный, будем сообща решать вопросы социального развития фабрики, пригодится опыт каждого.

Ну что ж. Секретарь парткома ждет от меня новой инициативной работы, полной перестройки работы профкома.

А что ждет от меня директор? Что ждут люди, рабочие фабрики, избравшие единогласно меня председателем профкома?

Вот и все решилось в моей судьбе. Все впереди.

Надо перестроить работу профкома? Актуально? Запросто. Обыкновенная задача профсоюзного лидера. Знакомая мне задача. Решим.

Это было восемнадцатого ноября, а девятнадцатого, на следующий день, в четверг, вечером заседание исполкома. Шеф задерживается. Первый вопрос, председательствую я. Затем по электроснабжению вопрос.

Утром выпросил у шефа два дня отгулов (за недогулянный отпуск). Пятница и понедельник. То есть получается, что четверг у меня последний рабочий день в горисполкоме. Как всегда, женщины аппарата горисполкома жалеючи меня быстро отреагировали на это событие и к концу заседания исполкома аппарат собрался.

И вручили мне на память книгу и почетный адрес. Прощальная речь. Теплая и искренняя.

Передаю вечером Михалычу остатки дел, ключи от сейфа, ключи от кабинета.

От приглашения шефа выпить чашечку кофе, привычно, как всегда, отказываюсь и покидаю горисполком, так и не ставший мне родным. Покидаю навсегда. Все.

Перед началом исполкома вбегает наша самая громкая Маргарита, экономист горплана:

– Что ж вы Михайловича – то дергаете? Человек на месте.

– Маргарита, – хочу ответить, – Здесь, в исполкоме, все на месте, кроме шефа.

Но, конечно, молчу деликатно.

– Привыкнет, отвечаю.

Михалыч переезжает в мой кабинет.

Михалыч честный и порядочный работник. Не забуду, как он порядок с распределением телефонных номеров в городе, страшно дефицитных в то время, устанавливал. Очередность всякую вводил. Все распределение телефонов взял себе, хотя связь курировал я. И с моим приходом мне не передал ни папку, ни работу эту.

Сидим как-то втроем.

– Товарищи, —загадочно говорит Михалыч, открывая свою тетрадь. Вот по визе Александра и вашей, шеф, установлено два телефона. Хотя это прерогатива коллегиального решения исполкома. Это непорядок. Подменяете, товарищи, коллегиальность? Я на исполком вынужден вынести вопрос.

Да, – заволновался шеф, – я подписывал, но не в указном стиле.

А я промолчал. Инвалиду войны подписал заявление. Там по медицинским показаниям. Один живет. Даже не стал оправдываться. Пусть проверяет, выносит на исполком. Интересный парень. Вроде такой же, как и мы из низов, но бюрократит же иногда.

Я внимательно смотрю на Михалыча. Он по своей привычке в глаза не смотрит, открывает тетрадь.

– Не знаю, не знаю, вот народный контроль написал.

Хороший, парень, старательный. Честный. Далеко пойдёт. Настоящий служака. В хорошем, конечно, смысле.

А вот шеф, интересно, сколько проработает после моего ухода. Я как мог, сдерживал его шапкозакидательские агрессивные мотивы, поступки. А сейчас тормоза и советчика не будет. Сколько она проработает? Год? Два? Сколько ещё скандалов вынужден будет улаживать горком КПСС?

Осторожно, очень осторожно надо пользоваться властными полномочиями, временно предоставленными тебе твоей должностью.

По себе знаю, как быстро портится характер. Как быстро меняется личность, ее цели, парадигмы, философия, стоит ей получить власть.

Использовал два дня отпуска, оставшиеся от работы в горисполкоме, и 24 уже вышел на новую работу.

Все знакомые удивляются: «Что, да как? Да, почему»?

Не объясняюсь, отделываюсь шутками.

Между тем, Михалыч уже и табличку снял на моем кабинете, а вечером и вообще переехал в мой кабинет, хотя до сессии городского Совета народных депутатов, которая назначала меня на эту должность, и которая должна освободить, ещё три недели.

Не уважают ребята народных депутатов, так и рвутся к власти. Мелко все это.

20 ноября

Итак, мои первые шаги.

