Читать книгу Ванильная история - Алин Пак - Страница 5

Марк набрал номер Евы в 23:10.

«Абонемент временно недоступен. Перезвоните позже».

– Сама же сказала позвонить в часов одиннадцать, – мужчина начинал злиться: – С кем мне теперь обсуждать это дерьмо?

Именно тогда он кинул взгляд на свой ноутбук.

«Когда наше расследование выйдет – кому достанется больше славы? Сцена не выдерживает дуэтов! У нас же будут брать интервью, мы будем ходить на всякие утренние передачи, вечерние ток-шоу. В целом, это расследование покажет – журналистика жива! А Ева – та ещё болтушка. И это создаст неправильное впечатление – будто только она вложилась в дело. Я буду Теслой, а она Эдисоном. Я – Манкевичем, а она – Уэллсом. В истории всегда были не только гении, но и те – о ком забыли. Но история дана нам для того, чтобы не повторять прошлых ошибок. И я не повторю. И Еве не позволю».

Человек, способный на всё, ради признания готов играть по самым грязным правилам. И, нет, не потому что это «мир гнилой», а потому что сам индивид травит себя – и мечтами, и убеждениями.

Марк включил ноутбук, ввёл пароль «МаркСамыйЛучший» и открыл платформу «murmur» для коротких публичных заметок.

«Максимум – пару строк. Минимум – честность», – встретил его девиз и логотип социальной сети.

В своём профиле Марк делился исключительно завтраками, обедами, ужинами. А тут. Вау. Журналистская заметка. Да ещё и жуткая.

Страстно быстро печатая по клавишам – мужчина чувствовал гордость и удовлетворение. Его наконец-то, за свою долгую и никчёмную карьеру, посетила мысль: «Наконец-то я оправдываю свою профессию».

«Я журналист. И я нашёл кое-что интересное. Кто-то уже был в пекарне „Элизы“? Уже поняли, что это второй бренд „Вишни“? Что, если я скажу вам: дело тут очень грязное, с семейными интригами и налоговыми играми? Я уже занимаюсь независимым расследованием. Уверяю, вы будете в шоке!»

На этом и закончился судьбоносный день – 6 февраля 2026 года – день начала конца.

***

Новый день Ева встретила с полным отчуждением: собственное одеяло кололось, матрас стал жестким и неудобным, а солнечный свет – оглушающим.

Она ворочалась минут двадцать, пытаясь вернуться в сладкий сон.

А потом к ней обратился… Виктор.

– Доброе утро, Ева. Всё в порядке?

Он сидел на противоположном краю кровати.

Девушка со злостью кинула на него одеяло и быстро встала.

– Что ты тут делаешь?! – накричала она.

– Тебе что-то подсыпали в коктейль, – снял со своей головы тяжёлое одеяло. Посмотрел на неё: – Помнишь? После бара мы пошли в клуб. Тебя угостили напитком.

Ева зажмурилась. Да. Она вспомнила.

– Извини, что остался у тебя. Я просто перепугался. Думал, если что, отвезу в больницу.

– Прости меня, пожалуйста, Виктор. Спасибо. Ты поспал?

– Вздремнул на кресле. Всё нормально. Приготовить завтрак?

Ева взяла дыхание и уже хотела начать говорить, как Виктор перебил:

– Я это предлагаю не с какой-то там целью. Мы же можем быть друзьями!

– После приглашения на свидание ты хочешь быть просто друзьями? Виктор, пожалуйста.

«Но и не выгнать же его после случившегося».

– Ну, тогда… – он не договорил. Теперь Ева его перебила:

– Прости. Я правда не хочу давать тебе надежду. Но и одна оставаться сейчас не хочу. Наверное, немного эгоистично, но я хочу позавтракать с тобой.

Он улыбнулся и пошёл на кухню.

Жила девушка в съёмной квартире – и это чувствовалось сразу, ведь ни характера, ни личности девушки не наблюдалось даже в маленьких деталях интерьера.

Небольшая кухня, совмещённая с гостиной, пахла стерильной чистотой.

На подоконниках каждого окна стояли растения, купленные в ближайшем супермаркете – Ева даже названий их не помнила. Познания об уюте у неё начинались и заканчивались растениями – раз стоят, значит кто-то здесь да живёт. Часто она забывала их поливать, но ни хуже, ни лучше, зелёным не становилось.

Чем-то её дом был похож на номер в трёхзвёздочном отеле, например, мыслями «ну ночевать нормально».

Ева взяла из шкафа домашнюю одежду и отправилась в душ.

Встав под горячий душ, она только поняла: голова чертовски кружится. И через мгновение её стошнило.

Всё оставшееся время гигиенической рутины она не стояла – а сидела на кафеле.

