Читать книгу Антимаг. Клан - Александр и Евгения Гедеон - Страница 1

Глава 1

Оглавление

Морозный ветер ласково касался кожи, приветливо бросал в лицо острую ледяную крошку. Это была его стихия. Мир, никогда не видевший солнца, рождал вечно голодных хищников. И один из них таился где-то неподалёку.

Взгляд прикипел к каменному уступу. Тот, чья шкура сливается с окружающим пейзажем, не выдаст себя хрустом снега под лапами. Нет, такие предпочитают обледенелые скалы.

Он не видел движения, скорее почувствовал чужой хищный взгляд. Тело ощетинилось в радостном предвкушении битвы. Вот оно, то, что составляет саму суть жизни. Бой. Победа. Добыча.

Лёха проснулся, тяжело дыша и всё ещё ощущая вкус чужой плоти на клыках. Пошарил языком во рту. Норма. Сердце бешено колотилось, словно он всё ещё кувыркался по ледяным пустошам, сцепившись с практически невидимой тварью.

“Кто это был?” – не особенно надеясь на ответ, спросил Стриж.

“Достойный противник. – Показалось или в голосе Белочки послышались ностальгические нотки? – Думаю, в некоторых ваших легендах они сохранились как адские гончие”.

Сколько Лёха ни напрягал память, вспомнить ничего на эту тему не удалось. Похоже, демон теперь управлялся с воспоминаниями носителя лучше, нежели он сам. Даже как-то грустно.

“Я одного не пойму, – продолжил он разговор, – чем вы питаетесь в родном мире? Там же нет ничего. Даже если пожираете друг друга, в какой-то момент закончатся даже демоны”.

“Альфы открывают пути к таким, как вы. Горячим, вкусным, полным жизни. Они ведут стаю на охоту”.

В памяти возникло воспоминание: острые когти стоящего впереди рассекают, терзают саму плоть мира. А в образовавшуюся рану, как кровь, хлынул горячий, напоенный пленительными запахами воздух.

Впереди ждала вкусная, полная жизни добыча.

Это настолько походило на собственное воспоминание, что по спине пробежали мурашки. Не будь ледяной мир так не похож на всё, что знал Стриж, сумел бы он отличить прошлое демона от своего?

И сколько ещё изначально чуждого для себя он теперь ощущает как нечто привычное и нормальное?

Ответа не было. Зато хватало вопросов.

“Альфы… – задумчиво повторил Лёха слова демона. – Они открывают разломы?”

“Нечто похожее, – согласилась Белочка, – только больше. И мы могли ходить в обе стороны. Не как здесь”.

В сознании возник до дрожи правдоподобный образ: зубы, сомкнутые на теле орущего бедолаги. Его ноги волочатся по земле, пятная ту кровью. На миг всё освещает разноцветное сияние пути, и вот добыча уже на заснеженных пустошах тёмного мира.

Хотелось разом облизнуть измазанную алым морду и вымыть рот с мылом. Лёха украдкой провёл рукой по губам и с тревогой осмотрел ладонь. Чисто. Ни следа крови.

Надо завязывать с этими видениями, пока совсем крыша не потекла.

Он тихо, чтобы не разбудить спящую рядом Мию, встал с набитого соломой тюфяка.

Удобствами в своём новом доме они обзавестись толком не успели: слишком много времени занял перенос большей части ценностей в замок Кречетов, а затем разбор вековых завалов мусора. С другой стороны, много ли им надо? Одеяла, чистое бельё, тюфяки, минимум посуды и запас продуктов.

Прибавить к этому запах моря и шум прибоя за окном – чем не отличное начало новой жизни?

Стараясь не шуметь, Лёха вышел из кубрика, что заняли они с Мией, и направился в опоясывающий жилую зону сад.

“Вот ещё вопрос, – задумчиво продолжил он беззвучный разговор, – как вожак стаи получает способность открывать разломы? Это же не переходящий титул с полномочиями, а какая-то магия или способность…”

“Не титул, конечно”, – развеселилась от подобного предположения Белочка.

“Тогда как? – не унимался Стриж. – Или новый вожак сжирает побеждённого предшественника и получает его способности?”

Звучало вполне логично и очень в духе холодных диких пустошей, что он видел во снах.

“Не помню, – с сожалением призналась Белочка. – Может, ты и прав”.

Войдя под сень давно уже мёртвого сада, теперь ставшего ещё и кладбищем, Лёха криво ухмыльнулся. Подходящее место для живого покойника, медленно превращающегося в демона.

При его появлении Арес проснулся, приоткрыл один глаз и, убедившись, что это свои, вновь уснул. Репликант почему-то предпочитал спать на открытом воздухе даже в непогоду. Лёха заподозрил сперва, что дело в желании держаться подальше от команды, но в последние дни Арес много времени проводил в компании Максимилиано и, кажется, даже проникся к нему симпатией. Понять точно никто не смог – репликант не отличался ни выразительной мимикой, ни яркими проявлениями чувств.

Зато в желании Гюнтера держаться подальше от других сомнений не было. Если днём он дисциплинированно участвовал в общих работах, то ночами забивался в самый глухой угол, что сумел найти в покинутой крепости.

Только Максимилиано занял кубрик по соседству с Лёхой и Мией и неспешно, но основательно обживался на новом месте.

Прямо эталон слаженного, сплочённого подразделения…

Небо уже начало светлеть, но солнце ещё не показалось из-за горизонта. Стриж уселся на обзорной площадке, прикрыл глаза и просто слушал успокаивающие звуки моря. Те, волна за волной изгоняли видения чужого холодного мира, но его частичка прочно засела где-то внутри.

Утром Миа решила порадовать его романтическим завтраком на двоих. Белочку за “третьего лишнего” Лёха считать не стал – кандидатов на перекус демону тут попросту не было.

Впрочем, насчёт романтики он тоже преувеличил: подруга взялась за воплощение давней задумки по выработке если не иммунитета, то способа противодействия ядам.

– Повар из тебя… – недовольно проворчал Лёха, глядя как она раскладывает перед ним ряд склянок. – Не завтрак, а чистая отрава.

