Читать книгу Санта и некромант - Алла Гореликова - Страница 2

Переносясь с Хейзи в ее родной городишко, Грег думал только о том, что все происходит слишком быстро. Он успевал реагировать, но не успевал обдумывать; его несло даже не течением, а – ураганом. Тайфуном с волшебным именем «Хейзел».

С ней всегда так было. Она притягивала неприятности и приключения, как магнит – гвозди, как дрянной дешевый виски – старика Хоакина, и как все встречные юбки – сержанта Шона О’Нила. С той же силой и неотвратимостью. И так же неизбежно Грега вовлекало в этот тайфун; но самое смешное, что Хейзи этого не видела. Она искренне считала, что дела обстоят с точностью до наоборот: Грег влезает в неприятности, а она помогает ему выпутываться. По-дружески.

Он не разубеждал – зачем? Приключений вряд ли станет меньше, а Хейзи… Может, не поверит. А может, поверит и расстроится. Или попытается что-то изменить – и, с ее везением, все станет только хуже. Грег не собирался проверять.

Он даже не удивился, когда вдруг выяснилось, что тип, из-за которого шеф полчаса выслушивал вопли губернатора, а потом еще столько же срывал зло на подчиненных, из-за которого вместо Рождества с семьей придется отправляться пикси знают в какую глухомань и искать там козла отпущения – парень Хейзи. Бывший. Да еще и понятия не имевший, что Хейзи – из той самой глухомани родом. Дурацкая цепочка совпадений вполне укладывалась в обычную схему.

А вот ее предложение – удивило. Даже изумило. И, чего уж, здорово выбило из равновесия. Идея напроситься в гости казалась со всех сторон выигрышной – до ее «сделать вид, что мы вместе». Грег так растерялся, что даже не заметил, как наговорил лишнего. Хейзи, правда, тоже не заметила. Наверное. Впервые видел ее настолько смущенной – а ведь девушки, когда смущаются, утрачивают способность мыслить здраво и легко упускают лежащие на поверхности факты. Даже такие умницы, как Хейзи.

Но Грег быстро взял себя в руки и даже начал подтрунивать над ней и над собой в роли ее гипотетического парня. Смотреть на ситуацию с улыбкой – отличный выход.

И вот они стоят в сугробе у приоткрытой калитки – почему, хотелось бы понять, Хейзи перенесла их не сразу в дом? – и Грег с ужасом понимает, что уже через несколько минут все будет… всерьез. Да. Родители девушки, оценивающие потенциального зятя – это, пожалуй, пострашнее, чем брать в одиночку подпольный питомник бойцовых мантикор.

Все-таки стоило хотя бы обсудить заранее, что они будут говорить. Давно ли вместе, почему, как все началось… что еще? Обычно же родители девушки интересуются этим, правда? Или нет? У Грега общение с девушками еще никогда не доходило до этой стадии, он не знал.

В синих сумерках кружились снежинки, сверкали искрами под фонарем. Вокруг стояла особенная тишина, какую не услышишь в большом городе. Мягко светил окнами двухэтажный коттедж… нет, не коттедж – дом, массивный, с бревенчатыми стенами, будто из позапрошлого века. От калитки к высокому крыльцу вела узкая, едва расчищенная от снега тропинка. Как туннель между двух снеговых стен. Магистр на плече недовольно зашипел, впился когтями. А Хейзи смотрела сияющими глазами – на дом, тропинку, снежинки в свете фонаря. И она еще будет рассказывать, что не очень-то хотела домой?

– Расчистить? – вполголоса предложил Грег. Мало ли, почему хозяева сами не позаботились об удобной дорожке. Может, в семье нет магов, кроме Хейзи, или энергоемкие погодные чары им не под силу? Если подумать, Грег почти ничего не знал о ее семье.

– Нет-нет, что ты! – вскрикнула Хейзи, схватив его за руку. – Это для меня оставили! Ведь Рождество!