Пока по волосам и коже стекала горячая вода, девушка пыталась вспомнить, что вообще произошло прошлой ночью, но никаких, даже обрывистых, воспоминаний не было.

Уже выйдя из душа, с розовым полотенцем на голове, она потребовала ответы от спасателя-повара-Виктора:

– Кто-то ещё из наших коллег был в клубе? – с осторожностью, почти шепотом, спросила девушка.

– Нет, не переживай. В клуб мы пошли втроём – я, ты и Майя. Майя уже через час поехала домой, сославшись на слишком громкую музыку. С тобой тогда ещё всё было хорошо – вы нормально попрощались.

– А что потом?

– Ты пошла на танцпол с каким-то парнем, а я остался у барной стойки. Вы попадали в моё поле зрение, когда возвращались за напитками. В какой-то момент ты вернулась уже окончательно, сказала, что очень сильно хочешь домой.

Ева начала улыбаться, а потом и вовсе смеяться:

– Если что, со мной такое обычно не случается.

– Верю.

Она открыла шкафчик, достала кофейные зерна:

– Будешь же кофе?

– Да, спасибо, – он возился с яичницей. – Тебя стошнило?

– Да. Не в первый раз?

– Будем надеяться в последний. Как себя чувствуешь?

– Голова тяжелая, но жить буду.

Закончив с яичницей – он преступил к тостам.

Ева достала залежавшуюся банку черничного джема из шкафчика – открутив крышку, она вдумчиво вдохнула аромат содержимого:

– Он ещё свежий.

Через пару мгновений они уже сидели за столом.

– Какие планы на остаток выходных? – спросила она.

– Думаю не вылазить из кровати. И мечтаю заглянуть в новости всего один раз – и то, на три минуты. А у тебя?

– То же самое. Надо отдохнуть от всей суеты – физической, да цифровой.

– Кстати, представляешь, что написал Марк в murmur?

Ева перепугалась, её голос резко стал выше и звонче:

– Что?

Виктор удивился такой реакции.

– Да, ну… В общем. Вот. Сама прочитай, – передал ей свой телефон.

Более сотни тысяч просмотров и более тысячи комментариев…

– ЧТО ОН НАТВОРИЛ?! – крикнула она.

– Он вчера говорил мне, что у него какое-то крутое независимое расследование.

– ЧТО?! – и Виктору уже успел разболтать! Марк работает оперативно, но только в выкапывании своей же могилы.

– Ты что-то знала? – спросил он.

– Нет, – но при этом Ева неосознанно кивнула головой. – Мы с ним толком-то и не общались ни разу!

Она умела врать, но не в таких обстоятельствах.

– Честно, у меня очень болит голова. И… Сейчас у меня такой диссонанс! Будто бы не я вчера отравилась, а Марк.

«Пусть уж лучше думает, что моя реакция – побочный эффект».

– Виктор, ты не видел мой телефон?

– Наверное, в сумке или в пальто.

Ева вскочила.

Разряженный телефон, за ночь покрывшийся какими-то непонятными жирными пятнами, оказался в сумке.

Далее ещё около пяти минут Ева бегала по комнатам в поисках зарядного устройства.

Виктор, пока ждал её, решил облокотиться на стул и маленько вздремнуть.

– Ты в порядке? – очень тихо, чтобы не спугнуть, спросила она.

– Да, просто легче с закрытыми глазами, – улыбнулся.

Он тоже нравился Еве. И у неё никогда не было служебных романов. Но она знала, как любовь часто перерастает в, пожирающую всё на своём пути, ненависть. И если вдруг такое произойдёт на работе – будет больнее, ведь неудача в личных отношениях станет и маленькой (или большой) паузой в карьере.

Девушка кинула взгляд на его пустую кружку.

– Может ещё кофе?

– Спасибо, Ева.

Кофемашина зашипела и взвыла так, будто собиралась вступить в бой на поражение со столом.

Виктора словно окатили холодной водой – он вздрогнул и окончательно проснулся.

– Марк тебе не звонил? – спросила она.

– Нет, конечно. У нас отношения вообще так себе. Он злится на всех. На чужие действия и бездействия. Зная хоть чуточку его характер – я не удивлён, что он написал такую заметку. Я удивлён, что эго и тупость – именно тупость – взяли своё. Кстати, ты разве не с ним вчера обедала?

– С ним.

– И что, он тебе ничего не говорил про безумную теорию заговора «Вишни»?

– Нет. Я потащила его к «Элизе». Чувствую себя виноватой во всём этом, – прозвучало устало, с большим сожалением.

Конечно, не чувствовала она вины. Выставить себя жертвой, прежде чем тебя, возможно, сделают козлом отпущения – первое правило грязных игр, в которые Ева обычно не втягивалась. Но здесь. Правда. Будто бы выбора не было.