– Потом ещё спасибо скажешь, – ухмыльнулась Миа, откупоривая первую бутылочку.

Три капли яда упали в горячую кашу.

– Завтрак чемпиона! – объявила она и придвинула тарелку к Стрижу.

– Обычно жёны травят мужей втихаря и ради солидного наследства, – напомнил тот, с сомнением разглядывая еду. – А ты что-то поторопилась, не дождавшись ни свадьбы, ни того счастливого дня, когда я разбогатею. У меня ж из наследства только вредный демон да заброшенная крепость в долях с кучей народа.

– Считай, что я решила расширить жилплощадь за твой счёт, – хмыкнула Миа и, посерьёзнев, сказала. – Тут четверть смертельной дозы “вдовьих слёз”. Думаю, твой симбионт без проблем справится.

“А симбионта спросили, мне оно вообще надо?” – мрачно поинтересовалась Белочка, демонстративно скрестив руки на груди.

“Ты же хочешь, чтобы мы оба выжили? – напомнил ей Стриж. – Лучше сейчас попотеть, чем потом остывать”.

Собственная шутка вызывала кривую ухмылку, воскресив воспоминание о чёрной слизи, которой он “потел” после попытки Райны отравить одержимого чужака. Были же времена…

Теперь отношения между пустотниками и Кречетами стали куда теплее. Немало тому способствовал целый арсенал бесценного оружия Древних, что недавно получил клан.

– Будем надеяться, – вздохнул Лёха и внимательно принюхался сперва к еде, а затем и к пузырьку с ядом.

Всегда оставался шанс, что Белочка научится распознавать отраву по запахам ещё до их приёма с пищей.

“Ты же помнишь, что в моём распоряжении только твой нос?” – последовал сварливый ответ.

Помолчав, она добавила:

“Но вроде чувствую кисловатый запах. Теперь понюхай не отравленную кашу”.

Стриж послушно сунул нос в тарелку Мии.

“Да, есть разница. Я запомнила” – сказала демоница.

“Отлично”, – Лёха решительно запустил ложку в тарелку.

“Я же уже по запаху отличаю. Зачем это есть?” – попробовала протестовать Белочка, но ложка уже отправилась в рот.

“Ненавижу тебя, грёбаный садист!” – уже привычно сообщила Белочка.

На вкус ничего особенного Стриж не ощутил, но уже через пару минут перед глазами поплыли разноцветные круги, а мир покачнулся. Он опёрся о край стола, чтобы не упасть, и зажмурился. Его резко прошиб пот, рубашка прилипла к телу, но зато стало полегче.

А ещё дико захотелось пить.

– Вот это я понимаю, детокс, – завистливо присвистнула Миа.

Приоткрыв один глаз, Стриж убедился, что зрение в норме, а головокружение прошло. Протянув руку к кувшину, он замер, озадаченно уставившись на рукав. Тот, как и всю прочую одежду, словно окатило брызгами из лужи. Подмышки, грудь и, судя по ощущениям, спина представляли сплошное грязное пятно.

“Или ты сейчас же пьёшь воду, или я начинаю пить кровь”, – недобро прошептал демон.

“А что, кровь обладает какими-то особыми свойствами для тебя?” – ради интереса полюбопытствовал Лёха, без затей приложившись прямо к кувшину с водой.

“Если из живого человека – да, – подтвердила Белочка. – Позволяет забрать часть жизненной силы, а заодно справиться с обезвоживанием. Но с мясом, конечно, веселей и нажористей”.

– Неси ещё воду! – потребовал Стриж, стукнув опустевшим кувшином о стол. – Много воды!

Демон лишь разочарованно вздохнул.

Миа молча ушла к опреснителям, которые собрали по проекту Гюнтера. Устройство было предельно простым: стеклянный конус с горлышком ставили на вёдра с морской водой. Солнце, нагревая жидкость, заставляла её испаряться, и конденсат оседал на стенках опреснителя, откуда его потом сливали в кувшины.

С одного такого опреснителя получали в среднем пять литров воды в сутки, что позволяло не зависеть от поставок Кречетов в случае, если те решат подержать “соседей” на голодном пайке. Собрать более сложную конструкцию мешало отсутствие топлива – дрова для готовки также поставляли Кречеты.

С рыбной ловлей решили пока не рисковать. Что на Земле, что на Тиамат среди обитателей коралловых рифов было полно ядовитых видов. Зато на базе хватало морских птиц, похожих на земных бакланов. Ради эксперимента пару пернатых пристрелили и отправили в суп. Результат признали годным, хоть мясо было жёстким и воняло тиной.

Игуаны, в изобилии водившиеся на атолле, тоже оказались вполне съедобны и даже вкуснее бакланов. Правда, добыть юрких и осторожных рептилий было куда труднее, чем их пернатых соседей.

Ещё были морские коровы, но их решили оставить на самый чёрный день. Ни у кого из пустотников, – даже у Ареса, которому, казалось, плевать, кого убивать, – не поднялась рука на безобидных гигантов. Одно дело убить такого при реальной угрозе голодной смерти, и совершенно другое – просто ради эксперимента.

Пока же голод пустотникам не грозил. В отличие от демона, для которого никакой альтернативной пищи на базе не нашлось.

– Тебе нужно носить только тёмную одежду, – объявила вернувшаяся с парой полных кувшинов Миа.

– Что ещё за модный приговор? – не понял странного порыва заняться его гардеробом Стриж.

– Эти пятна, – кивнула на испорченную рубаху эльфийка. – Если ты где-нибудь за общим столом съешь яд и не умрёшь – изумится только отравитель, а если вдруг покроешься пятнами – вопросы появятся у всех.

Лёха ещё раз посмотрел на изгвазданную одежду и смачно выругался. Отстирать эту слизь вряд ли получится, особенно местными примитивными средствами. Теперь вещи остаётся только пустить на тряпки.

Пожалуй, действительно нужно озадачить портных клана пошивом одежды очень тёмных тонов, способную скрыть подобный номер.

