Читать книгу Требуется олигарх с покладистым характером - Алла Полански - Страница 6
ГЛАВА 6
ОглавлениеАлина вздохнула и развела руками:
– Не помним, Фёдор, ничего не помним, как отрезало.
– Что, даже смутно?
Она наморщила нос и пожала плечами:
– Отчётливо помним ужин в ресторане. Как текилу в клубе пили – помним. У меня мужик с пивом эпизодично всплывает, по всей вероятности, Василий. А Ленка и его не помнит, даже смутно, несмотря на то, что у неё хватило сил дойти до моей квартиры. Кстати, Шмелёва мы вообще не помним. А ты утверждаешь, что в клубе мы были с ним, да ещё и за его счёт. Потрясающе! Текилу – помним, Борьку – нет. Шедеврально!
– Девчонки, у вас что-то случилось или потеряли чего?
– Нет, друг Фёдор, у нас всё хорошо, мы просто интересуемся. Так ты говоришь, пиво пили и семечки щелкали? – задумчиво переспросила Алина.
– Ну да.
– Странно…
– Да что тут странного-то? – не понял Гринёв.
– Да странно то, что мы их на дух не переносим – ни пиво, ни семечки.
Фёдор обвел взглядом девушек и сгруппировался в кресле:
– А ведь точно! Сколько лет вас знаю, вы ни то, ни другое терпеть не можете. Не могли то есть… Да-а-а, – протянул Гринёв. – С вами не соскучишься. – Фёдор, ещё раз оглядев подруг, у которых на лицах читалось страдание, решил подбодрить как мог: – Но пели вы, девчонки, хорошо, душевно. Допели вы, значит, последнюю песню, попрощались с Василием. Лену я в машину без проблем усадил. – Фёдор посмотрел на Алину, которая вжалась в кресло и вопросительно кивнула. – А ты, дорогая подруга, ухватив пакет с пустой тарой, попыталась сесть в машину сама, но застряла в дверях. Я предпринял попытку забрать у тебя пакет. Увы! Ты вцепилась в него мёртвой хваткой и завопила во весь голос, что любимый город может спать спокойно. Питер, конечно, город немалый, и тот перезвон, который ты устроила, особого шума в масштабах мегаполиса не произвёл, но привлёк внимание людей, живущих в близстоящих домах, так как они начали выглядывать из окон.
– А зачем я пакет-то прихватила?
– Так ясен пень: чтобы мусор не оставлять.
– Ну да, конечно, – горестно согласилась Алина, – убрать за собой мусор – это святое.
После ухода Фёдора в комнате воцарилась тишина. Алина со страдальческим лицом разглядывала муху на потолке, а Ленка в свою очередь – подругу:
– Алин, да ладно тебе, ну с кем не бывает…
Алина перевела взгляд с потолка на неё:
– Ленка, ты представляешь меня грызущей семечки и с банкой пива в руках? Лена глянула на идеальный маникюр Алины, перевела взгляд на её часы от «Longines», запечатлела в памяти, закрыла глаза и замерла.
– Представила? – выждав пару минут, поинтересовалась Алина.
Ленка открыла глаза и, состроив гримасу, пожала плечами:
– Как-то не получается.
– А я вот с бутылкой пива тебя очень даже представляю, но с семечками ну никак представить не могу, воображения не хватает. – Подруги одновременно вздохнули, после чего кабинет содрогнулся от их хохота. – Вот нарисуется Наталья Романовна, вся такая из себя строгая и с веником в руке!.. Она точно подобного эпатажа не одобрит.
– Факт, – согласилась с ней Лена. – Ты была права, этот эпизод нужно вычеркнуть из жизни. Всё, забыли.
Алина в знак согласия кивнула и, с трудом сдерживая смех, снова уткнулась в монитор.
На выходных они поехали навестить Наталью Романовну. В субботу, с утра пораньше, ушли в лес за грибами и провели там несколько часов. В воскресенье собирали ягоды и убирали в сарай дрова, привезённые накануне, а к вечеру, чуть живые, они собрались за столом, поужинали и, обессиленные, рухнули спать. На работу в понедельник было решено не ехать, и подруги проспали до обеда.
– Да разве можно таким непосильным трудом заниматься, – заворчала Ленка, едва открыв глаза. – Цеж каторга, да и только. – Она села и, потянувшись, поморщилась: – Моё нежное девичье тело не терпит подобного отношения. Мой разум вопит от возмущения.
– Это с непривычки, скоро пройдёт, – успокоила её Алина.
– Когда оно ещё пройдёт? У меня сейчас все болит! Машина твоя – ты и поведёшь, а я спать буду.
Алина сочувственно усмехнулась и согласно кивнула. Отвезла Ленку домой и поехала к себе, но, въехав во двор, заметила Вениамина, выгуливающего собаку. Вислоухий спаниель в точности копировал своего хозяина. Сходство было настолько поразительным, что Алина не выдержала и хихикнула.
«Пройти незаметно не удастся, – подумала она и загрустила. – Эх, была не была». – Она выдохнула и вышла из машины.
– Добрый вечер, Алина!
