Читать книгу Шанс для неудачника - Алексей Викторович Зырянов - Страница 1

Пролог

Оглавление

Блог Эмиля: Почтительный поклон покорным почитателям По.


Будем знакомы: я – Эмиль Тимофеевич По, доверенный помощник поломойки, коей является моя мамуля – Регина Тимуровна По. Мы с ней – представители рода земных чистильщиков. Мы моем и очищаем пространства на всех уровнях, не минуя и не пропуская ни одного закутка даже самых странных и скрытых помещений. В земном миру я владыка совочка и метлы, покоритель пыли и хранитель мусорных мешков. Моя мать – владычица ведра и швабры, покорительница каменных лестниц. Стихии земли и воды – наши привычные места обитания.

Но если быть серьёзным и без придури, то парень я простой и глуп в пределах разумного порядка. Я не люблю тупить и попадать в неуклюжие ситуации наподобие той, о которой хочу рассказать.

Сначала подробней о моей нелёгкой земной жизни.

Я бывший ученик средней школы в маленьком городке на букву «Т». Хотя мама была права, называя меня не учеником, а мучеником этой школы. И всё верно: мне тяжело давалась учёба. Весёлого в ней мало. Я не мог запоминать и уж тем более понимать все эти учебные дисциплины и нередко терпел надменное к себе отношение со стороны учителей. Хотя и среди них немало добрых преподавателей, которые умеют посмешить на своих уроках, повествуя о забавных историях из жизни давно ушедших в мир иной европейских королей или других предводителей различных государств, а также пересказывая потешные деяния и случаи из мира окружающей природы и всевозможнейших наук.

Да, наша школа хороша. Слушать взрослых хорошо, когда не надо вручную переносить в своё устройство услышанную информацию для лучшего запоминания, а после – выполнять задания на темы пройденных уроков. Наловишь ушами за день по два и более рассказа, расслабишься, забудешь что-то записать, а на следующей урок ты не готов представить сделанное за вчера или ответить на вопрос. Запутаться в датах мировых сражений, именах царей, новых странных слов из книжек – очень просто. И вот, на тебе, Эмиль, держи-ка низкий балл, отнеси папуле и от него же получи по попе. А мамка, может быть, и пожалеет.

Вы возмущённо спросите меня: а почему я так вообще доброжелательно написал про маму? Я отвечу искренне. Отец отсутствует. Его как будто нет. Он для семьи как будто бы погиб. Однажды вечером он вышел за буханкой хлеба, а в итоге – «набухался сам». Ключи от дома он «посеял» ещё прошедшим летом в очередной попойке, а запускать его в квартиру больше не согласны. Ну… мама не впускает. А от меня-то что, ничего ведь не зависит. Я в битвы взрослых не влезаю.

Отец теперь без моей мамы живёт в первоначальном мире, где обитают его собственные мама с папой, то есть – мои бабушка и дедушка. И сам я от семьи ушёл не по причине собственной, а всё из-за напыщенной натуры, что привела к разбитой жизни. Отец мой часто зависал над бренным миром через алкоголь. И теперь уже останется висеть над всеми дальше, а я продолжу жить в ещё одном пространстве. Быть может, встретимся в итоге в общем месте. Души путешествуют повсюду – почему бы им не пересечься?

Папа многое умел творить. Когда был трезв – он искусно делал всё руками: простую мебель или отремонтированные предметы для интерьера дома так, что они становились не хуже, чем в мебельном салоне. Приобрести за деньги что-то для декора – «обременительно», как любит убеждать моя маманя. Еда и мыло, иногда одежда или обувь раз в три года – сначала мне, а потом… и маме. Но она всё больше экономила с зарплаты, а не помышляла закупить вещей на рынке. И на себе заштопывала старые обноски и весьма значительно, но – вполне изящно: зашитых и залатанных вещей хватало ей ещё на год вперёд. Она поясняла это тем, что ей: «Незачем покупать что-то новое из обуви, если ещё старое не сношено, а одежду можно залатать из лоскутков на тех зияющих местах, где появилась дырка». В общем, как-то так и почти дословно. Наша бедность – вот всему причина.

