Читать книгу Беглянка - Александра Лисина - Страница 7

Глава 6

Оглавление

Приближение болот она почувствовала сразу: запах болотной гнили задолго предупредил чуткий нос волчицы, что стоит немного отклониться в сторону.

– Гремарские топи – ненадежное убежище, – проникновенно прошептал в голове чей-то хриплый голос, когда Айра сморщилась и звучно чихнула. – Они тянутся вдоль восточных окраин Лигерии, а местами вплоть до самых Охранных лесов. Тебе стоит свернуть еще больше на север, друг мой, если хочешь остаться незамеченным. Можно, конечно, пройти и южнее, через Карашэх, но там много дорог и людей, которые могут запомнить тебя в лицо. Не рискуй понапрасну, приятель. Только берегись нежити и спеши выйти на сухое к темноте. Говорят, после Катастрофы в Гремарских топях осталось немало неприкаянных душ. Берегись их, Вадр, и никогда не снимай с шеи подаренный мной амулет…

Айра, стоило голосу умолкнуть, неуверенно помялась.

«Марсо? Что ты знаешь о Гремарских топях?»

«Плохое место, – тут же отреагировал маг. – Думаешь, мы близко?»

«Дня два осталось, не больше. Что мне делать, Марсо?»

«Сворачивай к северу, – без колебаний посоветовал дух. – Там холоднее, но меньше риска нарваться на утопленников. Шкура у тебя теплая, лапы быстрые, запах слабый, звериный… должны проскочить. А если по ночам подмораживать начнет, то вовсе по льду пробежишь, никого не потревожив».

«Значит, на юг не стоит?»

«Впереди Занд, девочка моя, а все дороги в обход него идут через Карашэх, оттуда – по краю пустыни Моро и Редколесья, вдоль Внутреннего моря – в Аргаир. Или же через Холодное море, мимо эльфийских берегов, но я бы на твоем месте не стал туда соваться».

Волчица послушно повернула на север.

«Говорят, в этих болотах бродит неупокоенная нежить?»

«Бывает, – рассеянно отозвался призрак. – Но с магией там надо быть еще осторожнее: вдоль болот она разносится быстро и далеко, как истеричный вопль в тоннеле. Стоит только раз колдануть, как эхо тут же докатится до Ковена. Людей там, правда, немного, но на данный момент не они твоя главная забота».

«Кого же мне опасаться? Магов? Оборотней? Вампов?»

«Виары только у себя в лесах остались, вампы из Нипара носа не высовывают. А здесь надо бояться плавунов, гигантских пиявок и умертвий. Насколько я помню, в этих топях они еще встречаются».

«Ты имеешь в виду упырей?» – беспокойно повела носом волчица.

«И их тоже. На самом деле нежити много, начиная с мавок и заканчивая гигантскими болотниками. Это вам на некромантии преподают, как и способы защиты от них, и заклинания-обереги. Вот демон… надо было подумать об этом заранее… все равно ж пришлось бы сюда соваться! Прости, милая, недоглядел. Но слишком много было того, что тебе предстояло освоить».

«Ты мне скажи, как их распознать? Чем пахнут? Каковы на вкус… – Айра ошалело помотала головой. – Э-э-э… ох уж эти инстинкты… в смысле, как с ними справиться без магии? Как они бродят: группами или поодиночке? Летают ли? Плавают ли? Или мне стоит опасаться только погони на суше?»

Марсо ненадолго задумался.

«Вообще-то по-разному бывает. Плавуны обожают прятаться в воде и похожи на гнилые бревна, только с зубами и парой спинных плавников. Нападают чаще из засады, из-под какого-нибудь куста или ряски. Но они довольно неуклюжи и медлительны. Часто спят, мало двигаются, охотятся поодиночке и терпеть не могут конкурентов. Этих опасаться не стоит: ты легко от них убежишь. Мавки – проблема посерьезнее: любят таиться вдоль берегов и стаскивать незадачливых путешественников в воду. Мороки насылают, прикидываясь то дитем неразумным, то девчонкой, то парнем пригожим… кто подойдет близко, того и утянут. Летавицы делают хитрее – на дорогу сами выползают, словно пиявки за свежей кровью, прикидываются сомлевшими бабами, а потом хватают добычу и прыгают в воду. Если промажут, то потом будут ночами выть с досады, но уж если кого сцапают – все, хохот над болотами такой стоит, что ни одна живая душа близко не сунется. Зато они, когда нажрутся, еще с месяц охотиться не смогут – жиреют и в спячку впадают».