Какая связь между Рождеством и заваленными снегом дорожками, Грег выяснять не стал. Да уже и не до того было – распахнулась дверь, и выбежала… мать или сестра? Почему Хейзи никогда толком не рассказывала о семье – а он не спрашивал? В общем, кто-то очень похожий на Хейзи, даже такой же растрепанный.

– Хиззи, наконец-то!

Показалось – на них налетел вихрь. Взметнулся колючим, сверкающим снегом, обдал ароматом сдобы, яблок и корицы, зазвенел искрящимся смехом. И повис у Хейзи на шее.

– Молодец, что вырвалась пораньше! Мы все соскучились.

– Мама! – Хейзи смешливо фыркнула. – У нас гость, ты заметила?

– О, конечно же, моя дорогая, – мать, теперь это стало ясно, выпустила Хейзи и окинула Грега пристальным, с головы до ног, изучающим взглядом – у него аж мурашки по спине побежали.

– Это Грег, – торопливо представила Хейзи. – Мой, эм-м-м, друг.

– Тот самый? Грег Николсон? – взгляд из строго-изучающего стал… весело-изучающим, пожалуй. Что, если уж честно, нисколько не успокаивало. – Хиззи вечно держит в секрете свою личную жизнь. Просто чудо, что наконец привела парня к нам домой. Добро пожаловать, дорогой. Можешь звать меня Мелинда. – Она улыбнулась. – Пойдемте же скорее! Мэй и Астрид уже здесь, дядю Финеаса и дабл-Никки ждем завтра.

– Мои тетки, – шепнула Хейзи в ответ на его вопрошающий взгляд. Подхватила под руку и увлекла к крыльцу. – Дядя Финеас – муж тети Астрид, а дабл-Никки – это близнецы, их дети. – И спросила громко: – А бабуля?

Шедшая впереди Мелинда обернулась:

– О, Хиззи, ты же знаешь свою бабушку! Она появится, когда сочтет нужным.

По мнению Грега, путь от калитки к дому был слишком коротким. Но, похоже, отец и тетки Хейзи так не считали – они высыпали навстречу, и второй раунд обнимашек и представления гостя прошел на крыльце. Для Грега такое было странным. Его самого никогда не встречали радостным гвалтом и уж тем более не выбегали навстречу. Обычно он переносился в гостиную, кричал: «Ма, я дома!» – и получал ответное: «Ужин (обед, завтрак, в крайнем случае – печенье) на столе, не забудь помыть руки, я сейчас». Отец, если был не на дежурстве, махал рукой от телевизора. А время для расспросов и обмена новостями наступало позже, когда мать была уверена, что он сыт и отдохнул «с дороги». И сколько ни доказывай, что маги в дороге не устают – бесполезно.

Но, пожалуй, в такой шумной встрече есть своя прелесть. Особенно, когда сидящий на твоем плече кот вдруг спрыгивает на руки Мэй, и ты тут же перестаешь быть центром внимания. А всеобщие восторги, обнимашки и почесывание за ушком достаются Магистру.

***

Мать Хейзи была из породы тех женщин, которым до пятидесяти, а то и шестидесяти остается «слегка за двадцать». Не зря в первый момент засомневался, не сестра ли. Тоненькая, с копной вьющихся каштановых волос и озорными зелеными глазами, она выглядела ровесницей дочери. Особенно – когда смеялась, а смеялась она часто.

Она носила свободные, струящиеся блузы и легкомысленные бриджи, а шею обвивали в три ряда ожерелья из полосатых крупных бусин, стеклянных и каменных.

Две ее сестры были совсем другими. Эдакие румяные пышечки, любительницы пончиков в сахарной пудре или, может быть, шоколадных эклеров. Близняшки, которых получалось различить только по прическе: Астрид носила такую же стрижку, как Хейзи и Мелинда – чуть ниже плеч, а Мэй заплетала длинные волосы в две косы и укладывала их короной.

