Читать книгу На задворках галактики: Лигна - Александр Тимофеевич Филичкин - Страница 1

Оглавление

Часть

I

. Роща летающих змей


Планета «Дикая Глушь»


– Она умерла! – пронзительно крикнула Инга: – Её больше нет! – голос сильно взволнованной девушки на секунду прервался. Она прерывисто всхлипнула и громко заплакала.

– Как умерла? Когда, от чего? – заорал ксенобиолог Сергей. Секунду спустя, он осознал, что не стоит так громко вопить. Связь работала в идеальном режиме. Можно было расслышать каждый вздох человека, говорившего в микрофон на той стороне.

– …Минут двадцать назад. – донеслось сквозь рыдания из динамика пульта стационарного компа: – Мы с Кристьяном уже собирались домой… Укладывали в багажник собранные за день образцы… Лайла шла по мелководью вдоль низкого берега… Каким-то неведомым образом, она наступила на мерзкую тварь… То есть, на огромного слизня, обладавшего способностью вырабатывать мощный электрический ток…

Животное длинной в мою руку, вылезло из русла на отмель, где зарылось в мокрый песок… Почему-то не сработал датчик обнаружения… или Лайла сильно устала и не обратила внимания на звук тихого зуммера… а может быть её отвлекла стайка рыб, которых очень много вокруг?… Как бы то ни было, но она наступила точно на середину жуткого гада…

Он выгнулся вверх, и всем своим телом прилип к голени правой ноги… от стопы до колена… Затем разрядился сразу с головы и хвоста… Сила тока оказалась настолько большой, что лёгкий защитный костюм пробило насквозь…

А может быть, всё дело в том, что «Хамелеон» не был закрыт, как положено, и брызги воды были не только снаружи, но и внутри? – опять послышался безудержный плачь молодой аспирантки.

Сергей сильно заёрзал на кресле. Ксенобиолог не знал, что можно сказать по данному поводу? Говорить о нарушении правил научных исследований на дальней планете теперь уже не было смысла. Он только потерянно ждал, пока Инга чуть успокоится и сможет рассказывать дальше.

– Сильнейший разряд отшвырнул Лайлу в реку… Вода подхватила её и потащила по острым камням… Возможно, проклятый червяк ударил её электричеством ещё один раз… Лишь через десять минут Кристьян смог вытащить подругу на берег… Голова у неё оказалась очень сильно разбита… Всё было в крови…Пульс стал нитевидным, дыхание слабым…

Причитания аспирантки снова исчезли. Она протяжно вздохнула, чуть помолчала и уже значительно тише продолжила: – Аптечка скафандра не смогла помочь Лайле… Я вызвала флаер на берег… Его медицинский блок тоже не справился с такой сильной электрической травмой… Впрыснул ей состав для краткого анабиоза… Теперь требует срочно отправить в больницу… Говорит, что до безвозвратной гибели мозга осталось всего сорок восемь минут… – Инга опять зарыдала.

– Где вы сейчас?

– Летим в лагерь старателей… У них есть стационарный медблок для оказания экстренной помощи… На наш запрос они сообщили, что готовы принять несчастную Лайлу… Обещают помочь всем, чем только смогут…

Сергей глянул на монитор и привычно напрягся. Ментальным приказом вывел на экран подробный план местности, окружающей ближайший посёлок. Насколько помнил ксенобиолог, там обитало всего тридцать переселенцев с Земли. Он сразу подумал о том, сможет ли их оборудование помочь бедной девушке?

Не окажется ли их небольшая больничка такой же убогой, как сам посёлок старателей, где стоит лишь три стандартных ангара, да два десятка домов из плохо ошкуренных брёвен?

Появилась рельефная карта, на которой яркой точкой мерцал движущийся летательный аппарат. Чуть ближе к правому краю дисплея, виднелась группа скромных деревенских строений.

Учёный запросил время, нужное машине на то, чтобы долететь до больницы?

Экспедиционный компьютер мгновенно ответил: – Тридцать четыре минуты.

– Успеют! – Сергей облегчённо вздохнул и ещё раз взглянул на экран. Учёный заметил, что на пути экспедиционного флаера лежит обширная область, выделенная тонким серым пунктиром. Она сильно походила на вычерченный циркулем круг: – Что это? – спросил он у машины и мысленно указал на странную линию.

– Территория, закрытая для полётов лёгких картографических дронов. – бесстрастным голосом откликнулся электронный помощник: – Там пропало три совершенно исправных летательных аппарата типа «Колибри». Причина исчезновенья машин не установлена. Возможно, виновна мощная геомагнитная аномалия. Диаметр обозначенной «Зоны» восемьдесят пять километров.

– Сообщить об этом на флаер! – приказал ксенобиолог.

– Выполнено.

Тут же раздался голос пилота: – Я хорошо вижу необычное место на карте, но его закрыли лишь для небольших беспилотников. Наша машина защищена значительно лучше тех маленьких птичек. Уверен, что мы спокойно проскочим.

– «Время движения флаера с учетом облёта запретной «Зоны»?» – задал Сергей ментальный вопрос.

– Пятьдесят девять минут. – ответил ксенобиологу Комп.

– Мы можем успеть, только в том единственном случае, если пойдём напрямую. – хмуро добавил Кристьян к ответу компьютера.

– Взлетайте на максимальную возможную для вас высоту. – бросил Сергей.

– На это тоже нужно какое-то время. – возразил аспирант: – У нас машина еле держится в воздухе. Мы загрузили багажник образцами до самого верха, а потом, некогда было всё вынимать.

В его голосе послышалось небольшое смущение. Скорее всего, узнав о травме подруги, Кристьян об этом совершенно забыл, а вспомнил только сейчас, когда стал говорить с начальником земной экспедиции. Он на короткое время умолк, но тут же добавил: – Сейчас попытаюсь сбросить все материалы.

Через секунду он продолжил немного бодрее: – Я освободил флаер от груза и всё уже посчитал. Чтобы нам уложиться в тот срок, что отпустил наш медблок, я могу потратить на набор высоты не более пяти с половиной минут. Значит, нам удастся забраться только на четыре тысячи метров.

– Хорошо. – ксенобиолог слегка успокоился и быстро глянул на подробную карту. Красная точка флаера медленно ползла по направлению к квадратикам лагеря местных старателей. Рядом с меткой появились постоянно мелькавшие цифры, обозначившие высоту воздушной машины. Они приближались к полутора тысячам метров: – «Всё будет нормально». – облегчённо подумал Сергей.

Сверкающая метка приблизилась к таинственной «Зоне». Коснулась серой пунктирной границы, и в то же мгновение яркий огонёчек погас. Учёный недоумённо моргнул. Понял, что не видит отметки и приказал: – Показать местоположение флаера.

– Связь с машиной потеряна. – бесстрастно откликнулся Комп.

– Перевести ближайший к нам спутник на геостационарную орбиту над «Зоной».

– Выполняется. Манёвр завершиться через двадцать три с половиной минуты.

– «Она умерла! Её больше нет!» – вспомнил Сергей крик молодой аспирантки. Он совершенно не к месту подумал: – «А как хорошо всё начиналось».


За шесть дней до окончания учебного года, перед самым началом длинных, летних каникул, ему позвонил секретарь ректора. Он без предисловий предложил ксенобиологу зайти в канцелярию учреждения. Там молодому учёному молча вручили приказ о длительной командировке.

Из данной бумаги парень с удивленьем узнал, что Московский университет решил направить группу сотрудников из четырёх человек в звёздную систему SMDG 1356/863.

Цель поездки – изучение экосферы безымянной кислородной планеты, удивительно похожей на Землю. По классификации «Роскосмофлота» коэффициент пригодности для колонизации составляет 0.87. Старший группы – доцент кафедры ксенобиологии Сергей Соболев. В его подчинение входят три аспиранта – Инга Ларсен, Лайла Хабиби и Кристьян Брег.

Вернувшись в свой небольшой кабинет, Сергей сел за компьютер. Залез в кое-какие закрытые от обычных людей, хранилища цифровой информации, где разузнал кое-что интересное.

Оказалось, что данный мир детально никто из учёных никогда не осматривал. Экспедиция, состоящая только из роботов, посетила планету лет пятнадцать назад и определила лишь то, что разумная жизнь там отсутствует.

Зато там имелось в наличии огромное количество разнообразных растений, насекомых, животных и птиц. В том числе, чрезвычайно опасных для Homo sapiens. Именно столь неприятное обстоятельство сильно снизило привлекательность весьма перспективной находки.

Сначала руководство российским космическим флотом хотело оставить её освоение до лучших времён. Но именно в то, далёкое время, знаменитый ксенобиолог Олаф Стенсон прибыл на место и обнаружил несколько уникальных растений.

Земные фармакологические компании, протестировали присланные им образцы. Немного поработали с ними и получили несколько видов лекарств с совершенно невероятными свойствами. Тогда же узнали, что полученные медикаменты помогают от множества инопланетных инфекций.

Высокое руководство тотчас изменило подход к данной проблеме. Планету решили вновь осмотреть и хорошо изучить. Вот только ни средств, ни людей, как водиться, на тот момент не нашлось.

Хитроумные космочиновники предложили задействовать университетских учёных. Большое начальство почему-то решило, что в летнюю пору преподавателям абсолютно нечем заняться. Так что, они с отчаянной радостью отправятся на изучение далёкой планеты. Принесут пользу родному Правительству, а заодно, заработают немного деньжат. Так сказать, для поддержанья штанов.

Вот под эту компанию и попал Сергей Соболев с тремя аспирантами. Как ни странно, но две девушки не возражали против поездки с молодым перспективным учёным. Они были в него влюблены и готовы отправиться с ним хоть на край самой далёкой галактики. Ну, а Кристьяну было без разницы, где провести жаркое лето. Лишь бы заняться любимой работой.

В первую очередь, «Роскосмофлот» решил изучить большой континент. Он был расположен в средней и тропической климатической зоне, и его целиком занимали густые леса самого различного вида. Туда и решили направить экспедицию ксенобиологов.


Сергей просмотрел предоставленные ему материалы. В них он прочёл, что в данное время на планете имелся лишь один крошечный лагерь, где проживало три десятка переселенцев с Земли. Колонисты не любили, когда их так величали, и называли себя на старинный манер, то есть, старателями.

Там же, учёный с удивленьем узнал, что местные жители зовут свою планету романтическим именем «Дикая Глушь». А занимаются только охотой и сбором редких лекарственных трав и растений.

Средство транспортировки, научное оборудование, припасы и всё снаряжение для небольшой экспедиции предоставил всемогущий космический флот. Их же юристы утрясли и все остальные формальности.

Неделю спустя, к далёкой звезде помчался корабль с маленькой группой людей. Вот только о том, что на данной посудине не было пассажирских кают, никто не удосужился им сообщить. Благодаря чему, ксенобиологов уложили в криогенные камеры, где они и пробыли в анабиозе всё время полёта.

Прямой маршрут к столь отдалённым районам, корабли ещё не освоили. Транспорт двигался через изнанку пространства, теми надёжными линиями, какие давно имелись в наличии. То есть, он добирался до безымянной системы очень извилистым и долгим путем.

Нырял из портала в портал. Выходил в «привычный» нам космос, где совершал перелёты на плазменных двигателях. Так и тащился от одной пересадочной станции к другой, а от неё к третьей, четвёртой и пятой. Поэтому, на всё путешествие потребовалось пять с половиной недель.


Оказавшись на стационарной орбите планеты под названием «Дикая Глушь», корабль вывел ксенобиологов из криогенного сна. В течение суток, они пришли в себя после полёта. Восстановили прежнюю прекрасную форму, а утром нового дня приступили к работе. Первым делом, они отдали команду на запуск трёх многофункциональных исследовательских спутников.

Тем временем, робот-челнок слетал на поверхность. Доставил старателям вещи, что они заказали у «Роскосмофлота», и забрал заготовленное ими сырье. Лишь затем, учёные стали готовиться к высадке.

Место для лагеря они выбрали в центре огромного лесного массива, расположенного в трёхстах километрах к западу от посёлка землян. Посадочный модуль сделал несколько рейсов и перебросил туда четвёрку исследователей, и большое число оборудования.

Через полтора месяца после отбытия с родины, группа ксенобиологов оказалась на месте. Андроиды немедленно взялись за дело и быстро срубили весь девственный лес вокруг просторной площадки. Обнесли территорию надёжной охранной сигнализацией. Установили мобильные боксы для размещенья жилья и лабораторий, а так же сделали ещё много чего чрезвычайно полезного.

Например, древесину, заготовленную в ходе расчистки, они распилили на доски. Их пустили на тротуары, ведущие от домика к домику, и на настилы под большими навесами. Теперь там находились контейнеры с техникой.

Все ветки и листья переработали в огромные кучи опилок, которыми засыпали всю незакрытую землю. Так на ней хоть какое-то время не начнёт пробиваться растительность. Ведь, где трава и кустарник, там насекомые, змеи и прочие ползучие гады.

Сделав всё, что им приказали, биороботы молча погрузились в челнок и улетели на нём на орбиту. В качестве помощи ксенобиологам, оставили трёх стандартных андроидов. Вместе с молодыми людьми они стали и дальше обстраивать лагерь исследователей.

Команда космического грузовика попрощалась с учёными по видеосвязи. Корабль отошёл от планеты и бесследно исчез в необъятных глубинах чёрного космоса.

Аспиранты с Сергеем облегчённо вздохнули и собрались вплотную заняться изучением окружающей местности. Оно и понятно, уж очень долгое время ушло на перелёт до планеты, а объём запланированных начальством работ был просто огромным.

Они, конечно же, сразу и приступили бы к научным исследования, но неожиданно для себя, попали в горячие объятья старателей. В лагерь прибыла делегация от поселенцев и без излишних преамбул, позвала к себе в городок.

Насколько знали ксенобиологи, на отдалённых планетах считалось, что отказываться от таких приглашений, нельзя. Поэтому, все сели во флаеры, и отправились в гости.

Истосковавшиеся по общению с новыми лицами, аборигены тряхнули мошной и устроили многодневные пиршества. Нескончаемые народные празднества удалось прекратить, лишь благодаря настойчивым угрозам Сергея.

Он на полном серьёзе, пообещал включить блок гиперсвязи. Обратиться к начальству космическим флотом и пожаловаться на невыносимые условия работы, созданные местными жителями.

Колонисты сначала очень сильно обиделись и чуть не кинулись в драку на парня. Потом, слегка протрезвели. Немного подумали и поняли, что действительно перестарались. Мало-помалу всепланетная попойка закончилась. Началась та работа, ради которой ксенобиологи приехали за десятки парсеков.

Каждое утро двое или трое учёных садились во флаер и летели в квадрат, намеченный вечером для изучения. Собирали там насекомых, образцы трав и различных растений. Ставили ловушки на мелких животных. Развешивали стационарные видеокамеры. Запускали над исследуемой территорией летающие и ползающие видео регистраторы разных мастей.

Оставшийся в лагере, ксенобиолог занимался осмотром и классификацией полученных биологических материалов. Так в довольно спокойном режиме прошло почти две недели.

В то злополучное утро, всё тоже началось по обычному графику. Сергей остался дежурным на базе, а все остальные полетели в район, расположенный на двести пятьдесят километров к югу от лагеря.

