Читать книгу Маска, или Формула идеальной жены - Андрей Райдер - Страница 3

Маска, или Формула идеальной жены
Часть первая
Глава 1

Оглавление

Около салона стояла «скорая». Ее мигалки еще работали, мотор урчал. Здесь ей явно было не место, и у Дарьи защемило сердце в предчувствии какой-то неясной беды. Приподнятое настроение, предвкушение приятных праздничных дней, отдыха с мужем, – все это разом слетело с нее, словно от удара под дых. В прошлом году, как раз на майские праздники, у нее неожиданно умерла любимая бабушка, и вот сейчас, на мгновение, все это нахлынуло с новой силой. Как ледяной водой окатило. Входить не хотелось.

– Сделала маникюр, называется… – прищурившись на весеннее солнышко и потоптавшись на пороге, Дарья неуверенно толкнула дверь. Колокольчик звякнул.

Действительно что-то было не так. Совсем не так. Не улыбнулась ей навстречу администратор, испуганно переглядывались немногочисленные клиентки, в воздухе отчетливо пахло валерьянкой, больницей, каким-то несчастьем…

Из кабинета директора доносились неясные голоса вперемежку со всхлипами и причитаниями. Администратор салона была явно растеряна, напугана и, несомненно, сама готова расплакаться.

– Что случилось, Ирина? – Дарья осторожно присела на край дивана. – Зачем скорая? Плохо кому-то? – голос у нее вдруг осип.

– Светлане нехорошо стало… Клеопиной, клиентке нашей… – с дрожью выговорила администратор. Видно было, что той самой впору пить валерьянку. – Истерика случилась… Сильная очень…

– А что? Что с ней?

Администратор не успела ответить, как дверь кабинета внезапно распахнулась, и на пороге показался врач. Вытирая на ходу полотенцем руки, он направился в сторону выхода на улицу, а рядом семенили держащий в руках чемоданчик санитар и Дашина маникюрша Людмила. Они продолжали что-то обсуждать, а за их спиной все еще были слышны звуки постепенно затихающих рыданий.

– Правильно, что позвонили нам, девушка, – говорил по дороге доктор. – Такой истерики я давно не видел. Просто состояние аффекта какое-то, и только. Ваша клиентка совсем себя не контролирует. Еще чуть-чуть – и мог бы случиться очень серьезный нервный срыв, на грани психиатрии, – он отдал Людмиле полотенце. – Укол я сделал с запасом. Как видите, уже начал действовать. Ни в коем случае не давайте ей больше ничего успокоительного, – остановившись в дверях, напоследок инструктировал он ее. – Пусть немного посидит у вас, отойдет до конца, и немедленно проинформируйте родственников. Вот наша визитка, если что, звоните. Но, надеюсь, все будет в порядке.

Входная дверь за врачом захлопнулась, и взлохмаченная маникюрша шумно выдохнула, поворачиваясь в сторону Дарьи. Обычно розовощекая и никогда не унывающая хохотушка Людмила явно была не в своей тарелке и сильно побледнела. Невысокая, чуть полненькая шатенка, очень непринужденная и внешне беззаботная, она была не похожа на саму себя и выглядела теперь ошарашенно-обалдевшей. В холле все напряженно молчали, глядя на нее и прислушиваясь к затихающим в кабинете всхлипываниям. Кто-то там еще продолжал успокаивать бедную Светлану.

– Извините, девчонки!.. Извините, бога ради… – и маникюрша, отдуваясь, налила себе воды. – Такое у нас впервые. Еле откачали Свету… Сами слышали. Два укола врач сделал. Отходит уже вроде от истерики. Сейчас начнем прием, не волнуйтесь. Еще пять минут – и начнем, – судорожно выпив стакан минералки, она поправила на голове волосы и, заглянув еще раз в кабинет директора, кивком головы пригласила Дашу к себе на маникюр.

– Господи, Милка, как я испугалась! Чуть самой плохо не стало, – плюхнулась в кресло Дарья. – У меня бабушка на прошлые майские умерла. Как по новой все прочувствовала. Что там у вас?

– Ой, подожди… – похоже, Людмила сама еще не до конца отошла от шока. – Щас еще воды выпью и расскажу, – потянулась она к бутылке. Руки у нее дрожали. – Минутку подожди, сейчас… Успокоюсь только.