Знакомлюсь с коллективом. Я, человек тонко чувствующий. И всеми фибрами своей израненной души чувствую – это мое, это родное, это мой рабочий класс, это я.

Я готов работать ради того, чтобы помочь им, защищать их права, их семьи, их детей. Вот это мое. И не только потому, что «мы это уже проходили, будучи профсоюзным вожаком на другом заводе, а потому что жить и бороться ради принципа справедливости, жить по совести, жить для людей – вот это мое. Это честно.

К тому здесь я руководитель, я хозяин, я определяю политику реализации прав трудящихся через деятельность профсоюзной организации, здесь нет постоянного ежедневного бюрократического исполкомовского давления бывшего моего шефа, грубого непонимания, вмешательства, бестолковых указаний.

Дышится ровно, свободно, работается легко.

Не знаю, как меня, мой стиль работы примут в коллективе. Но начал действовать сразу и в привычной, свойственной мне манере. Быстро. Уверенно. Практично. Без лишней болтологии.

Сегодня провел заседание президиума профкома. Определил три главных направления: оргработа, обучение профактива и повышение культуры производственного быта в цехах фабрики (создание комнат приема пищи, комнат отдыха, раздевалок, бытовок, душевых кабин, саун, комнат психологической разгрузки, радиофикации производственных помещений, тротуары, дорожки, освещение территории фабрики и т. д.).

Радует и дружно работающий коллектив заводоуправленцев и командный состав.

Самозабвенно работающий директор Иван Сергеевич, умнейший главный инженер Александр Иванович, вдумчивый секретарь парткома Евгений Петрович. А также озабоченные проблемами коллектива и постоянно их поднимающие на совещаниях и решающие их в своей деятельности заместители директора: и по экономке, и по кадрам, и по строительству.

Чувствуется, в коллективе есть резерв, есть запас прочности, есть открытость современным веяниям перестройки, есть резерв неисчерпаемый. Впереди переход коллектива на хозрасчет. Надо разъяснять людям.

А профсоюзные дела, я посмотрел, конечно, запущены. Что именно меня беспокоит на первый взгляд?

1. Профсоюзные собрания в цехах проводятся нерегулярно.

2. Не приводятся никакие семинары, встречи, обучение председателей цеховых профсоюзных организаций.

3. Не работают комиссии профкома фабрики

4. Цехкомы абсолютно лишены прав. Все взял себе профком и лично бывший председатель. (Конечно, матпомощь распределять лично приятнее, чем отдать это в цеха, на низы, рабочим).

5. Все путевки по соцстраху распределяет бухгалтер лично и зам. Никакой очередности ни по санаторию-профилакторию, ни по санаториям области, “Лесной нови”, другим.

6. Не проводится анализ заболеваемости рабочих, эффективность работы здравпункта и деятельности профилактория.

7. По сути, в профкоме не организовано делопроизводство. Так, несколько общих папок у председателя, да бухгалтерская отчетность. И все.

8. Абсолютно бездействует Совет трудового коллектива.

9. Не издается в печатном виде коллективный договор между администрацией и трудовым коллективом для раздачи рабочим на руки.

А как тогда общественности контролировать его исполнение?

Да, есть над, чем работать. Вообще, здесь необходима полная ревизия и рационализация всех направлений работы профкома.

Работы много.

И это тоже радует.

2 декабря

Провели учебу председателей цеховых комитетов. Удивился. Явка почти стопроцентная. А моя лекция «О роли профсоюзных организаций по завершению подготовки к переходу на новые условия хозяйствования» почему-то завершилась аплодисментами.

14 декабря

На днях провел первое заседание профкома.

В намеченные два часа не уложились. Но, тем не менее, технология подготовки и проведения заседания профкома в новых для меня условиях мебельной фабрики отработана. Без горячки, в плановом, рабочем ритме. Уже накануне, в пятницу, все документы к заседанию для членов профкома были готовы, предупреждены выступающие начальники цехов, согласован с ответственными исполнителями и специалистами пункты и сроки проекта постановления.

Сейчас сижу, осмысливаю, подвожу итоги.

Что можно сказать?

Обсуждение проблемы, доклада прошло живо, быстро, интересно. Предложения с мест были конкретны, реплики точны. Завтра у секретаря парткома уточню его впечатление.