“Слушай, а ты можешь выводить яд как-то менее заметно?” – с надеждой спросил Стриж.

“Да ты охренел! – опешила от такой наглости Белочка. – Я тебе жизнь спасаю, а ты ещё жалуешься, что не так!”

“Не-не, – поспешил заверить симбионта Лёха, – работа на пять с плюсом! Ты практически мой ангел-хранитель!”

Через миг, осознав, что ляпнул, пустотник расхохотался. Ему вторила Белочка.

“Ангелы-хранители положены хорошим людям, – отсмеявшись, сообщила она. – А таким, как ты, в лучшем случае достаются демоны”.

– Что тебя так рассмешило? – подняла бровь Миа.

– Долго рассказывать, – отмахнулся Лёха. – Давай лучше следующую отраву…

Звон сигнального колокола в какой-то момент прервал негуманные опыты на одержимых пустотниках. К этому моменту Стриж опробовал уже с полдюжины ядов и теперь впервые радовался неурочному вызову.

– Нас хочет видеть Лаура, – сообщила Миа.

Лёха молча кивнул.

Простенькую систему связи они установили в первую неделю пребывания на базе. Зеркала-порталы пропускали неодушевлённые объекты, потому не составило никакого труда протянуть пару тросов и подвесить к ним небольшие колокола, которые Максимилиано упорно именовал “рындами[1]”.

Сейчас прозвучало три долгих удара: вызов Мии и Стрижа к графине.

“Слава тебе, Господи! Пытка закончилась!” – Белочка появилась в образе монашки и истово перекрестилась.

“Ты когда успела верующей заделаться?” – озадачился Лёха.

“Как только попала в тело серийного самоубийцы!” – огрызнулась демоница и исчезла.

– Пойду быстренько ополоснусь, – вставая, сообщил Стриж.

Стянул рубаху и брезгливо сбросил на пол, пообещав себе сжечь её после возвращения.

Спрыгнув на пирс, он увидел тиаматца и саблезуба, сидевших рядом. Услышав стук подошв, Максимилиано обернулся, с улыбкой поднёс палец к губам и показал на соседний пирс.

– Да ну нахрен, – поражённо выдохнул Стриж, посмотрев в указанном направлении.

Зрелище действительно было удивительным. Арес садовыми граблями чесал бок одной из морских коров. Животное фыркало от удовольствия, щурилось и смешно подёргивало короткими ластами. Да и у обычно сдержанного репликанта лицо сияло от восторга.

– Он им всем уже имена дал, – тихо сказал Максимилиано.

Лёха лишь обалдело покрутил головой. Он ожидал такого поведения от Мии или Максимилиано, для которых животные были частью души планеты, но никак не от головореза-репликанта, которому убить проще, чем чихнуть.

– Вызывают? – ткнув пальцем за спину, уточнил тиаматец.

– Ага, – кивнул Лёха, возясь с завязками штанов.

– А ты где так вымазался? – Максимилиано кивнул на бурые разводы, покрывающие торс Стрижа.

“Свинья везде грязь найдёт!” – тут же влезла Белочка.

– Да так, – махнув ладонью, неопределённо ответил Лёха, игнорируя очередную шпильку “квартиранта”, – поэкспериментировал над симбионтом.

– Удачно?

– Вполне, – кивнул Стриж, стягивая штаны.

Прыгнув в море, он лёг на спину и уставился в бездонное синее небо, ненадолго представив, что отдыхает на курорте. И нет ни другого мира, ни демона, ни чёртовых межклановых разборок, а только он, море и небо.

Увы, то был лишь краткий миг покоя. Не стоило заставлять графиню ждать, а потому после быстрого, но тщательного мытья он выбрался из воды, переоделся в чистое и поспешил на встречу.

Клетка перед зеркалом-порталом вызвала приступ ностальгии: прямо как тамбур на родном КПП. Даже помощник дежурного присутствует, пусть и в латах вместо бронежилета.

– Как же я вас ненавижу, – в качестве приветствия сообщил Робин, выступающий в роли того самого помдежа.

Рядом с ним безучастно таращились на пустотников двое стражей-големов. Напоминание о том, что пустотники хоть и обличены неким доверием графини, но всё ещё не до конца.

Оторвав зад от табурета, рыжий подошёл к решётке и загремел ключами, отпирая замок. Подчёркнуто неторопливо, всем своим видом демонстрируя недовольство визитёрами.

– Что, Хлоя томится в одиночестве? – поддел его Стриж.

– Да пошёл ты, – огрызнулся Робин, распахивая дверь клетки. – Сиди тут, мёрзни, ожидай, пока ваши милости изволят морды явить. Будто дел у меня других нет.

– По кухне шарить да винный погреб обносить? – уточнила Миа.

– И это тоже, – ничуть не смутился пройдоха. – Но сначала надо помочь паре ребят из прислуги избавиться от лишнего груза. А то они, бедолаги, сегодня жалованье получили и теперь страдают, таская в кошельке тяжёлые монеты.

И с горестным вздохом продемонстрировал колоду карт, давая понять, что собирается применить для оказания неотложной помощи слугам.

– Ты прям герой, – наигранно восхитилась эльфийка, проходя мимо. – Всегда готов прийти на помощь.

– Ага, – согласился рыжий, на секунду задержав взгляд на её заднице. – Так что давайте живее, вас там уже заждались.

Стрижу это не понравилось. Такая спешка не сулила ничего хорошего.

Робин проводил пустотников до кабинета Лауры.

Увидев рядом с графиней Дарана и Райну, Лёха с трудом сдержал тяжёлый вздох. Похоже, он прав в своих прогнозах, и намечается очередное нелёгкое дельце.

– Мы добыли информацию, что вы просили, – сообщил Даран, едва дверь за пришедшими закрылась. – Удалось отыскать почти всех пустышек из той же партии, в которой были вы. Несколько достались рубежникам, несущим службу на границах, парочка – отличившимся представителям других кланов, но большая часть отправилась Змеям.

