Читать книгу Год обезьяны - Чингиз Абдуллаев - Страница 4

Глава 4

Оглавление

«Это самые противоречивые люди. Многие из них, с одной стороны, отличаются нерешительностью, а с другой – самые темпераментные и своевольные люди. Они умеют принимать решения и обладают здравым смыслом».

(Из восточного гороскопа)

Генеральный консул оказался молодым человеком лет тридцати пяти. С самого начала он стал вести себя не совсем адекватно. Очевидно, ему сообщили, кто именно прилетит в Санкт-Петербург под прикрытием дипломатического паспорта. И поэтому он все время улыбался, заговорщически подмигивал, соглашался со всем, что ему говорил Муслим, и даже однажды, не выдержав, сказал, что готов всегда помогать прибывшему гостю в его расследовании. Сергей, сидевший рядом, удивленно взглянул на своего руководителя.

Но долго разговаривать им не дали. Буквально через несколько минут после того, как они начали свой разговор, в кабинет вошла секретарь консула. Это была высокая девушка лет двадцати пяти с коротко остриженными волосами. Она сообщила генеральному консулу, что сейчас к ним должны подняться родственники погибшего дипломата. Он сразу вскочил, засуетился, приказал принести новую вазу с фруктами и сладостями. И, даже не извинившись перед сидевшим за столом гостем, побежал встречать приехавших.

– Это отец и дядя Измайлова, – пояснил Сергей. – Вы же понимаете, в каком они состоянии. Вот он и старается…

– Я думаю, что он больше старается не потому, что хочет поддержать людей в их горе, а потому, что один из них заместитель министра, а другой начальник отдела Министерства национальной безопасности, – холодно заметил Сафаров. – Впрочем, это не мое дело. Если он действительно смог помочь этим людям, даже в силу их должностного положения, то и тогда это совсем не плохо. А девушка, его секретарь?

– Альбина у нас вольнонаемная. Очень толковый и исполнительный сотрудник, – похвалил ее Сергей, – она скоро от нас уйдет. Поступает в этом году в аспирантуру.

Она вошла в комнату, чтобы убрать и прочистить пепельницу.

– Вам нравится здесь работать? – уточнил Муслим.

– Конечно, – улыбнулась она. – Другие даже завидуют. Хорошая зарплата, отличные ребята. У нас многие говорят, что нужно выходить замуж только за азербайджанцев.

В комнату вошли двое мужчин. Они были удивительно похожи друг на друга. Оба коренастые, среднего роста, с густой копной темных волос, несколько мордастыми лицами, темными, сросшимися бровями и крупными носами. Братья недовольно взглянули на гостя.

– Это Муслим Сафаров, – сразу представил гостя вошедший с ними консул, – я вам рассказывал о нем. А это Шамиль Измайлов, отец нашего погибшего сотрудника, и Эльдар Измайлов, его дядя.

– Здравствуйте, – кивнул им Муслим, и тут неожиданно к нему шагнул младший из братьев.

– Муслим Азизович, я вас сразу узнал. Добрый день. Но разве вы уже дипломат? Я всегда считал вас одним из лучших сотрудников нашей Генеральной прокуратуры…

Наступило неловкое молчание.

– Муслим Азизович прикомандирован к нам из МИДа, – сказал консул и, повернувшись к Сергею, что-то тихо произнес. Тот согласно кивнул и вышел. – Садитесь, – показал консул на кресла вокруг столика. – Дело в том, что мы не хотим афишировать прибытие сюда нашего следователя по особо важным делам. Пусть они считают господина Сафарова обычным сотрудником МИДа. Он может дать свое компетентное заключение по поводу ведения следствия и сделать нужные, более верные выводы.

– Это правильно, – кивнул отец погибшего. – Спасибо, что вы приехали. Это очень правильно, что вас сюда прислали.

Альбина внесла традиционный чай в грушевидных стаканчиках, расставила все на столике и быстро удалилась.

– Он самый лучший следователь в нашей прокуратуре, – восторженно добавил Эльдар Измайлов. – Ты даже не знаешь, какие сложные дела он расследовал. Можешь теперь не беспокоиться. Этой дряни, которая ударила нашего Фамиля, теперь не выкрутиться. Сафаров сделает все, чтобы точно установить, как она убила нашего мальчика.

– О ком вы говорите? – не понял Муслим.

– О той женщине, которая к нему заходила. Эта студентка медицинского института. Она думает, что ей все сойдет с рук, потому что ее мать работает в мэрии Санкт-Петербурга. Но мы это дело так не оставим. Пусть они накажут виновную…

– Почему вы решили, что именно она виновата?

– Больше там никого не было. И наш мальчик – человек осторожный, не стал бы впускать в свой дом кого попало. Наверно, она к нему приехала, чтобы выяснить отношения. Может, он с ней встречался до этого. Она даже не постеснялась соседей, приехала к дому на служебной машине своей мамаши. И ударила нашего мальчика кухонным ножом. – Эльдар Измайлов нахмурился. – Вы ведь все прекрасно понимаете. Если это такое убийство, значит, оно произошло на почве ссоры или личных неприязненных отношений. Наверно, она к нему приставала, хотела, чтобы он на ней женился. Сейчас все ищут себе состоятельных молодых людей. А он дипломат, из хорошей, обеспеченной семьи, жил в самом центре города, снимал здесь квартиру. У него был свой «Мерседес». Вот она и решила, что он лучшая партия для нее. А он наверняка отказался, понимая, что отец решил его женить в Баку, когда он вернется. И тогда она его ударила ножом и сама убежала. Он молодец, настоящий мужчина, сумел вытащить нож, но удар был слишком сильным, и много крови вытекло, пока его нашли. Бедный мальчик, он хотя бы умер так, не очень мучаясь.