В общем, начало сделано:

1. Расширил права цехкомов профсоюза, передав им часть прав и полномочий профкома фабрики;

2. Обосновал в теории, сформулировал и утвердил приказом директора фабрики новую форму взаимодействия коллектива и руководства, соответствующую современным задачам перестройки.

Это ежемесячные совместные заседания администрации, профкома и Совета трудового коллектива фабрики, с правами и обязанностью руководителей обязательном порядке выполнять его решения и постановления, которые я буду готовить, и контролировать их выполнение лично. Это своеобразный орган самоуправления коллектива фабрики.

3. Далее необходим план работы. Напряженный, четкий, захватывающий основные направления социально-экономического развития фабрики.

4. Необходима также работа на местах, в цехах, в поле. Надо знать реальное положение дел.

О делах семейных.

Есть успехи у Алеши. Пусть небольшие, но понемногу парень привыкает к самостоятельному труду.

Запустил я детей с этой управленческой гонкой. Надо им помогать, поддержать. Умные парни. Оба. Характера бы чуть-чуть побольше. Как вот правильно воспитывать ребенка? Кто подскажет? Ошибки и неправильное понимание превращают процесс воспитания в муки для ребенка.

Сейчас после того, как я ушел от постоянного завистливого давления шефа на своей бывшей работе, честное слово, даже дышится легче.

Замечательные люди работают на фабрике.

Профактив в боевой готовности, только ждет, когда им предложат новые, крепкие идеи, которые они могут воплотить в конкретные дела.

Огромнейший простор инициативе.

Только работай!!!

3 февраля

Под конец вечера ветераны, уставшие за два часа праздника, начали потихоньку расходиться.

Вера, ведущая праздничную программу, попросила спеть еще одну песню. И заколыхалась по залу волнующая песня военных лет, выводимая нестройным хором не умеющих петь ветеранов.

Задушевная:

«Вьется в тесной печурке огонь

На поленьях смола, как слеза…»

Громко с удовольствием затягивал зам по кадрам в паре зам по сбыту.

На остывших самоварах, в беспорядке лежащих ложечках отблескивали соломинки света.

К звону медалей хромающих, уставших, но довольных встречей ветеранов добавился незаметный, заслуженный перезвон новых только что врученных медалей, юбилейных «В честь 70-летия Вооруженных сил СССР».

С докладом выступал я.

Я его сократил. Читал четко, торжественно, стараясь не утомлять слушателей.

Майор Иванов, начальник третьего отделения военкомата, вручил всем собравшимся ветеранам ВОВ медали.

Трем участникам войны, пришедших в зал, медали не вручили.

Вот казус.

Отдел кадров фабрики готовил списки участников ВОВ, работающих, а ЖКО – на неработающих пенсионеров.

Никто списки не совмещал, не проверял.

В результате, Дулов и ещё 2 ветерана были и в тех, и в других. И получили по две медали.

А некоторых вообще ни в тех, ни в этих списках не оказалось.

По-сталински четко отчитал администрацию мебельной фабрики и провинившихся представитель обкома партии Кожин.

Еще несколько обиженных ветеранов слегка пошумели из зала.

По реакции замдиректора по кадрам быту я понял, что никто наказан, не будет. Хотя работника отдела кадров Валентину, как сказал начальник ЖКО, надо «высечь» за такие безобразия.

Ну, списки, это ближе к парткому.

А со стороны профкома сделано все.

Особенно теплым было чаепитие, песни, небольшой концерт, частушки и выступления ветеранов с воспоминаниями о тех боевых буднях.

Баянист наш, подал заявление. А хорошие музработники нынче дефицит, все больше талантливые, но выпивающие.

Можно было бы отпустить, но Раиса Андреевна, бухгалтер профкома и мой тайный подсказчик и советник и помощник как-то против.

–Где и когда найдем-то ещё такого?

Татьяна Алексеевна, мой зам, сидя рядом тоже уговаривает.

–Нельзя его отпускать, Александр Алексеевич.

Пью чай. Смотрю, слушаю, как он наяривает очередную мелодию. Хорошо играет парень.

24 февраля

Как всегда, при приезде очередного проверяющего, натыкаясь вместе с ним на очередные недоделки, недоработки, казусы, испытываешь угрызения совести.

Там пропустил. Здесь недоглядел. Это прошляпил.