Там протекала узкая горная речка, и ксенобиологи решили, как следует, познакомиться с водной флорой и фауной. Учёный разбирал материалы, собранные людьми накануне, а ближе к вечеру из динамиков рации раздался крик испуганной Инги…


– Спутник вышел в заданную мною орбиту. – сообщил Комп экспедиции.

Сергей оторвался от горестных мыслей. Печально вздохнул и приказал: – Покажи сверху флаер.

На карте появилась мелкая точка, светившаяся бледно-розовым цветом. По первым прикидкам она находилась почти в центре таинственной «Зоны». Через секунду, прозвучала невероятная весть: – Сигналы телеметрии отсутствуют. Корпус машины сильно разрушен.

– Максимально увеличить изображение. – крикнул Сергей

Картинка, состоящая из пышных лиственных крон, плавно приблизилась. Теперь, на тёмно-зелёном фоне девственных дебрей хорошо выделялась более светлая просека.

Судя по внешнему виду, шрам, разрубивший тропический лес, означал след падения тяжёлой воздушной машины. Сергей видел, что десятки деревьев сильно изломаны и раздроблены в мелкие щепки. В самом конце недавно образовавшейся трассы он разглядел неподвижный предмет в форме капли.

Комп сообщил: – Флаер закрыт плотным покровом из веток и листьев. Изображение получаю в инфракрасном диапазоне.

От яркой метки отделилось небольшое розоватое пятнышко. Сильно размазанный контур, отдалённо походивший на детскую куклу, дёрнулся и рывками двинулся в сторону.

– Живы! – выдохнул с облегчением Сергей: – По крайней мере, один из трёх человек. – пришлось ему поправить себя. О бедственном положении раненой Лайлы он постарался не думать.

Блестящая метка неторопливо перемещалась по большому экрану. Учёный не мог догадаться, что делает там человек, чудом уцелевший в страшном крушении флаера.

Через пару минут Комп сообщил: – Вижу надпись английскими буквами. – затем, на экране поменялись цвета и на ярко-сиреневом фоне проступили четыре ядовито-жёлтые буквы: – HELP.

– Текст выполнен реагентами, разлитыми человеком на землю. Данные химические вещества находились на флаере перед полётом. – пояснил всёзнающий Комп: – Рядом с надписью появилась арабская цифра два. – добавил он позже.

– Все живы! – обрадовано воскликнул Сергей: – Все, кроме Лайлы. – печально напомнил он, про себя и приказал: – Подгони машину к крыльцу! Немедленно вылетаю за ними.

– Согласно Уставу космического флота России, пункт номер 2476, в данное время, «Зона» закрыта для входа лёгких летательных аппаратов. Вплоть до выясненья причин крушения флаера. – монотонно вымолвил Комп: – В память всех воздушных средств передвижения данной планеты уже внесена вся информация по этому поводу.

Учёный удручённо глянул на карту: – Сколько от упавшей машины до границы запретной «Зоны»? – спросил он у компьютера.

– Минимальное расстояние двадцать семь километров триста семьдесят пять метров. – доложил Комп и уточнил: – Если идти по прямой со стороны лагеря переселенцев. – на карте появилась ярко-красная линия. указывающая кратчайший маршрут.

– Давай сюда флаер. Вылетаю в сторону «Зоны».

– Выполняется.

– Свяжи меня с посёлком старателей.

– С кем именно Вы хотели бы сейчас говорить?

– С главным администратором данной планеты.

– Владислав Петрович Шергин на связи.

На экране появилось обветренное лицо руководителя геологической партии. Именно таким странным образом числился лагерь старателей во всех документах. Конечно, начальником Влад являлся лишь номинально. Должен же был кто-то расписываться за дорогие товары, технику и оборудование, присылаемые с далёкой Земли.

На самом же деле всем управлял Поселковый Совет, состоящий из наиболее авторитетных людей. Все решения в нём принимались простым большинством голосов. В самых сложных и запутанных случаях, вопрос выносился на референдум, в котором принимали участие все местные жители без исключения.

– Привет. – поздоровался Влад: – Что-то случилось?

– Лайла погибла! – выдавил Сергей из себя. Он уже не сомневался в её преждевременной смерти и коротко рассказал о событиях, произошедших за последнее время.

– Врач сообщил мне, что её везут в нашу больничку. – печально сказал крупный мужчина лет сорока: – Значит, не довезли… Жаль несчастную девушку…

– Инга и Кристьян остались в живых после крушения! – напомнил Сергей: – Возможно, они оба ранены. Нужно их срочно вытаскивать. Собери, пожалуйста, побольше людей. Мне одному не управиться.

– Их флаер упал почти в центре «Мишени». – тихо напомнил начальник геологической партии: – Полёты в зону под строгим запретом, а пешком туда никто из старателей никогда не пойдёт. Слишком далеко и опасно. – Влад ненадолго запнулся и пояснил: – Очень гиблое место. Там даже Олаф Стенсон не выжил. Погиб не за понюх табаку…

– Вы отказываете в помощи раненным людям? – потрясенно воскликнул Сергей: – Корабль придёт сюда лишь через месяц. Ребята не смогут продержаться так долго, а мне одному не удастся вытащить обоих оттуда.

– С тобой пойду я. – просто ответил мужчина: – Жду тебя у своей фермы. Прихвати с собой какие-нибудь поношеные вещи Инги и Кристьяна. Лучше всего, если они будут не стиранными. – экран интеркома погас.

– Флаер готов. – доложил Комп экспедиции: – Маршрут полёта машины?

– Плантация Влада. – бросил Сергей, немного подумал и твёрдо добавил: – Посади в машину всех трёх андроидов со стрелковым оружием и переносным медицинским комплектом.

– Принято.

Сергей выскочил из лаборатории и помчался бегом к жилому домику базы. Влетел в бокс Кристьяна. Глянул по сторонам, увидел и схватил старый свитер, лежавший на небрежно застеленной койке. Именного его аспирант любил одевать в особенно прохладные дни.

Затем, учёный рванулся в пустой коридор, а оттуда метнулся в комнату Инги. В отличие от предыдущего помещения, здесь царил образцовый армейский порядок. Вещи не валялись, где попадя, как у прочих учёных, а были аккуратно разложены на полках открытого походного шкафа.

Сергей осмотрелся и выбрал ту кофточку, в которой, как он случайно запомнил, девушка была сегодня на завтраке, утром, перед самым отлётом. Сунув вещи в два чистых мешка для образцов, он бросился к выходу. Скоро оказался снаружи, где с облегченьем увидел, что флаер стоит возле крыльца.

Прозрачный колпак небольшого салона, был гостеприимно откинут. Внутри, на заднем сидении, рядком расположились андроиды, похожие один на другого, словно кровные братья. У них между ног вертикально стояли лазерные штурмовые винтовки. Все держали оружие за ствол и цевьё в одних и тех же местах.

Прыгнув на кресло водителя, ксенобиолог бросил взгляд на дисплей. Повинуясь ментальной команде, на нём появилась карта окружающей территории с маршрутом полёта. В углу значилось местное время: – 18.34.

Обтекатель кабины закрылся. Машина, немедля, взлетела над обширной поляной и за пару секунд поднялась выше верхушек деревьев. Развернулась, словно юла на острие, и, плавно наращивая скорость, помчалась к востоку.


Влад Шергин


Погрузившись в раздумья о гибели Лайлы, Сергей не заметил, как прибыл в нужное место. Он оторвался от тягостных мыслей и понял, что летательный аппарат завис над небольшой круглой поляной.

Спрятанная в чаще огромного леса, прогалина выглядела на редкость ухоженной, словно классический английский газон. Её поверхность вся заросла высокой остролистой травой, которая издалека походила на обычную речную осоку. Только цвет у неё оказался не ярко-зелёный, а перламутровый, с красноватым оттенком.

Флаер медленно опустился к земле и повис метрах в двух от поверхности. Окружавшие поляну, большие деревья сильно смахивали на зонтичные акации, растущие в земных африканских саваннах.

В отличие от тропических собратьев с Земли, эти растения были толщиной в два обхвата, и высотой достигали сорока с лишним метров. Росли такие гиганты на удивление тесно. Они отстояли друг от друга на расстоянии в рост человека, а верхушки их плоских крон смыкались так плотно, что в густой зелёной листве не виднелось даже узких просветов.

Легко маневрируя между светло-коричневых толстых стволов, машина медленно двинулась вглубь необычного леса. Она пролетела две сотни метров и оказалась возле скромной избушки, срубленной из хорошо ошкуренных брёвен.

На невысоком крыльце стоял Влад Шергин и смотрел на прибывшего гостя. Одет он был, точно так же, как и на праздничном вечере, устроенном по случаю встречи землян. Поношенная рубашка в мелкую красно-чёрную клетку, брезентовая штормовка, брюки с напуском на сапоги. Несмотря на потёртость и скромность, все вещи сидели на нём удивительно ладно, и подчеркивали не по возрасту отличную фигуру атлета.

Флаер остановился, медленно опустился на землю. Плавно открылся прозрачный колпак. Учёный метнулся наружу и сразу спросил: – Где ваши веши?

Влад кивнул на объёмный рюкзак, стоящий справа от ног. Парень схватил старенький «сидор», выгоревший под солнцем планеты. Крякнул от неожиданной тяжести и с трудом закинул его в просторный салон.

– Скорее летим. – поторопил он хозяина фермы.

Начальник геологической партии сунул руку в нагрудный кармашек. Достал из него небольшую полоску из ярко-жёлтого пластика и поднёс к подбородку. Зажал пластинку в губах и сделал щеками такое движение, словно сильно дунул в неё. Сергей ожидал, что раздастся громкая трель небольшого свистка, но ничего не услышал.

– Сейчас придёт Пёс, и поедем. – бросил мужчина и привычно убрал непонятный предмет на прежнее место.

Перехватив вопрошающий взгляд ксенобиолога, он сообщил: – Мой голос он слышит за пятьсот-семьсот метров, а этот пронзительный звук за полтора, а то и два километра.

– У вас имеется пёс? – вежливо поинтересовался учёный.

– Да вон он бежит. – Влад лениво махнул рукой в сторону круглой поляны: – Ты вещи ребят прихватил? – спросил он Сергея.

– Да! – недовольно буркнул учёный. Повернулся и с изумленьем увидел двух гигантских котов. Каждый из них оказался размером с огромную взрослую рысь. Крупные твари неслись прямо к нему. На жутко оскаленных мордах застыло то выражение, которое без особых натяжек можно было назвать потрясающе злобным. Следом за ними мчалась странная довольно худая собака, с очень длинными, как у борзой, челюстями.

Рука ксенобиолога непроизвольно метнулась к широкому поясу. Он вырвал из кобуры мощный бластер армейского типа. Вскинул мушку на уровень глаз. Сжал руками рукоять боевого оружия и прицелился в неизвестных животных.


Грозные киски шарахнулись в разные стороны и мгновенно исчезли неизвестно куда. Бегущий за ними, кабель приблизился метров на шесть. Резко затормозил и замер на месте, как вкопанный. Сел на мощные задние лапы. Посмотрел на смущённого гостя и со вкусом зевнул.

Открылась обширная пасть размером с приличный волчий капкан. Торчащие из челюстей, большие резцы могли поспорить своей остротой с зубами крупной белой акулы.

Странный зверь встал и, никуда не спеша, прошёл мимо Сергея. Выглядел он весьма необычно. Морда сильно вытянута вперёд, острые уши, длинное сухощавое тело, на чуть коротковатых ногах. Порода оказалась совершенно незнакомой для парня.

Домашний питомец Влада прошагал в паре метров от ксенобиолога. Причём, продолжал внимательно смотреть ему прямо в глаза. Стоящий в напряжённой позе, учёный медленно поворачивался и провожал существо настороженным взглядом. Миновав гостя с Земли, Пёс отвернулся и неторопливо потрусил к хозяину фермы.

Только тут Сергей понял, в чём главная странность? Спереди зверь имел стандартный окрас немецкой овчарки, чёрный со светло-бежевыми подпалинами. Но от середины спины до окончанья хвоста шли светло-серые полосы, спускавшиеся с хребта к животу.

Видом своей задней части таинственный зверь сильно смахивал на отощавшего тигра. Собака подошла к Владу, села слева от его крепких ног и вновь внимательно посмотрела на парня.

– Что это было? – спросил удивлённый Сергей и торопливо сунул оружие в кобуру, висевшую на поясе брюк.

– Пёс, от нечего делать, слегка погонял двух котов. – усмехаясь, откликнулся Влад, и, видя недоумение, возникшее на лице собеседника, пояснил: – Иногда они приходят сюда из дальнего леса. Причём, всегда только парами. Похоже, что их привлекает наша трава. Покрутятся возле неё и уходят. Да не волнуйся ты так. Они бояться людей, словно огня, и не нападают на нас ни при каких обстоятельствах. Предпочитают, как можно скорее удрать.

– Почему ты мне не сказал? – разозлился вдруг парень: – Я же мог выстрелить в ни в чём неповинных зверей!

– Пока ты доставал лучемёт, они уже исчезли из вида. – меланхолично ответил хозяин.

– Я мог случайно попасть в вашего пса. – пробормотал смутившись Сергей. Он понял, что благодаря своей неуклюжести сильно упал в глазах местной власти.

– Не мог! – отмахнулся начальник геологической партии: – За долю секунды, до того, как ты нажал на курок, он бы спокойно ушёл с линии выстрела.

– У него такая хорошая реакция? – удивился ксенобиолог.

– Отличная! Мало того, он ведь у меня телепат и сразу бы понял, что ты начал давить на гашетку.

– Собака-медиум? – ещё больше поразился учёный.

– Я разве сказал, что это собака? – в свою очередь изумился хозяин плантации: – Он, что похож на простую дворнягу?

– Больше всего он смахивает на тасманийского тигра с Земли. Ещё его иногда называют сумчатым волком.

– Точно. – удовлетворённо кивнул Влад Шергин: – Я тебе про него потом расскажу, а сейчас нам пора двигаться в путь. – мужчина быстро спустился с крыльца. Лёгкой походкой направился к флаеру. Подошёл к машине, висящей над почвой, и скомандовал твёрдым голосом отставного полковника: – Андроиды! Выйти всем из салона.

Те даже не шелохнулись. Как сидели с оружием в руках, так и продолжали сидеть. Их так запрограммировали, что пока члены земной экспедиции находились поблизости, биороботы не подчинялись всем остальным.

– Зачем им выходить? – поинтересовался Сергей.

– Затем, что им тоже запрещено проникать за границу «Мишени». Туда могут попасть только люди или животные. А вот вся техника там мгновенно выходит из строя. Так что, они там, увы, не помощники. Клоны, может быть, и уцелели бы. Про них точно не знаю. Не проверял. К сожалению их, у нас в «Глуши» пока нет.

– Да их и на Земли сейчас не найдёшь. – поддержал Сергей разговор: – Недавно приняли новый закон, по которому производство клонов людей разрешается лишь по особому распоряженью Правительства. И то лишь в том крайнем случае, если погибнет какой-нибудь выдающийся спец. Тогда создают его генетическую копию и загружают память умершего оригинала.

– Я много раз писал в «Роскосмофлот», что изучать нашу «Зону» должны только клоны, иначе мы тут потеряем почти всех людей. Были бы клоны у нас, так твои ребята уже лежали в больничке и их обследовал стационарный медблок.