Выпив воды, маникюрша села на свой стул и, буквально вытаращив глаза, стала описывать Дарье детали произошедшей этим утром неприятной истории. По всему было видно, что ее саму все это сильнейшим образом задело, и она по-прежнему очень переживает.

– Светлану ты видела, она у нас уже давно. Блондинка такая, высокая, помнишь? Холеная всегда, породистая, на трешке БМВ приезжает, красной. Одевается так стильно. Точно видела, вспомни.

– А… кажется, припоминаю… – задумчиво потерла лоб Даша. – Она еще дочурку с собой иногда берет, симпатяжку такую, тоже светленькую. Мы с ней даже чай как-то пару раз пили тут у вас, болтали о том о сем.

– Ну, точно! Это она. Вот и вспомнила! – с довольным видом кивнула Людмила. – Света – сестра моей лучшей подруги Татьяны. Так вот, слушай, – заговорщически наклонилась она к Дарье, придвинувшись. – От нее внезапно ушел муж.

– Совсем?!

– Еще до конца не ясно, но разговор зашел. Пока только признался, что у него есть другая, и это серьезно. Причем давно есть.

– Так у них, вроде, все в порядке было… Я слышала, – искренне недоумевала Дарья.

– Было! Да сплыло. Двенадцать лет уже вместе. Второго ребенка собирались заводить. Все, казалось бы, лучше не бывает. И вдруг – раз! Как обухом по голове, – аж хлопнула в ладони Людмила.

– Ой, мама! – сокрушенно покачала головой Даша.

– Ага, и я о том же! – маникюрша отхлебнула еще воды. – Ты не представляешь, какая сегодня у Светки была жуткая истерика. Просто припадок, и все. Думали, с ума вот-вот сойдет, причем на самом деле.

– Господи, боже мой! – непроизвольно перекрестилась Дарья.

– Не поверишь, так и было! Только она ко мне вот в это кресло села… Хотели уже начинать, и тут звонит муж, – Людмила на минуту замолчала, меняясь в лице. Даша прямо чувствовала, как на ту что-то вновь находит. Видно было, что даже воспоминание о произошедшем выводит бедолагу из равновесия. Сделав новый глоток воды, она продолжила, – Я думала, кто-то умер. Испугалась даже. Конкретно испугалась… Светка внезапно так переменилась, жуть! Затряслась вся, лицо мгновенно покрылось испариной, задыхаться начала, а потом… Как начала биться в истерике! Рыдает, голосит почем зря, чуть с кресла не свалилась, еле подхватила ее.

– Ну ни фига себе! Мама родная! – Дарья тоже налила себе воды.

Рука у нее самой уже тряслась от волнения, что-то зацепило ее в этой истории.

– Уж не знаю, что он там ей сказал… – в голосе Людмилы послышалась дрожь. – Но лучше бы сразу убил, ей-богу! Как вспомню тот момент, самой плохо становится… Не поверишь.

– Как не поверить… верю, – искренне сопереживала рассказу Дарья. – Сама же скорую видела.

– Ага. В общем, вызвали мы в результате неотложку… Сначала пытались валерьянкой отпоить… Только он еще раз позвонил. И снова – та ему что-то кричит в трубку, потом швыряет ее… Вой, слезы ручьем, волосы на голове рвет. Кошмар полный! Думали, настоящий припадок начался. С ума сходит Светка наша. Я такого и представить себе не могла!.. Чтобы вот так, из-за мужика…

В дверь постучали. Заглянувшая администратор попросила Людмилу на минуту выйти, и та, извинившись, оставила Дарью одну. Людмила была лучшей маникюршей в салоне, очень модной, за ней закрепили специально оборудованный персональный кабинет. Клиентки записывались к ней за месяц, и среди них встречались крайне непростые девушки. Как правило, она была в курсе всех городских интриг, хотя язык за зубами держать, как ни странно, умела. Но, видно, сегодняшнее событие стало таким стрессом для нее, что Людмила просто не могла не выговориться. Да и они были, считай, подругами, ведь Дарья ходила к ней на маникюр уже почти пять лет и даже как-то раз заезжала к ней с мужем на дачные шашлыки прошлым летом. И кажется, вспомнила она, видела там тогда эту Татьяну – Светину сестру.