Отец Хейзи был долговяз, слегка неуклюж и, как показалось Грегу, мечтателен почти до грани «не от мира сего». Что, впрочем, ничуть не помешало мистеру Баггсу тряхнуть руку гостя в крепком по-мужски пожатии со словами:

– Хиззи уже большая девочка, но не думай, что это отменяет родительское благословение.

– Я и не думал, – слегка ошарашено отозвался Грег. – Могу даже пообещать не входить в ее комнату, если вам так будет спокойнее.

На что услышал презрительное хмыканье и совет никогда не давать невыполнимых обещаний. Но предложения звать его по имени не последовало. Похоже, мистер Баггс хотел сначала присмотреться к «избраннику» дочери.

Впрочем, облегчать Грегу жизнь в этом доме не собирались: комната Хейзи была на втором этаже, а его поселили на первом, напротив гостиной.

– Извини, дорогой, здесь, наверное, шумно, – с улыбкой развела руками Мелинда, – но наверху все занято. Даже мансарда.

– Если будет слишком шумно, я всегда могу занавеситься заглушкой. Хотя, честно говоря, вряд ли вы напугаете меня шумом после того, что иной раз творится у нас в отделе, – Грег встретил искрящийся смехом зеленый взгляд и снова подумал – как она похожа на дочь! То есть, конечно же, дочь на нее. А вот характер, если судить по первому впечатлению, совсем другой. – Мелинда, вы отпустите Хейзи погулять со мной по городу?

– Конечно, дорогой! Она ведь должна все здесь тебе показать. У нас чудесный город, тебе обязательно понравится. Но, – она легонько ткнула Грега пальцем в грудь, – завтра. Сегодня – семейный ужин, да и поздно уже.

– Готовься к расспросам, – Хейзи нервно хихикнула.

– Ты бросишь меня одного? – Грег поднял брови в демонстративном недоумении. – О нет, Хейзи! – прижал руку к сердцу, попытался скорчить патетическую физиономию, но, не выдержав, рассмеялся. Мелинда подхватила его смех, сказала:

– Зачем пугаешь своего парня? Я бы поняла, будь вы знакомы недавно, но, мне кажется, этого молодого человека ты должна уже знать до самых печенок, как и он тебя. Разве не о нем ты прожужжала нам все уши, пока вы учились?

– Что, правда?! – на этот раз Грег изумился непритворно, а Хейзи… покраснела?! Залилась пунцовым румянцем до самых ушей и выпалила:

– Я им жаловалась! А ты о чем подумал?

– Ты очень мило смущаешься.

– Дурак!

– Вау! Как будто в школу вернулись. Мне снова называть тебя зубрилкой?

– Я не зубрилка!

– Сказала девочка, которая все четыре года колледжа без книги ходила только в душ.

– Я просто люблю читать! А ты, ты вообще вспоминал о книгах только перед экзаменами!

– Потому что я практик, а не теоретик. А ты только к последнему курсу узнала, что кроме фитнеса и футбола у нас есть практический факультатив по боевой магии.

– Я знала, – фыркнула Хейзи. – Попробуй не узнай, когда ты весь первый курс ныл, что тебя туда не берут.

– Дети, – Мелинда хихикнула. – Вы такие милые, когда спорите.

– Мы не спорим, – в один голос отозвались оба. Хейзи закатила глаза и пробормотала:

– Не обращай внимания. Просто не обращай внимания.

– Ты это кому? – поинтересовался Грег.

– Догадайся.

– Здесь нас аж три кандидатуры. Но, думаю, себе. Ладно, если у нас есть время до ужина, покажешь мне дом?

***

Комната Хейзи оказалась совсем не такой, как он представлял. Зная трепетную любовь подруги к книгам, Грег ожидал увидеть что-то вроде филиала библиотеки, но не обнаружил даже единственной книжной полки; только на столе лежала роскошно изданная «Фея Озма», не новая, явно много раз читанная.

Хейзи ласково погладила корешок.