Ладно, это блог вступительный, и лишь начало перехода из одной области в другую именно меня. Здесь, в записях, я расскажу о приключениях в стране «Нетландии» для тех, кто по трагичной ситуации вдруг сам не оказался за чертой телесной жизни. Нет, я ещё не умер, но – обрёл иную сущность и новое пространство жизни.

А новая реальность не отменяет прошлого, ведь «школа жизни» не уходит, пока ты борешься за своё существование. И в новом мире мне нужно изучать науку выживания в различных землях через улучшение всех навыков, в том числе и боевых, и бытовых, и чуточку волшебных. Вооружение разное у всех противников, а некоторые враги, по-моему, способны даже колдовать, но самое опасное, когда твой недруг смог приручить питомца и обучить того приёмом для атаки или иным секретным навыком. Здесь также нужен ум для преодоления квестов и добывания магических предметов.

И снова школа. Знания от уроков природоведения и географии помогут лучше постигать чужие земли. Факты об исторических сражениях и осаде крепостей, а также мастерство великих полководцев древности дадут улучшить навыки боёв с одним противником, а также повысят шансы в коллективной битве против целой группы игроков враждебных кланов. Уроки по труду дадут мне нужные подсказки для изобретений и улучшения личного оружия, а ещё и техники, и военных укреплений. В общем, «Нетландия» – школа жизни на практике в боях с реальными врагами.

Ещё в «Нетландии» важен опыт отношений с новыми героями и знания интриг из разных книг, где происходят заговоры и предательства со стороны союзников. Всё, что я успел познать из школьной жизни и собственных воспоминаний детства, поможет мне наладить дело по добыванию успеха.

В моих историях уже успело произойти немало битв и неожиданных сюрпризов, примчавшихся друг за дружкой, но пока что разгоняться я не буду. Чтобы вписаться в нужный поворот сюжета моих недавних приключений, нам надо для начала бережно пройтись по двум важнейшим пунктам, которые я оставил позади себя, казалось бы, навечно, но всё же посвящу им несколько страничек, ведь мне не хочется стирать их все из памяти. Они – последний важный след из моей жизни.

«Нетландия» переворачивает мир телесных ощущений при помощи переселения в необычный мир игры. И вот об этом приключении я расскажу подробно в новых блогах, но прежде – фрагменты моей прошлой жизни, которые не часто, но в дальнейшем иногда будут вам встречаться в перерывах моих битв и квестов в необычном мире под названием «Нетландия». Хотя вы сами всё способны углядеть, если подпишетесь на стримы моей новой жизни. Я надеюсь, что окажусь на необычных землях, где можно много раз увидеть восход уже нового для себя солнца. И даже подойдя к концу игры, я не перестану следовать пути любви и не забуду тех, кого оставил в прежнем мире.

* * *

Блог Эмиля: Поздно поздравлять поумневшего По.

Тема: Моя первая любовь (и, видимо, последняя).


У меня не получается слагать стихами очень пёстро, поэтому говорю ритмичной прозой, что тоже очень сложно, хоть и не построчно. Хочется сказать с красивой рифмой о любимой девушке из прошлого, но идеально получается как раз не поэтично, а когда, не мешкая, выхватываешь собственные мысли в голове и размещаешь их как в книжном тексте – прозаично. Писать стихами я не стану, а лишь попробую на поэтической волне под ритмы собственных любовных восхищений рассказать о том, чем так заполнилась моя душа в недавнем прошлом.

Как говорила мать, вся настоящая поэзия – это результат слияния живого сердца и музыки небесных сфер, а место их соединения – в головах поэтов. А я сейчас совсем в ином пространстве, где плоть не осязаема, как прежде, а новый мир – как параллельная вселенная – за гранью видимого света.

В дальнейшем обещаю сообщать вам вести без разрисованных прикрас в словах. А сейчас – последняя попытка вспомнить увлечение сердца через красивый слог романтики для описания любовного порыва.


Помню я то время. Было беззаботно и тепло. Было долгое лето. Были друзья, с которыми – я. И появилась в моей жизни – Она. Её звали Наташей. Она ровно на год меня младше. Мы вряд ли познакомились бы, если не её подруги. Хотя судьба нас не могла из виду потерять: наши две пятиэтажки стояли друг напротив друга. Здесь не могло произойти промашки.