Буквально через три минуты Людмила вернулась. Лицо ее было явно озабоченным, и она не могла скрыть своего волнения.

– Что там опять у вас? Плохо ей по-прежнему? – переживая, с тревогой спросила Даша. Похоже, несмотря на визит врача, ситуация со Светланой ненамного и улучшилась.

– Только стала в себя приходить, и он вновь позвонил… Лучше бы у нее телефон разбился, блин! – в сердцах вырвалось у Людмилы. – Ну что за дурак такой! Неужели не чувствует, в каком она состоянии? Как добивает просто!

– Вот гад! – невольно сжала кулаки Дарья.

– Да не говори! Тьфу, зараза такая! – и Людмила смачно плюнула.

– И что… опять истерика? Так же?

– Да нет, слава богу! Два укола все-таки засадили, – и, присев рядом с Дашей, Людмила заискивающе взяла ее за руку. – Но без тебя нам не справиться.

– Без меня…я?! – недоуменно вытаращила глаза Дарья, отшатнувшись и испуганно выдергивая ладонь. – А я-то чем могу помочь?

– Ну, ты же психолог! В Академии частной жизни работаешь. Отношения мужчин и женщин… Все же все знают, Даша!

– Да я, по сути, месяц там всего работаю! Ты что! – опешила Дарья. – Да и тема у меня совсем другая! Чем я ей помогу-то? Тут ведь специалист нужен, коли она такие истерики закатывает.

– Ну поговори хоть!.. Поговори чуть-чуть, – слезно уговаривала ее Людмила. – Может… Ей легче станет. Как психолог с ней пообщайся. Мне, что ли, ее успокаивать? Я же маникюрша, а ты – психолог!

– Во история! – Дарья растерянно почесала затылок. – Вот дела…

– Ну, Даш, прошу тебя… Ты даже не представляешь, как ей плохо сейчас. У самой слезы наворачиваются. Надо же помогать людям! Только взгляни на нее. Прошу, – и Людмила вновь взяла Дарью за руку, а глаза у нее на самом деле были мокрыми.

– Ну, только… если поговорить чуть-чуть. Я ведь не тот психолог, который ей нужен… – неуверенно пробормотала Дарья, вынужденно поддаваясь на эти уговоры. – Чем я ей могу помочь? Ну чем?!

И они прошли в кабинет, где в кресле лежала зареванная вконец Светлана. Рукав ее кофточки еще был закатан, на внутреннем сгибе локтя белел лейкопластырь после укола в вену; выглядела бедная девушка крайне неважно. Обычно подчеркнуто ухоженная, изящно-стильная и внешне самоуверенная, сейчас она представляла собой довольно жалкое зрелище. Растрепавшаяся прическа, красные потекшие глаза, побелевшие дрожащие губы, покрасневший шмыгающий нос, – от ее былого лоска не осталось и следа. Рядом с ней на корточках присела директор салона, видно было, что та уже и не знает, что ей еще остается делать. Даша даже немного растерялась от вида этой сцены, невольно остановившись на пороге, и Людмила буквально втолкнула ее в комнату. По всему чувствовалось, что администрация салона сама не понимает, как ей поступать дальше в такой ситуации, и Дарья остается ее последним шансом.

Светлана медленно подняла на нее помутневший взор заплаканных глаз. Взгляд их был не совсем осмысленным, губы дрожали, а лицо сильно побледнело. Она молча уставилась на них с Людмилой, не совсем осознавая, кто они такие, и что им здесь сейчас надо.

– Здравствуйте, Светлана, – взяв себя в руки и стараясь выглядеть уверенной, Даша подошла к ней. Директор торопливо пододвинула ближе к креслу стул для нее. – Я Дарья, мы с вами уже знакомы. Судя по всему, нам нужно поговорить.

– О чем? – криво усмехнулась Света. Язык у нее заплетался. – Что нам говорить-то?.. Рухнуло все, поздно теперь говорить, – она громко всхлипнула. Директор тут же испуганно подала ей стакан воды. Та заторможенно отмахнулась, чуть не выбив его из протянутой к ней руки. – Извините. Извините, мне очень больно… – надрывно вдохнула она. – Больно, понимаете, больно…

– Понимаю, – усилием воли попыталась сосредоточиться Дарья. Ей самой было не ясно, что теперь нужно делать. Успокаивать Светлану, конечно, следовало, но, похоже, это было не так-то просто. – Я психолог. Давайте просто немного поговорим вдвоем, – она присела на стул рядом со Светланой. – Поговорим спокойно, и все. Хотите, девочки сейчас выйдут, а мы поговорим.