– Добрый вечер, Вениамин.
– Как хорошо, что ты приехала: я к тебе собирался.
– К сожалению, я сегодня очень устала, все выходные работала на даче. Ты же знаешь, какой это тяжёлый, непосильный труд.
Веня знал и поэтому согласно закивал. По всей вероятности, согласившись с ним, залаяла и собака.
– Я тогда завтра зайду.
«Как же ты мне дорог, Веня Хренов», – подумала Алина и страдальчески улыбнулась в ответ. – Завтра не получится: на работе завал, устаю, очень много работы. А в выходные на дачу, сам понимаешь, сезон: грибы, дрова, урожай.
– Жаль, а я по тебе соскучился.
– Извини, – Алина развела руками и мило улыбнулась. – Ну очень много работы.
– Освободишься – позвонишь? – с надеждой в голосе поинтересовался Веня и в ожидании ответа замер, странно вытянув голову вперёд.
– Конечно позвоню. Пренепременно, – заверила приятеля Алина и, ещё раз улыбнувшись, как ей показалось, своей наидобрейшей улыбкой, подхватила сумки и неестественно твёрдой походкой направилась к подъезду.
– Давай помогу, – предложил Вениамин.
– Нет-нет, – поспешно отказалась она. – Я сама, они не тяжёлые.
– А то я могу помочь.
– Спасибо, Веня, я знаю. Большое тебе человеческое спасибо за предложенную помощь. – Последнее слово она произнесла после того, как вошла в подъезд и за ней захлопнулась дверь. Алина выпустила поклажу из рук и привалилась к стене: сумки были неподъёмными. – Лучше скончаюсь с ними на лестнице, чем видеть лишний раз рядом с собой Веню. Дай, Господи, ему здоровья и долгих лет жизни, но подальше от меня.
Алина разобрала сумки, приняла ванную, после чего позвонила Ленке. Подруга на телефонный звонок не ответила.
«Наверное, уже спит», – подумала Лина и отправилась спать.
Однако следующим утром в офисе Ленка появилась невыспавшаяся и, соответственно, злая. Не здороваясь, она плюхнулась в кресло и затребовала себе кофе.
– Синицына, ты чем ночью занималась?
– На сайте сидела.
– И как?
– Не видишь, что ли? Вдохновлённая, вся из себя. Кофе сваришь?
– Сварю, – Алина сочувственно посмотрела на подругу. – Куда ж я денусь… Так что там на сайте?
– А на сайте полнейшее разочарование.
– Что так?
– Я не понимаю этого! Побывать на Бали или Кипре, где неописуемая красота, а выставлять на всеобщее обозрение фото, где особи сняты с бокалом пыва в руках и тарелкой наполненной жратвой, извини за грубость. И если бы один, а то через одного. Это что, их предел мечтаний? И почему большинство мужиков выставляют фотографии в солнцезащитных очках, даже если они в данный момент нецелесообразны? Если они не хотят, чтобы их узнавали, зачем вообще туда заходить? Опять же, на сайте сплошняком оголённые великовозрастные пупсы на тонюсеньких ножках! О-о-о… – протянула Ленка, – а больше всего мне понравились несколько фото мачо, на которых они в штанниках, шлёпках и в носках по колено. Мдя, такие умильные, аж слезу вышибают. И ты, эстетка, хочешь найти там свою судьбу? Так это только от безысходности можно на одного из таких запасть. А у тебя что, безысходность? Воронина, ты мне кофе сваришь или как? – простонала подруга.
– Сейчас сварю.
Алина закрыла глаза и откинулась на спинку кресла:
– Леночка, я тебя дико умоляю, придай своим действиям ускорения. А то ведь, не ровен час, скончаюсь от избытка чувств. – Она сварила подруге кофе и, поставив перед ней чашку с ароматным напитком, поинтересовалась, зачем она явилась на работу.
– Фёдор приехать должен.
– И что с того?
– Так не один, а с другом.
– Ясно.
– И что тебе ясно? Ничего тебе не ясно.
– Так объясни.
– А чего тут объяснять: сказал, что клёвый.
– А-а-а, ну, если клёвый, тогда, конечно, стоило приезжать. А ты в зеркало-то смотрелась, краса ненаглядная?
– Смотрелась. А что делать, годы берут не только своё, но и моё, – Ленка нахмурилась. – Чтоб им пусто было. Ладно, – она поднялась с кресла и потянулась, – пойду у возраста красоту отвоёвывать: за своё нужно бороться.
– И правда, иди уже, критичная ты моя, наводи красоту, приводи себя в надлежащий вид, а то глядеть тошно. Вдруг что-то путное с Гринёвым нарисуется. Хотя вряд ли.
Ленка, не оборачиваясь, застыла в дверях:
– Это почему?
– Ты что, друзей Федечки не знаешь?
Ленка нарочито медленно развернулась:
– Знаю. Но мы, между прочим, тоже его подруги.
– Мы с тобой, Елена Аристарховна, исключение.
– Тоже верно, – уже за порогом согласилась подруга и, подмигнув Алине, исчезла за закрытой дверью.