– Недавно на Земле создали новых андроидов. Они целиком состоят из биологических тканей. Без механизмов и каких-либо частей из металла. Нужно было их запросить перед полётом сюда.

– Думаю, что и такие устройства вряд ли пройдут в запретную «Зону». – задумчиво сказал начальник геологической партии.

– Почему?

– Потому, что киборги и прочие роботы, они хоть и биологические, но всё же машины. Ну, а клоны, они хоть и искусственные, а всё-таки люди. – туманно объяснил хозяин плантации.

– Всё же мне кажется, что андроиды могут нам пригодиться. – не сдавался Сергей: – Посадим флаер возле границы, они помогут разбить там временный лагерь.

– Зачем нам возиться с биваком? Сядем у рубежа и сразу отправимся в «Зону». –стал Влад объяснять ксенобиологу: – Когда людей вытащим, нужно будет везти их в больничку, а в машине только пять посадочных мест. Значит, придётся бросить андроидов там, а потом ещё раз транспорт за ними гонять. Уж лучше пусть здесь подождут. Или на моём аппарате, сразу летят к вам на базу. Флаер стоит на заднем дворе, сразу за домом.

Мысленно согласившись со словами мужчины, Сергей повторил его фразу: – Андроиды! Выйти всем из салона. – дождался, когда те исполнят приказ и тут же добавил: – Садитесь во флаер, стоящий за домом, и возвращайтесь в наш лагерь.

Действуя, словно единое целое, биороботы враз развернулись и дружно направились в указанном им направлении. Через минуту из-за кустов поднялась видавшая виды машина, давно устаревшей модели. Она рванулась вперёд и скрылась среди толстых стволов высоких деревьев.


Учёный плюхнулся на сиденье водителя. Рядом с ним устроился Влад. Пёс ловко запрыгнул на задний широкий диван. По-хозяйски немного на нём потоптался и лёг, головою к хозяину.

Прозрачный колпак немедля закрылся. Летательный аппарат бесшумно поднялся над почвой, засыпанный плотным ковром палых листьев. Развернулся вокруг центральной оси и быстро двинулся к круглой поляне. Достигнув её, повис над остролистой травой. Быстро взлетел выше зонтичных крон. Направил нос точно на юг и устремился к границе таинственной «Зоны».

– Расчётное время полёта двадцать четыре минуты. – доложил бортовой вычислитель машины.

Путь предстоял достаточно долгий, а произошедшее недавно несчастье требовало немедленных безотлагательных действий. Просто сидеть и молчать, у Сергея не было сил. Ему не терпелось, хоть что-нибудь сделать и каким-то неведомым образом ускорить течение времени.

К его сожалению, приходилось лишь ждать, пока они доберутся до места. Чтобы отвлечься от навязчивых мыслей о Лайле и несчастных ребятах, потерпевших крушение, он попытался завязать разговор.

Кроме того, Сергей внезапно подумал, что нужно как-то загладить оплошности, которые он допустил в ходе знакомства и хоть немного расположить Влада к себе. В конце концов, они теперь боевые напарники и им предстоит находиться рядом друг с другом. По крайней мере, всё то долгое время, что им придётся пробираться по джунглям и вытаскивать двух аспирантов из таинственной «Зоны».

Он слышал, с какой гордостью на вечеринке Влад говорил о плантации. Посмотрел на уплывающую вниз большую поляну. Увидел, что её покрывали растения с узкими и твёрдыми листьями, странного серебристого цвета. Вспомнил, что эту траву почему-то называют жемчужной и завёл беседу о ней: – Это и есть Ваша знаменитая ферма?

– Она самая. – охотно откликнулся начальник геологической партии: – Только благодаря лечебным растениям, Земля и не забросила нашу планету. Если говорить по научному, то это и не трава, а нечто среднее между железным деревом и обычным хвощём.

Размножается спорами, а листья у неё удивительно твёрдые, как будто сделаны из прочного пластика. Они настолько крепки, что даже острым ножом не сразу отрежешь. Встречается она очень редко и нигде кроме данного небольшого района, увы, не замечена. Растёт лишь на некоторых открытых полянках, расположенных в середине зонтичных зарослей. Ну, а на всех прочих планетах её и вовсе не удалось развести.

Влад ткнул рукой вниз и сообщил с нескрываемой гордостью: – Между прочим, у меня самая большая делянка в округе.

Сергей поддержал разговор, интересный немолодому мужчине и тотчас спросил: – Вы делаете из неё лекарство от лихорадки Олафа Стенсона? – тут его осенило, и он продолжил вопрос, не дожидаясь ответа: – А тот Стенсон, который погиб в вашей «Зоне» он, что однофамилец, исследователя, что открыл здесь болезнь?

– Наш Стенсон именно тот учёный и есть. Он и лихорадку открыл, и лекарство от неё отыскал, и сам умер от хвори, найденной им в данной местности. А приготовленный из травы препарат не только лечит тот страшный недуг, он ещё от нескольких инопланетных болезней всем очень хорошо помогает.

К сожалению, мы траву только выращиваем и собираем, а чрезвычайно ценное снадобье изготавливают уже на Земле. На заводах крупных фармацевтических фирм. – обстоятельно, по пунктам ответил мужчина.

Влад помрачнел и продолжил уже более безрадостным тоном: – От этой проклятой заразы у нас много погибло хороших людей. Самое страшное, что она не вырабатывает иммунитет у людей. Если человек сумел выжить, то это не дает ему какой-либо гарантии. В другой раз он её точно также подхватит и будет страдать не меньше, чем раньше, а то и вовсе помрёт.

Учёные до сих пор не могут понять, как эта мерзость разноситься? На наше счастье, во втором космическом транспорте на планету прибыл сам Олаф Стенсон. Только благодаря его большим знаниям, мы тут все не откинулись.

– Как же он её отыскал? – всерьёз заинтересовался Сергей.

– Он говорил, что в его очень древнем роду было много лекарей-травников. Мы сначала ему не поверили, но потом быстро поняли, зря мы сначала потешались над ним. Стоило ему осмотреть любой плод, листья или траву. Послушать, потрогать, понюхать и он уже с огромной уверенностью мог сообщить, съедобно это растение или же нет?

Может ли оно пригодиться для каких-либо нужд или же бесполезно в быту человека? Химические анализы, проведённые после, в научной лаборатории, лишь повторяли его утверждения. Жаль только, что жемчужную травку он нашёл слишком поздно.


Влад печально вздохнул: – В тот раз он один отправился в центр «Мишени». Где-то там, в долбаной «Зоне», он и подцепил лихорадку. Сообщить нам по рации он оттуда не мог. В том районе никакая техника никогда не работает.

Вот он и послал за помощью Пса. К сожалению, зверь пришёл ко мне лишь через день. Худой, измождённый донельзя, но всё же добрёл. В кармашке ошейника лежала записка, где искать Олафа и чем лечить лихорадку.

Там же он написал, как нужно приготовить отвар из жемчужной травы – «Варить листья в течение двух с половиной часов на очень сильном огне. Растение немного размякнет и отдаст млечный сок, заключённый внутри. Поученным отваром поить человека три дня и болезни конец». – на память процитировал Влад.

– Я прочитал ту цидулку. Сразу ринулся к Олафу, но нашёл его уже без сознания. Рядом котелок с едва размокшими листьями. Судя по всему, когда он отыскал ту траву, у него уже не было сил собирать сухие дрова и поддерживать жаркое пламя. Так он и умер, у меня на руках.

Мужчина враз посмурнел и замолк. Помолчал секунд тридцать и глухо продолжил: – Похоронил я погибшего друга… а потом, докипятил котелок, как он писал. Едва отвар дойдёт до кондиции, как очень резко меняет свой цвет. Становиться из чёрного, перламутровым, наподобие жёмчуга. Затем, я слил зелье в походную фляжку и двинул домой.

Прихожу назад в лагерь, а там один из старателей подцепил лихорадку, да такую активную, что ребята уже пошли ему гроб мастерить. Я рассказал всё нашему медику. Показал записку и флягу с отваром.

Тот мне говорит, мол, если сам Олаф сказал, что это на пользу, то так и мы сделаем. Тем более, что бедолаге уже ничем другим не поможешь. Стал я поить больного тем зельем. Через три дня мужик пошёл на поправку, а через неделю помчался искать те места, где ту травку можно найти.

С тех самых пор мы её и разводим. Сначала хватало только для собственных нужд. Потом немного травы и отвара передали в центральную лабораторию «Роскосмофлота».

Земные учёные чуть не ошалели от радости, когда поняли, что мы им прислали. Полученное зелье оказалось удивительно мощным иммуностимулятором. И самое главное, совсем без побочных эффектов. Теперь это первая и самая главная статья дохода бюджета нашей планеты.

Влад повеселел и повернулся к задней части салона. Пёс подвинулся к краю дивана и подставил лобастую голову под руку хозяина. Мужчина ласково потрепал его по макушке и бросил: – А это вторая!

Сергей тоже глянул назад. Посмотрел на странного зверя. Встретился с чрезвычайно внимательным, изучающим взглядом и непроизвольно напрягся. Уж очень тот взгляд не вязался с обликом обычного зверя.

– Когда Олаф Стенсон прибыл на эту планету. – продолжил начальник геологической партии: – Он привёз с собой пару клонов тасманийского тигра. Мальчишку и девочку. Звали их Клин и Клон. Он их всегда так к себе подзывал, сразу обоих: – «Клин–Клон».

Олаф рассказывал, что раньше, ещё на Земле, он жил на острове под названьем Тасмания. Это недалеко от Австралии. – на всякий случай пояснил Влад для учёного.

Парень согласно кивнул, показывая, что хорошо представляет, где находится данное место.

– Перед его отлётом сюда, там вошли в моду клоны тасманийского тигра. Он и купил себе парочку на память о родине. Самое странное заключается в том, что по закону всех клонов производят абсолютно стерильными.

Однако, оказавшись на нашей планете, они через полгода вдруг принесли четырёх здоровых щенков. Думаю, так на них подействовала наша жемчужная травка. Недаром большие коты парами таскаются к нашим плантациям. – задумчиво добавил мужчина.

– Одного из них. – Влад опять глянул назад: – Олаф мне подарил. После преждевременной смерти, в память Олафа, мы создали питомник по разведению Псов. Там и поселили осиротевших Клина и Клона. Они, между прочим, до сих пор приносят красивых кутят.

И что самое главное, сами они всего лишь импаты. Понимают, конечно, то, что ты хочешь им объяснить, но и только. Мысленно общаться с людьми могут только щенки, родившиеся в наших условиях.

Теперь они нам во всём помогают и, нужно сказать, это у них очень хорошо получается. Нюх у них значительно лучше собачьего. Бегают так, что никакое зверьё не упустят. Челюсти сам, видишь какие огромные и зубы потрясающе острые.

Только воют не очень приятно. Хорошо, что голос у них довольно негромкий. Лают так тихо, что, кажется, будто кто-то подкашливает. Поэтому, загонную охоту с ними никак не устроишь. Ну и ладно, крупных хищников в нашей округе давно уже нет, так что, обкладывать некого.

Вскоре, на соседних планетах прознали, что за чудо у нас появилось и стали прилетать сюда за щенками. Несмотря на то, что звери идут по очень высокой цене. очередь расписали вперёд почти на пять лет. Даже с Земли было пару заказов.

– А как вы их называете? – поддержал Сергей тему, так интересную своему собеседнику.

Влад увлечённо продолжил рассказ: – Они очень не любят когда их кличут тигром или собакой, тем более койотом или шакалом.

– Почему же вы величаете его именно Псом?

– Они почему-то предпочитают зваться волками. По крайней мере, я так его понял, когда он попытался мне объяснить, как к нему обращаться лучше всего. В связи с тем, что, волки относятся к семейству псовых, они не очень возражают против такого названия.

К тому же, мне лично Пёс нравиться значительно больше чем Волк. Поэтому я их так и зову. Хотя кто знает, как они сами себя идентифицируют. Жаль, что говорить, как люди они не умеют, а то бы побольше нам всего рассказали. В общем, у каждого из них есть личное имя, на которое он откликается. Если щенку кличка не нравиться, он нипочём не придёт на зов человека. Ты хоть глотку сорви.

Сергей уважительно посмотрел на необычного зверя, развалившегося на заднем сидении флаера.

Влад перехватил его заинтересованный взгляд и добавил: – Вот-вот. К ним нужно относится, как к равным себе. А не как к слуге или просто к дорогому питомцу. Они этого очень не любят.

И вообще, как говорил старинный русский писатель по фамилии Чехов: – «Доброму человеку бывает стыдно даже перед собакой». – ну, а в случае с нашими Псами нужно вести себя ещё уважительней.

Один из старателей, как-то очень сильно напился и поспорил с друзьями на то, что попадет из лучемёта в щенка. Как его не просили отказаться от столь глупой затеи, ничего у нас так и не вышло. Он даже пригрозил выстрелить в нас, если будем мешать.

Ну, мы плюнули и отошли подальше в сторонку. Чего с дураком говорить? Ещё, чего доброго, нажмёт на курок. Он вывел своего кутёнка на улицу. Отошёл на пять метров и достал бластер из кобуры.

Конечно, он не попал. Хотя и очень старался. Уворачиваясь от мощных зарядов, детёныш немного попрыгал вокруг салуна, а потом взял, да и удрал от хозяина. Помчался по улице и вернулся в питомник.


Мужик на утро слегка протрезвел. Вспомнил, что вчера натворил. Сильно раскаялся и пошёл за питомцем. Звал его долго по имени. Просил у него прощение, как у человека, но тот и ухом не вёл.

С тех пор, сколько этот мужик не брал новорождённых щенков, как хорошо с ними он не обращался, все от него быстро сбегали и возвращались к заводчику. После того дикого случая Поселковый Совет принял свод чётких правил, согласно которому и происходит распределенье помёта у Псов.

Подозревая, что его сильно разыгрывают, Сергей с усмешкой спросил: – Так они, в самом деле, могут общаются телепатически с любым человеком?

– Большей частью, они ведут диалог со своими хозяевами, хотя они предпочитают заменять такое название, на словосочетание, старший партнёр. С остальными людьми общаются не так интенсивно, лишь в случае крайней нужды.

Разумеется, разговор ведётся не человеческой речью, а зрительными образами. Сначала, во время беседы возникает довольно необычное чувство. Ни с того, ни с сего, где-то в мозгу вспыхивают яркие, словно детские комиксы, небольшие картинки и накатывают чужие тебе ощущения. На первых порах, весьма необычно, но потом привыкаешь.

Всех людей, они только слушают, но в диалог почти никогда не вступают. Так что, ты думай о них без насмешки, а то может и цапнуть. Конечность, естественно, не оторвёт, но легко нанесёт довольно глубокую рану. Если не веришь, дай Псу ментальный приказ, словно ты общаешься с мощным компьютером. Я скажу, чтобы он его выполнил.

Сергей сосредоточился, мысленно крикнул: – Сидеть! – и повернулся к заднему креслу. – зверь уже сидел на хвосте.

– Встать! – приказал ксенобиолог и увидел, что Пёс вскочил на ноги. Парень дал ещё несколько обычных команд из арсенала дрессированных служебных собак. Пёс все немедленно выполнил. Потом лениво зевнул. Лёг на диван и презрительно отвернулся к окну, за которым неизвестно куда плыли лёгкие перистые облака.