«А упыри?» – нерешительно прижала уши волчица.

«Этих тоже хватает, но они слабые, склизкие… из утопленников, как правило, нарождаются, если после смерти душа не находит упокоения, а тело не успели пожрать черви. Ну, и если маг заклятие поблизости бросит, а остатки за собой не уберет – упыри на любые эманации реагируют, как комары на тепло. Сползаются отовсюду и кружат, кружат… плохо то, что они стаями любят собираться. Так что хоть по отдельности уничтожить их легко, но отбиться от всей стаи уже непросто. С ними тебе лучше не связываться – как почуешь, что тухлятиной потянуло, так и беги со всех ног. Догнать они не смогут – разваливаются на ходу, поэтому будут ждать другой добычи».

«Марсо, а кто такие болотники?»

«Хозяева, – не слишком охотно отозвался дух. – Что-то среднее между человеком и громадной жабой. Не живые и не мертвые. Но разумные, сволочи. Говорят, с кем-то из них даже договориться можно, чтобы пропустили. Силу, там, отдать в достатке или кровушкой поделиться… они силу любят. Готовы вытянуть все до капли. Только дураков, сама понимаешь, нет – как только ты ему силу-то отдашь, так его сдерживать ничто не будет. Квакнет своим, и от тебя даже костей не останется. Поэтому дают… если выживают, конечно… заранее наполненные амулеты… или артефакты, какие не жалко. Откуп – дело благородное. Все лучше, чем комаров кормить да от упырей полночи отбиваться. А если с болотником сторговался, то до утра можешь идти спокойно – не тронут. Хотя, конечно, если заснешь, то схрумкают за пару минут, несмотря ни на что».

Айра зябко передернула плечами.

«Сколько ж эти топи тянутся?»

«Где как. Где-то за несколько дней удается управиться, где-то и за пару недель не выйдешь. На юге, бывает, и ног не успеешь замочить, как уже выбрался. Но я по карте помню – где-то неподалеку должен быть один перешеечек. Узкий, затерянный демон знает где, но по нему, если найдем, на ту сторону выберемся меньше чем за сутки. А там уже и Охранные леса близко».

Волчица брезгливо сморщилась, когда порыв ветра донес тяжелый, гнилостный запах. По ее коже пробежали огромные мурашки, шерсть встала дыбом, уши тревожно зашевелились, а глаза так и забегали по кустам, выискивая подозрительные тени.

Идти пришлось недолго – уже к вечеру лес значительно поредел. Деревья стали заметно тоньше, как-то разом скривились, будто от тяжелой болезни. Кроны обвисли, листва приобрела грязно-зеленый оттенок. Кора на стволах заросла густым мхом. А с утра картина стала настолько удручающей, что воинственно настроенная волчица погрустнела, справедливо полагая, что это только начало.

Спустя пару часов после рассвета Айра поняла, что Марсо сильно преуменьшил прелести открывшейся перед ней топи. И коварно умолчал насчет чудовищного запаха, ударившего по ее нежным ноздрям сразу, как только лапы ступили на предательски просевший мох.

Айра закашлялась. Подышала ртом, вздернув морду к небу и надеясь, что вскоре привыкнет. Но тщетно. После чего ей оставалось только стиснуть зубы, клятвенно пообещать себе, что выдержит, и двинуться вперед, чтобы как можно быстрее покинуть это зловонное царство.

К счастью, Марсо довольно быстро сориентировался и отыскал место, откуда, по его мнению, начинался спасительный перешеек через Гремарские топи. По его словам, тут должно быть посуше, меньше упырей и плавунов, но больше мавок. Однако они, как утверждал призрак, неопасны – надо только рявкнуть на них посильнее, рвануть какую-нибудь тварь клыками, а потом, зажимая уши, бежать поскорее, чтобы не оглохнуть. Тогда остальные не посмеют кинуться вдогонку.

