Читать книгу Брак по ошибке. Жили они (не)долго и (не)счастливо - Анастасия Иванова - Страница 4

– Вы что творите?! – вопрос срывается с губ, как только их выпускают из сладкого плена.

До Никиты у меня никого и никогда не было. Но он никогда… Нет, не так. Он НИКОГДА так меня не целовал. Пётр не просто целовал, он подчинял, овладевал, изучал – всё в одном головкружащем флаконе.

Но самое удивительное – я не испытывала совершенно никакого отвращения! Меня только что целовал незнакомый мужчина, и я это принимала! Не трепетала, но и не отталкивала.

– А на что это похоже? Знакомлюсь со своей женой.

Откашливаюсь и севшим голосом выпаливаю на одном дыхании:

– Я Дуракова Александра, двадцать лет, студентка Высшей Школы Экономики, третий курс факультета мировой экономики. Получаю стипендию, подрабатываю официанткой. Сегодня должна была выйти замуж, но меня кинул жених.

Мужчина презрительно усмехается. И пока он никак не прокомментировал, быстро озвучиваю последний, самый важный факт о себе:

– Я беременна. Девять недель. Вы не волнуйтесь. Я на учёт уже встала, а значит, пособие получать буду.

– Какие ещё пособия?

– Для малоимущих.

Мужчина зависает, а потом начинает громко, запрокинув голову назад, хохотать. Мне вдруг до слёз в глазах становится обидно от его смеха. Что я такого сказала? Когда рожу, мне придётся взять академ, значит, денег станет меньше, поэтому пособие не будет лишним.

– Смешная ты, Птичка. Поэтому решила за меня замуж выскочить, чтобы на одних пособиях не выживать? Молодец. Далеко пойдёшь по жизни. Ребёнка, как понимаю, тоже на меня решила повесить?

Что? О чём он? Зачем мне вешать на него чужого ребёнка?

Только я ничего сказать ему не успеваю. Мужчина резко меняется в лице. Черты лица обостряются, приобретают угрожающий вид. Он сильнее сжимает меня за предплечья, наверняка оставляя синяки на нежной коже. Встряхивает как тряпичную куклу, выбивая из меня тихий испуганный вскрик.

– Теперь слушай меня внимательно. В то, что ты одна эту аферу с нашей свадьбой провернула, я не верю. Серебряков, возможно, причастен, но должен быть кто-то ещё. Тот, кто выкрал мои документы, – муж скорее рассуждает для самого себя, чем для меня. – Твоих подельников я позже вычислю и, поверь, никому из вас это с рук не спущу. Но этим займусь вечером. Сейчас мы идём в ресторан, и ты изображаешь влюблённую дурочку, которая на седьмом небе от счастья, ясно?

Я настолько напугана, что не могу ничего возразить. Я вообще не могу ни слова вымолвить. Лишь кивнуть у меня получается.

– Умница, Птичка. Идём.

Мужчина отпирает засов на двери, но открывать её не спешит. Снова впивается в моё лицо требовательным взглядом.

– И ещё, когда я тебя в следующий раз поцелую, отвечай, а не стой истуканом, будто это твой первый в жизни поцелуй.

– П-простите, – язык всё-таки отлипает от нёба, – как вас зовут?

Я помню, что Таня называла имя своего отца. Но в тот момент я была в таком шоке от поступка Никиты, что половина сказанной ею информации пролетела мимо меня.

– Ты шутишь? – дикий рык вырывается из мужчины, и я снова думаю, как же сильно он похож на гризли. Вжав голову в плечи, неуверенно мотаю ей. Муж сквозь зубы цедит ругательства, но на вопрос отвечает: – Мичурин Пётр Дмитриевич.

Дверь в этот момент открывается, и на пороге появляется Егор. На его губах улыбка, но взгляд серьёзный. Осматривает меня с ног до головы, будто выискивает следы насилия.

– Ничего я ей не сделал, – говорит Пётр Дмитриевич. – Мы просто познакомились.

– Саш, там твои родители приехали, тебя ищут.

– Охренеть, мне только знакомства с родителями этой малолетней дуры для счастья не хватало!

Его слова становятся последней каплей. Рушат плотину, выпуская всю ту злость, что скопилась сегодня во мне.

– Да, дура! Потому что поверила парню. Позволила себе в двадцать лет влюбиться! Поверила, что он не испугался ответственности и действительно решил на мне жениться. Ведь это по-мужски – брать на себя ответственность! Да, дура! Потому что, когда испугалась разочарования в глазах родителей, согласилась на брак с незнакомцем. Я была в таком отчаянии, что поверила незнакомой девушке, будто вы приличный мужчина. Поверила, что вы мне ничего не сделаете.

Я вдруг чувствую резкий упадок сил. В лёгких заканчивается воздух, а в глазах появляются предательские слёзы. Только когда я всё озвучиваю, понимаю, в какую ситуацию себя загнала.

Истерический смех вырывается вместе со слезами.

– Вы правы, Пётр Дмитриевич, я дура. Полностью оправдываю свою фамилию.

Провожу указательными пальцами под глазами, стирая следы минутной слабости. Наверняка размазываю подтёки туши и вместо невесты становлюсь похожей на Арлекино. Ну и ладно! У меня нет цели понравиться этому Мичурину. Мне нужно лишь одно: чтобы он согласился на мою просьбу.

Набираю полную грудь воздуха, забиваю остатки потерянной гордости в дальний угол и на одном выдохе произношу:

– Мне жаль, что я вас втянула во всё это. И я прошу лишь об одном: давайте сегодня отыграем счастливых влюблённых, а завтра мы решим, как будем разводиться.