Такое “удачное” совпадение вызвало приступ здоровой паранойи, но высказывать подозрения вслух Лёха не стал. Даже если реальный список шире и там есть кто-то из Кречетов и их союзников, начать всё равно имеет смысл с Гарма и его гадюшника. А параллельно обзаводиться собственными шпионами и осведомителями, способными перепроверить эти данные.

– Отличные новости! – широко улыбнулась Миа.

– И да, и нет, – откинулась на спинку кресла Лаура. – Большую часть тех пустотников, как и вас, Гарм предназначил верхушке клана.

– А после событий в Серебряном Полозе и покушения на самого графа, охрана таких персон усилена в разы, – добавил Даран.

– Сложная задача – это не то же самое, что невыполнимая, – напомнил Лёха. – К любой цели можно найти подход.

Капитан стражи кивнул:

– Можно, но это и не потребуется. В следующем месяце у Змеев будет обряд инициации. Все значимые фигуры из списка соберутся в одно время и в одном месте. Есть шанс накрыть всё змеиное кубло разом. Вы освободите своих собратьев и обезглавите гадюшник, надолго выводя его из игры.

Лаура поджала губы и отвела взгляд. Похоже, этот разговор навёл её на невесёлые мысли о том, что когда-то Гарм точно так же обсуждал атаку на её собственных родичей.

– Надо думать, мы должны сделать всё сами и так, чтобы ничто не указывало на Кречетов? – прищурилась Миа.

– Это очевидно, – подала голос Райна.

Лёха кивнул, обдумывая варианты. Собственно, самым простым и логичным будет использовать крылатые эгиды, раз уж вся группа ими укомплектована. Осталось лишь решить один вопрос и сделать это правильно, не попавшись на сокрытии данных.

– Мы успели узнать от Кьеля интересную информацию, – говорить приходилось осторожно, выверяя каждое слово, – но проверить на практике пока не успели. Он упоминал, что крылатые эгиды можно подзаряжать, убивая демонов. Если разобраться, как именно это делать, мы сможем обеспечить энергией весь отряд, а потом испортить Гарму праздник.

Кажется, сработало. Даран подозрительно сощурил единственный глаз, но обвинять пустотников в утаивании важных сведений не стал. Во всяком случае, пока.

– Рискованно, – задумчиво почесал подбородок капитан. – Алексу потребуется в одиночку лететь в эгиде куда-то за границы империи, отыскать там разлом или одинокого демона и найти способ перекачать энергию в броню.

“Это так мило! – умилилась Белочка, возникшая перед Дараном в образе анимешной девочки в кружевном платьице. – Он волнуется о нашей безопасности!”

Повернув к Лёхе лицо с непропорционально большими глазами, она восторженно спросила:

“Ты видел? Нет, ты это видел?!”

“Я теперь развидеть это не смогу, – признался Стриж, у которого начал дёргаться глаз от контраста обычного мира и рисованного мультперсонажа. – Просто ремейк фильма “Кто подставил кролика Роджера”.

Миа выразительно посмотрела на него, явно намекая, что есть куда более простой путь для поиска разлома, но Лёха едва заметно качнул головой. Если Лаура не хочет рассказывать о своём родстве с Тиграми, не им оспаривать это решение.

– Справлюсь, – вслух сказал он. – Не в первый раз.

Слушавшая их графиня побарабанила пальцами по столешнице, глубоко вдохнула и, отведя взгляд, негромко сказала:

– Есть другой способ…

Пустотники понимающе переглянулись, а Даран и Райна удивлённо уставились на кузину.

– Алекс, Миа, сходите пока перекусить, нам нужно кое-что обсудить, – попросила Лаура.

Спорить они не стали, присутствовать при выяснении семейных отношений особого желания не было, а вот съесть что-то вкусное и не отравленное Лёхе очень даже хотелось.


На кухне пустотники увидели картину, необычную для этого мира: дети-слуги мыли посуду под горячей водой, льющейся из кранов. За недели, что ушли у пустотников на операцию в Серебряном Полозе, Гюнтер сумел починить и водопровод, и канализацию в замке, дав местным жителям возможность вкусить благ технического прогресса.

Спасаясь от кошмаров войны и мыслей о пребывании в теле животного, сапёр искал спасения в знакомой работе. С помощью барона Ригана, крайне заинтересованного в познаниях иномирца, Гюнтер изучил древнюю и обветшалую систему водоснабжения, отыскал причины неисправностей и доходчиво объяснил, как их устранить. Самими ремонтными работами занялись уже мастеровые Ригана. Барону отошли и все лавры изобретателя.

Раньше горячая вода из крана и ванная работали лишь в графских спальнях, а теперь новшество смогли оценить остальные обитатели и гости замка. Но если многочисленная знать, приехавшая сватать своих отпрысков, пришла в восторг от ванны с горячей водой и тёплого туалета, то слуги смотрели с более практичной стороны.

Ещё недавно даже простое мытьё посуды требовало массы усилий. Нужно было натаскать воды из колодца, растопить печь, затем развести кипяток в чане и лишь после приступать собственно к мытью. Всё это занимало немало времени и требовало множество рабочих рук. Теперь, чтобы перемыть гору утвари, оставшуюся после знатных гостей, хватало нескольких детей и слуги постарше, следящего, чтобы мелкота не расколотила дорогой фаянс.

Но особо слуги радовались починке душевой и туалета. В своё время, когда в замке впервые провели водопровод, старый граф позаботился и о челяди. Но со временем душ и канализация в людской вышли из строя. Помещения превратили в чуланы, а для справления нужды во дворе вырыли выгребные ямы и поставили над ними деревянные кабинки. Мылись же слуги в бане, растопка которой отнимала драгоценное время отдыха.

Хлоя, правда, ворчала, что “неча людишек баловать, чай не баре какие, так и до лени недалеко”, но было видно, что говорит она это не всерьёз, а для поддержания репутации “грозы прислуги”.

Увидев вошедших на кухню графских телохранителей, Хлоя лёгким подзатыльником активировала рабочий режим у ближайшего поварёнка. Меньше чем через минуту пустотники получили миски с едой и уселись за чисто выскобленный стол в людской.

