Читать книгу Ковчег Завета. От Синая до Пруссии - Анатолий Бахтин - Страница 4

Глава I
В Земле обетованной

Оглавление

Сам Иисус Навин поселился во владениях рода Ефраимова (Ефремова). Это было наиболее многочисленное колено, которое пользовалось наибольшим влиянием среди остальных. Главная святыня израильтян – Ковчег со скинией, – сопровождавшая израильтян во всех походах, была установлена в городе Силом (Шило), который находился на территории этого колена. Здесь священники и левиты совершали богослужение, и сюда стекались паломники всех колен Израилевых. Этот город располагался в 2,5 км от города Сихема – центра израильских племен, находившегося у подножия горы Гаризим.

Состарившись, Иисус Навин созвал в Сихем священников и старейшин всех племен израильских. Напомнив собранию о великих событиях прошлого, он потребовал дать клятву почитать Бога и служить ему верно. Совет племен поклялся в этом, обещая служить Богу и слушаться велений Его. Вскоре Иисус умер и был похоронен в своем уделе, в Фамнаф-Сараи, на горе Ефремовой, севернее горы Гааша (Иис. Нав. 24: 29–30)[29].

После смерти Иисуса Навина, который не оставил после себя преемника, израильтяне, утвердившись в Ханаане, быстро перешли к оседлому образу жизни (за исключением заиорданских пастушеских племен Гадовых и Рувимовых). Единой власти у них не существовало. К 1125 г. до н. э. Израиль представлял собой союз племен, которых объединяла общая религия. Северная часть Ханаана не была окончательно покорена Иисусом Навином, и многие хананеи продолжали жить в своих укрепленных городах, посреди владений израильтян.

Предположительно в ХII в. до н. э. по неизвестным причинам Ковчег Завета из Силома перенесли на некоторое время в Вифиль (Суд. 20: 27).

В XI в. до н. э. появились другие претенденты на Землю обетованную, на этот раз несравнимые по своей силе ни с одним из народов Ханаана. Это были филистимляне – народ, пришедший с запада, с островов Эгейского моря. Они владели секретом выплавки железа, и поэтому у них было военное преимущество над всеми обитателями Ханаана[30]. Филистимляне имели опорную базу на Крите, откуда они переселились на побережье Ханаана, где основали союз пяти городов (Экрон, Газа, Гефа, Аскалон, Азот). Филистимляне были воинственным и энергичным племенем, занимавшимся морским пиратством. В союзе с другими «народами моря» они нападали даже на Египет, фараоны которого с трудом отражали их натиск. Филистимляне не собирались ограничиваться одним лишь побережьем Палестины. Обладая огромным военным опытом и отличным вооружением, они обратили внимание на лежащую в глубине суши страну и около 1080 г. начали решительное ее завоевание. Двигаясь на восток, они захватывали как израильские, так и ханаанские земли и племена. Очень скоро они переняли хананейский язык, обычаи и верования. Страна, лежащая перед ними, была раздроблена и слабо подготовлена к обороне. Филистимляне обложили данью почти весь Ханаан, и покоренным оставалось лишь изредка совершать нападения на небольшие филистимлянские отряды.

Это вторжение всколыхнуло все колена Израиля. Последнюю попытку дать отпор врагам предприняли левиты из Силома – хранители Ковчега Завета. Позднейшие предания считают левитов кланом или чем-то вроде сакральной касты священнослужителей, которые в эпоху вторжения филистимлян все еще носили египетские имена (Финеес, Офни) и вели свой род от самого Моисея. Возглавлял этот клан старый первосвященник Илий. Левиты, понимая необходимость в борьбе с врагом поднять народный дух, решили восстановить старую традицию несения Ковчега перед войском.

