Читать книгу Сочинение не в тему - Алексей Горин - Страница 6

Летом мы ездили в гости к бабушке. Не к той, что в деревне живет, а к другой. У меня их две. Эта, вторая, живет в городе недалеко от нашего, и мы к ней часто ездим. Бывает даже на зимних каникулах или на праздник какой, а чего тут ехать-то часа три – четыре.

У бабушки тоже море, только не Чёрное, а Белое, что логично, ведь если на юге – Чёрное, то на севере – Белое. Оно немного отличается от Чёрного. В первую очередь тем, что там купаться не стоит, даже в середине лета, если не хочешь простыть. Хоть и встречаются отдельные товарищи, которым в воду залезть раз плюнуть. Особенно таких много в праздник День рыбака. Вероятно, все рыбаки моржи. А ещё там горизонта не видно, как на юге, потому что острова вид закрывают. Но корабли большие есть. И лодок тоже много. Даже у моего дяди Толи имеется.

Лодки большие, деревянные, «карбасы» называются. В карбас легко могут поместиться человек десять – двенадцать. Мы, правда, такой большой компанией не ездили, всё больше вчетвером или впятером. Наша лодка покрашена зелёной краской, а днище чёрное, просмолённое. Это чтобы вода внутрь не попадала, ведь дерево со временем рассыхается и трескается. Впрочем, вода всё равно попадает и её приходится вычерпывать ковшиком.

У дяди Толи на лодке стоит мотор. Не такой, как современные, подвесные, а поменьше и послабее. Шесть лошадиных сил всего. Но всё равно лучше, чем на вёслах шлёпать. Вёсла, кстати, у дяди Толи тоже есть. Они деревянные, длинные, и тяжёлые до ужаса. Наверное, как я весят. Но управлять ими можно. Даже мы с сестрой гребли как-то. Просто, когда они вставляются в уключины, особо сил прикладывать нет необходимости, приподнимаешь весло над водой, отводишь в сторону, потом немного опускаешь в воду и гребёшь. Ничего сложного. Только потом руки болят и мозоли на ладонях лопаются.

Мотор на лодке дяди Толи хоть и капризный, но заводится. Иногда даже хорошо, просто его нужно резко и долго крутить ручкой, железной такой, которая сбоку вставляется. Бывало, на вёслах уже полдороги пройдём, а дядя Толя всё дёргает, проверяет свечу, ищет искру, подкачивает бензин, потом опять дёргает… Я предлагал ему помощь как-то, но он отказался, потому что если железной ручкой мотор не осилишь, то может в обратку прилететь. Так даст, что чуть руку из плеча не вырвало.

Острова, которые поближе, называются «первый», «второй», «третий», и так далее. А которые подальше – имеют свои имена, которые я не запомнил. Все горожане, у которых есть лодки или знакомые лодочники, ездят на острова за грибами и ягодами. Некоторые даже за вениками. В смысле – за ветками, из которых веники потом дома делают для бани. А дедушка мой, когда они жили в доме с печкой, ездил на острова чтобы дрова собирать. Привяжет к лодке несколько коряг и тащит их на берег, где потом сушит, пилит и колет. Много работы, конечно, зато зимой с топливом.

Сначала я не понимал, зачем ездить за грибами на остров, если можно за городом в лес сходить и всё. Но потом, когда несколько раз смотался на велосипеде, понял – за город ещё добраться нужно и местность там болотистая, а грибов я не нашёл, сколько не искал. На острове же мы знали, где какие грибы растут и неизменно приходили с полными корзинками. На автобусе ехать никуда не нужно, спустился пешком к морю, вытащил лодку, завёл, если повезёт, мотор, и через час ты уже на своей грибной плантации. Бери сколько в лукошко влезет.

Природа на островах красивая. Там высокие лиственные деревья, совсем не угрожающе шумящие на ветру. В их кронах прячутся разные пернатые представители местной фауны, предупреждающие сородичей о приближении лодки с двуногими. Беспокоясь о своём потомстве, птички пытаются нас отвлечь от гнезда притворяясь ранеными. Лежит она такая на дороге и не двигается. Ты подходишь из любопытства, а птичка перед твоим носом взлетает и садится в сторонке, метрах в двух. Ты опять к ней, она снова перелетает на пару метров. И так пока не окажешься на безопасном расстоянии от гнезда. Как зовут этих птичек я не знаю, но точно не воробьи и не чайки. Чайки возле берега кружатся, ждут, когда мы покушаем и остатки еды выкинем. На еду они бросаются с дикими криками и дерутся. Иногда орут так, как будто смеются. Только таким страшным хохотом, что мурашки по всему телу. Ну, это и понятно – они же не фламинго! Впрочем, какие звуки издают фламинго мне неизвестно. Но точно не дикий хохот, потому что такие красивые птицы не могут так ужасно кричать. У чаек тоже есть гнёзда. Только подобраться к ним невозможно, потому что они яростно защищают все подходы. Как только увидят приближающегося человека, тут же кричат громко и пикируют. Могут и заклевать.

