Читать книгу Бронежилет для планеты - Александр Тамоников - Страница 5

Глава третья

Оглавление

После непродолжительной беседы и позднего обеда у Карима Саманди Хамид Хакади засобирался в путь.

Во дворе, где стояли машины заместителя организации «Фронт возрождения Афганистана», он отвел в сторону Саманди и сказал:

– Я понимаю, Карим, что Данвир твой человек, ты доверяешь ему, иначе он никогда не занял бы свой пост. Но, скажу честно, мне он не внушает доверия. Я во время визита на объект заглянул и в модуль. Ты знаешь, я умею разбираться в людях, и если помощник Хорна, Тим Найт, вел себя естественно, то жена его явно и открыто лгала. Она была пьяна, хоть и спрятала спиртное, но это, в принципе, нашим специалистам не запрещено, а вот в пепельнице я увидел окурок сигареты, которыми не пользуется Софи Найт. Такие сигареты курит только один человек в твоем подразделении. Азад Данвир. Еще женщина, это было заметно, перед моим приходом навела порядок. Не отличаясь особой чистоплотностью, она бросила нижнее белье в шкаф, дверь которого была приоткрыта. Такое белье носят или надевают при приеме клиента европейские проститутки. Я учился в Англии, знаю. Конечно, можно предположить, что Данвир приходил в модуль, хотя об этом ничего не известно ни Хорну, ни Найту, ни… Софи, но весьма странно, не мог же Азад пройти в модуль в отсутствие иностранцев, да и, по показаниям надзирателей, Софи практически не выходит из него, если только к ручью, откуда хорошо виден вход. Но вернемся к началу: предположим, Данвир приходил в модуль с целью проверки, как живут иностранцы. И только в отсутствие мужчин. Предположим, он разговаривал только с Софи, хотя та это отрицает. Но предположим, что Данвир заходил в модуль, а Софи не желает говорить об этом мужу. Вопрос, что это за дела? Почему Данвир заходил к Софи? Для обычного разговора ни о чем? Бред! Я думаю, что у Азада связь с француженкой. Тем более что до замужества она промышляла проституцией в Марселе.

– А может, он действительно просто один или два раза зашел к Софи Найт, чтобы выслушать мнение женщины о жизни у объекта? А та, естественно, скрывает это, боясь гнева мужа.

Хакади посмотрел на Саманди:

– Вот уж не думал, что ты так наивен, Саманди. Говорю, Данвир спит с женой Найта. И шайтан бы с ним, но если об этом узнает Тим Найт, муж этой шлюхи? Это мы при всех говорим, что найдем замену любому. Да, твоему заместителю найдем замену без проблем, а вот подыскать и найти специалиста горного дела очень не просто и дорого. Что ты скажешь, когда Найт вдруг откажется от работы?

– Он не сделает этого, потому как по натуре далеко не храбрец.

– Не забывай, что даже трусливый шакал, загнанный в угол, способен превратиться в страшного зверя. Если среди англичан начнется раздор, то мы потеряем столько денег, что ни тебе, ни Данвиру со всем кишлаком не хватит расплатиться. Я не говорю о времени. А какой удар по репутации организации? Наши братья прислали нам специалистов, а мы устроили тут разврат. Кто после этого будет иметь с нами дело?

– Что я должен сделать, господин Хакади? Убрать Данвира? – угодливо спросил Саманди, поглаживая бородку.

– Не сейчас. Сейчас он нужен. На данном этапе ты должен раскрыть его связь с француженкой и заставить Данвира оставить ее в покое. Сможешь?

– Смогу.

– Хоп. И еще, всем носить боевую форму «Исламского государства».

– Да, господин Хакади!

Заместитель руководителя создаваемой в Афганистане организации «Фронт возрождения Афганистана» вернулся в Альдаг около 9 часов вечера. Задержался в Дарви, поговорил с полевым командиром Ахмедом Кардаем. По возвращении решил сразу же зайти к начальнику. Тот принял заместителя в отдельной комнате большого дома, меблированного в смешанном европейско-восточном стиле. Хамид Хакади доложил результаты поездки в Харас. Выслушав его, Фарди прошелся по комнате:

– Значит, нам нужны рабы. Вопрос, где их взять? Нет, мы, конечно, можем захватить какой-нибудь кишлак, сил для этого достаточно, и поработить сотни человек любого возраста и пола. Но провинции в основном находятся под контролем Талибана. А талибы не позволят хозяйничать в их вотчине.