К 1060 г. объединенное ополчение нескольких колен Израиля выступило против неприятеля, расположившегося в укрепленном лагере в Афеке. Подойдя к Авен-Езеру, ополчение израильтян вступило в сражение с филистимлянами. Бой для евреев закончился неудачно, и, потеряв около четырех тысяч человек, они отошли в лагерь. Вскоре в лагерь был доставлен Ковчег Завета, сопровождаемый сыновьями Илия – Финеесом и Офни. Прибытие Ковчега в лагерь было встречено взрывом энтузиазма.

Командующий филистимлянами узнал об этом и принял решение нанести удар первым. В начавшемся сражении атака филистимлян не принесла им ощутимого успеха, и было решено мощным ударом в центр захватить Ковчег. Центр был прорван, охрана Ковчега уничтожена, в этом бою погибли и два сына Илия, а сам Ковчег попал в руки филистимлян. Израильтян охватил страх, и они в панике отступили; потери их в этом сражении достигли тридцати тысяч человек. Престарелый Илий в тревоге ожидал известий у городских ворот Силома. Он был потрясен сообщением, которое ему принес воин, силы оставили его, и он, неудачно упав, сломал себе позвоночник и умер.

После этого поражения израильтян господство филистимлян стало прочным и окончательным. Во время одного вторжения в глубь Ханаана они захватили и сожгли город Силом (около 1060 г. до н. э.)[31]. С разрушением Силома израильтяне потеряли религиозный центр. Священники и левиты рассеялись по всей стране. Внук Илия, священник Ахитув, которому удалось спасти часть предметов из разрушенного храма (возможно, светильник, стол и алтарь, а также часть священных сосудов), бежал в город Нов, где устроил временный маленький храм.

Захваченный Ковчег филистимляне торжественно внесли в город Азот, полагая, что захватили в плен самого бога израильского. Сорвав с трофея покрывала, они поместили его в храме бога Дагона, установив у подножия статуи. Филистимляне надеялись, что, объединив силу двух богов, они станут непобедимыми. На следующий день, когда они вошли в храм, их охватил ужас: на земле лицом вниз перед Ковчегом валялась статуя Дагона. Встревоженные жрецы подняли статую и установили на прежнее место. Утром следующего дня они обнаружили статую обезображенной, ее верхняя часть была разрушена[32]. Страх объял народ и властителей, они посчитали это таинственное происшествие плохим предзнаменованием. Ковчег вынесли из храма и поместили в отдельной постройке.

Неожиданно жителей Азота поразила мучительная смертельная болезнь. Люди стали покрываться язвами. Испугавшись, горожане отправили Ковчег в город Геф. С прибытием Ковчега в этот город жителей поразил страх, начали распространяться болезни. В панике гефяне решили избавиться от Ковчега и отоcлали его в город Аскалон. Население Аскалона, зная о происшедшем, с ужасом приняло Ковчег и постановило тут же избавиться от него. Опасаясь хранить Ковчег в населенных местах, аскалонцы отнесли его в открытое поле. Но это вызвало нашествие мышей – они заполонили все окрестности, уничтожая урожай зерновых на полях и в хранилищах. Филистимлян охватило смятение. Теперь им грозила полная гибель либо от болезней, либо от голода (1 Цар. 5).

В течение семи месяцев Ковчег оставался в филистимлянской земле, и перед жителями встал вопрос, как теперь избавиться от него. Из дополнительного источника силы он превратился в тяжкое бремя и страшное проклятие. Были созваны жрецы и маги, которые после долгих споров посоветовали возвратить Ковчег евреям, приложив к нему богатые дары. Но нашлись и такие, кто готов был воспрепятствовать возвращению Ковчега, потому что такое признание могущества израильского бога унизило бы их. Однако жрецы и маги настояли на возвращении Ковчега. Ими был предложен план избавления от него, который в конце концов все одобрили (1 Цар. 6).

