Читать книгу Моя французская жена - Андрей Николаевич Ларионов - Страница 3
Глава 2. Солнечная Франция
ОглавлениеНа следующий день я вновь встретился с Мариз, и она была явно благосклонна ко мне, и готова была продолжить общение. У неё во второй половине дня были свои личные дела, потому я поездом добрался до Парижа. Неудивительно почему американцы любят этот город Париж, ведь он для них является символом моды и чего-то особенного, чего нет в Америке. Остальной мир тоже завидует Франции, ведь ее лазурный берег наполнен удивительной урбанизацией западного мира. Солнечный город встретил меня радушно, и кажется, я так давно не был счастлив. Наконец-то, я избавился от своих преследователей злых людей, которые удерживали меня в России. Благодарю Бога, что я вырвался из тех ужасов, что поглощали мои нервы, время и силы. Моя квартира в России представляла олицетворение нищеты и неблагополучия. Теперь я был свободен от своего прошлого и это было большой наградой для меня.
Мариз пригласила меня в свою компанию. У неё был свой бизнес в Европе – сеть магазинов парфюма. В одном из таких салонов я видел весь уровень обслуживания магазина.
– Тебе нравится это магазин и эти флаконы ароматов французских духов? – Вежливо спросила меня Мариз, однако, я не понял ее слов. Потому переспросил ее еще раз. Программа, которая переводила мои или чужие слова воспроизвела мне ответ.
– Да, это выглядит на высшем уровне. Очень стильно и эффективно. – Я отметил её организованность бизнеса. Это выглядело, как и все прочее в манере французской безупречности и уникальности.
– Спасибо, – Поблагодарила Мариз, – Мне очень приятно это слышать.
Она повела меня в одну из французских галерей картин, что располагалась в том же квартале, что и магазин парфюма. Эти древние картины были ещё сделаны в средневековье или в эпоху возрождения, когда вся европейская цивилизация поднималась из руин тёмных времён.
Готические колонны были украшены резными узорами. Картины располагались в длинных коридорах в рамках. Тут было весьма людно. Парижане, а также гости из разных стран, видимо, туристы сновали тут и разглядывали картины этой галереи.
Мариз с расстановкой и паузами, рассказывала мне почти о каждой картине. Я переводил её слова с помощью программы. Французская речь удивительна сама по себе, ведь раньше я учился только английскому языку. Тем не менее французская письменность очень близка с британской. И даже многие слова у них выглядят и звучат одинаково.
После того, как Мариз и я прогулялись по всем помещениям галереи, мы вышли из этого душного здания. На улице было солнечно и тепло. Время было послеобеденное, и солнце ещё не спешило клониться к Западу. Зеленеющей сквер выглядел ухоженным и подстриженным.
Мы фланировали по парку и общались. Беседовали на разные темы. Однако диалоги затруднялись тем, что я не знал французского языка. Программа-переводчик иногда коверкала мои или слова Мариз, отчего фразы звучали нелепо иногда. Однако в целом нас все устраивало. Я нравился этой девушке, а она мне. И языковые барьеры не могли мне помешать.
Я не спрашивал о благосостоянии Мариз. Она поделилась этой информацией сама, сказала, что миллионерша, которая сделала свой бизнес на классических французских духах, а также одежде, которую продавала по всему миру.
В отличии от неё, я был лишь эмигрантом из России, который бежал из своей страны. Однако я был писатель и инженер, который мог быть полезен в любой точке мира. У меня раньше были большие деньги, но их украли мои родственники, а также чужие люди, которые отняли все что у меня было. Потому я своими силами осуществил бегство в Европу и начал там новую жизнь. У меня был отвратительный эгоистичный и скупой брат и мать, которые были скупы и глупы. Вот они-то и отняли моё наследство, оставив меня ни с чем. Потому я был в ярости, когда узнал о том, что они сделали со мной. Многомиллионный бизнес испарился в никуда. В Париже у меня была новая жизнь. Тут мне не угрожали арестом, не таскали по судам или больницам, не воровали мои деньги, не было обысков и конфискации имущества, я был обычным человеком, который приехал сюда от большой беды.
– Говорят, что ты раньше снимался на телевидение? – Спросила меня Мариз, когда мы ехали в ее автомобиле в центре Парижа.
– Да, было и такое дело... – Мрачно ответит я. – Это был реалити-шоу «У меня все дома». На самом деле они меня все достали. Я не получил никаких бонусов и плюсов от всего многолетнего «цирка». Это было дешёвое реалити-шоу, которое снимало про мою жизнь, и оставило меня ни с чем. Низкопробное кино, которое преподносили, как шедевр киноиндустрии на одном из каналов. Это послужило к тому, что меня начали преследовать. Я искренне рад, что свалил с этого проекта. Они обманули меня, не заплатили мне даже, то что должны были оплатить.
– К счастью мы не американцы, и не русские, а французы. И у нас совсем другие взгляды на многие процессы в жизни. – Утешительно сказала мне Мариз.
– Я-то как рад, что очутился в Европе. Надеюсь, что во Франции мне будет хорошо.
– Дорогой мой, – Мариз впервые назвала меня «дорогим», – Я позабочусь о тебе, ведь я очень богатая женщина, которая может заниматься бизнесом и личной жизнью одновременно. Мне нравится твой облик, твоя харизма и сила, вызывает у меня интерес.
– Это странно... – Ответил я, глядя на то, как она выруливает на перекрёстке, – В России я напротив мучился от антиславы, в унижении, бедности и без взаимности прозябал долгие годы один. Наверное, это поганое шоу мне испортило всю жизнь. – Прокомментировал я вслух свои мысли.
– В России другой менталитет. Французы, наверное, более гуманны и умны, ибо мы зрим в корень, а не судим человека по внешности или какому-то недостатку... Забудь про Россию. Они в прошлом. Ты мне очень нравишься, и я хочу с тобой общаться. – Подытожила француженка. Свежий ветер обдувал её лицо и волосы. Она выглядела утонченной и красивой. У нее была красивая фигура и грудь третьего размера.