– Но ведь люди Халифа вроде договорились с талибами о союзе?!

– Договорились, – вздохнул Фарди, – поэтому мы и можем формировать группировку организации. Да и договорились только потому, что ИГИЛ набирает силу на всем Ближнем и Среднем Востоке, влияние же Талибана по-прежнему распространяется лишь на часть Афганистана и Пакистана. Но если мы вторгнемся в сферу интересов талибов, все договоренности полетят к черту, и они нанесут нам такой удар, что от «Фронта» не останется ничего и никого.

Хакади закурил сигарету и, выпуская дым, проговорил:

– Попробовать нанять рабочую силу в Кабуле?

– Не дадут, Хамид. Мы уже заявили о себе, и правительство не в восторге, мягко говоря, от нашего появления. Американцы надеются, что «Исламское государство» в Афганистане неизбежно столкнется с талибами, но не сразу, а когда настолько усилит свое влияние, что сможет это.

– Зачем американцам внутренняя междоусобица в Афганистане, когда их цель направить все оппозиционные силы на Таджикистан, Узбекистан, Туркмению, чтобы устроить там государственные перевороты, тем самым создавать очаг реальной угрозы на южных границах России?

– Да, Хамид, это цель американцев, но… только после того, как подразделения миротворческих сил содействия безопасности покинут страну. Иначе получится полный провал политики США в регионе. Но не будем о высокой политике, тем более что предсказать ход событий в Афганистане сейчас просто невозможно, мы должны сосредоточиться на создании крупной группировки ИГИЛ в стране.

– Вы говорите, что нам не дадут работать в Кабуле по найму рабочей силы, но, во-первых, это необязательно делать в столице, во-вторых, можно представиться кем угодно. Рынок труда сейчас большой, безработица высокая.

– Все это так, – кивнул Фарди, – но ты предлагаешь долгий вариант, а нам люди нужны уже сейчас. У нас, от силы, месяц для подготовки складов у Хараса. А там работы еще много. Оборудование, материалы мы на объект перебросим, это не проблема. Проблема в том, где взять рабов? В южных провинциях мы действовать не можем, для успешных действий на севере не хватит сил. В Кабул и другие крупные города нам дорога закрыта. – Он подошел к карте Афганистана, висевшей на стене, довольно долго всматривался в нее, затем произнес: – Район проживания племени хату, вот что иметь бы под своим контролем. Там можно было бы создать мощную базу. К высокогорному плато ведут всего две дороги, которые легко перекрываются наверху. Два средних блокпоста сдержат продвижение по серпантинам любые силы. И мужчин там хватает. Хату проживают компактно в четырех крупных кишлаках – Докур, Тахталаг, Урун и Бурд, а также в семи-восьми мелких населенных пунктах. Кстати, одна из дорог ведет к нам, к Альдагу. Бурд с Альдагом разделяют какие-то шестьдесят километров.

Хакади докурил сигарету, затушил окурок в пепельнице:

– Мне это известно, как известно и то, что талибы не раз пытались захватить район проживания хату и достаточно мощными отрядами, однако им это не удавалось. Потеряв много людей, они оставили эту затею. А затем хатуиты вышли на тропу войны, когда известный полевой командир Абдулла Мирзади использовал одежду племени при разгроме госпиталя Красного Креста.

– Я лично знал Мирзади, – ответил Фарди, – кое в чем помогал ему, пользуясь служебным положением. Вот бы кто нам сейчас пригодился. Мирзади был сильным и умным командиром.

– Однако какие-то хатуиты переиграли Мирзади, захватив в плен, и позже у себя в Докуре казнили его. Как могли хатуиты разбить отряд Мирзади?

– Хату – племя воинов, и воевать они умеют. Так что в разгроме отряда Мирзади ничего странного не было бы, если не одно «но».

– Какое «но»?