Всё это лирика для вас, но пусть она останется такой, какая есть. Цифровое будущее моей персоны в дальнейшем явно приведёт к превращению меня в заложника игры, где я уже не буду прежним. Пусть все мои неумелые стихи останутся хотя бы в виде поэтических порывов. Прошу вас строго не ругать мои попытки рифмовать – они почти случайны и редки. Я просто вдохновляюсь своим прошлым, в котором видел торжество тех чувств, которых мне ещё не приходилось ощущать в моментах прошлой жизни. Знал о любви ничего конкретного, разве что сплошные превратности и неразберихи вперемешку с жгучей ревностью. Всё это прочитал в романах про любовь, а нашёл я их у мамы, что хранила стопки таких книг в отдельном месте.

Итак. Мы с пацанами днём играли на одни ворота в «стенку». Играли долго, как умели все ребята в школьные каникулы. Мы на соседнем с нашим домом стадионе. Мяч пинаем. Примерно шестеро друзей. Обычный день. Обычная забава небогатых пацанов. Нам многого не надо, да и не дано. Покорно уделяем время для того, что обожаем делать год от года.

Я был среди мальчишек чуточку постарше. Игра в футбол меня всесильно отвлекала от всего. Я был скромнейшим парнем, но когда футбол случался в моей жизни – я отдавался на все сто. Я умел обыгрывать по несколько противников в один заход. Красиво получалось забивать издалека и элегантно отдавать пасы друзьям, неистово вести игру и постоянно огорчать врагов с других дворов.

И вот после таких баталий (команда на команду) мы пропадали за игрой. На воротах Лёвка, а рядом – четверо других мальчишек. Пытаемся забить по очереди каждый. Задача вратаря: поймать руками мяч и кинуть так, чтобы попало в чьё-то тело. Кому досталось – тот встаёт у «стенки» сам. Мы можем уворачиваться и отбегать куда угодно, но вратарь – в границе очерченной площадки возле линии ворот.

Пинаем резко, бьём сильно в сторону заветной цели, а невысокий Лёва каждый раз пытается поймать мяч налету, ведь поднятый с земли – по правилам игры – футбольный мяч быть брошенным в противника не может, как и забить в ворота следует всегда лишь от воздушных пасов. Общая задача у ребят – забить подряд в ворота десять раз. Вратарь, что пропускает ровно десять, сгибается под угол в девяноста градусов и встаёт у «стенки» так, чтобы его зад стал целью для ребят, которым предстоит пинать по этой «метке» с десяти шагов.

Игра затягивается, ведь вратарь уже научен опытом стояния в воротах. Мы все в азарте, поглощены задумкой, которая рождается внутри игры. Мяч пролетает в воздухе, розыгрыш идёт стремительно, пока один из нас не выступит с ударом. Случится гол – удача, но серию нельзя нам прерывать. Запал игры воспламеняется по мере достижения заветной цифры.

Наш друг по имени Ринат отвлёкся взглядом. Ему первому увиделось, что с дальней кромки приблизились девчонки. Скорее всего и оклик их он первым услыхал. Толпа из девушек, явно наших лет, стояла у границ других ворот.

Ринат – татарин и отличался страстью к флирту и постоянными порывами заигрывать с девчонками. А подошедшие девчонки явно осмелели, если заявились на то место, где обычно обитают парни. Но очень близко подойти и напрямую рассказать – решиться не смогли. Попробовали нас окрикнуть, чтобы обратить внимание. В общем, первым был Ринат, ну а потом и мы все оглянулись. Нам было невдомёк, что происходит в данную минуту. Девчата, конечно, безобидные, но мы-то их не знали, а они вдруг встали на виду и подозвали. Вот Ринат и ринулся в их сторону. Сказал нам, что: «Пойду – узнаю». Мы стали ожидать, с чем он к нам от девчонок возвратится.

Пока он с ними вёл переговоры, мы были в лёгком замешательстве. Привычная картина будней начала меняться. Не дав ребятам запустить предположения, вернулся наш «переговорщик». На лице улыбка, глаза блестят от радости.

– Нам девчонки предлагают с ними поиграть в футбол.

– В смысле? – кто-то из парней поторопился высказать догадку: – Они что, футболистки, что ли?

– Вроде нет, – сообщил Ринат. – Просто предлагают с ними поиграть. Давайте, пацаны! Прикольно же? Не ссыте. А заодно – потискаем иногда случайно.