– Убедился? – серьёзно спросил учёного Влад: – Кстати, он весьма не доволен твоими примитивными просьбами. Ну да ладно, постепенно привыкнешь видеть в нём настоящую личность, которая мало в чём, уступает тебе.

– Никогда не слышал о подобных животных. – пробормотал ксенобиолог и услышал, как Пёс зарычал.

– Животными их называть тоже нельзя. – Влад погладил питомца по голове и добавил: – И не услышал бы о них никогда, если не оказался в нашей глуши, да ещё в такой непростой ситуации. Факт их существования, вообще-то, великий секрет и когда, ты вернёшься на Землю, с тебя сразу возьмут подписку о неразглашении государственной тайны.

И не потому, что их якобы можно использовать, словно ментальных шпионов? Просто Правительство не хочет создать вокруг них излишний ажиотаж. Мол, это лишь повлечёт за собой небывалый скачок цен на щенков.

Дело всё в том, что те люди, кто о них узнаёт, рано или поздно пытаются приобрести такого питомца. Если, конечно, у них имеются необходимые средства. А сумма нужно сказать довольно неслабая.

– И сколько стоит подобный кутёнок?

– Вернёмся из «Зоны», я всё тебе расскажу.

– Почему же их до сих пор не разводят где-то ещё?

– Потому, что мы продаём одних кобелей. Во-первых, дамочек рождается удивительно мало, пятнадцать-двадцать процентов в каждом приплоде, не больше. Во-вторых, зачем нам конкуренты в их размножении?

Правда, я слышал, что на Земле несколько раз удачно клонировали дамочек из клеток купленных Псов. Да только, ни естественным, ни искусственным способом, им забеременеть не удалось. Выходит, что они так же, как и бесценная жемчужная травка, плодятся лишь на нашей «Далёкой Глуши».

– А вы не боитесь, что какая-нибудь правительственная или мафиозная организация может напасть на лагерь старателей и похитить всех разом?

– Пробовали эти ребята уже. Причём, несколько раз. Сначала российский космический флот объявил всех Псов государственной собственностью. Мы их, конечно, послали подальше, по известному адресу. Мол, это частная собственность всех старателей нашей планеты.

Тогда они пригнали сюда большой отряд космоспецназа, который хотел провести реквизицию. Да только, все их усилия оказались напрасными. Как только корабль появился на орбите планеты, Псы немедленно ощутили угрозу. Все разом исчезли из лагеря, и унесли в зубах новорождённых щенков. Ушли в леса и растворились там, словно сахар в воде.

Спецназ попытался найти беглецов при помощи спутников. Так наши питомцы сразу спрятались в глубокие норы и тепловизоры не смогли никого отыскать. Вояки стали прочёсывать заросли летающими микро видеокамерами.

К счастью, Псы чувствуют не только зверьё, они и хорошо ощущают излучение подобной аппаратуры. Поэтому, так попрятались от всей машинерии, что и следов не осталось. Одним словом, покрутился здесь хвалёный спецназ почти целый месяц и улетел восвояси, как говорится, не жирно хлебавши.

После такого фиаско, «Роскосмофлот» пошёл на переговоры. Долго мы с ними бодались, пока не пришли к соглашению. Мы разводим столько Псов, сколько удастся, сами торгуем щенками и отдаём им строго определённую долю.

Ну, а Земля будет снабжать нас всем, что нам нужно для жизни. Только договорились с юристами и бюрократами, как к нам нагрянули гангстеры. Эти мерзавцы, действовали уже значительно жёстче.

Они решили взять в заложники всех жителей нашей планеты. Мол, Псы пожалеют старателей, и сами выйдут из леса. Тогда мафиози посадят их на цепь, а нас всех в расход. Это нам один из тех уголовников потом рассказал.

Ну, мы, естественно, ждать бандитов не стали и в этот раз ушли вместе с Псами. Боевики сели на «Дикую Глушь», а лагерь пустой, как барабан. Они попытались нас отыскать.

Оказалось, что эти мерзавцы прилетели с какой-то таёжной планеты. Так что, леса они не боялись. Кроме того, урки прошли выучку в тропических джунглях и работали куда лучше спецназа.

Да только против нашей дикой природы, против Псов-телепатов и старателей, которые знают местные дебри, как личный карман, у них не оказалось ни единого шанса. Всего за неделю мы их всех до одного положили, а у нас оказалось только шестеро раненых.

Не помогли бандюкам ни спецтехника, ни новейшие виды оружия. Из всего их отряда остались в живых лишь пилоты двух шатлов. Да и то, лишь потому, что они не выходили наружу из своих кораблей.

Конечно, мы могли взорвать их жестянки, но не стали этого делать. Не охота было, потом возиться с огромной кучей железа, в которую бы превратились машины. Мы просто объяснили ублюдкам по радио, что все бандюки погибли в лесу и ждать их больше не стоит.

Затем, дали команду: – «Немедленный старт!» – они даже не пикнули, и с большим облегчением улетели назад на орбиту. После той ужасной истории никто нас больше не трогал.

Зато Правительство Российской республики выпустило секретный указ, в котором объявило планету общественным достоянием. Теперь все леса и, наш лагерь в придачу, в бумагах именуется, как Заповедник, а мы тут, как егеря.

Охраняем и разводим Псов-телепатов, за что получаем небольшую зарплату. Но и чиновникам пришлось согласиться со всеми требованиями местных старателей. Так с тех пор и живём.

Несмотря на то, что государство является владельцем планеты, оно покупает щенков на тех же условиях, что и остальные частные лица. Раз в три года каждый Пёс, живущий в отдалённых местах, доставляется в отпуск на «Дикую Глушь» и живёт здесь не менее месяца.

Через две недели после прибытия, у них стабилизируется обмен веществ и начинает вырабатываться жизнеспособная сперма. Её сдают в медицинский банк, где замораживают в жидком азоте до лучших времён. Ну, а Псы отдыхают на лоне природы, а заодно, обмениваются информацией с остальными сородичами.

– Какой ещё информацией? – удивился учёный.

– Об этом они нам не рассказывают. – начальник геологической партии бросил взгляд на дисплей. Прищурил глаза и присмотрелся к карте окружающей местности, проплывавшей под днищем машины. Яркий огонёк пересекал широкий экран. Никуда не спеша, он приближался к большому пятну таинственной «Зоны».


– Скоро будем на месте. – выдохнул Влад и добавил: – Когда сядем на землю, дашь Псу понюхать вещи ребят. Я укажу ему направление, в котором нужно искать. Он помчится вперёд и отнесёт им записку с сообщением, что к ним идёт помощь.

Если понадобиться, они пришлют нам ответ, но лучше всего, если он останется с ними. Будет защищать молодёжь от зверья. Там полно всякой живности, в том числе и очень опасной.

Сергей выхватил из бардачка ручку с блокнотом и каллиграфическим почерком написал всё, о чём сказал Влад. Оторвал маленький лист. Сложил её вдвое и передал записку напарнику. Он быстро прочёл, одобряя кивнул и, не глядя, протянул руку к полу между сидениями.

Грубая ладонь немолодого мужчины опустилась точно на загривок верного Пса. На шее питомца учёный заметил широкий ошейник с кармашками. Они были закрыты клапанами, и завязаны прочными петлями из ремешков.

Влад вложил записку в то отделение, что находилось верху, и зашнуровал его так, чтобы внутрь не попала вода. Парень заметил, что сбруя пошита из хорошо обработанной кожи. На ней не имелось ни одной стальной или медной застёжки. Отсутствовали какие-либо заклёпки и украшения, которые земляне любят навешивать на различных домашних животных.

– Мои аспиранты ни разу не видели… – Сергей немного замялся, подумал и твёрдо сказал: – тасманийского волка. Пусть, он даже с ошейником. Они могут его испугаться и не подпустят к себе.

– Я сказал Псу, чтобы он телепатически пообщался с твоими ребятами. Ему это конечно, не очень понравилось. Он не любит так поступать с незнакомцами, но я объяснил, что в этот раз по-другому нельзя. Иначе мы просто не сможем вытащить раненых из «Мишени» наружу. Пёс согласился со мной.

Учёный не удержался и задал вопрос, который давно его волновал: – Почему территорию «Зоны» вы называете таким странным именем?

– Если сфотографировать её со спутника во всевозможных режимах, а потом наложить изображения одно на другое, то получиться… – Влад указал рукой на большую панель, закреплённую на передней «торпеде» машины.

Парень посмотрел на экран. На нём тут же появилась знакомая карта, раскрашенная всеми оттенками спектра. Цвета перемешались, и учёный вдруг ясно увидел, что поверхность всей «Зоны» разделена на десяток кругов с общим центром. Рисунок весьма походил на классическую мишень для спортивной стрельбы. Недалеко от внешнего края сияла ярко-красная точка. Там, как помнил Сергей, находился разбившийся флаер.

– А что это там внутри? – спросил ксенобиолог и ткнул пальцем в мерцающую огнём сердцевину.

– Ну, что бывает в центре «Мишени»? – хмуро откликнулся Влад: – Там расположено «Яблочко»! Вот туда Олаф Стенсон и шёл. Хотел узнать, что там находиться… – напарник печально вздохнул и закончил: – к сожалению, он так и добрался туда…


– И что же такое эта запретная «Зона», или «Мишень», как вы её называете? – спросил ксенобиолог

– Да, кто ж его знает? – пожал Влад крутыми плечами: – Обнаружили её совершенно случайно, всего год назад. Сначала погиб картографический беспилотник типа «Колибри». Работал, он как обычно. И вдруг, ни с того, ни с сего, с ним прервалась электронная связь.

Техники стали смотреть, присланный им материал. Дошли до места, отснятого на последней секунде, а потом яркая вспышка и всё. Подумали, мол, чего в жизни у нас не бывает? Вдруг проводка замкнула, аппарат поломался и рухнул на землю. Выбросили проблему из головы. Благополучно забыли о ней и спокойно продолжили картографировать местность.

Через месяц произошёл ещё один случай, в шестидесяти километрах к северо-западу. Там была та же картина. Нормальная устойчивая устройства работа. Затем, яркая вспышка и полное отсутствие связи.

Спустя ещё две недели пропал третий «Колибри», в сорока пяти километрах к юго-востоку от второго погибшего дрона. Старатели нанесли точки гибели всех беспилотников на подробную карту и соединили их линиями.

Кто-то из парней ещё пошутил: – «Теперь и у нас рядом с лагерем есть свой треугольник. Только не Бермудский, а пока неизвестно какой. Нужно бы придумать ему звучное имя, для привлеченья туристов».

Все посмеялись, но прыгнуть во флаер, слетать туда и посмотреть, в чём, собственно, дело, никто не рискнул. Неожиданно всех обуяла странная робость и, как потом, выяснилось, она была далеко не напрасной.

Вместо летательного аппарата с пилотом мы послали за дроном андроида. Причём, он топал пешком и, на всякий случай, всё время находился на связи. Биоробот спокойно дошёл до кого-то неприметного места в лесу. Снова короткая вспышка и конец передаче.

Так мы получили четвёртую точку на карте. Кто-то из наших ребят, брякнул, мол, «Зона», наверно, овальная, и предложил стационарному Компу проверить идею. Так всё и вышло. Оказалось, что четыре отметки лежат на окружности диаметром в восемьдесят три километра с копейками.

Спутника у нас тогда не имелось, и глянуть на «Зону» в разных диапазонах мы ещё не могли. Для страховки, округлили цифру до восьмидесяти пяти вёрст и решили рискнуть ещё одним роботом.

В связи с тем, что Ваш покорный слуга является материально ответственным лицом за всё оборудование на данной планете, то пришлось и мне отправиться с ним. В этот раз, мы приблизились к странной «Мишени» с другой стороны, с севера. Большую часть расстояния пролетели на флаере. Высадились на расстоянии двух километров, ну а дальше пешком.

Робот идёт впереди, я за ним, с отставанием метров в пятьсот. Дотопали до рубежа таинственной «Зоны» и остановились приблизительно в одном километре от линии, нарисованной компом на карте.

Тут я заметил, что в лесу отсутствуют птицы. Я дал команду андроиду – идти очень медленно и включить все наличные сенсоры. Собирать всю информацию об окружающей машину среде. Выводить на мой нарукавный дисплей, а заодно, пересылать её в лагерь.

Таким образом, мы пересекли отметку сорок два километра от центра. Видим, всё вокруг в полном порядке. Вокруг тишина. Ну, мы идём себе дальше. Автомат сделал ещё один шаг и переступил ту границу, на которой погибли другие устройства. В тот же миг раздался отчётливый треск, и в робота ударила молния.

Возникла она, при совершенно безоблачном небе и очень тихой погоде. Представляешь себе такие условия? Робот, естественно, мгновенно рассыпался на сотни кусков. Я испугался, отбежал метров на тридцать назад и только затем, замер на месте.

Чуть отдышался и начал перебирать в памяти все события, что случились до взрыва. Просмотрел запись данных, полученных от андроида, и с удивлением понял, что молния не ударила с неба. Как это не странно звучит, но разряд вылетел из-под земли.

Тут я неожиданно вспомнил, что когда мы подходили к той «Зоне», там, в чаще леса, мелькнул крупный зверь, размером с земного оленя. Его молния почему-то не тронула. Возникает резонный вопрос: – «Почему?»

Возможно, сказал я себе, что электроразряды реагируют только на сталь и какие-то другие металлы, которых было полно в погибшем андроиде. Я снял с себя все металлическое, вплоть до пряжки ремня и куртки на молнии, и по-пластунски пополз к незаметной глазом границе.

По дороге в траве подобрал часть руки, отлетевшую от погибшего робота. Осторожно приблизился метров на десять к оплавившимся от жара останкам. Приподнялся на локте и швырнул железяку вперёд. Опять из земли вылетела короткая молния и разнесла мой обломок в мелкую пыль.

Потом, я ещё долго экспериментировал там. Оказалось, что молнии бьют во все металлические предметы, как только они пересекают незримый рубеж. То же происходит с и минералами, и органическими предметами. Например, камнями и ветками дерева, которые проникают в «Зону» по воздуху. Их тоже разносит в молекулы.

Но если камни и ветки толкать по земле, то молнии их словно не видят. Именно поэтому в округе совсем не было птиц, их уже давно всех убило. Зато зверей охранная система почему-то не трогала. Но всё же, я думаю, если туда зайдёт гиппопотам или слон, то и по ним жахнут так, что они разлетятся на тысячу мелких бифштексов.

В общем, пару часов я по-пластунски ползал вдоль рубежа и устал, как собака на загонной охоте. Сел под деревом, как можно удобнее, и стал размышлять: – «Олень, которого я видел в лесу, был достаточно крупный и тянул килограммов на сто, если не больше. Насколько я знаю, эти животные, очень любят срывать листья с веток. Когда они объедают их снизу, то чтобы добраться до лакомства встают на задние ноги и опираются передними копытами на ствол толстого дерева.

Судя по габаритам, замеченный мною самец уже взрослый. Все нижние ветки, чисто обглоданы на высоту в пару метров. Значит, зверь живёт тут довольно давно, но молния его до сих пор почему-то не тронула. Во мне самом живого веса не более семидесяти пяти килограмм. Выходит, система охраны данного леса меня тоже не станет обстреливать».