«А что? – рассуждал он, пока Айра пробиралась среди редеющих кустов и крайне осторожно нащупывала тропку. – Была бы ты человеком, я бы отсоветовал тут идти. Но ты большая, быстрая, зубастая, как не знаю кто. Никакая пиявка кожу не прокусит, даже если напряжется. Разве что оводы будут мешать. Но ты заранее морду засунь в грязь, они и отлипнут. И глазами моргай почаще, чтобы не прицепились. Правда, нос… ну, да ты и его макай в водичку. Авось не пристанут. Или соскользнут к демону, пока ты фыркать будешь…»

Айра с тяжким вздохом встретила первые лужицы, начавшие проступать среди мхов. К этому времени деревья почти перестали встречаться, а те, что еще стояли, сопротивляясь неизбежному, выглядели больными и слабыми.

Хорошо хоть, с кустами дело обстояло лучше – по крайней мере, возле них можно было быть уверенным в том, что пройдешь по траве, а не по разъезжающемуся под лапами мху. Айра намеренно двигалась так, чтобы перебегать от одного куста к другому, пока была такая возможность. Где-то прыгала, рискуя свалиться в лужу. Где-то осторожно прокрадывалась, переползая через колючие ветки, гнилые стволы и отчаянно мотая головой, отгоняя назойливо лезущую в глаза мошкару.

К несчастью, Марсо ошибся: комаров здесь были тучи, и их совершенно не смущали ни шерсть, ни размеры, ни прыть незваной гостьи. Скорее, они желали заполучить на обед такую гору теплого меха, в которую вонзались прямо на лету и потом упорно там барахтались, тщетно пытаясь добраться до нежной кожи.

Сперва Айра пыталась отряхиваться. Потом прижала уши к голове. Затем принялась остервенело мотать мордой, раздраженно порыкивая сквозь стиснутые зубы. Но потом все-таки не выдержала – выбрав наиболее чистую из луж, которых с каждой минутой становилось все больше, окунулась туда целиком, покрывшись болотной тиной с ног до головы.

Ближе к полудню она вывозилась так, что сама бы себя испугалась, если бы увидела в зеркале. Всклокоченная, шерсть дыбом, пасть приоткрыта, глазищи горят… сама в грязи, как королевна в шелках… усищи мокрые и черные, хвост обвис, на брюхе колтуны. На ушах клочья ряски. Нос в какой-то зеленой гадости и забит так, что едва дышит. Над головой, как живая корона, вьются тучи озверелых кровососов… Красавица! Осталось женихов кликать да сватов засылать!

А после полудня стало еще хуже – под ногами начали с поразительной наглостью сновать болотные змеи. Причем вылезли они из мха разом, как по команде: только не было никого – и тут на тебе! Айра едва успевала отдергивать лапы, чтобы ни на кого не наступить: благодаря урокам естествознания она хорошо знала, что болотные гадюки – одни из самых ядовитых тварей на Зандокаре.

Сложности добавляло еще и то, что кольцо Марсо приходилось тащить в зубах. А это значило, что ни отдышаться как следует не получалось, ни выронить его нельзя.

К вечеру она почувствовала, что стала уставать. Ей приходилось много плавать, а плыть оказалось неожиданно тяжело – болотная вода была густой, вязкой, мутной. Пиявок в ней водилось немерено. Комаров только прибавлялось с каждой минутой, а лужи становились все больше и шире, тогда как полоски суши – все уже и короче. Да и те большей частью были покрыты липкой жижей, из которой с немалым трудом удавалось выдергивать лапы.

Идти по такому месиву было невыносимо. Айра потеряла темп, покрылась коркой грязи с головы до ног. Уже с трудом переставляла ноги. И старалась поменьше прислушиваться к зудению Марсо, который всеми силами пытался скрасить утомительное путешествие.