– Мне все равно… Пусть выйдут, если хотят, – видно, после уколов Света была не в себе и плохо соображала. Дарья махнула Людмиле с директором, чтобы они оставили их наедине, так ей самой было проще сосредоточиться. Те обе на цыпочках вышли и, потихоньку притворив за собой дверь, облегченно вздохнули.

– Я понимаю, как вам больно, Света, – взяла ее за руку Дарья. – Но не надо уж так сильно расстраиваться, – как можно спокойней попыталась заговорить она.

– Как же мне не расстраиваться?! – та резко вырвала руку, будто ее ужалила змея. Даша аж вздрогнула, не ожидая такой ответной реакции. – Ну как?! – закричала Светлана. – Все же рухнуло! Неужели вы не понимаете? Все!!! – чувствовалось, что если бы не двойной укол, то сейчас накатило бы новое цунами истерики. С трудом сдерживая волнение, Даша, встав, молча налила себе воды и выпила. Рука у нее дрожала.

– Ну, хорошо… – вновь попробовала она продолжить разговор, подсаживаясь к Светлане. – А что же теперь биться? Ведь теперь ничем уже не поможешь. Не надо так плакать. Что уж вы так совсем огорчились? Все наладится в конце концов. Все будет хорошо со временем. Бывают в жизни неприятности иногда, что уж тут поделаешь. Давайте поговорим сейчас, и вы попробуете немного успокоиться.

– Успокоиться? – снова скривившись, усмехнулась Светлана, и из глаз ее потекли слезы. – А как вы себе это представляете, успокоиться? Он же предал меня! Бросил ни с того ни с сего. Понимаете, бросил, как ненужную вещь! Я ему лучшие годы жизни отдала, а он взял и бросил, – голос ее дрожал, а дыхание было прерывистым.

Даша даже не понимала, как врач скорой мог бросить Светлану в таком состоянии. Видно было, насколько напряжены у нее нервы. Ее разум отказывался воспринимать хоть какие-нибудь доводы, а сама она буквально кипела смертельными обидами и неконтролируемыми эмоциями. Оставалась надежда, что уколы еще не конца подействовали.

– Ну, может, он еще вернется? Может, это его временная ошибка? – Дарья уже и не знала, что еще можно сказать.

– Вернется? Временная?.. – словно про себя пробормотала Света и со стоном выдохнула. – Лучше бы он меня убил.

– Да зачем же так-то? Зачем вы? – вновь взяла ее руку Дарья. – Мир же не рухнул. У вас ведь дочка, все еще будет хорошо.

– Хорошо уже не будет. Никогда не будет, – слезы текли уже ручьем. – Он перечеркнул всю мою жизнь… А я ведь все для него делала…

Потихоньку зашла Людмила. Нагнувшись сзади к Дарье, она прошептала той, что за Светланой пришла машина, чтобы отвезти ее домой. Они наконец дозвонились до ее мужа, и тот прислал в салон своего водителя.

– Не надо так воспринимать случившееся, Света. Ни к чему это. У вас еще много будет светлых дней в жизни. Вот увидите, непременно будет, – Дарья погладила тыльную сторону ее ладони, стараясь говорить как можно более доверительно. – Вам, оказывается, пора уезжать, – она придвинулась еще ближе к Светлане. – Давайте так сделаем. Вот моя карточка. Сразу после праздников созвонимся, и вы придете к нам на консультацию. Из командировки вернутся наши специалисты, и мы поможем вам со всем спокойно разобраться. Хорошо?

– Хорошо… – видно было, что Светлана не совсем понимает, что ей сейчас говорят. – Давайте созвонимся… – покачиваясь, встала она с кресла. – После праздников… Хорошо.