Я ещё раз дотошно проверил всю одежду и обувь на наличие частичек металла. Перекрестился, прочёл пару коротких молитв, и направился в «Зону». Страшно было настолько, что перед самой границей я встал на четвереньки и перешёл через рубеж, что твой олень, на карачках.

К счастью, ничего ужасного со мной тогда не случилось, а то бы я сейчас с тобой не беседовал. Короче говоря, я как настоящий сохатый удалился от незримой границы метров на десять. Прижался всем телом к толстому дереву и, обнимая его, как родного, осторожно поднялся на ноги.

Вокруг тишина, как в музее. Я постоял так немного. Перевёл дыхание, медленно оторвался от большого растения и, едва передвигаясь от страха, двинулся вглубь странной «Зоны». Только ничего интересного я там не нашёл. Такой же лес, как и везде. Та же растительность и тоже зверьё. Только птиц практически нет, разве, что совсем уж мелкие птахи.

Подобрал я с земли засохшую ветку. Разгрёб палые листья, добрался до грунта и наковырял немного земли для анализа. Мол, приду в лагерь, отдам на проверку ребятам. Может быть, там какие-нибудь наноботы найдутся? Скорее всего, они энергию в себе запасают, а затем её излучают в качестве молний.

Завернув перегной в большой лист растения, похожего на обычный лопух, я потопал назад к тому месту, где вошёл в непонятную «Зону». Перед пограничной чертой, опять упал на карачки, и таким необычным макаром благополучно вышел наружу.

Вернулся к вещам, лежащим под приметным кустом. Упаковал добычу в контейнер из пластика. Наговорил всё, что узнал на интерком и переслал в стационарный компьютер посёлка. Ещё я составил письмо из нескольких фраз. В нём я сообщил, что собираюсь, перейти через границу, как двуногое прямоходящее существо.

Отправив цидулку на базу, я сложил все вещички в мешок и повесил на горизонтальную ветку одиноко стоящего дерева. Так было больше надежды на то, что его хоть когда-то найдут.

Закрепил на сучке видеокамеру так, чтобы она снимала мой героический рейд. Собрал волю в кулак и пешком двинулся в «Зону». Меня так трясло от сильного страха, что и передать невозможно.

Очень хотелось встать на карачки, но я всё же, смог пересилить себя. Вошёл хоть и не очень спокойно, но как человек, высоко подняв голову. К счастью, ничего страшного опять не случилось. Побродил я там ещё минут пять и поскорее вернулся в посёлок.


На границе «Мишени»


Бортовой компьютер влез в паузу, возникшую в рассказе начальника геологической партии, и сообщил: – Прибыли в пункт назначения. – машина замедлила стремительный ход. Повисла в воздухе и плавно опустилась на землю.

Сергей автоматически взглянул на дисплей. Часы, висевшие в правом нижнем углу, показывали – 20.44.

Прочный прозрачный колпак разделился на восемь сегментов, которые немедленно скрылись в бортах аппарата. Облако из мошкары, висевшее в воздухе, вдруг оживилось. Тысячи летающих тварей попытались ворваться внутрь открытой машины и немедленно укусить пассажиров.

Климат-контроль небольшого салона тотчас заметил атаку мелких крылатых вампиров. Включил распылители и создал по контуру флаера завесу из феромонов. Испуганные химическим запахом, который не мог учуять прочтой человек, насекомые рванулись назад, брызнули в разные стороны и мгновенно исчезли.

Спрыгнув на землю, ксенобиолог осмотрелся по сторонам. Они находились посреди небольшой овальной поляны. Почва здесь заросла жёсткой колючей травой, доходившей почти что до пояса. Вокруг поднимались большие деревья с пышными мясистыми листьями.

Издалека они мало чем отличались от тех зелёных растений, что живут на Земле. Подлесок здесь тоже имелся, а выглядел он удивительно плотным. Густой кустарник возвышался метра на три и стоял сплошною непроходимой стеной. Прямо по курсу картина совсем не отличалась от той, что окружала машину.

Глянув вперёд, Сергей напряг зрение. Понимая, что ничего не увидит, он постарался заметить рубеж таинственной «Зоны». Конечно, никакой границы он там не нашёл. Зачем её ставить, если старатели сюда не заходят?

Рядом бесшумно возник чем-то встревоженный Пёс. Сделал круг по поляне и исчез в непролазных кустах. Следом из флаера выбрался Влад. Достал из салона армейский рюкзак. Откинул верхний клапан потёртого «сидора» и вынул из него объёмистый свёрток.

– Избавься от всех предметов, в которых есть хоть намёк на металл. – приказал он учёному. – Граница проходит в пяти сотнях метров отсюда.

Сергей стал лихорадочно обшаривать складки одежды. Вынул всякую мелочевку, завалявшуюся во многих карманах брюк и штормовки. Бросил на переднее сидение флаера и обратился к напарнику: – Больше нет ничего!

Тот шагнул ближе и внимательно осмотрел ксенобиолога.

– Хорошо, что у тебя нет в теле имплантатов. – сказал задумчиво Влад. – Иначе, я с тобою туда не пошёл.

– Нет. – согласился Сергей и осёкся: – Откуда вы знаете? Вам Пёс сообщил?

– У него я не спрашивал. – усмехнулся мужчина: – Просто, пока ты добирался до фермы, я прочёл твоё небольшое досье.

– Как оно оказалось у Вас? – насторожился учёный.

– Если ты помнишь, я главный администратор планеты. – насмешливо сощурился Влад: – Вместе с вами на «Дикую Глушь» прибыли и ваши дела. Иначе, как бы я узнал все размеры?

– Какие размеры? – не понял собеседника парень.

Напарник ничего не ответил, а тихо вздохнул и стал перечислять: – Молнии на куртке, пуговицы на рубашке, пряжка ремня, зацепы на армейских ботинках, всё из различных металлов. – он поморщился и приказал: – Сними всю одежду, а так же разуйся. Одень-ка вот это. – он сунул в руки учёного увесистый свёрток.

Сергей торопливо развернул упаковку из пластика. Внутри оказалось три объёмистых прозрачных пакета. В одном лежали трусы и майка с носками. Во втором находились рубашка, брюки и куртка.

Все вещи оказались не новыми, но достаточно крепкими и, самое главное, чистыми. В последнем мешке он обнаружил прочные сапоги на толстой рубчатой подошве, с высокими, почти до колен голенищами.

– «Похожую обувь носили во время второй всемирной войны». – подумал вдруг парень и начал снимать всю одежду: – «По всей видимости, это вещи из гардероба Влада Петровича. Надеюсь, они мне подойдут. Мы с ним очень похожи ростом, весом, а так же комплекцией».

– Не торопись! – бросил начальник геологической партии: – До ночи успеешь.

– Мы, что до темноты станем ждать? – удивился Сергей: – Ведь будет светло ещё часа полтора, за это время мы спокойно успеем пройти километров семь или восемь, а потом, заночуем.

– В наш лес, на ночь глядя, не ходят! – оборвал Влад учёного: – Ночевать будем здесь, на диванах машины! Выйдем завтра, сразу после рассвета! Поэтому, чтобы не терять время утром, никуда не спеша, одевайся сейчас. А потом, мы с тобой будем ужинать.

Как не горел Сергей желанием броситься немедленно в лес, он хорошо понимал, что без такого опытного проводника, как начальник геологической партии ему далеко не уйти. Слишком много вокруг опасных зверей, самого различного вида.

Он был вынужден подчиниться стечению таких обстоятельств. Крепко сжал зубы и в очередной раз за день подавил нетерпение. Взял все три пакета, полученные от компаньона. Забрался во флаер и занялся своим гардеробом.

Снял высокие берцы армейской модели. Разделся и сменил всё белье. Поверх натянул брюки из толстой и плотной, с виду, джинсовой ткани. И только тут обратил внимание на некую странность фасона.

Больше всего они напоминали кавалерийские галифе. Обе штанины к низу были сильно заужены. Мало того, оказалось, что к каждой из них, чуть ниже колена, пришиты по кругу какие-то куски из брезента, шириною в ладонь.

Чтобы непонятные полосы не мешали ему, Сергей завернул их на бёдра. Пожал плечами, взялся за обувь, надел и заправил портки в голенища. Встал с сидения флаера и потопал ногами. Всё пришлось точно впору.

Странные оборки сами собою упали с колен. Накрыли горловины необычной обувки и прочно приклеились к ним. Парень внимательно осмотрел образовавшийся стык.

Ткань прицепилась к коже сапог настоящими пластиковыми «липучками»! О столь необычных застёжках он лишь читал в древних романах про середину далёкого двадцатого века: – «Теперь внутрь ничего не сможет попасть!» – удовлетворённо подумал учёный: – «насколько я знаю, даже вода и та не сразу сквозь них протечёт».

Он надел рубашку и заправил её полы в брюки. Вместо пуговиц здесь тоже была полоска «липучки». На талии имелась такая же юбочка, как на штанинах. Только крепилась она к брюкам на уровне бедер.

– «Получился разъёмный комбинезон, выполненный с использованием технологии древних времён. Без примененья наноботов с металлом»: – отметил учёный: – «Всё части надёжно прилипают друг к другу. Так что, если попадёшь вдруг в болото, то не сразу потеряешь штаны с сапогами».

Куртку он надел на себя лишь для того, чтобы проверить, как она сидит на плечах? Оказалось, что всё в полном порядке. Парень вылез из флаера и встал во весь рост перед напарником. Он осмотрел ксенобиолога с разных сторон и остался доволен.


Топчась возле машины, они быстро перекусили продуктами из неисчерпаемых запасов начальника геологической партии. Съели по несколько пресных галет из армейского рациона, предназначенного для утоления голода в сверхдальних походах. Запили еду водою из НЗ воздушной машины. Влад закрыл упаковку и сунул её в сильно похудевший рюкзак.

– А Псу ничего не дадите? – поинтересовался Сергей.

– Покормлю, если сам ничего не найдет. Но думаю, что он придёт сытый и очень довольный. По крайней мере, я не припомню, чтобы он раньше возвращался голодным из леса.

Влад посмотрел на дисплей флаера, и Сергей проследил за его внимательным взглядом. Масштаб карты уменьшился так, что стала видна вся круглая «Зона» и окружающие её территории.

Проводник кивнул на экран и ткнул в него пальцем: – Сейчас мы находимся тут. – он показал на ярко-красную метку, стоящую возле серой пунктирной границы: – Ребята разбились вот здесь.

Указующий перст переместился на размытую каплю, мерцающую бежевым цветом: – Нам нужно пройти двадцать семь километров, если считать по прямой. По моим скромным прикидкам, это минимум тридцать пять по малопроходимому лесу.

Влад взглянул на Сергея и, заметив недоумение по поводу столь существенной разницы, хмуро добавил: – Во-первых, центр «Зоны» находиться значительно выше над уровнем моря, чем местность, где мы с тобой приземлились. Так что, придётся всё время двигаться в гору.

Во-вторых, там полно оврагов и балок. Я, конечно, распечатал карту той местности, снятую со стационарного спутника, но всё равно, мы где-нибудь, да упрёмся в тупик. Нам нужно будет топать назад, и двигаться дальше в обход. Однако, я всё же уверен, что мы с тобой доберёмся до места в течение дня.

– А что будем делать потом? – вырвалось у ксенобиолога.

– Переночуем возле места крушения и двинемся в путь вот к этому флаеру. – Влад ласково похлопал по бортовой панели машины: – Возвращаться будем под горку. Значит, идти станет значительно легче.

– Это если ребята будут в состоянии сами идти. – уточнил дотошный Сергей.

– Конечно. В противном случае, придётся тащить их на волокушах из веток.

– Тридцать пять километров? – усомнился вдруг парень.

– Посмотрим на их состояние. Если оно очень тяжёлое, то побежим в обратную сторону. – он показал на карте ещё одно направление. – Тогда нам нужно будет пройти только одиннадцать вёрст. – он показал на дисплей: – Вот здесь мы выскочим к широкой реке. Срубим несколько толстых деревьев. Свяжем плот из стволов и спустимся по течению к северо-западу.

Я приказал личному флаеру, высадить андроидов на территории вашего лагеря. Подняться в воздух и лететь вот сюда. – Влад указал место на карте: – Он будет ждать нас на берегу, у границы «Мишени».

– По-моему, раз идти по второму пути значительно меньше, то нам в любом случае нужно двигаться прямо туда.

– По земле, конечно, короче, а если прибавить и путь по воде, то получится в два раза длиннее. В том месте русло сильно виляет. Да и всяких опасных зверей там очень много встречается.

Почувствовав, что машина немного качнулась, Сергей повернул голову и увидел неизвестно откуда возникшего Пса. Положив лобастую голову на передние лапы, он уже удобно лежал на широком заднем сидении.

– Как я и сказал! Сытый и чрезвычайно довольный! – удовлетворённо бросил напарник: – А теперь на боковую, всем спать. Подъём на рассвете.

Компаньоны сняли с себя лишь сапоги и штормовки. Сергей дал ментальную команду машине. Защитный колпак возник на своём прежнем месте. Стекло стало быстро темнеть и скоро совсем потеряло прозрачность.

Спинка переднего кресла, на котором устроился парень, плавно откинулась в горизонтальное положение. Небольшой подголовник принял форму удобной подушки. Боковые плоскости анатомического сидения потянулись наверх на полметра. Сомкнулись над человеком и превратились в уютный спальный мешок.

Ту же процедуру Влад проделал с местом для пассажира. Пёс остался в том положении, в каком находился минуту назад. Через очень короткое время все трое уже крепко спали.


С первым лучом яркого солнца, бодрый голос бортового компьютера весело гаркнул: – Подъём! Местное время четыре часа двенадцать минут. – затем, заиграла, громкая ритмичная музыка какого-то новомодного шлягера.

– Заткнись! – не открывая сомкнутых глаз, шикнул Сергей. Он был весьма недоволен столь ранней побудкой. Мелодия мгновенно затихла. Парень повернулся с левого бока на правый, и решил что можно ещё немного поспать.

Тотчас вспомнил о вчерашнем крушении. Вздрогнул и резко сел в кресле машины. Дал ментальную команду: – «Высветлить купол». – собрал сидение в походное положение и осмотрелся.

В лесу только-только стало светать. Верхушки деревьев, чёрными кучами проступали на фоне тёмного неба. Оно едва начало сереть. Саму поляну закрывал белый, словно медицинская вата, туман, стелившийся в метре над почвой. Из него, как из воды, торчали ветви кустов, чьи листья покрылись мельчайшими каплями влаги.

Ещё не проснувшись, как следует, Сергей быстро влез в плотную куртку, натянул сапоги и приказал колпаку флаера создать дверь рядом с креслом. Проём тотчас открылся, и учёный собрался спустить левую ногу за борт машины.

В тот же миг, перед его мысленным взором возник красный круг с белой надписью «СТОП». Именно такой он видел в посёлке старателей в свой первый приезд. Тогда он ещё удивился, кому мог понадобиться запрещающий знак в «Далёкой Глуши», на планете, где нет никакого наземного транспорта?

От неожиданности он замер, как статуя. С заднего сидения флаера в открытую дверь тенью скользнул ловкий Пёс. Он исчез в плотном тумане, как ложка, упавшая в крынку, наполненную парным молоком.