– О, смотрю, спасательная операция идёт вовсю, – тихо заметила Миа, глядя, как в углу азартно шлёпают картами Робин и четверо слуг.

Именно этому квартету Лёха не так давно достучался до совести ударами по деталям организмов.

– Ага, – кивнул он.

Робин бросил карты на стол и откинулся назад, с победной улыбкой глядя на соперников. В ответ один из слуг неторопливо, с явным наслаждением выложил свой расклад и под смех коллег подгрёб к себе кучку медяков. Лицо пройдохи вытянулось, но он решительно заявил:

– Отыграться хочу!

– Ты что, мало продул? – ехидно поинтересовался здоровяк.

На его лбу ярко сверкала крупная лиловая шишка – память о стыковке с табуретом в руках Стрижа.

– Последнее ставлю! – рыжий снял с шеи серебряный кулон и положил на стол.

– Ну, смотри, – протянул второй слуга. – Тебя никто не неволил. Раздавай.

И подтолкнул Робину колоду.

– Пошли, на улице перекусим, – сказал Мие Стриж. – Обсудим работу.

Девушка молча кивнула, соглашаясь, что не стоит говорить о таком при чужих ушах. Пусть даже одна пара из этих ушей и принадлежит Робину.

– А рыжий наш – тот ещё катала, – хихикнул Лёха, когда пустотники вышли во двор.

– Кто? – не поняла Миа.

– Карточный шулер, – пояснил Стриж. – Так их в моё время на жаргоне называли: катала, исполнитель.

– А, – протянула Миа, усаживаясь на лавку и пристраивая миску на колени. – С чего взял?

– Да, трюк с “последнее ставлю” древний как мир, – ответил Лёха, садясь рядом с подругой. – Катала разводит лохов, изображая азартного дурака, готового спустить последнее. Даёт им выиграть, практически себя раздеть догола, чтобы лохи заглотили крючок поглубже и уже точно не сорвались. А потом медленно и со вкусом разделывает их под ноль.

– Вот как, – хмыкнула Миа. – Не знала. Я с этой породой жуликов как-то не сталкивалась.

Прекрасно помня, как сам подслушал разговор Гарма в этом самом саду, Лёха основательно осмотрелся, не упустив из внимания стены, балконы и окна замка. Нежелательных свидетелей видно не было, но он всё равно предельно понизил голос.

– Похоже, Лаура тоже сообразила, откуда проще и быстрее всего доставать демонов для зарядки эгид.

Миа с сомнением спросила:

– Думаешь, Даран согласится рискнуть её безопасностью ради этого?

– Риск не то чтобы серьёзный, – пожал плечами Лёха. – Открыть и тут же закрыть разлом. Сколько там демонов разом успеет вывалиться? Один? Ну, штук пять. Нас четверо в эгидах, плюс Гюнтер, Даран, Райна, может, ещё и барон присоединится.

Говоря это, он невольно скосился в сторону графского кабинета. Интересно, потерял Даран самообладание от таких новостей и устроил сестрёнке выговор, как в день её победы в ритуале?

– А ты подверг бы такому свою младшую сестру? – с интересом покосилась на него Миа.

Лёха на минуту задумался, а потом неохотно кивнул.

– Умей моя сестрёнка взмахом руки заживо сжигать толпу народа – да, – со вздохом сказал он. – Вдобавок пошла такая игра, что ставки взлетели до небес. Тут или рискнуть и сорвать джекпот, или получить затяжной конфликт с мотивированным и сильным противником. И не факт, что в таком случае окажешься победителем. К тому же, – Стриж кисло ухмыльнулся, – тут иной светский приём может быть куда опаснее оравы демонов.

“А как насчёт светского приёма с демонами?” – моментально вклинилась Белочка, приняв привычный уже облик рогатой дамы с чудовищной пастью вместо рта. Только облачена она была в нарядное платье по местной моде.

“Уговоришь своих приятелей одеться по случаю и явиться на праздник к Змеям – буду рад проверить”, – хмыкнул Лёха.

– Осталось убедить в этом Дарана, – вздохнула Миа и зачерпнула ложкой рагу. – Что-то подсказывает, что задачка будет не из простых.


Она оказалась права. Когда пустотников вызвали в кабинет графини, атмосфера там стояла грозовая.

– Мы не подвергнем ни её сиятельство, ни наши земли такому риску! – заявил Даран, гневно глядя на пустотников, будто это была их идея.

– Там будет четыре пустотника в броне Древних, – устало напомнила Лаура. – Если Алекс вполне справлялся в одиночку, то такой отряд обеспечит надёжную охрану.

– Напомните, ваше сиятельство, – предельно вежливо, чтобы не сорваться на ругань, процедил Даран, – мы говорим о случае, когда его чуть не сожрали крылатые твари? Или когда он едва не спалил лес вместе с собой, не понимая, как работает артефакт? Что, если кто-то из пустышек проделает нечто подобное? Вы уверены, что типовая защита от огня сдержит пламя, рождённое изделием Древних? Я переживу, если одержимый с дружками превратят друг друга в пепел, но вас подвергать такому риску нельзя!

Лаура и Райна молчали, очевидно, позволяя капитану выговориться и спустить пар. Пустотники тоже не мешали, ожидая, пока гнев Дарана немного поутихнет.

– Даже если этого не случится, мы не знаем, насколько мощная и опасная стая демонов успеет вырваться из разлома! При этом я не могу привести отряд рубежников для вашей защиты: мы попросту не сумеем объяснить им, почему разлом вдруг открылся и сам собой закрылся перед нами. Причём в тот момент, когда мы готовы и ждём. Даже идиот поймёт, в чём там дело!

В принципе, Лёха мог бы принять облик кого-то из Тигров и придать происходящему некое правдоподобие, но тут тоже хватало сложностей. Во-первых, никому не следовало видеть крылатые эгиды, а во-вторых, он не был уверен, что широкой общественности известно, что представители императорского рода могут не только закрывать, но и открывать разломы.