«…Нет, ты не подумай – сам я в этих местах не был. Но частенько слышал от знающих людей, что в Гремарских топях можно повстречать редкий вид хищного барракамуса, который вырастает в этих широтах до таких размеров, что длиной охотничьего лепестка может поспорить с размахом крыла альбатроса. Не думаю, конечно, что это правда, потому что такому крупному растению было бы нелегко искать себе пищу, но уверен, что хотя бы до размеров усика твоей Иголочки он должен дотянуться…

Еще я слышал, что тут встречаются морочницы – ну, с виду вроде как лужа слизи, куда можно наступить и даже не понять, во что вляпался. Но как только ее коснешься, она начинает выпускать белесый пар, от которого животное теряет ориентацию и начинает метаться. Вернее, это ему кажется, что оно убегает или, наоборот, куда-то спешит. Тогда как на самом деле просто замирает на месте, не замечая, что расползшаяся под ногами лужа и не лужа вовсе, а растекшаяся дрянь, которая начинает взбираться по коже и заживо тебя поедать. Но самое любопытное состоит в том, что ты даже боли не почувствуешь, пока она не доберется до головы…

Говорят также, что когда-то тут обитал особый вид нечисти – веретенники. Здоровенные такие, на концах у них тело узкое, заканчивается двумя ртами… ну, спереди и сзади, чтобы удобнее было нападать. Так вот эти гады плавали, изгибаясь всем телом, словно пиявки. Только пиявки складываются пополам, опираясь на подошву, а эти опирались на пузо, в котором всегда переваривался какой-нибудь невезучий кабанчик. Ну, или кто-то другой размером с кабанчика…

Кстати, пиявки тут тоже встречаются. Примерно с руку толщиной и длиной почти в две. Чем уж питаются, не знаю, но если уж змей на окраинах видели поболе, чем коридоры в нашей академии, то не думаю, что про пиявок сильно наврали…

Про комаров вообще отдельный разговор. Да ты и сама видишь, какие тут звери. Куда угодно пролезут и какую хочешь шкуру попортят. Я даже рад, что на тебе сейчас такая корка, что сквозь нее им не пробиться… а вот мух, пожалуй, берегись. Я в «Описании гадов морских и земных» однажды наткнулся на упоминание о громадной мухе зу-зу, вырастающей с кулак взрослого мужчины. Говорят, эта дрянь обожает откладывать личинки под кожу, чтобы они росли, питались, а затем, когда настанет время вылупляться, буквально выгрызали себе дорогу наружу…

Кстати, ты слышала легенду про болотного царя? Этот тоже болотник, только громадный, как остров, и живущий на самом дне Гремарских топей. Толстый, липкий и отвратительно разумный червяк. Если поднять его на поверхность, он даже ползать бы не смог, потому что разжирел и стал похож на огромную, мягкую, белесую…»

«Может, хватит меня пугать?! – наконец рявкнула Айра, пустив гулять долгое рыкающее эхо. – Ты мне еще про вампиров расскажи на ночь глядя! Или про то, как упыри подкрадываются к своим жертвам и заживо выпивают из них все соки!»

Марсо сконфуженно кашлянул.

«Да я просто отвлечь тебя хотел».

«Не надо! – раздраженно рыкнула волчица. – Хватит уже, отвлек! До сих пор поджилки трясутся! Тебе только детям сказки рассказывать!»

«Прости. Я хотел как лучше».

«Тогда не лезь под руку, не то покусаю!»

«Айра, девочка моя, не сердись, – покаянно вздохнул призрак. – Я же ничем тебе помочь не могу. Ни поддержать, ни придать сил, ни даже веревку кинуть, если что случится… я ж не со зла. Я просто хотел поднять тебе настроение».

«Хватит, – процедила она, сосредоточенно переплывая очередное зловонное озеро. – С таким настроением я как топор на дно пойду. Или, чего доброго, сама утоплюсь, чтобы не знакомиться поближе с местными обитателями».

«Между прочим, тебе еще везет. Еще никто не посмел на тебя… – У него вдруг страшно изменился голос: – Вверх! Айра, глотай кольцо и лети! Немедленно!»

Волчица от неожиданности щелкнула пастью, послушно проглотив драгоценную ношу, собралась было рявкнуть во весь голос, чтобы призрачный дурак не смел больше гавкать под руку. Но почувствовала, как что-то чужеродное коснулось живота, принявшись обвиваться вокруг тела подобно гигантскому щупальцу, ощутила идущий от неизвестной твари мертвенный холод. После чего взвыла не своим голосом и изо всех сил подпрыгнула, прямо в прыжке ломая собственное тело.