Прямо под днищем машины раздался отчётливый хруст, и что-то сильно хлестнуло по корпусу. В голове удивлённого парня возник образ несущейся прямо в лицо раскрытой пасти змеи.

Мелькнули откинутые вперёд, длинные ядовитые зубы и раздвоенный чёрный язык. Они приблизились к носу ксенобиолога и исчезли в самый последний момент. Ещё один миг, и Сергей был готов завопить во всё горло от ужаса.

– Понял? – раздался бодрый голос напарника с соседнего кресла: – Если бы не мой верный Пёс пришлось бы тебя сейчас в больничку тащить.

Влад заворочался на широком сидении и тихо добавил: – Ты его извини, что он так грубо и образно остановил тебя на пороге. Не наловчился ещё общаться с тобой. Поэтому, толком не знает пределов твоей восприимчивости.

Мужчина привычно выбрался из салона машины и оказался по пояс в белом мареве густого тумана. Над клочковатой поверхностью виднелась только верхняя часть человека. Он с хрустом потянулся всем корпусом. Встрыхнулся и пошёл к ближайшим кустам.

В голове у Сергея появился образ ухоженного английского парка, залитого ярким солнечным светом. Парень воспринял это, как сообщение: – «Путь совершенно свободен!»

Ксенобиолог аккуратно нащупал почву ногой в сапоге и встал во весь рост. Судя по звукам, Пёс лежал под днищем машины, чем-то увлечённо хрустел и громко, с наслаждением чавкал. Парень покачал головой и отправился в противоположную сторону, от начальника геологической партии.


Когда он вернулся назад, то совсем рассвело, а плотный туман рассеялся почти целиком. Учёный уселся в машину и достал из бардачка пакет с депиляционной салфеткой. Вскрыл обёртку из пластика, вынул пахнущий одеколоном квадратик из ткани и тщательно протёр им лицо, подбородок и шею.

Почувствовав тепло человека, наноботы очнулись от спячки, и тотчас взялись за работу. Отросшая за ночь, щетина превратилась в мельчайшую пыль и немедленно впиталась в салфетку. Кожу обдало холодком. Сергей бросил использованное бытовое устройство и упаковку в лючок утилизатора. Напарник последовал примеру учёного.

Завтрак ничем не отличался от ужина и состоял из тех же галет и воды, что накануне. Поэтому, скромная трапеза не заняла много времени. Кем перекусил Пёс под машиной, парень не хотел даже думать.

– «Уж лучше он убил эту тварь, чем она вцепилась в меня». – мелькнула трезвая мысль у Сергея.

Влад быстро убрал армейские разносолы в бездонный рюкзак и спросил: – Где вещи ребят?

Вытащив из-под сиденья пакет, приготовленный на исследовательской базе, учёный передал его Владу. Напарник развернул упаковку, и Пёс тотчас возник рядом с ним. Домашний питомец долго и вдумчиво изучал носом свитер, а потом и женскую кофточку.

Затем тихо чихнул и потряс головой. Отодвинулся немного в сторонку и, глядя на Влада, застыл. Хозяина внимательно посмотрел ему прямо в зрачки и перевёл взор на дисплей воздушной машины.

На экране отобразилась карта их сегодняшнего маршрута. Вычерченный бортовым вычислителем, путь старательно обходил самые глубокие овраги и балки. Взгляд проводника медленно перемещался по линии от точки, где они находились, к аппарату, упавшему на территории «Зоны».

Пёс сосредоточился, прикрыл веки и сидел не шевелясь. Так продолжалось минуты две или три. Наконец, их ментальный контакт прекратился. Влад поднял голову и кивком головы указал направление, в котором им всем предстояло сегодня идти.

Пёс легко выскочил за борт машины. Оглянулся ещё раз на хозяина, посмотрел на него и, получив от него подтвержденье приказа, неторопливой трусцой побежал в густой лес.


Влад вытащил из рюкзака продолговатый увесистый свёрток. Положил на колени и развернул. Сергей с удивлением увидел набор холодного вооружения в прочных кожаных ножнах.

Здесь были сборные луки и колчаны со стрелами. Разнообразные охотничьи и метательные ножи. А так же, четыре массивных мачете, шириною в три пальца и длинною в шестьдесят сантиметров. Они весьма походили на те тесаки, которые использовали в русской армии лет триста назад.

Проводник перехватил заинтересованный взгляд ксенобиолога и объяснил: – Никакая техника в «Зоне» никогда не работает, а любая крошка металла, включает систему охраны, которая использует молнии в качестве превентивной защиты.

К моему сожалению, там столько опасного зверя, что без оружия мы не пройдём и половину пути. Все это – он указал на разложенный перед ним арсенал: – сделано из очень прочного пластика, имеющего антистатические свойства.

Несмотря на то, что он состоит из молекул органики, режет и рубит, не хуже знаменитой златоустовской стали. Им и будем мы отбиваться, если, конечно, понадобиться. Ты что предпочитаешь больше всего?

Учёный неуверенно покачал головой и сказал: – Наверное, лук. Стрелял немного, когда-то, на первых курсах учёбы. Да и фехтованьем на шпагах я тоже чуть-чуть занимался. В то время, это стало вдруг модно.

– Бой на тесаках тебе бы сейчас пригодился значительно больше. – задумчиво сказал ксенобиологу Влад: – Ладно, разделим всё поровну. Ну, а там, по ходу движенья посмотрим. Если у меня кончатся стрелы или, скажем, ножи, я возьму у тебя, и наоборот. Договорились?

Сергей молча кивнул. Влад сноровисто разделил смертоносные штуки на две равные кучки. Напарники выбрались из салона и разложили оружие на капоте машины.

Мужчина немедленно скинул и аккуратно свернул потёртую куртку. Оказалось, что к полам штормовки, пришита пара тесёмок. Проводник стянул всё в маленький свёрток и прочно связал. Осмотрел внимательно тонкую скатку, не торчит ли где какой-то лоскут, и приторочил сзади к широкому поясу.

Парень зябко повёл плечами от утренней свежести, и последовал примеру начальника геологической партии. Он давно понял, что Влад бывалый охотник и нужно всё делать, так, как он говорит.

– Ничего, очень скоро согреешься. – подбодрил парня мужчина. Заметив, что он снова собрался вернуться в машину, сказал: – Больше ничего не бери. Всё, что нам нужно у меня в рюкзаке. Понял?

Ещё раз кивнув, Сергей остался на месте.

Первым делом Влад собрал два больших лука. Прикрепил гнутые плечи к небольшой рукояти, натянул тетиву и подал одно из устройств молодому напарнику. Парень повертел в руках и внимательно осмотрел снаряжение.

Он держал перед собой простой охотничий лук, без вычурных изгибов и разных навесок, свойственных навороченным спортивным моделям. Размером боевое устройство оказалось чуть меньше метра в длину. Оно было на удивление лёгким, но чрезвычайно упругим.

Учёный осторожно положил оружие на передний капот флаера. Надел на левую руку кожаные поручи, защищавшие внутреннюю часть запястья от локтя до кисти. Огляделся и выбрал мишень – одинокую сухую корягу, торчавшую посреди овальной поляны. От неё до машины было метров десять-двенадцать.

Парень взял лук в левую руку, а правой достал из колчана стрелу. Действуя так, как его учили когда-то, он наложил оперение на тетиву. Натянул, быстро прицелился и, не мешкая, выстрелил. Раздался звонкий щелчок. Длинная палочка из прочного пластика впилась в толстый ствол, чуть ниже того места, куда метил Сергей.

– Неплохо! – прокомментировал Влад: – В другой раз, бери чуточку выше.

Учёный подошёл к засохшему дереву и с ощутимым трудом смог вытащить глубоко вонзившуюся в древесину стрелу. С уважением посмотрел на лёгкое, но потрясающе мощное боевое оружие и вернулся назад.

Действуя быстро и чётко, Влад показал, где и, как можно закрепить все остальные предметы на человеческом теле. Следуя примеру охотника, Сергей надел широкий кожаный пояс с пряжкой из пластика.

По бокам висели ножны для пары мачете. Нижние концы обоих чехлов он привязал при помощи ремешков к ногам, чуть выше колен. Теперь они не болтались и не цеплялись за всё, что попало.

Справа и сзади, крепилась примитивная литровая фляжка с водой. К сожаленью Сергея, она представляла собой обычную ёмкость. Не могла сама добывать жидкость из воздуха и её нужно было наполнять самому. Так что, драгоценную влагу придётся экономить на марше.

Слева, сзади на прочном ремне, устроилась скатка из куртки. Спереди справа – короткий кинжал в удобном чехле. Слева – общие ножны на пять ножей для метания.

Колчан на двадцать пять стрел пришлось размещать на спине. Парень надел ремень через голову так, чтобы оперения оказались под правой рукой. Так ему было легче, их доставать. Лук оказался там же, но торчал из-за левого уха.

Своё оружие Влад развесил на себе так же, как ксенобиолог. Припасы в футляре убрал обратно в рюкзак. Потом придирчиво осмотрел молодого напарника и заставил попрыгать на месте. Подтянул несколько ремешков и удовлетворённо хлопнул молодого учёного ладонью между лопаток.

После чего, приказал потренироваться в выхватывании пластикового оружия. Сергей принял спортивную стойку и быстро бросил в дерево все пять ножей, один за другим. К его смущению в ствол вонзился только один.

Охотник укоризненно покачал головой, но ничего не сказал. Мол, что можно взять, с гуманитария, прилетевшего с планеты Земля? Неуловимым движением, вытащил из ножен сразу оба мачете и показал, как нужно действовать ими. Его руки двигались с удивительной скоростью, словно крылья у мельницы, вращавшейся на ураганном ветру.

Парень с изумленьем смотрел на мелькавшие тёмные лезвия, слившиеся в воздухе в неразрывные гудящие полосы. Влад остановился. Строго взглянул на учёного и заставил его потренироваться на близь стоящих кустах.

– Только поаккуратней, – предупредил он ксенобиолога: – ногу себе не порань! Да смотри, чтобы ветка, спружинив, не стегнула тебе по глазам.

Пока Сергей привыкал к необычному виду оружия. Влад вытащил из рюкзака по две пары сеток и перчаток с длинными крагами. Один комплект подал напарнику и твёрдо сказал: – Надень на себя! Не то свалится на голову какая-либо букашка, да так тебя цапнет, что не обрадуешься.

Парень натянул накомарник на голову и тонкие, едва заметные нити, отгородили лицо от жестокого внешнего мира. Края капюшона он прилепил к стоячему воротнику прочной рубашки. Натянул на ладони грубоватые, прочные изделия местных умельцев, сшитые из толстой кожи неизвестного зверя. Манжеты рубашки плотно вошли в широкие раструбы. «Липучки» накладок и рукавов крепко сцепились. Парень вопросительно посмотрел на напарника.

– Готов? – спросил Влад.

– Д! – ответил учёный и отдал флаеру ментальный приказ, перейти в режим ожидания. Колпак машины послушно закрылся. Затемнился и стал тёмным, как антрацит. Так он запасал впрок световую энергию местного солнца.

Охотник надел на плечи рюкзак. Взял в каждую руку по обнаженному тесаку и ходко направился к чаще. Сергей двинулся следом за ним. Они быстро пересекли большую поляну, и подошли к кромке леса.

– Иди за мной на расстоянии двух-трёх метров. – сказал Влад на ходу: – Следи за моими знаками. Не отставай. Внимательно слушай, что твориться у нас позади.

Проводник не оглядываясь, подошёл к стене плотной растительности. Поднял руки на уровень плеч и, не замедлив скорого шага, вломился в подлесок. Наверное, именно так мощный проходческий щит, вонзается в рыхлую известняковую гору.

Два острых мачете замёлькали в утреннем воздухе и стали мерно рубить коридор в густо сплетённых ветвях. Сергей подождал с полминуты. Вошёл в уже готовый проход и двинулся вслед за мужчиной. Он лишь изредка срубал случайный сучья, пропущенные неутомимым напарником.

Ветви мало мешали ему, и можно было спокойно пройти мимо них. А поступал парень так лишь для того, чтобы поскорее освоиться с новым для него непривычным оружием.


«Мишень»


Метров через десять-двенадцать кустарник вдруг измельчал, а потом и вовсе исчез. Напарники оказались в сумеречной сени настоящей берендеевой пущи. Всё пространство вокруг теперь занимали стволы старых, упавших деревьев и кучи сломанных сучьев, свалившихся сверху.

Выворотни и огромные пни, обломанные на разной высоте от земли, дополняли картину никем не тронутых девственных дебрей. Все поверхности окружающей местности были покрыты толстым ковром мхов и грибов. Причём, те и другие поражали глаз невероятным разнообразием колеров. Их расцветка колебалась от ярко-алого, до фиолетового, и не пропускала, все остальные цвета спектра.

Кроме того, грибы щеголяли и всевозможными формами. От привычных шаров, шляпок или широких воронок, до причудливо изогнутых вееров и спиралей. Размеры некоторых представителей данного царства превышали полметра. Особенно Сергея поразил один экземпляр, который вычурной формой напоминал древнюю арфу с толстыми струнами.

Тут парень заметил, что спина охотника мелькнула метрах в пяти впереди, и стала удаляться на удивление быстро. Учёный оторвался от созерцания дикой природы. Собрался и ринулся следом.

Влад сунул в ножны одно из мачете, и Сергей последовал примеру мужчины. Метров через двадцать он понял, что правую руку тоже можно освободить от оружия. Напарник так здорово чистил путь от мешавших веток и сучьев, что парню уже было нечем заняться.

Немного подумав, он сунул в чехол и второй свой тесак. Словно почувствовав, что ксенобиолог скучает, мужчина резко взвинтил темп движения. Начался форменный бег с преодоленьем препятствий.

Приходилось постоянно перешагивать, перепрыгивать, а то и перелезать через стволы толстых деревьев, покрытых подушками мха самых разных расцветок. Иногда оказывалось намного удобнее поднырнуть под сломанный комель, нависший углом над землей, и двигаться под ним на карачках.

Учёный считал себя хорошо тренированным бегуном на большие дистанции, но угнаться за проводником оказалось выше его слабых сил. Как он ни пытался уменьшить расстояние хотя бы до трёх с чем-то метров, всё оставалось, как прежде. Парень двигался с полным напряжением сил, но дистанция не сокращалась. Влад, как заговорённый, держался на одном расстоянии.

К концу первых минут такой гонки, в голове ксенобиолога мелькнула удивлённая мысль: – «Он же старше меня лет на десять, а то и пятнадцать! Нужно немного ускориться, а то он подумает, что я просто слабак!» – парень ещё поднажал, но опять ничего из его попытки не вышло.

Тогда он избрал более благоразумную тактику: – «Он лидер, я лишь ведомый. Главное мне не отстать!»

Сергей сосредоточил внимание на координации и точности действий при преодолении сложных препятствий: – «Не хватало мне ещё вывихнуть ногу, или порвать какую-то мышцу от напряжения». – думал ксенобиолог, перебираясь с одного ствола на другой. – «Тогда Владу придётся терять драгоценное время. Возвращаться назад и тащить меня к флаеру».

Постепенно учёный втянулся в движение по почти непролазной чащобе и очень скоро он не то что, согрелся, ему стало жарко, как в бане. Затем, потянулись долгие часы ускоренного пешего хода.