– Ну, а защита пустотников, на которую вы так надеетесь, ваше сиятельство… – Даран зло дёрнул щекой. – Совсем недавно мы обсуждали, что не уверены в лояльности Ареса, да и ещё один новичок не прошёл испытания боем. Кто знает, может, он позорно сбежит, едва завидев демонов?

Оскорблённая до глубины души Миа подалась вперёд, намереваясь отстоять честь Максимилиано, да и всех тиаматцев разом, но Райна едва заметно покачала головой, призывая не спорить. Зло сощурившись и гневно раздувая ноздри, эльфийка всё же нашла в себе силы промолчать.

– Думаю, нам стоит взять паузу и как следует всё обдумать прежде чем принимать окончательное решение, – мягко сказала Лаура. – Продолжим этот разговор позже, Даран.

На лице капитана заиграли желваки, но он кивнул, развернулся на каблуках и молча вышел из кабинета.

– Я поговорю с ним, когда остынет, – шепнула Райна, после чего последовала за командиром.

– Максимилиано прошёл такие бои, которые здесь никому даже в кошмарах не приснятся! – яростно выпалила Миа. – И убивали таких тварей у нас дома, на фоне которых демоны котятами кажутся!

Стриж чуть сжал её запястье, призывая к сдержанности. Девушка резко взглянула на него, но всё же выдохнула, стараясь успокоиться. Видно было, что слова капитана задели её за живое.

– Не обижайтесь на Дарана, – миролюбиво сказала Лаура. – Демоны для него… непростая тема.

– А для него вообще есть простые темы? – не выдержал Стриж, которого порядком достала резкость одноглазого.

– Да, с ним иногда сложно, – графиня вздохнула. – Но демоны… Знаете, как он стал калекой?

Пустотники догадывались как, но промолчали, ожидая рассказа.

– У Дарана с детства строптивый нрав, – начала Лаура. – В Гвардии он всегда пререкался с командирами, если считал, что они не правы. Потому его отправили в роту, которой поручали самые сложные и опасные задания. К таким же, как он: “слишком умными”, не готовыми закрывать глаза и помалкивать ради хорошей карьеры.

Стрижу это было знакомо. Такие, как Даран, становились занозой в заднице для любого командира, пекущегося не о боевой подготовке, а о том, как бы произвести впечатление на начальство. Вместо того, чтобы заниматься такими архиважными делами, как подстригание газонов, подкрашивание бордюров и пришивание бирок, эти кадры лезут с глупостями вроде занятий с личным составом на полигоне, стрельбами и прочей хренью, от которой одни ЧП и неприятности. Да ещё смеют перечить старшим по званию и отстаивать своё мнение. И не уволишь такого смутьяна без весомого повода.

Зато под командование такого офицера моментально отдавали всех бузотёров, сорвиголов и прочий лихой казарменный народ. И радостно отправляли в самую глубокую жопу, как только предоставлялась возможность. Сирия, Африка – везде первыми были такие вот неудобные командованию подразделения.

Здесь же, пунктом постоянной дислокации “золотарей”, как метко прозвали роту, в которой служил Даран, была крепость у приграничного торгового города со странным названием Драконий Хвост. С уже знакомым пустотникам Драконьим Холмом его связывала река, по которой товары и доставляли в перевалочный пункт у границы империи. Оттуда он с хорошо охраняемыми караванами отправлялся по тракту, оставшемуся с времён Древних, к перевалочному пункту церковников.

Несмотря на публичное осуждение магии и магов, жители соседних земель дураками не были и прекрасно понимали, что артефактным оружием и бронёй сражаться против демонов проще, чем громкими речами о вреде колдовства и колдунов. А потому неохотно, но торговали с имперскими кланами, вроде тех же Кречетов. Лёха даже заподозрил, что представители духовенства по ту сторону границы не афишировали природу происхождения магического оружия, выдавая то либо за наследие тех же Древних, либо за божественное благословение, источником которого это самое духовенство и является.

Грызня за власть и влияние, похоже, не отличалась от мира к миру.

Как бы то ни было, именно Драконий Хвост был хорошо охраняемым и самым неспокойным торговым городком, заточенным под “международную” коммерцию. Частые прорывы демонов, постоянная угроза со стороны церковников, да и нападения диких эльфов, жаждавших пощипать караваны с оружием – всё это было головной болью “золотарей”. Ну а их крепость, расположенную под Хвостом, между собой без затей называли Жопой.

Там и проходила большая часть службы Дарана.

С ними вахтовым методом тянули армейскую лямку и представители императорской семьи. Обычно сразу четверо – приграничье было местом неспокойным, а торговый путь был слишком важен, чтобы оставлять без надёжной охраны. Да и Тигры имели грабительский процент со всего импорта и экспорта, не позволяя богатеть лишь артефакторам-оружейникам вроде барона Ригана.

Служили представители августейшей фамилии в Хвосте по полгода, и часто Тигры, не желавшие на столь долгий срок расставаться с семьями, брали те с собой. Ну а где появляется даже небольшое скопление знати, там быстро образуется и светская жизнь с праздниками и визитами родственников.

Охрана таких мероприятий, само собой, тоже ложилась на плечи “золотарей”, вынужденных после выматывающих патрулей и сражений “отдыхать” в почётном карауле при балах и званых ужинах. Единственным плюсом этого дежурства была возможность вернуться в казарму с трофеями, добытыми в винных погребах и кухне хозяина. Гвардейцы, конечно, не голодали, но никогда не упускали возможность разнообразить меню деликатесами, к тому же на дармовщинку. Да и сами хозяева закрывали глаза на такие набеги, считая это справедливой компенсацией служивым за угробленный отдых.

Дарану с его людьми выпала сомнительная честь стоять в карауле на праздновании дня рождения младшего сына одного из Тигров. И пока взрослые пировали за столами, вся знатная детвора вовсю резвилась во внутреннем дворике.

Гвардейцы привычно разбились на три смены по три человека. Один дежурил в пиршественном зале, следя, чтобы перебравшие гости находили дорогу к нужнику, а двое – во дворе, дабы разбушевавшаяся мелюзга не разнесла дом по камушку. Остальные гвардейцы дулись в карты на кухне и лишь Даран каждые полчаса обходил посты, хоть в этом не было особой необходимости. Всё же не на заставе в карауле стояли, а на пирушке в спокойном городе. Но служба в Жопе быстро отучала от беспечности, вбивая бдительность на уровень безусловного рефлекса.