Ковчег опять накрыли снятыми с него покрывалами, чтобы ничем не осквернить, и поместили на новую колесницу. В колесницу впрягли коров, которые никогда не знали ярма, и дали им возможность идти, куда они хотят. Филистимляне решили: если Ковчег возвратится в Израиль дорогой, ведущей к Вефсамису – ближайшему городу левитов, это будет означать, что именно бог израильтян причинил им зло. «Если же нет, – говорили они, – то будем знать, что не его рука поразила нас, а сделалось это с нами случайно» (1 Цар. 6: 9). Оказавшись на свободе, коровы пошли прямо по направлению к Вефсамису. Придя на поле Иисуса Вефсамитянина, коровы остановились у большого камня. Израильтяне, увидев Ковчег Завета, обрадовались, раскололи колесницу на дрова, а коров принесли в жертву Господу на камне, послужившем жертвенником. Филистимлянские вожди, проследив, как израильтяне приняли Ковчег, успокоенные вернулись в Аскалон.

Жители Вефсамиса быстро распространили весть, что Ковчег находится у них. Со всех ближайших мест стекались люди, приветствуя его возвращение. Ковчег поместили на камне и перед ним принесли жертву. Среди населения Вефсамиса нашлись любопытствующие, которые решили заглянуть внутрь Ковчега. При огромном стечении народа они освободили Ковчег от покрывал и приподняли крышку. Что произошло потом, сказать трудно, но при этом погибло огромное количество людей. В Библии сказано, что убил этих людей Господь: «И поразил Он жителей Вефсамиса за то, что они заглядывали в Ковчег Господа, и убил из народа пятьдесят тысяч семьдесят человек» (1 Цар. 6: 19).

Конечно, вряд ли численность жителей Вефсамиса и его окрестностей была такой значительной, да и мысль заглянуть в Ковчег могла прийти в голову очень небольшому количеству людей. И все же количество погибших, вероятно, было немалым по понятиям того времени. По крайней мере, все эти сообщения о бедствиях говорят об одном: ситуация с Ковчегом вышла из-под контроля. Людей, умеющих правильно с ним обращаться, в тот момент поблизости не оказалось. Оставшиеся в живых жители Вефсамиса, напуганные происшедшим, решили избавиться от Ковчега. Они сообщили жителям соседнего города Кириафиарима, что филистимляне возвратили Ковчег израильтянам, и предложили им забрать его себе. Кириафиаримцы, посовещавшись, согласились на это предложение, перенесли Ковчег в свой город и поместили его в доме левита Аминодава. Аминодав не был посвященным и не являлся служителем храма, но, как левит, видимо, располагал общими сведениями (как позже выяснится, очень ограниченными) о хранении Ковчега Завета. Он поручил своему сыну Елеазару заботиться о нем. И Ковчег около двадцати лет оставался у него, пока не был востребован в новых политических условиях (1 Цар. 7: 1–2).

Прошли годы. В Израиле прославился новый пророк – Самуил, начинавший свою деятельность как левит храма в Силоме. После разрушения храма филистимлянами Самуил развернул широкую учительскую и пророческую деятельность. Под его руководством началась борьба израильтян против захватчиков. В сражении при городе Массифе израильтяне разбили войска филистимлян, и те вынуждены были освободить захваченные города евреев и заключить с ними мир. Когда Самуил состарился, внешние враги снова стали угрожать израильтянам. Филистимляне начали совершать набеги на западные области, а кочевые аммониты – вторгаться с востока.

Понимая, что им не устоять против вновь выступивших врагов, израильтяне решили положить конец безначалию и избрать царя-полководца. На эту должность Самуил предложил молодого крестьянина Саула. Это был сильный, храбрый человек и талантливый военачальник. Он собрал большое ополчение и нанес поражение вторгнувшимся аммонитам. После этой победы его провозгласили царем, и Самуил помазал его на царство (1025 г. до н. э). Саул создал постоянное войско из трех тысяч отборных воинов, к которому на время войны присоединялось ополчение. Отдельным отрядом командовал сын Саула Ионафан, который, напав на город Геф, вызвал большую войну с филистимлянами. Эту войну Саул выиграл, разбив опытного противника. В сражении у города Галгал особо отличился Ионафан (1 Цар. 12–14).