По спине монотонно стучал лук и колчан, по пояснице хлопала скатка и фляжка, по бедрам елозила пара мачете в жёстких кожаных ножнах. На ремне прочных брюк болтались ножи разных типов.

У Сергея не имелось часов, и он не мог проследить за бегом неумолимого времени. Достаточно быстро, солнце поднялось над горизонтом, и к сырости, висевшей под пологом леса, прибавилась постоянно растущая температура стоялого душного воздуха.

Часа через три после рассвета, парень почувствовал то, что могли, наверное, ощущать бедные прачки, стиравшие бельё в общественных банях. То есть, одуряющую жару, при влажности равной сотне процентов.

Пришлось откупорить плоскую флягу и периодически прикладываться к прохладной воде. Пил он прямо сквозь сетку, не снимая с себя накомарника: – «Хорошо, что Влад пропитал одежду феромоновым спреем». – подумал Сергей: – «А то бы меня уже доконали местные летучие твари. Изгрызли бы кожу даже сквозь плотную рубашку и брюки».


Часа через два, чащоба вдруг кончилась, и они вновь оказались перед стеною подлеска. К счастью, Влад уже прорубил коридор в плотном кустарнике. Сергей просто вошёл в узкий проход. Сделал десяток шагов и с облегчением вырвался на открытую ветру опушку.

Проводник с поднятым наверх накомарником уже сидел на стволе старого дерева, упавшем неизвестно когда. Кора и все сучья с него давно облетели. Толстый комель выбелило жаркое солнце, и он стал похож на продолговатый кусок светло-серого камня. Охотник смотрел на измученного ходьбою напарника и маленькими глотками прихлёбывал воду.

Парень поплёлся к нему и, чувствуя, что истратил последние силы, присел рядом с мужчиной.

– А ты ничего, достаточно крепкий. – похвалил учёного начальник геологической партии: – Я думал, ты быстро отстанешь, и мне придётся идти на пониженной скорости.

– Мне до вас далеко. – измученно выдохнул ксенобиолог: – Двигался в максимальном режиме, а догнать тебя так и не смог. Мне бы такую большую выносливость.

– Побегаешь с моё по лесам, поневоле станешь выносливым. Если жить, конечно, захочешь.

Сергей отхлебнул глоток из своей, почти ополовиненной фляги. Огляделся и с беспокойством спросил: – Мы тут сидим, как на витрине. Здесь не очень опасно?

– Пока ещё нет! – беззаботно бросил напарник: – Отдыхай, не волнуйся. – он взглянул на недоверчивое лицо ксенобиолога и пояснил: – Не очень давно, здесь прошёл Пёс и ментальным приказом разогнал всех кого только смог. Поэтому, пока всё нормально. Вот дальше станет всё хуже и хуже.

– Почему?

– Мы слишком медленно с тобою идём. С каждым часом мы будем отставать от него всё больше и больше. Распуганное телепатом зверье чуть успокоиться, и начнёт возвращаться в места, к которым привыкло. Особенно всякие гады ползучие. У них память гораздо короче, чем у всех теплокровных.

– Тогда почему мы не взяли костюмы из наноботов? Они отлично защищают не только от укусов зверья, но и от попадания пули и лазера. Да и температура в них очень комфортная. У меня во флаере их целых пять. – похвастал Сергей: –Последняя разработка с Земли – «Хамелеон 22».

– Знаю. – протянул нехотя Влад: – Хорошая штука. Только Лайлу она спасти не смогла. – проводник помолчал: – Во второй поход в «Зону» взял я собою такой экземпляр. Спасибо, что ума хватило его не надеть.

Свернул я его в плотный брикетик. Бросил через границу и смотрю, что же с ним будет? Тут же из земли поднялось нечто сильно похожее на полотенце, размером метр на метр. Подлетело к месту, где лежал мой скафандр, и остановилось над ним.

Висит в воздухе, как ковёр самолёт и переливается разноцветными всполохами, что твоё сиянье над северным полюсом. Потом оно опустилось на землю и тут же пропало.

Я подождал минут десять и пошёл посмотреть. Взял засохшую ветку и пошевырял там, где находился костюм. Пусто. Превратился мой дорогой «Хамелеон» в кучку простой серой пыли. Потом анализ мне показал, что все хвалёные тобой наноботы рассыпались на составляющие их элементы.

После этого дня, я ещё несколько раз видел подобные летающие сгустки энергии. Интересуются они, в основном, крупным зверьём, чуть больше чем мы с тобой вместе взятые.

Однажды нечто похожее всплыло из-под земли возле оленя. Тот сразу упал на живот. Затаился и замер, словно бревно. Тихо потрескивая, гибкая плоскость из плазмы немного повисела над ним, как бы в раздумье, мол, что теперь делать? Потом, растворилась будто туман. Марал медленно-медленно встал и дал стрекача от этого места.

В другой раз, мне встретился более глупый рогач. Или он просто был сильно испуган? Точно не знаю. Но едва он увидел, то полотенце, как прыгнул от него метров на пять.

Тут же раздался отчётливый треск, как от взорвавшейся молнии, и на всю округу запахло свежее жареным мясом. Так что, если увидишь, как из земли вылезает нечто блестящее, тотчас упади и замри. Может быть, и пронесёт его мимо тебя?


Напарники по-быстрому перекусили и запили сухие галеты тёплой водой. Хоть мужчины и сняли перчатки, но пищу руками не трогали. «Выдавливали» сухое печенье из пластикового пакета и брали прямо губами. Хорошо, что оно оказалось совсем небольшим, и его не нужно было кусать по несколько раз.

Покончив с едой, Влад аккуратно свернул пустую упаковку из-под продуктов и убрал на дно рюкзака. Опустил сетку на мокрое от пота лицо. Лёг на спину и с блаженным вздохом, растянулся на длинном бревне: – Перекур. Двадцать минут. – бросил он напоследок.

Сергей не стал мешкать и тоже устроился на древесном стволе. Однако, они бездельничали значительно меньше отведённого времени. По крайней мере, так показалось учёному. Охотник легко, словно хорошо отдохнул, поднялся на ноги и бодро скомандовал: – Вперёд! Дальше будет чуть легче.

Они пересекли большую поляну и замерли перед новым препятствием. Стоящий перед ними лиственный лес оказался намного светлее и чище, чем предыдущий. Зато его снизу до самого верху заплели многие сотни толстых лиан, имеющих стволы всех цветов и расцветок.

– Руками за них не хватайся. – предупредил охотник учёного: – Многие из них покрыты колючками. Встречаются среди них очень острые, такие, что легко пробивают толстую дублёную кожу. Почти все из них ядовиты.

Не снимая перчаток, Влад надел куртку поверх прочной рубашки и Сергей сделал тоже, что и мужчина. Проводник вытащил оба мачете из ножен. Немного пригнулся и вновь вошёл под свод из древесных ветвей. Парень постарался не отстать от него.

В этот раз, сквозь плотный подлесок им пришлось прорубаться удивительно долго. Лианы оказались потрясающе твёрдыми, а срубить их с первого раза не всегда получалось. Приходилось бить дважды и трижды.

Продвиженье вперёд происходило так трудно, что через тридцать минут Сергей встал на место уставшего Влада. Правда, сказать, сам он выдохся уже через четверть часа, если не меньше. В таком режиме они и стали сменяться в дальнейшем.


Меж тем, светило неторопливо поднималось к зениту. Лучи яркого солнца жгли всё сильней и сильней. Температура и влажность тоже росли. Теперь учёный чувствовал себя уже не как в общественной бане, а словно в русской парилке, на верхнем полкем. Он стал всё чаще прикладываться к быстро пустеющей фляжке. Вода очень скоро иссякла, а конца жутким зарослям всё не было видно.

Влад как-то заметил, что парень уже опустошил свой запас живительной влаги. Остановился и огляделся по сторонам. Обнаружив то, что искал, свернул в правую сторону и стал прорубаться в другом направлении. Добрался до малоприметной лианы толщиной в руку ребёнка и срубил её в полутора метрах над уровнем почвы.

Приподнял обрубок, свисающий с дерева, и Сергей разглядел, что из разреза течёт ниточка жидкости красного цвета. Охотник сдвинул накомарник с лица на затылок. Поднёс травянистый ствол к тонким губам, и направил струйку в распахнутый рот. Кадык у него начал размеренно двигаться.

Мужчина постоял так тридцать секунд и отдал растенье напарнику: – Пей! Вкус слегка горьковатый, но жажду хорошо утоляет. Потом, наполни и флягу. Ещё пригодится.

Проводник поправил свою амуницию. Вернулся на то направление, в котором они двигались минуту назад. Опять стал крушить плотный подлесок и медленно продвигаться вперёд.

Учёный, поднял тонкую сетку. Подтянул лиану к себе и подставил распухший язык под вялую струйку, толщиною в тонкую спичку. Сделал осторожный глоток, насторожился и прислушался к своим ощущениям.

Жидкость и в правду не отличалась приятностью вкуса, но сухость на слизистой сразу пропала. Ксенобиолог утолил страстное желание напиться. Перевёл дыхание и подставил флягу под срез. Влага понемногу наполнила ёмкость. Сергей закрутил винтовую крышку сосуда. Сделал ещё несколько глотков, про запас. Бросил лиану, из которой продолжал литься сок, и зашагал за напарником.

Его он догнал метров через пятьдесят-шестьдесят. Охотник стоял с другим водоносным стеблем в руке и наполнял свою опустевшую тару. Парень принял эстафету у Влада. Вынул из ножен мачете и продолжил рубить неширокий проход. Минут через двадцать он окончательно выдохся. Остановился и пропустил мужчину вперёд.


Проводник поравнялся с уставшим Сергеем и поднял левую руку к лицу. Двумя пальцами он держал за хвост многоножку аспидно-чёрного цвета. Мерзкое животное отвратительно дёргалось. Пыталось удрать, извивалось всем суставчатым телом и сучило множеством лапок. Чудище оказалось довольно солидным, сантиметров восемь-десять в длину и толщиной с указательный палец.

– Держи. Это тебе. – весело сказал учёному Влад.

Сергей брезгливо взял странный подарок. Сжал его двумя пальцами и вопросительно посмотрел на охотника. Тут он заметил, что лицо у охотника снова открыто, а в правой руке он держит точно такую же ползучую тварь.

– Не задавай лишних вопросов. – сказал строго Влад: – Делай, как я. – он поднял руку вверх и запрокинул голову к небу. Теперь жуткое членистоногое извивалось прямо у него над губами. Проводник широко открыл рот и разжал сильные пальцы.

Тварь рухнула вниз. Проскользнула меж челюстей и бесследно исчезла. Последовало резкое глотательное движение, а кадык сильно дёрнулся. Мужчина опустил голову и твёрдо сказал: – Давай, не тяни. Только глотай целиком, не вздумай жевать.

Привыкший во всём доверять немолодому напарнику, учёный безропотно выполнил строгий приказ. Весьма колючее, на вид, небольшое животное нежным влажным комком скользнуло по горлу и провалилось вглубь пищевода.

Там оно вдруг шевельнулось и вызвало мощный рвотный рефлекс. Сергей с трудом сдержал страстный позыв избавиться от недавно проглоченной твари. Преодолевая себя, он быстро сглотнул ещё несколько раз.

Справившись с таким трудным делом, он вдруг ощутил послевкусие, возникшее от только что принятой пищи. К огромному сожалению, оно оказалось удивительно мерзким, а во рту и носу появился отвратительный запах. Парень торопливо схватился за фляжку и отпил немного древесного сока. Лишь после этого, он смог облегчённо вздохнуть.

– Молодец. – сдержано похвалил Сергея охотник: – Немногие из наших ребят смогли сделать это с первого раза.

– У вас такой ритуал посвященья в старатели? – осипшим голосом спросил ксенобиолог.

Влад занял его место во главе их короткой колонны и продолжил рубить узкую просеку. Работая, он стал объяснять: – Нет! Просто Олаф, как-то заметил, что практически все местные звери с большою охотой едят таких многоножек. Причём глотают их, не разжёвывая.

Олаф принялся их изучать. Скоро он выяснил, что живут эти твари на старых трухлявых деревьях и в случае крайней опасности прячутся в щели и дупла, туда, где потемнее. Поэтому, они сами с большим удовольствием устремляются в глотку. Запах, конечно, от них во рту очень мерзкий, а если их раскусить, то вкус такой, что и вряд ли проглотишь.

– Зачем же тогда вы их поглощаете? – встрял в монолог Влада учёный.

– При попадании в желудочный сок, они начинают бурно выделять защитную слизь, состоящую из стимулирующих и тонизирующих веществ, наподобие людских эндорфинов.

Дело в том, что для всех местных птиц или гадов ползучих те вещества являются ядом. Если они даже и выживут, то начинают бояться таких сколопендр, как огня. Но вот с другими животными у природы вышла промашка, а может быть, она специально так сделала? Кто её знает, какие у неё имеются планы?

Короче говоря, у всех теплокровных возникает большой прилив сил, и даже приятная для них эйфория. Сейчас и ты начнёшь её чувствовать. – Влад остановился. Повернулся к Сергею лицом и посмотрел ему прямо в глаза. – Пора бы уже. Вот и зрачки немного расширились.

Ксенобиолог действительно вдруг ощутил, что усталость в теле замещается удивительной лёгкостью. Огромная тяжесть в душе, возникшая после трагической гибели Лайлы и падения флаера, понемногу рассеялась. Её постепенно сменили хорошее настроение и уверенность в успехе их предприятия.

Сражаясь с лианами, охотник продолжил говорить: – Если их съесть штук пять или шесть, то можно хорошо опьянеть. Только мало кто здесь решается на такой сногсшибательный подвиг.

Зачем жрать вонючих червей, когда в каждом доме есть чистый этиловый спирт в любом необходимом количестве? Ведь его легко изготовить при помощи пищевых синтезаторов.

Зато в таком крайнем случае, как у нас сегодня с тобой, в тяжёлом и длинном походе, очень даже неплохо проглотить одну-две многоножки, для бодрости. Ну, а к противному вкусу и запаху постепенно можно привыкнуть.

Так они прорубались сквозь плотный подлесок почти три часа. По дороге им дважды пришлось наполнять фляги соком лиан и проглотить по две многоножки. Как и обещал проводник, во второй раз, дело прошло легче и проще. Ну, а в третий Сергей почти не испытывал плохих ощущений.

Наконец, лес понемногу стал изменяться, но резкого разделения типов растительности Сергей не заметил. Просто лиан постепенно становилось всё меньше, и они уже не заплетали собой всё видимое рядом пространство.

Стволы становились всё тоньше и поднимались из почвы чуть реже. Скоро напарники с облегчением вырвались из непролазной чащобы, а впереди замаячила группа деревьев очень сильно похожих на обычные сосны Земли.

Подлесок постепенно исчез, и всё чаще под ногами напарников появлялись проплешины с бедной песчаной землёй. Кое-где их покрывала невысокая чахлая травка.

Влад притормозил и стал на ходу беспокойно вертеть головой. Потом, облегчённо вздохнул и резко свернул в левую сторону. Сергей не отставал. Скоро они оказались перед большим толстым деревом с чешуйчатой корой золотисто-красного цвета. Дальше лежал длинный луг шириною метров в сто пятьдесят или двести.