– Ты не виновата, Ева. Марк просто такой человек.

– И всё же я надеюсь, что с ним всё будет хорошо, что он не потеряет карьеру. Если его выводы о том, что мир ужасен – оправдаются, он победит. А если нет – может, он поймёт…

– Всё возможно.

– Этот день настолько странный, Виктор. Абсолютно всем, – она засмеялась. – Клуб, отравление, ты в моей квартире, Марк. Почему мы вообще говорим о Марке?

– Ну, а о чем ты хочешь поговорить?

– О вещах, которые лучше не начинать, если не знаешь, чем они закончатся.

– Тогда давай хотя бы не будем врать, что их не существует.

И между ними повисла тишина. Напряжённая, острая и невыносимая.

Мужчина пытался сконцентрировать всё своё внимание на кофе, а девушка – на банке варенья.

– О чем-то безопасном хочу поговорить. Чтобы не анализировать, что отвечать. О погоде. О том, почему жизнь ломается именно в выходные.

– Погода очень хорошая. Скоро весна. И я очень люблю пикники. А по поводу выходных: бунтуем против будней.

– У тебя вроде же день рождения весной?

– Да, это тоже. 15 апреля. Кстати, если не будет планов на этот день – приходи, буду рад.

– Спасибо, я постараюсь. Будет пикник?

– Обычно на моё день рождения идёт дождь, а так, идея мне нравится.

– Иногда, ожидая дождь, мы получаем солнце. То ли закон подлости, то ли простая справедливость.

Её слова его очень вдохновляли. Но говорить об этом он не стал.

Интересно сталкиваться с разными людьми и их мнениями, но ещё интереснее, и, вдобавок прекраснее, те чужие, настолько незнакомые, мысли, с которыми ты можешь согласиться.

– Да, ты права, – посмотрел на настенные часы и сказал: – Тебе нужно отдыхать. Я пойду.

Виктор встал, собрал посуду со стола и аккуратно сложил её в раковине.

Уже в парадной, он задумался. Он хотел что-то сказать, но передумал. Молча потянулся за своей курткой.

– Слушай, прости за такие неприятности и бессонную ночь. Спасибо, что позаботился обо мне.

– Не стоит. Я бы сделал то же самое – были бы мы незнакомцами или даже заклятыми врагами.

– Спасибо, Виктор.

– До встречи в понедельник! Если будет что-то нужно – звони.

– До встречи!

Она закрыла за ним дверь и выдохнула.

Только девушка решила поблагодарить судьбу за заслуженную тишину, как зазвонил стационарный телефон.

– Ни о чем не подумать в этом мире! – вскинула руками.

Стационарный телефон. Ева вообще забыла о существовании этой древней реликвии.

Или какая-то бабушка перепутала цифру в номере – или что-то горит.

– Ева, добрый день! Прошу прощения, что беспокою в субботу. Есть очень срочное дело.

Это её босс.

– Здравствуйте, Артур! Да, конечно, я слушаю.

– Вы уже знаете, что устроил наш коллега Марк?

– Да, ознакомилась этим утром.

– Семье Аргирос крайне не понравилась эта заметка – я с четырёх утра на ногах, отвечаю за проделки своего подчинённого. На кону репутация редакции. Надо загладить вину и оправдать высокие ожидания.

– Понимаю. Марк перешёл черту.

– Ева, мне нужна Ваша помощь. Я знаю, что Вы профессиональны, умеете держать тон и вызывать доверие. Сможете взять интервью у Элизы Аргирос? Она основатель бренда. Желательно сегодня – в любой удобный Вам час. Статья нужна уже завтра, дабы огонь больше не раздували.

– Хорошо, поняла Вас. Я смогу выехать через полтора часа.

– Отлично! Ева, благодарю! Вы – единственная на кого я могу положиться.

– Мне очень приятно, Артур! Отправите мне адрес Элизы и её контакт, пожалуйста?

– Включите мобильный – всё уже там.

– Спасибо. Я Вам напишу. До…

– Ева, это не всё. Вы с Марком общаетесь?

– Вчера ходили обедать вместе, но не более.

– Он Вам что-то говорил? О том, что планирует сделать?

– Нет, разговор у нас получился довольно скомканным. Не узнала о нём ничего нового.

– А что уже знали?

– То, что Марк со всеми холоден и иногда неуважителен.

– Зачем же пошли обедать с ним?

– Потому что все остальные в офисе решили заказать еду. А я хотела прогуляться. И Марк тоже.

– Ева, я Вам доверяю и предупреждаю из уважения – вся эта ситуация может плохо сказаться на Вас. Будьте аккуратны. Всего доброго. Звоните.