– Подарок бабули Пенни. До сих пор, когда мне грустно, люблю рассматривать картинки.

– И больше ничего? Ни сказок, ни романов? Ни одного завалящего справочника? – он смотрел на самую обычную, слишком скромную, пожалуй, комнату: узкая кровать, накрытая пушистым синим пледом, стеклянная ваза с еловой веткой на широком подоконнике, письменный стол – пустой, если не считать «Феи»…

– А чего ты ждал? – Хейзи медленно листала книгу. – В этой комнате никто не живет, я приезжаю несколько раз в году. Все, что осталось любимым, перевезла к себе, а детское отдала племянникам. «Оззи» тоже увезла, но потом вернула. Здесь без нее совсем не так.

Она обернулась, оставив книгу раскрытой: на картинке в вихре торнадо летел снятый с колес фургончик, из которого выглядывала девочка. Очень похожая на маленькую Хейзи.

– Никогда не видел таких иллюстраций. У нас было дешевое издание, знаешь, в мягких корочках и с крохотными рисунками в начале каждой главы, – зачем-то объяснил Грег. – Однажды я так сильно болел, что три дня не мог вставать. Грипп, кажется. Валялся под одеялом, спал и читал. Мне было семь лет, и я ныл, что умру от скуки, пока мама не принесла ту книжку.

– Можешь посмотреть, – смущенно предложила Хейзи. – Или давай лучше вместе посмотрим.

Да, в этом, несомненно, что-то было – сидеть бок о бок с девушкой на ее кровати, прижавшись друг к другу очень даже тесно, и рассматривать картинки в детской книжке. Немного поколебавшись, Грег обнял Хейзи за плечи. Даже заготовил объяснение на случай, если она возмутится: «Так всего лишь удобнее», – но Хейзи только вздохнула как-то слишком глубоко, будто была напряжена и расслабилась, и прижалась к его боку еще тесней.

Ну… так и в самом деле было удобнее.

***

Вопреки прогнозам Хейзи и тайным опасениям Грега, ужин прошел спокойно. Без слегка замаскированных под «мы всего лишь знакомимся с парнем своей дочери» допросов третьей степени, без ехидного поддразнивания и устрашающих планов на будущее. Зато Грег кое-что узнал о семье Баггсов и понял, почему Хейзи никогда о них не говорила ни в школе, ни на работе.

Баггсы были родом некромантов. По нынешним гуманным временам – нужная и уважаемая специализация, вот только среди обывателей жила память о прежних магах смерти. Их боялись. Не любили. Не желали с ними связываться даже в мелочах – пока не припрет. И, уж конечно, проболтайся Хейзи в школе о своих родных, ни к чему хорошему это не привело бы. Хотя сама она унаследовала дар материнской линии, а не отцовской – маг-стихийник, воздушница.

Сейчас некромагов в семье было двое – мистер Баггс и его мать, та самая «бабуля Пенни». Но…

– Наш дар, даже если не проявляется в детях – не исчезает, – пристально глядя Грегу в глаза, объяснял мистер Баггс. – В Хиззи он чувствуется. Надо только знать, на что смотреть. И в ее детях – будет. С вероятностью пятьдесят на пятьдесят.

– Вот только не думайте, что я испугаюсь, – буркнул Грег.

– А уж это жизнь покажет, – хмыкнул мистер Баггс.

– Папа!

– Хиззи, ты привела парня знакомиться – вот и не мешай знакомству.

– Но он…

Грег сжал ее руку под столом – пока не проговорилась, похоронив собственный хитрый план.

– Хейз, твой отец меня не съест. Расслабься.

Мелинда обвела всех внимательным взглядом и предложила:

– Пойдем посекретничаем, дочка. Пусть мальчики поговорят без нас. Мэй, Асти?

– Да-да, – просияла Астрид. – У нас куча вопросов, дорогая!

– Мама! Тетя! – кажется, Хейзи едва не застонала.