Боль трансформации ударила с такой силой, что взметнувшаяся с поверхности болота соколица мучительно вскрикнула, с натугой молотя влажными крыльями. С серебристых перьев посыпалась свежая грязь, вспугнутые комары шарахнулись в стороны. Ее опасно мотнуло в одну сторону, в другую, потому что в последний момент щупальце успело-таки царапнуть когтем по нежному брюху. Но потом она пришла в себя, отдышалась и, поднявшись на высоту нескольких человеческих ростов, успела увидеть, как в том озере, из которого она чудом вырвалась, стремительно уходит под воду чья-то огромная, усеянная длинными отростками зубастая пасть.

«В-всевышний… – заикаясь, пробормотал Марсо, когда жуткая тварь осталась далеко позади. – Д-девочка моя, как ты?»

«Живая, – выдохнула Айра, с неимоверным трудом держась в воздухе. – Спасибо, Марсо, ты спас мне жизнь. Только за кольцо прости… боюсь, во второй раз я его не отрыгну. Такое впечатление, что оно сразу провалилось в кишки».

«Да демон с ним. Главное, что жива осталась. Сумеешь до суши дотянуть?»

«Нет, – судорожно сглотнула она. – Я ее даже не вижу. И не чувствую. А крылья мокрые, с такими не шибко полетаешь. Вообще не понимаю, как смогла: думала, с месяц еще не взлечу, а видишь как… прижало, вот и взлетела. Боже, какой кошмар! Даже не думала, что такое существует!»

«Честно говоря, я тоже».

«Может, они тут на каждом шагу сидят? – содрогнулась всем телом соколица. – Как нас еще раньше не сцапали?»

«Не знаю. Повезло. Или не проснулось еще – оно ж, наверное, к ночному зверью относится. Ночью нажрется от пуза, а днем дрыхнет».

«Марсо, куда мне лететь? Я ничего не вижу, – тревожно спросила она, продолжая мчаться в кромешной тьме. – Если на дерево наткнусь, не успею свернуть на такой скорости».

«Пока все правильно, – спустя несколько томительных секунд отозвался призрак. – Я чувствую направление, ты не должна ошибиться. Держись севера или северо-востока, тогда дотянем».

«У меня мало сил».

«Постарайся, девочка. Чем дальше ты улетишь, тем меньше потом бежать по земле. Пожалуйста, постарайся… постарайся не опускаться ниже».

«Я не могу… больше! – задыхаясь, вдруг прошептала она. – Я еще не восстановилась до конца… и устала еще раньше».

Марсо нервно дернулся.

«Айра…»

«Черпать твои силы я не хочу. Рано еще. А падать лучше не с самой большой высоты… как думаешь? Я все-таки живая… расшибусь ведь… волчицей-то…»

«Какой волчицей?! – не на шутку всполошился он. – Айра, ты что?! Не вздумай прямо в полете!»

Но она уже не слышала – едва не теряя сознание от слабости и не слыша ничего, кроме нарастающего свиста в ушах, Айра камнем падала вниз, прямо на ходу теряя серебристые перья.

Ее тело стремительно вытянулось, с поразительной скоростью приобрело человеческие очертания. Длинные волосы растрепались, облепили ее со всех сторон и начали неуловимо быстро меняться, укорачиваясь и становясь густым серым подшерстком. Руки изломались, изогнулись и истончились, вырвав из изменившегося горла невольный стон. Ноги поджались к животу, обзавелись когтями вместо изящных пальчиков. Птичий клюв вытянулся в распахнутую в беззвучном рыке пасть. А когда потяжелевшее тело со всхлипом рухнуло в стоячую воду, то уже ничем не напоминало уставшую, покрытую грязью и перьями девушку.

Волчица, вынырнув на поверхность, жадно хватанула пастью ночной воздух и проворно поплыла к берегу. С трудом выбралась, цепляясь когтями за мох. После чего наконец свалилась без сил и измученно уронила морду на лапы.

Беглянка

Подняться наверх