Чертовски жалко упущенного времени, когда, лично вмешавшись, дав указание, или организовав дело лично, мог бы все сделать как надо и вовремя.

Идеал.

Достижим ли он в оргработе? Трудный вопрос.

Но в любом случае в управленческом действии конечная цель – главное при ее планировании и корректировке усилий.

То, к чему стремишься вести коллектив, должно быть у тебя, руководителя, каждый день, каждый час в сердце, в уме.

Конечно, приятно, что то, чем сейчас профком нашей фабрики может гордиться, организовано и сделано только мной, лично, по моей инициативе.

Вот он реальный пример роли личности в истории.

Итак:

Налажена работа и взаимодействие с администрацией и профкома с СТК (Совета трудового коллектива)

Созданы СТК в цехах.

На практике реально организовано социалистическое соревнование цехов в ходе ударной вахты

Обеспечено ежедневное подведение итогов как в цехах среди бригад и рабочих, так в целом по фабрике между цехами

Начаты работы по реконструкции лыжной базы на стадионе «Фабрика»

Уже тринадцать производственных бригад взяли обязательство по коллективной гарантии качества работ

В ДК заработала «Горенка». Тоже новое в сфере культуры и организации досуга работников фабрики и членов их семей.

Приятно осознавать, что все эти дела и проекты организовал я, реализовывал вместе с профактивом, начальниками цехов, нормировщиками, отделом труда, бригадирами.

Сложно ли было?

Да, много времени ушло, надо убедить людей, увлечь, организовать.

И вот результат.

Наш опыт облсовпроф считает передовым, распространяет в газете «Солидарность».

И обкому профсоюза приятно и мне. Ну и активистам, конечно, директору опять-таки.

А партком, Евгений Петрович? Гордится, наверное, ведь это он меня сюда сагитировал.

Николай Семенович, инструктор отдела производственно-массовой работы облсовпрофа, мужик дотошный, скрупулезный, словам не верит, все ему документы подавай.

Ну и правильно. На уровне области работает. У него только обкомов, наверное, штук 40 будет. А уж про нас профкомы промышленных предприятий счет на сотни, если не на тысячи идет.

Целый день он внимательно изучал наши условия соцсоревнования. Мое изобретение, кстати, совместно с Ниной с отдела труда и зарплаты неделю, наверное, сидели.

Надо было решить нерешаемую задачу: и все охватить. А главное, чтобы показатели социалистического соревнования был бы бригадиру и рабочему ясны и понятны.

Затем Николай Семенович запросился у меня в цеха посмотреть, а как в жизни-то?

И походил, и рылся, и рылся, и к станкам-то подходил, и с рабочими, и бригадирами, и нормировщицами, и с мастерами, и начальниками цехов побеседовал.

И нашел-таки, старый аппаратный пройдоха (в хорошем смысле пройдоха. Таким дотошным до тошноты и должен быть аппаратный работник), Нашел к своей великой радости, как он считает, “недоработки”.

Ну это уж на мой взгляд просто из области придирок! Даже за рамки приличия выходит.

Оказывается, некоторые наши рабочие, бригады и цеха, встав на ударную вахту, не приняли ПОВЫШЕННЫХ!!! обязательств.

– Зачем, Николай Семенович, – повышенные-то принимать? – недоумеваю я, – Есть ведь на год, на полугодие соцобязательства? Вот они, висят, почитайте! И бригада шлифовщиц знает. Поговорите с бригадиром, Валентиной. Вот она, в конце конвейера.

– Надо, – твердит свое Николай Семенович.

–Ладно, – молчу я, тверди свое, учи нас простых смертных, читай нотации. Не поноешь, день пропал. Это уже профболезнь у начальств такая.

Киваю. А сам думаю:

– Ну уж нет. Мы над бригадой и рабочими издеваться не будем. Что же это такое? В середине то вахты, какие обязательства? Новые. Что за бюрократия такая?

Затем, сходили вместе с директором лыжной базы на стадион «Россия». Полазили по стройке, показали проект.

Совпроф доволен, директор доволен. Хорошо.

Но завтра к заместителю директора по строительству пойду. Ругаться.

Из моего графика с последнего совещания что-то немножко выбились ребята.

Слегка надавить надо.