– Пойдем, моя дорогая, – настойчиво повторила Мелинда. – Не пытайся контролировать каждое слово и каждый разговор своего парня, это плохой путь.

– Кто бы говорил, – буркнула Хейзи. Но все-таки пошла за матерью и тетками.

Мистер Баггс дождался, пока за ними закроется дверь, сцепил пальцы в замок, подперев ими подбородок, и молча уставился на Грега. Ни вопросов, ни чего-нибудь еще, только пристальный, заставляющий нервничать взгляд.

– Хейзи так же смотрит иногда, – сказал Грег, просто чтобы разбить тишину, ставшую неуютной и гнетущей. – С непривычки жутковато.

Мистер Баггс будто и не услышал, но почему-то сразу стало ясно, что лучше бы Грегу тоже помолчать. Раздражающее ощущение. Может, было бы даже пугающим, но бояться в доме подруги? Ее отца? Грег Николсон пока не спятил!

Откуда-то появился Магистр, вспрыгнул Грегу на колени, потерся, требуя чесать за ухом. Заурчал.

– А ты ему нравишься, – хмыкнул мистер Баггс.

– Вроде как, – Грег с удовольствием погрузил пальцы в густую шерсть. – Давно друг друга знаем.

– Когда Хиззи было шесть, она его не отпустила. Чуть не выгорела. И даже не поняла, что сотворила.

– Не отпустила? – переспросил Грег? – Это как?

– Он умирал. Притащила котенка с улицы, вот так же, под Рождество. Замерзал. Меня дома не было. Она и попробовала… сама. На голой интуиции, на ощущениях. Успела в последние мгновения, еще немного, и подняла бы труп. Необычный кот получился. Считай, за Грань заглянул, магией залился под завязку. Не уйдет теперь, пока хозяйка не отпустит. Идеальный фамильяр для некроманта.

– И вы ее не учили?!

– Ты не рад? – показалось, или мистер Баггс в самом деле удивился?

– Если есть к чему-то талант, его надо развивать, – убежденно заявил Грег. – Как иначе? Хейзи учиться любит, она бы точно не отказалась.

– Смотрю, ты ее и правда неплохо знаешь. Есть нюанс, парень. Вот твои родители – кто?

– Люди, – буркнул Грег. – Отец полицейский, мать училка.

– Не маги?

– А почему вы удивляетесь? Потомственных, конечно, больше, но не настолько, чтобы считать нас разными видами сапиенсов.

Мистер Баггс усмехнулся:

– Дерзишь. Молодец. Удивился, потому что ты, Хиззи говорила, тоже стихийник. Это чаще родовое, редко в первом поколении появляется. И проявляется всегда рано, а тебя дома учить некому было.

– У меня мать в школе работает, – напомнил Грег. – Отвела к школьной магичке. Так что за нюанс? – обсуждать свою семью и собственное детство не очень-то хотелось: раз уж он в доме Хейзи, лучше воспользоваться случаем и разузнать побольше о ней и ее родных.

– Стихийников учат рано, чем раньше – тем лучше. Понимаешь, почему?

– А то ж! – ухмыльнулся Грег. – Я в пять лет такой потоп устроил…

– Во-от. А некромантов – наоборот. У детишек, конечно, психика пластичная, но это не всегда на пользу. Если в пять-шесть лет начать водить ребенка за Грань, вырастет как раз то, от чего до сих пор люди даже слова «некромант» боятся. Сейчас – можно. Я начну ее учить, если захочет.

– Так она…

– Да. В полной мере.

И снова – тот же взгляд. Но теперь Грег не занервничал. Притерпелся, что ли? В конце концов, не родился еще тот человек, который мог бы испугать Грега Николсона одним только взглядом.

Он ответил таким же пристальным, в упор, глаза в глаза.

– Думаю, мне бы надо подогнать теорию. Должен же я понимать, что к чему? Поможете? Сэр, – добавил с легкой усмешкой.