Многие молчали, как и я, но сам Ринат, а вместе с ним, по-моему, и Лёва согласился. И вот уже вся наша юная ватага общим строем направилась туда, где ожидали нашего вердикта пятеро девчонок.

В итоге мы приняли решение: согласиться полностью с навязанными правилами от незнакомых нам девчонок. Их схема выглядела более чем логично: у нас надвух ребят поменьше, а на воротах – никого. Плюс к этому ещё смягчить свои усилия в ударах по мячу, чтоб не доставить боль их девичьим телам. Счёт до десяти. Их каждый гол идёт за пять голов. Мы все с ухмылками на это посмотрели и – понеслась игра.

Приятным было совпадение, что все эти девчонки, как одна, брюнетки, и волосы до плеч, а у большинства и ниже. А мне как разказалось, что тёмный волос – самый притягательный. Блондинок я тогда совсем не уважал, вернее, недолюбливал, воспринимал их без симпатии. Они мне все казались легкомысленными, глупыми и неспособные по части благородства. Возможно, потому что в абсолютном большинстве у нас в родне все были с тёмным локоном, поэтому и доверял брюнеткам больше, чем блондинкам. Да и во внешнем мире все светловолосые не привлекали интерес к себе. Ну, лично для меня.

Итак, мы вовлечены в игру по-новому формату. Особый шик за счёт разнообразия уже в знакомом всем футболе. Азарт подхватывал ребят, поэтому ногам мгновенно становилось легче и приятнее бежать. Девчонкам тоже явно нравилось, хоть и по иным причинам: мы вели себя не грубо и вовсе не бросали матерного слова в яростном запале, а ещё мы не уроды, а ещё играли хорошо и филигранно обводили девушек в спортивной форме.

Кстати, надо ещё раз подчеркнуть отдельно, что у девчонок, как на заказ, были надеты спортивные костюмы, которые им шли ну прямо очень. Все отличались стройностью и симпатичным обликом лица, доброжелательны, смеялись утончённо и нравом были симпатичны нам. Играли не особо, но с девичьим азартом: лихо, с лёгким криком и смешками.

А одна из них звалась Наташей. Я это понял из коротких вскриков от её подруг, которые к ней обращались, когда хотели передать ей пасом мяч. И каждый раз, когда я был у ног её, чтобы легонько пробовать отнять ступнёй потёртый мяч, я ощущал в сердечке небывалый всплеск веселья и странного стеснения, что трепетно распространялось через кровь до самой головы. Девчонка волновалась от того, что у неё теперь в ногах необходимый мяч и надо как-то продвигаться дальше, чтобы позволить всей её команде подобраться ближе к вражеским воротам. Переживание за острые моменты и в то же время и улыбка не сходили у неё с лица, как и у нас, мальчишек.

Мы все хотели победить, но близость твоего противника нисколько не мешало получать огромнейшее удовольствие, которое тебя лишь вдохновляло и тянуло на сближение с «врагом». При этом все наши мальчишки, как и я, не позволяли себе лишнего и девочек не трогали руками, а были осторожны и старались ловкими движениями ног отнять заветный мяч. И каждый раз, когда любому парню удавалось отбирать мячи, мы слышали приятно звонкие девчачьи голоса, которые должны сигнализировать о неприятности от потери мячика, но ощущение, что: им-то всё равно. И весь процесс игры был сладок тем, что мы боролись за победу, а крики девушек подстёгивали нас на новую задачу – длить долгие моменты катания мяча по полю. Если мы мгновенно забивали гол, то восхитительные переливы голосов девчонок обрывались молчаливым огорчением. Поэтому мы начали иную тактику: почти насмешливо затягивали финт с мячом и не спешили забивать в ворота. Всем пацанам так искренне хотелось слышать этот девичий задор на поле только бы подольше.

Я помню эти тонкие моменты, когда Наташа двигалась отдельно от мяча и столкновений ног, а я и сам не торопился выпросить мяча у друга. Я это делал специально, чтобы насладиться видом длинноволосой девушки Наташи. И сердце замирало ровно в тот же миг, когда она и я мгновенно обращали взоры друг на друга. Мы одноврéменно бросали взгляд в ту сторону, где и стоял напротив наш объект влюблённости: я на её глаза, она – в мои. Всё в облике Наташи мне казалось идеальным и создано в единственно возможном виде. Ребята бегали с мячом, а я сто раз и больше отвлекался от игры, чтобы повторно убедиться в том, что и Наташа также поднимает свои карие глаза, чтобы подольше погружаться в глубину моих очей, которые уже до края затопила сильнейшая волна любви.