Это и помогло Дарану в тот день. А, может, и подставило – это как посмотреть.

Он как раз шёл по коридору, ведущему во внутренний дворик, как прямо перед ним открылся разлом. За те мгновения, когда смутные силуэты за холодным сиянием ещё не успели пересечь границу между мирами, молодой гвардеец принял убийственно-храброе решение и рванул вперёд. В тупик, который уже через несколько секунд заблокируют хлынувшие из разлома демоны.

Кричать и поднимать тревогу смысла не было – ударивший по мозгам звук лучше боевого рога сообщил всем обитателям дома, что случилось немыслимое. Но сколько времени понадобится подвыпившим Тиграм и отдыхающим сменам на то, чтобы добраться сюда и прорубиться сквозь тварей? Явно больше, чем тем нужно, чтобы сожрать детей.

Едва не поскользнувшись на обледеневшей траве, Даран влетел в сад и залил коридор пламенем, испепеляя тварей. Пара его бойцов, не тратя ни мгновения, собрали орущих от боли и страха детей у противоположной стены и приготовились встречать демонов.

А в том, что надолго Дарана не хватит, сомнений не было. В недавнем бою тот не только потерял пустотника, но и порядком истощил внутренние резервы. Вопрос был лишь в том, сумеет ли он продержать огненную завесу до подхода подкрепления.

Не сумел.

Когда пламя опало, хлынувших во двор тварей встретили клинками. Гвардейцы встали живой стеной и смогли продержаться те драгоценные минуты, что понадобились взрослым, чтобы пробиться сквозь демонов и закрыть разлом.

За победу заплатили дорогую цену: Даран лишился руки и глаза, его товарищ – обеих ног ниже колена, а от третьего осталось столь мало, что уместилось бы в шлеме. Зато почти все дети выжили, кроме дочери одной из местных знатных дам.

– Погоди, так города же вроде как защищены от появления разломов, – удивился Стриж.

– Да, – грустно улыбнулась Лаура. – Но не от дара императорского рода.

Пустотники переглянулись.

– Кто-то из детей Тигров случайно открыл его? – озвучила догадку Миа.

Лаура кивнула.

– Та погибшая девочка была бастардом одного из Тигров. Он и сам не догадывался, что мимолётная любовница задумала получить для клана мага, способного закрывать разломы. Она узнала от сплетниц, которые из императорских…

Графиня запнулась, покраснела, но всё же продолжила:

– … людей заняты зачатием наследника, и сумела попасть в постель к одному из них. Конечно же, она разомкнула силовой контур плетения бесплодия, понесла и уже в своих владениях родила дочь.

– Плетение бесплодия – это татуировка над копчиком? – на всякий случай уточнила Миа.

– Да, – подтвердила Лаура.

– Но если её можно размыкать, смыкать и переделывать, – нахмурилась эльфийка, – то почему нельзя изменить плетение, привязывающее пустотников к магам? Тоже разомкнуть этот самый силовой контур и нарушить связь, освободив без убийства.

– Менять можно лишь плетения, что наносятся мастером прямо на тело, – пояснила графиня. – Те, что сделаны с помощью артефактов, можно изменить, только пока он не вошёл в тело. Ни привязку пустышек, ни то плетение, что скрыто на ладони Алекса, уже не переделать.

Миа разочарованно вздохнула, а Стриж вернулся к теме разговора.

– У меня несколько тупых вопросов о ваших детях. Как вообще обеспечивается безопасность неразумных сопляков, способных пусть не открыть разлом, но просто поджечь дом с помощью магии? Нам и спичек в своё время хватало, чтобы устроить переполох безо всякого волшебства. А уж если младенец срыгнул и вызвал в детскую орду демонов…

Он покачал головой, не представляя, как вообще можно предотвратить подобное.

– Дар обычно проявляется лет с десяти-одиннадцати, – охотно пояснила Лаура. – К этому времени детей отправляют в специальную клановую школу под круглосуточный надзор наставников, которые помогают справиться с даром. Проблема в том, что кровь императорской семьи просыпается раньше. Тигры уже с восьми лет отправляются на обучение.

Лицо Мии приобрело задумчивое выражение.

– Странно… Если у всех катализатором, очевидно, выступает гормональная перестройка в период полового созревания, то чем так отличаются Тигры?

– Что-что? – удивлённо переспросила графиня.

– Не обращай внимания, – несколько виновато улыбнулась эльфийка. – Просто мысли вслух.

– Выходит, – подвёл итог Лёха, – что горе-мамаша подложила дочке жирную свинью, оставив без должного обучения.

– Она, как и все, считала, что Тигры способны только закрывать разломы, а не творить их, – напомнила Лаура.

– Но разве не было бы разумней рассказать об этом? – приподняла бровь Миа. – Это бы сразу поубавило желающих тайно залететь от члена императорского рода.

Вместо графини ответил Стриж.

– А ты представь, сколько это породит подозрений и слухов. Разлом, что открылся где-то на тракте и погубил чьих-то родичей – не происки ли Тигров? Или подозрительное скопление демонов у границ какого-то клана – не козни ли недоброжелателей? А может, и вовсе империи ничего не угрожает, и все прорывы – дело рук императорской семьи, жаждущей безраздельной власти?

– Не будь ты свидетелем разломов, открывавшихся в безлюдных диких землях далеко отсюда, так бы и подумала, – призналась Миа.

– Потому этот аспект дара Тигров хранят в секрете, – резюмировала Лаура.

И только тут до Лёхи дошло.

– Так Даран до сих пор не знал, что это вообще возможно? И, скорее всего, до него дошло, что именно случилось в тот день, когда он остался калекой?

Лаура невесело склонила голову.

– И, подозреваю, он догадался, что та девочка погибла не от когтей демонов, – добавила она. – А её мать не покончила с собой от горя.