Мистер Баггс усмехнулся в ответ.

– Посмотрим.

***

Поздно вечером, когда на дом опустилась сонная тишина, в комнату Грега прокралась Хейзи. Спросила чуть слышным шепотом:

– Не спишь?

– Нет еще. – Грег сел. – Что с тобой? Выглядишь расстроенной.

– Что папа тебе наговорил?

– Ничего такого, что меня испугало бы. Садись, – Грег хлопнул по кровати рядом с собой. – По-моему, ты тоже хочешь что-то рассказать.

– Не очень-то хочу, – Хейзи села рядом, и Грег обнял ее, накинув на плечи свое одеяло.

– Вот так. Мы в домике, и можешь ничего не бояться. Мы друзья, Хейз, помнишь?

– Друзья? – с непонятной растерянностью переспросила она. Грег даже не успел осознать мелькнувшую шальную мысль, ответил по наитию:

– А еще я твой парень, между прочим.

И только потом подумал: могла она и вправду этого хотеть? Так же, как хотел он?

Хейзи шутливо ткнула кулаком в бок и придвинулась ближе. Молча.

Привычная, успокаивающая близость, в которой нет ничего сексуального. Или почти нет – тайные желания никто не отменял. Но Грег давно привык держать их в узде. В колледже Хейзи почти демонстративно шарахалась от любых намеков на ухаживания, а он не мог понять, почему – вроде нормальная девчонка, без всяких дурацких вывертов, симпатичная. Потом… потом, наверное, слишком привык к своему статусу «лучшего друга», да и видел, что от серьезных отношений подруга шарахается по-прежнему. Этот… мистер Баклажан – был первым, роман с которым длился дольше двух месяцев. И то – за все время Хейзи ни разу не привела его на работу и не познакомила с друзьями. Как ни крути, показательно!

Но только теперь Грег понял, что могло быть причиной.

И тут же вспыхнула другая мысль. И эту вторую, в отличие от первой, можно и даже нужно было озвучить.

– Скажи, Хейз, чья была идея расстаться? Твоя или этого… Баклажана?

– Общая. А почему ты спрашиваешь?

– Ты уверена, что не было никакого воздействия? Как у него с ментальной магией или банальным внушением? Политики ребята ушлые, знают, как вертеть людьми.

Хейзи повернулась, слегка отстранилась – теперь смотрела в лицо, в глаза. Очень изумленно.

– Но зачем?

– Прости, не верю, что политик накануне выборов не навел справки о родне своей девушки. А получив сведения – не просчитал, как они отразятся на его имидже и рейтинге. – Добавил, заметив, как изменилось ее лицо, как задрожали губы: – Забей. Он того не стоит.

– Не стоит, – почти шепотом согласилась Хейзи. – И не было никакого воздействия, ты же знаешь, я к менталке устойчивая. Разве что… ну, как сказать? Можно же сделать так, чтобы девушка сама захотела расстаться. Просто… стало скучно вместе. Поняла, что такой мужчина на всю жизнь – совсем не тот вариант, который сделает счастливой.

– Ты его любишь? Любила?

– Что?

– Ты плачешь. Потому что любила его? Или все еще любишь?

– Нет! Мне обидно, – Хейзи резким, почти судорожным движением вытерла слезы. – Чувствую себя обманутой дурочкой.

– Ну и дура, – Грег рывком притянул ее к себе, обнял. Грубо, но так она скорее успокоится. – То есть ты, может, и обманутая, но дурак – он.

Хейзи рассмеялась сквозь слезы:

– Сам понял, что сказал?

– Конечно. Объяснить?

– Не надо. Я дура, потому что реву, а он – потому что испугался, правильно? Только не предлагай найти его и набить морду, как с Ларри на четвертом курсе.

– И в мыслях не было, – вполне честно открестился Грег. Потому что в мыслях у него была совсем другая месть. Ларри, в конце концов, тогда всего лишь неудачно пошутил – разве можно сравнивать?