Ощущение теплоты проникало в разум, когда я понимал, что меня любят также сильно. Я не испытывал такого чувства раньше. Во мне стеснительность не позволяла быть открытым до конца с людьми. И я искал привязанности к появившимся друзьям, чтоб не оставаться одиноким. Поиски душевных связей оставались мало исполнимы. В дворовой дружбе было больше ощущения причастности к чему-то общему. Да и любая дружба заменяет лишь тоску и скучные часы в дневное время. Любовь же подарила мне волнение на протяжение всей недели, а сон в ночи не приходил, пока я не потрачу долгие минуты на осознание своих сердечных чувств к одной единственной особе. Ложась в кровать, я вспоминал минувший день и повторял в своих видениях любимый образ длинноволосой девушки, которая глядела на меня своими карими глазами. Волнение её волос при беге, скромная улыбка, походка сдержанной особы. Закрытыми глазами я видел её облик сотни раз пред каждым сном, а днём глядел в окно, чтобы не пропустить её возможную прогулку. Все линии её лица, черты походки – причина обожания. Что может быть прекраснее Наташи?!

И вот моя обыденная жизнь сменилась новым поворотом. Я стал иначе относиться и к себе. Мне так хотелось быть намного лучше, чем я до этой встречи прежде был. Но скромность и жалкая трусливость помешали мне быть смелым принцем.

Я в мыслях каждый вечер представлял, как за руку держу Наташу. Я живо представлял себе её в моих объятиях… хоть никогда и не держал ещё девчонок в собственных руках. Лишь исключительно по-дружески и в самом юном возрасте: то в детском садике, то в первом классе. А здесь такое: ты любишь самую красивую девчонку, которая к тебе сама неравнодушна. И абсолютно невозможно догадаться: как правильнее нужно подходить к девчонке? А ещё: как лучше будет с ней заговорить? Про поцелуи можно вовсе позабыть на время. Ты хочешь наилучшим образом отнестись к девчонке, но первые шаги как будто вовсе разучился делать, когда черёд твой – совершить попытку первого свидания.

Я восхищался новым ощущением своей необходимости другому человеку. Ещё сильней – меня тревожила чужая жизнь, с которой беспощадная судьба меня свела. Мне брошен жребий. Мой удел – смириться с участью влюблённого мальчишки. Новые условия для скромной жизни: ты лишь крупинка в одном бездонном океане под названием Любовь.

Дни летние ускорились мгновенно. Решиться на знакомство с девушкой Наташей я не мог. Ребята, как и я, от нового «соперника» в футболе испытывали восхищение. Мы продолжали появляться на футбольном поле и радовались, когда они из раза в раз специально возвращались к нашему взаимному «турниру». Нам по-пацански было запредельно хорошо, но мы и вовсе не могли понять, что у девчонок мысли шли уже на месяцы вперёд. Они, конечно же, мечтали о свиданиях, признаниях и поцелуях. Но мы ни разу не давали повода к тому, чтобы встречаться по отдельности. Мы молоды, мы ещё юнцы, но чувства нежные нам уже подвластны. Мне лично не хватало смелости заговорить об этих чувствах. А мыслям было тесно в голове от осознания своей неопытности и не знания правильных поступков для влюблённого в девчонку. Поэтому я отгонял от разума намёки на сближение. Я всё надеялся на что-то внешнее, что обязательно сведёт два сердца вместе. Я отдавался волю случая, не сознавая, что девчонки думают иначе.

Среди парней всем стало ясно, что Эмиль (их друг) и девушка Наташа – это пара, а остальные девушки и пацаны – обычные друзья, которым не смогли найти вторую половинку. К такому пониманию пришли однажды ближе к ночи, когда девчонки не соглашались на футбол в дневное время, а просто заявились вечерком, когда на поле оставались только я и самый близкий друг мой – Радченко Сергей.