– А ты не в курсе?

– Я же в то время был в Ираке!

– Понятно. «Но», Хакади, заключается в том, что не племя хату разгромило отряд Мирзади, а боевая группа российского спецназа.

– Что? – удивился Хакади. – Русский спецназ?

– Да. Это было засекречено, но я-то знаю, что произошло на самом деле под самым носом у талибов под Кандарамом.

– Я могу знать об этом?

– Почему нет? Ты мой заместитель.

– Прошу, расскажи, Мохаммад.

– Дело прошлое. Мирзади, желая пошантажировать русских и заполучить ПЗРК, напал на госпиталь Красного Креста в Мальяре, захватил в заложники русских врачей. Кроме того, у Мирзади работала и диверсионная группа в России. Но, надо признать, неудачно. Так вот к заложникам. Мирзади затребовал у Москвы ПЗРК в обмен на них. Русские подумали и прислали сюда группу спецназа, чтобы и проблему снять, и Мирзади наказать. И это им удалось.

– Русские не могли прислать сюда большую группу.

– Они обошлись малыми силами. Все подробности я не знаю, но каким-то образом российский спецназ уничтожил отряд Мирзади, захватив Абдуллу. Тогда же с гор спустился отряд хатуитов во главе с вождем племени Бани Арданом. И этот отряд вышел к месту захвата Мирзади у развалин древней крепости Шарди, когда русские уже готовы были вылететь обратно. Ардан как-то договорился с русскими, а скорее всего, во избежание столкновения, которое могло закончиться гибелью группы, русские передали Ардану Мирзади. В общем, разошлись по-хорошему. Так что хатуиты к разгрому группировки Абдуллы прямого отношения не имеют. Мирзади достался им, можно сказать, случайно. А представлено все было так, что именно они нанесли поражение Мирзади.

– Интересная история. А чем живут хатуиты?

– Чем живут, говоришь? Хороший вопрос. Шайтан, как же я сам об этом не подумал. Хатуиты не могут постоянно сидеть в горах, им нужны мука, соль, сахар… подожди. – Главарь афганского отделения террористической организации ИГ прошел к столику, где находилась спутниковая станция. Включил ее, снял трубку, набрал номер. Ждал недолго: – Алим? Салам, уважаемый, это Фарди… Да, да, я, Алим… Знаю… Все нормально… В Кабуле скоро не только услышат обо мне и «фронте»… У меня к тебе просьба, Алим… Нет, никаких государственных секретов. Ты мне скажи, что тебе известно о племени хату? Точнее, каким образом они получают в горы необходимые для жизни продукты, оружие, одежду, строительные материалы?.. Что?.. На базаре? Как часто?.. Так, понятно. Подожди, и что, за один день они успевают сбыть свой товар и купить другой?.. Странно. Их сукно и шерсть пользуются таким спросом?.. Понятно. Вот оно, значит, как?.. Да нет простой интерес, тебе не надо знать об этом… Не волнуйся… людей, помогающим нам, мы наградим, а не уничтожим… Талибы? А что талибы? Скоро все оппозиционные организации и движения встанут под знамя «Исламского государства». Повсюду на Востоке будет единый халифат. Так что о врагах говорить не приходится. Сейчас мы сильнее всех. Спасибо, уважаемый, я не забуду о твоей услуге… Хорошо, обязательно обращусь… Да хранит Всевышний и тебя, и твой дом.

Фарди отключил спутниковую станцию и взглянул на Хакади:

– Ты задал очень своевременный вопрос. Оказывается, один раз в месяц, в третье воскресенье, хатуиты небольшим караваном приходят в Кандагар, на базар. Привозят сукно, шерсть, покупают необходимые товары для всего племени.

– Сколько же надо сукна и шерсти, а, главное, покупателей и времени, чтобы сбыть этот, в общем-то, обычный товар?

– Если ты слышал, данное обстоятельство удивило и меня. Но хатуиты продают все в один день. Более того, в тот же день они успевают закупить все необходимое и уйти из города. Странно, да?

– Более чем.

– Но это все ерунда. Главное что? Главное то, что они торгуют с Кандагаром, отправляют небольшие караваны. Тебе не кажется, что мы близки к решению проблемы с людьми?