Следующая большая война произошла на южных границах государства. Саул выступил против кочевников-амалекитов и завершил эту войну победителем. В это время у него происходит разрыв с Самуилом. Самуил стал тайно подбирать новую кандидатуру на царский престол. Его выбор пал на Давида – оруженосца Саула и его зятя.

Узнав об этом, Саул изгнал Давида из дворца. Давид прибыл ко двору Самуила в Раму, откуда пророк плел свои интриги против царя. Он сумел восстановить против Саула его сына Ионафана, который тайно прибыл в Раму и при посредничестве Самуила заключил союз с Давидом против отца. Сам Давид скрылся на территории филистимлян.

Крестьянскому сыну Саулу было трудно тягаться с многоопытным Самуилом, который добился, чтобы первосвященник Ахитув из Нова признал Давида претендентом на царский трон. Вскоре Самуил умер. В начавшейся войне с филистимлянами Саул потерпел жестокое поражение. Потеряв троих сыновей, он покончил жизнь самоубийством, бросившись на меч (1 Цар. 1: 15–31).

После смерти Саула Давид не сразу был признан законным царем. Он вернулся на родину, в город Хеврон, где был провозглашен царем только своей дружиной и сородичами из колена Иудина. Остальные израильские племена признали царем законного наследника Саула – его младшего сына Иевосфея. Несколько лет шла борьба между соперниками, и в конце концов Иевосфей был убит заговорщиками. Давид победил, и все израильские племена были вынуждены признать его своим царем.

Если Саул являлся больше военным вождем, то Давид проявил себя одаренным правителем. Он сумел ослабить сепаратизм племен, признал хананеев равноправными членами общества, создал наемную армию из филистимлян и критян. Среди его полководцев были хетты и хананеи. Военные успехи Давида привели к созданию империи, объединившей не только родственные евреям народы – амонитян, идумеев и моавитов, – но и области арамеев. Северные соседи – финикийцы поддерживали с Давидом дружеские связи[33].

Но его главным достижением было создание общеизраильской столицы. Выбор его пал на мощный замок Сион, располагавшийся на границе двух еврейских племен – Иудиного и Вениаминова. Замок находился в руках маленького, но сильного племени хананеев-иевусян, которое не покорялось со времен Иисуса Навина. Замок Сион находился на высокой скале над небольшой речкой Кедрон и считался неприступным. Ходила поговорка, что Сион могут защитить слепой и хромой. Однако Давид сумел овладеть Сионом, и замок был назван Градом Давида. Окружающему Сион городу вернули его древнее название – Иерусалим[34]. В те времена городские стены были окружены настоящими пропастями, хорошо защищавшими его от нападений. Союзник Давида Хирам, владыка богатого города Тира, расположенного на берегу Средиземного моря, по просьбе царя послал ему строительный материал для возведения дворца в Иерусалиме. Туда же были отправлены послы Тира с зодчими и рабочими.

29

 Имеются доказательства известности Иисуса. Около города Тингиса в Мавритании найдена надпись, принадлежащая бежавшим из Ханаана финикийцам. Эта же надпись приводится в истории вандалов Прокопия: «Мы те, которые бежали от разбойника Иисуса, сына Навина» (Нюстрем Э. Библейский словарь. С. 172).

30

 Всемирная история. Т. 1. С. 486–487.

31

Мень А. Как читать Библию. С. 75.

32

Уайт Е. Патриархи и пророки. [Б. м.] 1994. С. 586.

33

Мень А. История религии. Т. 2. С. 272.

34

Мень А. История религии. Т. 2. С. 272.

Ковчег Завета. От Синая до Пруссии

Подняться наверх