Был поздний час, когда уже за 22:00. Футбольный стадион томился под желтоватым светом далёких фонарей. Мы с моим другом влезли на верхушку сетчатой ограды стадиона, которая соприкасалась с ветками двух невысоких тополей. Сидели на стволах, ногами упираясь в металлический остов ограды. Беседа шла о том, что и сейчас не вспомнишь. Вдруг из темноты явились к нам они, вся группа «футболисток», со стороны подъездов дома, где, собственно, и жили три девчонки из пятерых уже известных нам. Помимо милой мне Наташи, там были Оля, Света, а ещё и Юля, которая жила в другом районе, пятую не помню, но появилась среди них и некая Наташа № 2. Она светлее волосами, причёска покороче, а ещё – наглее и навязчивей, чем остальные. В футбол она ни разу с нами не играла, но в компании девчонок держалась явным лидером. Девушки толпой единой ступили на середину поля и одна из них, которую все звали Олей, подошла чуть ближе к нам и попросила: «Эмиль, тебя же так зовут? Можно тебя попросить к нам подойти? Мы так хотели бы с тобой поговорить об одном деле».

Я был слегка обескуражен, но медленно спустился с насиженного места, чтобы подойти к девчонкам, оставляя одного Сергея, который наблюдал со стороны.

– Мы хотим задать тебе несколько вопросов личных, – начала всё та же Оля. – Скажи, Эмиль, есть у тебя девчонка?

– Нет, – ответил я через несколько секунд молчания. Вопросы их меня мгновенно загоняли в тихий ужас. Лишь бледный свет от фонарей вечернего двора скрывал пылающие щёки. Мне трудно было говорить подробно, я жутко в тот момент стеснялся и стыдился этого не меньше.

– Нам очень понравилось играть с вами в футбол. – Она оглядывается на подруг. – И особенно нам нравится, как ты играешь. Смотреть на это интересно.

Я лишь молчал и медленно вышагивал на мелком пятачке земли, глаза мои лишь изредка поднимались вверх, а Оля всё не унималась:

– Но мы о хотим поговорить немножко о другом. Скажи, вот только честно: тебе же нравится кто-то из девчонок?

Имне с трудом далось движение – лишь слабое кивание.

Она, Та Самая Наташа, стояла дальше всех, но блеск её красивых глаз мне был настолько близок, что лица всех стоящих рядом расплывались в бледном свете фонарей.

– А кто тебе понравился из нас сильнее?

На это реагировать ещё сложней, чем на предыдущий безжалостный вопрос. Шло от меня молчание.

– Знаешь, ты нравишься Наташе.

На это я молча поднял взгляд за спины всех девчонок, чтобы посмотреть в лицо Той Самой. Известие о высоких чувствах было неожиданным, несмотря на многочисленные подсказки собственного сердца. Она стояла в пяти метрах от меня и вроде тоже застеснялась этой ситуации, а Ольга продолжала дальше:

– А тебе Наташа нравится?

Опять лишь медленный кивок был ей ответом от меня.

– Да? – зацепилась за мою реакцию настырная девчонка Оля. – Ну, если она тебе так нравится… то тогда вы можете дружить.

Её слова бесспорно подгоняли, но моя решимость становилась хрупкой. Мне было стыдно от собственных стеснений.

Потом вся эта откровенная беседа перешла в игривое подключение от её подруг, которые по очереди стали задавать вопросы:

– А, может, тебе нравлюсь я? – говорила каждая из них, без скромности смеясь.

– А, может, тебе нравится Наташа № 2? – совсем уж возмутительный вопрос от Оли. Но я снова опустил свой взгляд на землю и едва заметно улыбался сжатыми губами, пытаясь внутренне сдержать волнение, которое бы выдало себя, начни я говорить хоть что-то.


Тот беспощадный тёплый вечер сохранится у меня в воспоминаниях, наверное, на всю оставшуюся жизнь. Момент моих уклончивых признаний для Наташи на фоне смеха от её подруг. Момент не высказанных слов любви. Момент внезапных взглядов, раскрывших тайну, которую уже раскрыли все до нас. Я помню свои кроткие ответы на вопросы о моей влюблённости, но я ни разу не услышал голос той, которой отвечал взаимностью. Тот вечер мог стать оголением взаимных чувств, но в памяти остался лишь молчанием мальчишеской Любви.

* * *

Шанс для неудачника

Подняться наверх