По лесу ходить очень даже удобно – трава невысокая, кустарников немного, болота я вообще не видел. Иногда попадаются небольшие ручейки и овражки, через которые можно без труда перебраться. Животных там нет, наверное. Это же остров, кругом вода. Если им захочется на материк, то как они переберутся? А потом ведь ещё и обратно как-то нужно. Придётся спасать их как дед Мазай зайцев.

Искать грибы на острове одно удовольствие. Идёшь себе, под ноги смотришь, и вдруг бац – коричневая шляпка! Подбегаешь, аккуратно так ножичком срезаешь грибочек и в корзину. Обязательно нужно внимательно вокруг посмотреть – редко грибы поодиночке растут, всё больше семейками. Особенно волнушки и грузди. Но за ними в определённые места нужно, они повлажнее любят, пониже, в тенёчке, чтобы солнце не доставало. А маслята на полянках. Подберёзовики, понятно, под берёзами. Подосиновики тоже под осинами. А белые вообще редкость.

Больше всего мне нравилось за грибами ходить с дедушкой, потому что он всё знает. Даже где какие грибы растут. Идёшь с ним по тропинке, а он и говорит: «Под той берёзкой гриб, иди, срежь», подходишь, а там действительно гриб. Сначала я удивлялся, а потом понял – он столько раз тут за всю жизнь проходил и столько грибов собрал, что наизусть выучил где какой растёт.

Когда мы собирались плыть за грибами, дедушка вместе с корзинками обязательно брал чайник. Дядя Толя иногда даже укорял его: «Куда ты чайник-то тащишь? Перекусим так, да и всё, чего время терять? Да и недолго мы…» Однако, дедушку смутить и сбить с намеченной цели не так-то просто. Это даже фашистам не удалось. Он не считает нужным отвечать на глупые вопросы, просто делает своё дело и всё. На острове он готовил чай, когда мы приходили из леса с полными корзинами. Впрочем, не у всех и не всегда корзины были полные, только у нас с дедушкой. Не обращая внимания на уговоры, поехали, мол, чего тут сидеть, дедушка собирал сухие ветки для костра, закреплял над ними длинную палку, к которой подвешивал чайник. Потом он заваривал чай, добавляя в него какие-то травки, которые насобирал по дороге пока я срезал грибы. Чай получался очень ароматный! Он наливал его в алюминиевую кружку, которая нагревалась до такой степени, что в руку взять невозможно. Приходилось натягивать рукав куртки на ладонь и так брать. И чай горячий, даже обжигающий, но зато такой вкусный! Да ещё и с бабушкиными пирожками, которые она позавчера пекла, а мы никак доесть не могли. А тут почему-то даже не хватает. Ничего более вкусного, чем дедушкин чай на природе с позавчерашними бабушкиными пирожками я в своей жизни не пробовал.

За грибами мы ездили на дальние острова. Просто к тому времени как соберёмся, а дядя Толя заведёт мотор, многие уже возвращаются. Поэтому мы логично рассуждали, что на ближних островах делать уже нечего. Вот и ездили подальше. Только однажды попали на второй остров. Мы тогда пошли с дяди Толиными друзьями. Они на вёслах сидели, пока он с мотором возился. А искра мотор в тот день покинула безвозвратно. Друзьям на вёслах чего-то не захотелось грести далеко, и мы пристали ко второму острову. Пока мужики разыскивали безвременно нас покинувшую искру, мы с сестрой решили прогуляться от безделья, на всякий случай прихватив небольшое ведёрко и ножики. Впрочем, ножик у меня почти всегда с собой, мало ли что понадобится. Он складной, в кармане почти не мешает, пусть будет.

Пошли мы, короче, в лес. Реденький такой лесочек, хлипенькие деревца, кустики попадаются изредка, да ещё и в гору подниматься нужно. Совсем немного прошли, хотели было назад поворотить, и тут – маслята! Да столько, что мы, не сходя с места ведёрко наполнили и зачем-то пошли дальше, в берёзовую рощицу. А там – подберёзовики. А ведро-то полное! Пришлось вы́сыпать маслята, набрать подберёзовиков. Зачем ещё дальше пошли, не знаю, но пошли. И целую поляну подосиновиков увидели. А ведро-то полное! А они так и манят своими красными шляпками. Их, кстати, потому красноголовиками и называют. Ну как тут не собрать? Высыпали подберёзовики, набрали подосиновиков и пошли назад, потому что если бы мы дальше обнаружили поляну белых грибов, то расстройству нашему не было бы предела. Почему там было так много грибов я догадался сразу: видимо, все грибники следуют нашей логике – на ближних островах всё выбрали, нужно на дальние ехать. И получается, что здесь никто грибы не собирает.