– Тигры замели следы? – без особого удивления предположила Миа.

– Да. В суматохе после боя легко было убить ребёнка и кинуть под куст изуродованный труп. А потом задушить её мать и сунуть в петлю в спальне, изобразив самоубийство.

– А ты откуда это знаешь? – прищурился Стриж.

– Дед рассказал, – просто ответила Лаура. – Как мораль о том, что случается с теми, кто забывает об осторожности и упускает должное обучение детей.

Лёха мрачно нахмурился. Теперь понятно, почему Даран так остро воспринял неплохой, по сути, план подзарядки крылатых эгид. Это не только погрузило его в глубоко травмирующие воспоминания, но и открыло много нового. К примеру, тот факт, что он остался калекой не в силу роковой случайности, а из-за чьей-то тупой жажды власти, едва не стоившей жизней ни в чём не повинным детям.

И они, по сути, предлагают ему повторить события того дня, с той лишь разницей, что на этот раз будут готовы к этому прорыву.

Лёха прекрасно понимал, что чувствует Даран. Примерно то же, что испытывал бы он сам, предложи кто-то вновь сесть за руль того злополучного грузовика со взрывчаткой, при этом гарантируя, что детонация произойдёт точно в указанное время, а не под задницей водителя. Интересно, согласился бы он на такой номер? И сам же ответил: да. Лучше вновь рискнуть, чем оставить опасный груз на запруженной людьми улице. В конце концов, в этом и есть воинский долг: если придётся, то без колебаний отдать свою жизнь за тех, кто стоит за твоей спиной.

Хотя, если сравнивать со сложившейся ситуацией, то грузовик пришлось бы уводить не ради спасения людей, а для проведения некоего эксперимента. Например, испытаний новой глушилки сигнала мобильного телефона. И вот тут уговорить Стрижа на участие было бы неимоверно трудно. Вернее, невозможно.

“Ой ли?” – ехидно осведомилась Белочка, появившись рядом.

В этот раз она щеголяла в костюме взрывотехника.

“Гложет меня сомнение, что ты – и вдруг откажешься от чего-то самоубийственного, – сообщила демоница, откинув забрало. – Тебя же хлебом не корми, дай только возможность свернуть шею максимально дебильным способом”.

Лёха лишь усмехнулся. В чём-то его вредный квартирант прав, что не говори.

“Ну, я тоже делаю выводы и учусь на ошибках”, – ответил он без особой уверенности.

“Ой, зарекался кот по столу лазить и орать ночами, – фыркнула Белочка. – Ты сам-то хоть немного веришь в то, что говоришь?”.

И, захлопнув забрало, исчезла, оставив размышлять над истинностью демонических заявлений.

– После этого его отправили домой в почётную отставку? – просто чтобы сложить в голове полный образ спросила Миа.

– Не сразу…

Дальнейшая история, в принципе, ничем пустотников не удивила.

Никто вообще не думал, что Даран выживет, за исключением гарнизонного лекаря, имевшего свой взгляд на ситуацию и огромный опыт работы с самыми страшными ранами. Две недели он боролся за жизнь пациента и вышел из схватки победителем, в очередной раз оставив курносую с носом.

“Не, друг, так просто из Жопы ещё никто не вылезал”, – под радостный смех гвардейцев объявил лекарь, когда Даран, покачиваясь от слабости, в первый раз смог выйти из лазарета.

Император по достоинству оценил подвиг гвардейцев, жаловав обоим выжившим высшую награду – Императорскую милость, означавшую выполнение любого желания награждённого. В разумных пределах, естественно. Даран, сверх того, получил звание почётного лейтенанта, а погибший воин был занесён в списки Гвардии навечно.

Как правило, заработавшие Императорскую милость желали крупную сумму либо земельный надел получше. Некоторые просили сразу несколько пустышек или разрешение на брак с девушкой, чьи родители были против жениха.

Все ждали, что покалеченный воин, не годный больше к службе, обеспечит себе безбедную жизнь до конца дней, но Даран сумел и тут удивить всех.

Во время церемонии награждения на главной городской площади, в присутствии, считай, всего населения Драконьего Хвоста, он пожелал не денег или земель, а помилования Райны. Чем потряс всех собравшихся, вне зависимости от сословия и возраста. Но слово императора нерушимо, потому желание героя исполнили. Райна получила свободу, к ярости Виверн. Кречеты и вовсе пребывали в шоке от свалившихся новостей, испытывая двойственные эмоции. С одной стороны, непутёвый бастард, всё время нарывавшийся на неприятности и отосланный с глаз долой, неожиданно оказался героем, представив клан в выгодном свете. С другой – бешеная девка, опозорившая родню убийством на турнире, вместо того, чтобы сдохнуть на каторге, получила помилование. И добро бы просто ей дали волю с возможностью идти на все четыре стороны. Нет, император отдельным указом отметил, что Райна возвращается в клан под личную ответственность Дарана. В случае же его гибели за воительницу будет отвечать барон Риган, выступивший поручителем.

Это не понравилось очень многим Кречетам, но перечить воле императора никто не посмел. И когда оправившегося от ранений Дарана назначили заместителем командира личной охраны графа – решили, что стоит набраться терпения, немного подождать, и Райна подставится сама. А заодно подставит и выскочку-бастарда. Слишком жирное место занял калека, не по статусу. Хватило бы и командовать заставой где-нибудь на границах клана.

А Даран, словно ему мало было издевательств над роднёй, ещё и вытянул из тюряги братца, по которому виселица рыдала горькими слезами. После чего пристроил в своё подразделение, причём с полного попустительства графа.

И пока родня думала, как половчее вернуть всё в привычное русло, мир снова перевернулся, лишив клан всей верхушки. А потом всё и вовсе пошло кувырком, не без активного участия пары пустотников.

– Сомневаюсь, что Даран согласится на открытие разлома для вас, – подвела невесёлый итог Лаура. – Но, в конце концов, мы можем сделать это и без его участия.

1

Рында – судовой колокол. В эпоху парусного флота служил также для отсчёта времени вахт.

Антимаг. Клан

Подняться наверх