Свету увезли, Людмила быстро сделала Дарье маникюр, и та поехала на работу. Ей хотелось взять с собой на праздники кое-какие бумаги, чтобы по возможности посмотреть их в свободное время. Она действительно была новым преподавателем Академии и поэтому старалась побыстрее набрать нужную квалификацию. Академия, в основном, специализировалась на развитии женственности и психологии отношений между мужчинами и женщинами. Репутация у этого заведения была очень высокой, не так просто оказалось попасть в него, да и зарабатывали здесь специалисты неплохо. Поэтому расслабляться у Даши времени не было, ведь, пройдя испытательный срок, она уже начала вести групповые тренинги, а знаний ей еще явно не хватало, несмотря на весь предыдущий практический опыт.

Но Дарья была упорной девушкой и привыкла пробиваться по жизни. Внешне, казалось бы, хрупкая, она умела, когда нужно, собраться и знала себе цену. Ее выразительные миндалевидные глаза открыто и добродушно смотрели на мир, и она всегда манила к себе людей этой своей открытостью. Чуть ниже среднего роста, с гармоничной женственной фигурой и правильными чертами лица, Даша была привлекательной и изящной. Кучерявая брюнетка с черными как смоль волосами, она сразу бросалась в глаза, настолько густыми и шелковистыми они были, выдавая примесь восточных кровей, хоть она и была русской. Даше исполнилось тридцать, но мало кто давал ей эти годы, ведь она всегда следила за собой. Изначально стройная, она почти без изменений сохранила свою фигуру, несмотря на рождение сына – по крайней мере, хоть и с трудом, но в любимые джинсы восьмилетней давности она влезала. Все это вместе создавало дразнящий шарм созревшей женственности, и мужчины чувствовали в ней какую-то изюминку. Ей нравилось это внимание, недаром тематика Академии так влекла ее, и Дарье очень хотелось реализоваться здесь как психологу.

Все другие преподаватели во главе с хозяйкой Академии улетели на майские праздники в Индию. Там традиционно проводилась выездная учеба персонала, а поскольку Дарья вписаться туда уже не успевала, они с мужем решили навестить сына. Еще две недели назад они отправили его к бабушке в Самару – педиатр настоятельно рекомендовал почаще вывозить мальчугана из промозглого Питера в теплые края.

Приехав в офис, она зависла там с бумагами. Так много хотелось всего почитать, что, просматривая распечатки документов и отбирая наиболее актуальные статьи, она не заметила, как приблизился вечер. Наконец, закончив и уложив все отобранное в сумку, Даша стала закрывать кабинет, и тут зазвонил ее мобильный телефон. Это опять была Людмила.

– Ты где сейчас? – странно начала она разговор, а голос ее прерывался.

– Домой с работы выхожу, – удивилась такому вопросу Дарья. – Завтра с мужем в Самару улетаем, бумажки всякие с собой собрала. А что?

– Свете совсем плохо, – выдохнула Людмила. – Совсем…

– Да ты что? – Дарья присела на диван в чайной. – Не подействовали, что ли, уколы?

– Татьяна мне только что звонила, сестра ее. Она сейчас с ней. Еще раз скорую домой вызывали. Муж сказал, что сегодня не приедет, и Светлана опять в истерику впала, рыдает не переставая.

– Господи ты боже мой! И что? – тяжело вздохнув, растерянно потерла переносицу Дарья.

– Врач специальный потом приезжал. Капельницу ставил, – всхлипнула на том конце Людмила. – Предлагал даже в больницу забрать. Татьяна говорит, психолог позарез нужен.

– Так где же его взять сейчас, на майские-то? Наши девчонки, как назло, все в Индии. Через десять дней только вернутся. Не с кем и посоветоваться на эту тему.

– На тебя вся надежда, Дашик, – ошарашила ее Людмила. – Больше не к кому обратиться.

– Да ты с ума сошла, Милка! Я же не специалист в этих вопросах. Сама сегодня чуть не заплакала, как со Светланой твоей пообщалась. После того разговора полчаса на работе чаем отпаивалась, в себя приходила.

– Так пропадет же девка за полторы недели! Видела ведь, что с ней происходит. Точно пропадет, – чувствовалось, что Людмила сейчас вот-вот разревется.

– Господи! Ты-то хоть успокойся! Что ты, на самом деле, Милкин? Света – еще понимаю, а ты-то что в истерику впадаешь?