– Ты имеешь в виду захват каравана?

– Да. Хату живут независимо, они не поддерживают ни проамериканскую власть, ни талибов.

– Сами по себе?

– Именно, поэтому могут рассчитывать только на свои силы. За них не вступится никто. Сами же они сильны только в своих горах. Внизу серьезной угрозы не представляют ввиду малочисленности боевого формирования. Мой друг в Кабуле говорил, что Ардан постоянно держит под ружьем отряд не более пятидесяти человек. Правда, хорошо вооруженных и, как уже говорил, умеющих воевать. Но что такое пятьдесят человек? Они удержат позиции охраны своего района, но эффективно действовать, скажем, против нас, не смогут.

– Ты говорил, караван хату выходит в Кандагар в третье воскресенье каждого месяца?

– Да. Где календарь? – Фарди подошел к большому рабочему столу, присел в кожаное кресло, открыл ежедневник: – Так, третье воскресенье июля. Двадцатое число. А сегодня у нас пятнадцатое. – Хату пойдут в Кандагар в конце этой недели. И дорога у них одна. Из Тахталага на юго-восток, сначала по плато, обходя лесной массив, затем ущельем Варак, что лежит в пяти километрах от селения Ак-Варалан, вновь по плато, через перевал к Кандагару. Других дорог нет. Рядом только обозначенный кишлак Ак-Варалан, где проживают семьи мирных чабанов. Там власть – самоуправление.

– Как и у хату?

– Как и во многих селениях юга Афганистана. Но к теме, Хамид. От Дарви, где стоит отряд Ахмеда Кардая, до кишлака Ак-Варалан по карте восемьдесят семь километров. До ущелья Варал, если считать по прямой, семьдесят километров вдоль обширного лесного массива.

– Ты уже планируешь акцию нападения на караван хату?

– Разве это незаметно? Подойди.

Заместитель подчинился.

– Теперь, как профессионал, имеющий военное образование, скажи мне, где удобнее напасть на караван, чтобы взять как можно больше пленных?

– По карте ничего определить нельзя, надо воочию видеть местность. Вполне возможно, что не ущелье окажется самым удобным местом, а, скажем, район северо-западнее, там, где «зеленка». Нужна разведка, Мохаммад.

– Хорошо. Ты ее и проведешь.

– Это я уже понял, – покачал головой Хакади. – Вопрос: взять людей отсюда или привлечь воинов Кардая?

– Зачем из Альдага вести группу штурма, если у Кардая приличный отряд. В Дарви у нас сорок три бойца, группу разведки и штурма наберешь.

– Там есть опытный воин, заместитель Кардая, Будур Бадри. Мы воевали вместе.

– Ну и отлично. Утром выезжай в Дарви. Возьми с собой охрану и спутниковую станцию. Кардая я предупрежу о твоем приезде.

– Не раскрывая цели приезда.

– Само собой.

– И надо бросить в Харас хоть какое-нибудь оборудование. Инженер говорил о бензокомпрессоре и отбойных молотках, пора перебрасывать и металл для ворот, стеллажей.

– Это я возьму на себя. Ты отработай задачу по рабам.

– Знаешь, Мохаммад, думаю, нам надо запутать Ардана. Чтобы он потерял след и не пытался найти тех, кто уничтожит его караван, – выдержав паузу, проговорил Хакади.

– Что предлагаешь конкретно?

– Представить нападение на караван как месть за Абдуллу Мирзади.

– Но как? Выйти с Арданом на связь и заявить об этом открыто?

– Нет! Дать возможность одному хатуиту уйти. Так будет правдоподобнее.

– Решай сам. Считаешь нужным сделать так, делай. Начинай сначала главное, сформируй в Данвире группу штурма, выйди в район Ак-Вараланак, подыщи место засады. И чем быстрее это сделаешь, тем лучше.

– Я знаю, Мохаммад, как брать караваны и как защищать их.

– Тогда мне остается только пожелать тебе удачи!

– Благодарю. Выезжаю утром.

– Связь держим по необходимости по спутнику.

Бронежилет для планеты

Подняться наверх