«Роща летающих змей»


– Сейчас перекусим и чуть-чуть отдохнём. – бросил Влад уставшему парню. Он остановился под пышной кроной гиганта из царства растений. Внимательно осмотрел почву вокруг. Не заметил ничего подозрительного. Скинул тяжёлый рюкзак и достал привычный уже провиант.

– В тот лес, – он показал рукою на бор, лежащий за лугом: – я никогда ещё не ходил. – он помолчал и добавил: – Очень не люблю это место.

– Чем же оно хуже других?

– Да тем, что там полно змей. Да не простых, всем привычных рептилий, а тех, что называют древесными. Твари с лёгкостью заползают на ветки и, завидев добычу, прыгают сверху.

Самое страшное заключается в том, что их не интересуют размеры предполагаемой жертвы. Они нападают на всё, что шевелиться. В том числе и на своих же сородичей. – он сел на песок и прислонился спиной к толстому комлю.

– Крупные змеи? – спросил ксенобиолог и примостился рядом с напарником.

– До двух метров в длину.

– С какого расстояния они нападают?

– С высокой сосны могут скакнуть метров на тридцать, а то и побольше. В воздухе тварь расплющивает тело, как индийская кобра свой капюшон. Становятся почти плоскими от головы до хвоста, что и позволяет успешно планировать.

Плашмя налетают на жертву, и вцепляются в неё чешуйками кожи, похожими на грунтозацепы на армейских ботинках. Быстро кусают и немедленно прыгают в сторону, словно пружина. Яд у них такой сильный, что даже крупный олень умирает меньше чем за минуту.

Змеи заползают на дерево, растущее рядом с добычей. Сидят наверху и ждут двое суток, пока мясо не станет значительно мягче. Потом спускаются с веток и приступают к еде. Впиваются зубами в мертвую тушу. Мотают башкой из стороны в сторону, словно гиены. Отрывают куски и глотают.

– А если они промахнуться? – невольно заинтересовался Сергей: – Как не разбиваются о твёрдую почву?

– Во-первых, почва здесь достаточно мягкая. Сам видишь – кругом почти чистый песок. Во-вторых, чешуя них очень прочная. В-третьих, перед самой посадкой они выгибаются в большую дугу. Брюхо вперёд, а оба конца тела, назад.

Падают на землю хвостом и по инерции перекатываются на плоский живот. За это короткое время свиваются в плотный клубок таким странным образом, что голова находится в центре. Так и катятся большим колобком, пока не потеряют инерцию. А как остановятся, тотчас разворачиваются.

Кстати сказать, они ползают, будто обычные змеи. Но в случае крайней нужды свиваются, словно пружина и прыгают на три человеческих роста. Иногда очень метко плюются, а ядовитая струйка токсина летит на два, а то и три с лишним метра.

При попадании на голую кожу отрава мгновенно её разъедает. Проникает в тело добычи и всё, ей каюк. В своё время, мне это Олаф рассказывал. Однажды, он тут на опушке сидел несколько дней.

– Как же он их изучал на таком большом расстоянии? – Сергей с сомнением посмотрел в сторону рощи: – Я, например, ни одной змеи отсюда не вижу.

– У него была мощная оптика из специального пластика. Вот эта. – Влад вытащил из рюкзака древний армейский бинокль и подал напарнику.

Парень взял небольшую коробку с крупными линзами. Осмотрел с разных сторон и приложил окуляры к глазам. Вещь действительно оказалась неслабой. Она давала увеличение раз в тридцать, а то и побольше.

Учёный медленно переводил взгляд с одного ствола на другой. К своему сожалению, ни одной летающей твари он так и не смог рассмотреть. Пожал плечами и вернул оптику Владу.

– Я тоже ничего не увидел. – сказал неохотно напарник: – Но тогда, с Олафом были два его пса Клин и Клон. Я думаю, они выманивали змей из леса на луг, а Стенсон сидел где-то рядом и изучал этих гадов. Наверняка и дичь им подсовывал. Поэтому, и разобрался так хорошо в их злобных повадках. Ведь, как ни крути, а он был отличным учёным, можно сказать – выдающимся натуралистом. Однако, пройти в одиночку через «Рощу летающих змей» даже он не рискнул.

Мужчина взглянул на Сергея и решил, что нужно объяснить столь странный топоним: – Олаф у нас был невероятным романтиком и очень любил давать красивые прозвища самым гиблым местам.

– Может и нам её миновать? – с сомнением спросил ксенобиолог.

– Хорошо бы, конечно, но очень уж далеко её обходить. Получиться крюк километров в пятнадцать-семнадцать.

– А нам удастся пройти через такую жуткую рощу?

– Пока Олаф наблюдал за летучими змеями, он сделал пару прочных «скафандров», один для себя, второй для меня. – Влад задрал голову к вершине толстого дерева, под которым они находились, и показал на крону рукой.

Сергей глянул вверх. На нижней ветке он с удивленьем увидел две большие корзины, сплетённые из тонкой лозы. Оба изделия народного творчества висели днищами вверх, словно колокол.

– Он и меня с собой тогда звал, да я был сильно занят делами. В тот день перепились старатели в лагере, что-то не поделили между собой, и возникла приличная драка. Как всегда, всё началось с пустяка. Один дал другому по морде.

У нас это дело привычное и никто не обращает внимания на подобное рукоприкладство. Ну дал, мол, и дал. Может быть, даже за дело. Но почему-то мужик не упокоился после удара, а стал ногами пинать лежащего друга. За него вступился приятель. За противника вписался другой.

В общем, всё включились в ту потасовку и разнесли салун в мелкие щепки. Пришлось мне, как шерифу сажать всех буянов в кутузку. Ну, а потом разбираться, кто больше всех из них виноват? Кто начал мебель крушить, кто бить посуду? Выписывать им огромные штрафы за уничтожение общественной собственности.

Одним словом, едва я закончил с разбором полётов, как тут домой пришёл Пёс Олафа, Клон с той самой запиской. Я, конечно, всё бросил и сразу сюда. – Влад надолго умолк. Печально вздохнул и продолжил:

– Здесь я его и нашёл. Под этим деревом, только немного левее. Клин сидела поблизости и оберегала его от зверья. На том невысокой пригорке, – проводник указал рукой вправо: – я его закопал.

Сергей посмотрел на низенький холмик и заметил маленький крест, связанный из двух сухих веток толщиною в руку мужчины.

– Собрал его вещи, кликнул двух Псов и вернулся в посёлок. Все записи Олафа я потом изучил. Так и узнал всё то, что тебе сейчас рассказал. Вдруг пригодиться для «Роскосмофлота»? – Влад резко встал и сказал: – Нужно идти.

Сергей молча поднялся на ноги.


Охотник внимательно осмотрел высокое дерево и нашёл тонкую бечёвку из пластика, обмотанную вокруг большого ствола. Она оказалась привязана к короткому суку, торчащему на высоте полутора метров над уровнем почвы.

Влад распутал узлы, и перебирая руками прозрачную леску, неторопливо стравил длинную привязь. Сверху плавно опустились к земле две простые, но довольно большие корзины.

Каждая из них, имела плоское дно, была около метра в диаметре, а высотой чуть выше учёного. Насколько помнил Сергей, такие устройства использовали древние люди для ловли рыбы на отмелях рек и морей. Вот только две ручки из прочной лозы, оказались устроены не снаружи, как обычно все делают, а изнутри.

Влад отвязал бечеву. Смотал её в аккуратный клубочек и сунул в карман своей куртки. Затем легко поднял корзину, надел её на напарника и Сергей почувствовал себя, словно гриб, попавший в лукошко. Только плетёнку зачем-то перевернули донышком вверх.

Прутья, толщиной в палец руки, были переплетены так, что между ними оставались просветы шириною в один-два сантиметра. Парень посмотрел сквозь них по сторонам. Обзор оказался довольно приличным.

Он взялся за ручки, немного приподнял устройство над почвой и сделал пару шагов. Идти было не очень удобно, но, в общем, терпимо. Как только устанешь шагать чуть согнувшись, опускай корзину на землю и стой себе в полный рост, отдыхай.

– Вот эти «органические скафандры» и защитят нас от укусов летающих змей. – скорее для себя, чем для напарника, проговорил начальник геологической партии: – Мы с тобой в куртках, джинсах, сапогах и перчатках. Даже если ползучие твари станут плеваться в нас ядом то, ничего не попадет на голую кожу.

– А лицо и глаза? – забеспокоился ксенобиолог.

– Их мы закроем. – откликнулся Влад. Вытащил из рюкзака пару плотно прилегающих к лицу мотоциклетных очков, изготовленных из прочного пластика и добавил: – На голову натянем капюшоны от курток. Всё остальное лицо защитим.

Из бездонного сидора на свет появились два мешка из плотной джинсовой ткани: – Примерь-ка. – бросил охотник.

Сергей вылез из-под корзины и взял протянутые напарником вещи. Мешок оказался с прорезями для глаз. Такие полотняные маски он видел в фильмах про далёкую средневековую жизнь.

Обычно их надевали заплечных дел мастера и палачи, перед тем, как начинали работу. Зачем они так поступали, не очень понятно. Ведь все в городе знали, кто скрывается под подобной личиной? Скорее всего, весь маскарад нужен был для того, чтобы в течении казни, не отвлекать на себя внимание публики.

Парень натянул маску на голову поверх накомарника. Совместил прорези с глазами и прикрепил «липучку» к воротнику плотной рубашки. Сверху надел мотоциклетные очки. Накинул капюшон куртки на голову и плотно стянул шнур под подбородком.

Снова влез в самодельный «скафандр». Всё вроде бы было в порядке, но что-то его всё равно беспокоило. Он посмотрел вниз и глухо спросил сквозь жесткую ткань: – А если на нас нападут прямо с земли?

– Не волнуйся, сапоги они не прокусят. Олаф это проверил, а вот штаны пробьют запросто. Так что, будь на чеку. Если сунется ползучая тварь, прижмёшь её сапогом или краем корзины, и отрубишь голову одним из мачете.

Поставив корзину на землю, Сергей вытащил из ножен тесак и надел на запястье ременную петлю, прикрепленную к ручке. Затем немного присел, размахнулся и попробовал ударить широким клинком воображаемую ползучую тварь.

– «Похоже, что всё должно получиться». – сказал он себе: – «Только бы не попасть по ноге в тесноте».

Влад уже повторил все манипуляции молодого напарника. Укрылся в «скафандре». Приподнял его над землёй и неторопливо двинулся к роще. Со стороны он походил на ожившую большую колоду, передвигавшуюся почему-то торчком. Сергей трусцой догнал проводника и пошёл рядом с ним.

– Не дрейфь! – подбодрил его начальник геологической партии: – Прорвёмся! Здесь самое узкое место у рощи. Километра три или чуточку больше.

– А как же назад? – задал Сергей давно возникший вопрос: – Нас ведь четверо будет. Или Пёс распугает всех змей?

– Эти древесные твари его почему-то совсем не боятся. Наверное, они никогда не встречали подобных врагов, или ударами головою о почву они отбили себе все мозги.

– Значит, он мог не пройти? – ужаснулся вдруг парень.

– Прошёл, не волнуйся. Даже Клин и Клон легко уворачивались от летающих змей, а такой телепат, как мой друг пробежал здесь играючи. Если бы с ним что-то случилось, я бы сразу об этом узнал. Он бы ментально кричал на весь белый свет.

– Так Вы мне не ответили, как мы пойдём назад вчетвером? Будем плести дополнительную пару корзин? И сколько времени на это уйдёт? А если ребятам нужна срочная помощь? – Сергей засыпал напарника кучей вопросов.

– Сделаем так же, как тот древний мужик, что на двухместной лодке перевозил через реку волка, козу и капусту. Правда, ему пришлось не раз помотаться туда и обратно. Сначала ты с Псом и кем-то из раненным пройдёте сюда. Я останусь с другим человеком на той стороне и буду вас ждать.

– Вдруг на вас двоих кто-нибудь нападёт?

– Не волнуйся. Перед тем, как вы двинетесь в путь, Пёс распугает всех тварей на несколько километров вокруг. Кроме того, не забудь, я тоже могу за себя постоять. Ты оставишь больного под охраною Пса и помчишься назад с парой корзин.

Отведёшь второго увечного и вернёшься за мной. Вот только тебе придётся пройти лишних километров двенадцать-тринадцать. Ты как, сможешь выдержать такой марафон? – он внимательно посмотрел на учёного. Парень кивнул, но не очень неуверенно.


Они пересекли большую прогалину. Миновали опушку и вошли в злополучную рощу. Первые метров десять-пятнадцать вокруг было спокойно. Вдруг, до Сергея донесся тонкий пронзительный свист. Затем, сзади послышался громкий шлепок, и корзину сильно толкнуло. Она ощутимо качнулась вперёд, а за спиной раздался скрип иссохшего дерева.

Парень быстро повернулся на месте и почувствовал, как от кругового движения с задней стенки «скафандра» сорвалось что-то тяжёлое. Сквозь переплетенные прутья лозы он увидел катящийся по песку серый шар, размером с мяч для футбола.

Ком остановился метрах в трёх от застывшего ксенобиолога. Из плотного переплетения упругих полос высунулась плоская голова крупной рептилии. Острая морда порыскала туда и сюда и немигающим взглядом уставилась на человека.

Опять раздался пронзительный свист. Шар стремглав развернулся и превратился в полутораметровую гадину, летящую к верху корзины. Целилась она точно в лицо изумлённого молодого учёного.

Раскрытая пасть с вывернутыми наружу клыками ударилась в переплетение прутьев. Острые ядовитые зубы впились в лозу. Послышался знакомый скрип прочного дерева, и тварь повисла на стенке лукошка, словно приклеилась к ней.

В голове мелькнула картинка, которую Пёс показывал утром, когда он хотел выйти из флаера. От испуга Сергей отшатнулся назад. Запнулся за низкую травянистую кочку. Потерял равновесие и начал валиться на спину.

Когда ему показалось, что он уже летит на рыхлую землю, раздался шум трения лозы о лозу. Движенье назад прекратилось. Сзади послышался недовольный голос напарника: – Смирно, доцент! – парень едва удержался на дрожащих ногах и, с огромным трудом, восстановил равновесие.

От толчка змея сорвалась с прутьев корзины. Шлёпнулась на грязный песок и откатилась в небольшую ложбинку. Тотчас развернулась в длинную ленту. Начала извиваться и ползком рванулась вперёд.

Стараясь прикрыть ноги от повторной атаки, учёный инстинктивно присел. Нижний край «скафандра» упал на животное сразу за её плоским черепом и крепко прижал к рыхлой почве.

Мерзкая тварь сильно задёргалась. Она изо всех сил постаралась дотянуться до жертвы. Широченная пасть открывалась и закрывалась с такой жуткой скоростью, что казалось у пресмыкающегося несколько ртов. Сергею даже почудилось, что он слышит громкий лязг острых коротких зубов.

Наступив сапогом на рептилию, парень взмахнул острым мачете, и с отвращением ударил по извивавшейся твари. В руке возникло такое неприятное чувство, словно он рубанул по упругому садовому шлангу, наполненному проточной водой.

Лезвие скрежетнуло по чешуе, но всё-таки разрубило толстое тело. Парень приподнял корзину над почвой и отошёл в сторону. Змея и с отделенной башкой всё ещё продолжала крутиться на месте.

На задворках галактики: Лигна

Подняться наверх