– Да ты просто не знаешь, в каком она сейчас состоянии! Даже не представляешь себе! Мне как Таня все в подробностях описала, я аж разрыдалась от жалости, – всхлипнула Людмила. – Погибнет девчонка, точно погибнет, знаю… Нельзя ей сейчас без психолога, никак нельзя.

– Да ты еще раз пойми, Милик, я же не тот психолог! Говорила ведь уже. Не тот! – все сильнее волновалась Дарья. – Только что порыдать с ней вместе. Так уж лучше пусть сестра это делает. Все же близкий человек.

– Может, найдешь кого из коллег? – не теряла надежды Людмила. – Не все же на майские разъехались.

– Да в том-то и дело, что все! Как назло прямо.

– А с девчонками твоими по телефону нельзя проконсультироваться? Может, они тебе подскажут, как поступать, – не унималась Людмила. – Ну сделай что-нибудь, пожалуйста! Ты же понимаешь, как там все плохо.

– Да понимаю, блин! – начала уже раздражаться Дарья. – Понимаю, конечно, вот и злюсь, что не знаю, чем помочь.

– Дашик, очень тебя прошу, придумай что-нибудь… Ты даже не знаешь, какая Света хорошая. Она потому и бьется так, что сама зла никогда не делала. А теперь столкнулась с таким, и видишь, что вышло… С ума ведь действительно сойдет!

Дарья оказалась в сложной ситуации, мучаясь сомнениями. Доброта и отзывчивость всегда были чертами ее характера, что уже неоднократно создавало ей проблемы. Вот и в этот раз просто взять и послать Людмилу, ни во что не ввязываясь, ей казалось невозможным. То, что Светлана находится в критическом состоянии, было ясно, а что реально делать – непонятно. Все, что ей оставалось, это постараться дозвониться до коллег в Индию и попробовать найти кого-нибудь через них.

– Ну, хорошо, давай так, – приняла она наконец решение. – Попробую дозвониться до наших преподавателей в Дели. Может, они что посоветуют. Наберу тебя, как будет ясность. Договорились?

– Только не подведи, прошу. На тебя вся и надежда, – упорно цеплялась за соломинку Людмила.

Ей повезло, и до девчонок Дарья, как ни странно, смогла дозвониться почти сразу. Они только-только добрались до места. В Индии уже был поздний вечер. Быстро проведя мозговой штурм, те решили все-таки попробовать разыскать кого-нибудь из коллег в Питере. Вопрос оказался действительно сложным.

Через час они вновь созвонились. Как и следовало ожидать, найти никого не удалось. Все хоть сколько-нибудь приличные знакомые психологи разъехались отдыхать на майские праздники. Все, что оставалось в таком случае – подготовить для Даши доступную информацию по этому поводу. На все про все оставалось полдня, завтра в обед они уезжали на неделю в какой-то дальний ашрам. Уверенности, что там будет связь, не было. В одном Дарье, несомненно, повезло. В понедельник к ним в Академию для проведения частных консультаций должен был приехать некий Андрей из Москвы. Правда, у него было своеобразное направление деятельности – сфера интимных отношений между мужчинами и женщинами, но в любом случае он имел большой опыт работы и несомненный авторитет среди коллег. Так что, при необходимости, Даше можно было вживую проконсультироваться у специалиста-практика, и хозяйка Академии Лариса обещала договориться с ним об этом.

В результате домой Дарья вернулась только в девять вечера. Вся взвинченная, уставшая и полностью вымотанная всей этой суетой. Ее встретил удивленный муж.

– Ты что такой взлохмаченный, кучеряшкин?! Будто тебя из стиралки вытащили. Глаза в кучку, волосы растрепаны, смотреть на тебя жалко! – обнял он ее. – Что-то случилось? И не дозвониться было. Все время занято. Раз десять набирал.

Посреди гостиной были разбросаны вещи. Сноуборд, чехол для него, спортивная одежда, защита, шлем, противолавинный рюкзак… Все вперемешку. Дарья удивленно осмотрелась. Похоже, муж внезапно засобирался на вертолетное катание, он был заядлым фрирайдером.

– Да я тут на Кавказ, в Красную Поляну хочу срочно слетать, малыш, – видя ее удивленный взгляд, с виноватым видом оправдывался Павел. – Потому и дозвониться до тебя пытался.

