Читать книгу Чужие воспоминания. Судьбы - Алла (АМИ) Иоффе - Страница 3

Часть I. Бетти

Оглавление

Бетти


Бетти… Бетти была одной из сестер моей бабушки. Как-то так сложилось (я даже знаю как, но это отдельная история), что всех своих двоюродных бабушек я называла просто по имени, а их детей дядями и тетями.

Бетти была самой неотъемлемой частью моей детской жизни. Особенно в младшей школе. Именно она встречала меня после школы, кормила обедом меня и всех тех, кого я приводила с собой, а уж про летние месяцы, проводимые исключительно у нее на даче и зимние каникулы, в которые она вывозила меня в Дом отдыха в Зеленогорск, и говорить нечего. У моих прямых родственников было принято работать, практически, до последних дней жизни, а Бетти вышла на пенсию как раз в год моего рождения. Именно она была рядом со мной, когда в 3 года на даче я заболела менингитом, и уговаривала меня не плакать, а дождаться вечера субботы, когда приедут родители.

Бетти была 5-й из 8 детей в семье моих прабабушки и прадедушки. Она родилась в середине лета 1902 года. В семье она была самой шаловливой девочкой и доставляла родителям больше всего беспокойства. Однажды она даже выбежала на улицу без шляпки. А в другой раз так старательно передразнивала молящуюся маму, что подожгла свои кудри от свечей. Училась она хуже сестер, ее пробовали даже ивриту учить в надежде, что может хоть здесь выйдет какой-то толк.

На все у нее были свои объяснения, которые я, пожалуй, никогда не забуду. Бетти поседела очень рано. По этому поводу она рассказывала следующую историю: «Бабушка всегда была в парике1. Однажды я в щелочку подглядывала за ней, когда она сняла парик, и увидела очень красивые совершенно белые кудри. Я ей позавидовала, вот и поседела в 25 лет». Впоследствии у самой Бетти тоже были шикарные снежно белые локоны.

Несмотря на проблемы в обучении, Бетти окончила какой-то совершенно нежизнеспособный (окололитературный) факультет Петроградского Университета, посылавшего ее начальником обоза на продразверстку. К сожалению, это высшее образование ей никогда не пригодилось: она всю жизнь проработала экономистом.

Она довольно рано по тем временам вышла замуж. Ей было 22 года. Её муж был строительным инженером. Позднее довольно известным строительным инженером (его имя можно найти в строительной энциклопедии). Детей у них не было, хотя Бетти много лет боролась за возможность их иметь.

Бетти была, на мой взгляд, потрясающе мужественным человеком. Одна из ее сестер – Бая – вышла замуж за венгерского еврея, который был членом социалистического правительства Венгрии в 1919 году. После поражения социалистической революции в Венгрии советское правительство обменяло членов того правительства на австрийских пленных. Так он оказался в СССР. До того, как стать членом правительства Венгрии Юзеф был заводским рабочим. Оказавшись в СССР, он занялся своим привычным делом. Жили они в Москве. У них была дочка Майя. И тут грянул 1937 год. Конечно, его арестовали и отправили в лагерь. Бая попала в психиатрическую больницу. Майю забрал к себе единственный брат моей бабушки, живший с семьей в Москве. Вы, наверное, слышали и читали о том, что, завидев на улице родственников арестованных, многие переходили на другую сторону улицы, чтобы не встречаться с ними. А Бетти, которой было что терять (к тому времени ее муж занимал видное положение), поехала в Москву. Днем она ходила по инстанциям, пытаясь добиться освобождения Юзефа, а потом бежала в психиатрическую больницу навещать Баю, которая была агрессивна и нападала на нее с кулаками. Самое невероятное в этой истории то, что Бетти удалось добиться освобождения Юзефа. Она рассказывала, что дала взятку. Представляете? Напоминаю, что шёл 1937 год. Правда, лагерь сильно подорвал здоровье Юзефа. Вернувшись домой, он уже не вставал. До самой смерти он собирался, поправившись, пойти к Сталину и рассказать ему какие люди там сидят.

Во время войны Бетти с мужем были Свердловске. Там же вместе с институтом была моя мама. Бабушка с дедушкой (его не взяли на фронт из-за очень плохого зрения) были в эвакуации в Нижнем Тагиле. В Свердловске, конечно, не было блокады, но голодно было. Однажды мама встретила Беттиного мужа Додю на улице, и он позвал ее с собой пообедать в обкомовскую столовую. Оказалось, что у него был пропуск на два лица (ему ни разу не пришло в голову позвать Бетти с собой обедать). Мама рассказывала, что она никогда до этого (даже до войны) так не ела. Очень боялась, что надо будет встать и уйти, боялась не подняться.


Додя


После войны Бетти с Додей поехали восстанавливать разрушенный Сталинград. У меня хранится Додин орден Трудового Красного Знамени, которым он был награжден за восстановление Сталинграда. Правда, воспользоваться льготами, указанными в удостоверении к этому ордена, он не успел, так как умер в 1946 году.

Бетти прожила очень долгую жизнь, но больше не выходила замуж. Она говорила, что даже представить себе никогда не могла, что ее мужем может быть кто-то, кроме Доди.

Всю свою жизнь она приходила всем на помощь, даже тогда, когда к ней за помощью не обращались.

Бетти умерла в 92 года (в сентябре 1994 года), на Йом-Кипур, как настоящая праведница: вечером приняла ванну, а утром просто не проснулась.

1

Тогда в еврейских семьях Витебска парики не были волосяными. Париком называлась накидка, закрывающая все волосы.

Чужие воспоминания. Судьбы

Подняться наверх