– Как в Красную Поляну! Мы же завтра в Самару летим! – ошарашенно уставилась на мужа Дарья.

– Давай сдвинем на пару дней, кучеряш, а? Очень тебя прошу! – стал уговаривать ее он. – Во вторник полетим, с утра очень удобный рейс есть. Я все уже проверил, с билетами проблем нет. Завтра рано утром я – туда, а к ночи послезавтра – уже обратно. Ребята на частном джете возвращаются, и я с ними. Даже на дорогу назад тратиться не надо. Редкий случай подвернулся, повезло просто. Ты же знаешь, снег на Кавказе круче, чем в Альпах бывает. Свежак выпал, места в вертолете освободились, друзья зовут. Давай слетаю, а? Так хочется. Всего-то пару дней катнусь. Сезон закрою как надо. Прошу тебя, ты же знаешь, что я тащусь от этого, а… – видно было, что у Павла только что слюни не текут от предвкушения. Он действительно был сам не свой от хелибординга. Тяжело вздохнув, Даша возмущенно покачала головой. «Мужчины – большие дети, ей-богу. Уж если любимую игрушку приспичило, хоть убей. Все забыл: сына, жену, мать родную, былые договоренности, забыл, и все!» – глядя на мужа, размышляла она, понимая, что отговорить его от этой затеи будет невероятно сложно. Тот был достаточно упрямым человеком, и уж если что-то втемяшилось ему в голову, то это сидело в ней крепко.

– Ну хорошо… – сквозь зубы недовольно буркнула Дарья. – Все одно к одному, черт!

– Ты что чертыхаешься? – обнял ее Павел.

– Да тут еще одна клиентка на работе в придачу! Горе, понимаешь, у нее случилось… Не может без меня никак… Ладно, заодно побеседую с ней в понедельник, уж коли так, – махнув рукой, окончательно решила Даша. – На выходных время будет подготовиться. Лети, что с тобой поделаешь! Осторожно только там. Знаю я ваши вертолеты – сноуборды – дикие склоны.

– Да не волнуйся, кучеряш! Нас французы выкатывают. У них группа сорвалась, вот и освободилась вертушка. Так бы фиг попали в это время! Самые сливки сейчас по свежему пухляку. Раз в пять лет такое бывает, на майские-то! – с довольным видом засовывал сноуборд в чехол Павел.

Легли они в результате поздно. Павлу надо было с самого утра на самолет, поэтому все попытки Даши прижаться теснее он категорически отверг под предлогом предстоящего раннего вставания. «Ну вот! – подумала она. – Сына отправили, а любовью чаще заниматься не стали. То «рано вставать», то «поздно пришел». Монашкой так скоро стану! Еще чуть-чуть – и стану. Уж и не помню, когда сексом с благоверным занималась», – недовольно возмущалась она про себя.

В принципе, они были хорошей и видной парой, живя вместе уже восьмой год. Высокий и статный, светловолосый Павел и изящная брюнетка Даша. Они подходили друг другу именно этим контрастом. Дарья была почти на голову ниже мужа, но при этом просто идеально смотрелась рядом с ним, словно уравновешивая его мощь. Оба они хорошо выглядели, а Павел вообще относился к той категории людей, которые, казалось, не стареют, хотя ему было уже под сорок. Он изначально был сильным мужчиной и оптимистом по жизни, и Даша очень ценила в нем это. Когда шесть лет назад после ментовского наезда он не стал откупаться и в результате потерял свой бизнес, то не растерялся, а вновь встал на ноги. Такое не просто, ведь многие в подобной ситуации ломаются или озлобляются, не принимая российских реалий. Павел же сделал выводы, переоценил свое видение жизни и стал еще сильнее как личность. Такие, как он, не прогибаются под власть и не изменяют своим принципам, и Дарья гордилась мужем. Он был по-настоящему надежным, как скала за спиной.

И все бы хорошо, но вот их личная, интимная жизнь в последнее время все меньше устраивала ее. Как бы незаметно, словно само собой, она постепенно отошла в их отношениях на второй план, хоть они по-прежнему и были очень близки друг другу. С грустью размышляя об этом, она отодвинулась от уснувшего мужа к краю кровати и сама незаметно погрузилась в сон.

Маска, или Формула идеальной жены

Подняться наверх