Отец, сидевший рядом, тяжело вздохнул, но не стал перебивать младшего брата.

– Мы уже созвонились с городской прокуратурой, – быстро вставил консул. – Они проведут вторую экспертизу прямо сегодня, а завтра начнем оформлять документы, чтобы вы могли сразу забрать тело. Я пошлю с вами нашего сотрудника в аэропорт, и мы все оформим как полагается, можете не беспокоиться.

– Спасибо, – кивнул отец. – Вы очень уважительно относитесь к нашей семье. Я этого не забуду.

– Этот следователь Мелентьев ничего не понимает, – продолжал его младший брат, – бывают такие глупые люди. Пришлось обратиться к нашим друзьям в Москве. Вы же знаете, сколько сейчас сотрудников бывшего КГБ и ФСБ работает в президентском аппарате и в Кабинете министров. Нашли нужных людей, вспомнили старые связи. У нас свое братство чекистов, о котором мы никогда не забываем. И они позвонили сюда, городскому прокурору и в мэрию города. А они дали указания следователю, чтобы нас не задерживал.

– Да, – вежливо кивнул Муслим, – я вас понимаю.

– Но вы должны настаивать, чтобы дело передали в суд, – продолжал Эльдар Измайлов. – Нельзя, чтобы она ушла от ответственности. Пусть за все ответит. Иначе мы сами ее найдем и заставим ответить. И никакая мэрия нас не остановит. Не нужно было убивать нашего мальчика. Такой удар для его отца, для всей нашей семьи.

– Подождите, подождите, – остановил его Сафаров, – но мы же не уверены, что она убийца. Нужно все проверить…

– Уже все и так ясно. Она приехала к нему вечером домой, – напомнил его собеседник, – какая порядочная девушка поедет ночью домой к холостому парню? И понятно, что между ними была ссора. Она использовала первый предмет, который оказался у нее под рукой. Наверно, Мелентьев даже напишет, что это было убийство в состоянии аффекта. Пусть так, мы с этим тоже можем согласиться. Но она должна ответить. Как видите, Муслим Азизович, я тоже понимаю толк в этих расследованиях. Хотя всю жизнь занимался оперативной работой, а не следствием.

– Пока ее вина не слишком очевидна, – упрямо возразил Муслим, – нужно будет все проверить.

– Вот и проверяйте, – согласился отец погибшего, – раз вы такой хороший следователь. А мы будем вам только благодарны. Кто у вас куратор, Ибадов? Я ему позвоню и попрошу, чтобы он вам продлил командировку. Сидите здесь столько, сколько будет нужно, только скажите мне, кто убил моего мальчика.

– Я вас понимаю, – несколько ошеломленно сказал Сафаров.

Гости выпили чай и неспешно поднялись. Консул заверил обоих, что с оформлением документов никаких проблем не будет. Он проводил высоких гостей до машины, забыв о существовании Муслима. Затем быстро вернулся в комнату.

– Извините, – пробормотал консул, – вы же понимаете, у них такое горе.

– Конечно, – вежливо согласился Сафаров. – Куда меня определили? Мне заказали номер в гостинице?

– Конечно, заказали, – встрепенулся консул, – Сергей вас отвезет. Возьмите мой телефон, – он протянул свою визитную карточку, – можете звонить в любое время дня и ночи. И учтите, что на вас распространяется дипломатическая неприкосновенность, раз вы прибыли сюда в командировку от нашего МИДа. Вас не имеют права задерживать или арестовывать. В случае любого конфликта вы можете требовать вызова консула. Вы меня понимаете?

– Надеюсь, до этого я не доведу, – пробормотал Муслим.

– Все может случиться, – пожал плечами консул.

По дороге в гостиницу Сергей долго молчал. Наконец сам Муслим не выдержал:

– Можно, я буду обращаться к тебе на «ты»?

– Конечно, – кивнул Сергей.

– Мне кажется, что ты хочешь меня о чем-то спросить.

– Да, – кивнул Сергей, – я уже все понял. Вы не дипломат?

– Сейчас я почти дипломат. Но по своей основной профессии нет, не дипломат. Хотя об этом никому говорить не нужно.

– Вы работаете в нашем Министерстве национальной безопасности?

– Нет. Я следователь по особо важным делам республиканской прокуратуры. Старший советник юстиции.

– Значит, полковник, – улыбнулся Сергей. – Я немного знаю все эти звания. Тогда понятно. Вас специально прислали, чтобы помочь Мелентьеву?

– Я не имею права ему помогать или вмешиваться в расследование, – напомнил Муслим. – Я должен только наблюдать и дать свое заключение, если увижу, что он не совсем верно ведет следствие. И свои выводы я должен изложить не ему, а своему руководству, в Баку. А они уже там будут решать, как именно реагировать. Теперь все понял?

– Понял, – кивнул Сергей. – Интересная у вас профессия. Значит, вы, как комиссар Мегрэ, расследуете разные преступления.

– Можно сказать и так. Только в реальной жизни все гораздо прозаичнее, чем в книгах.

– Это я понимаю, – кивнул Сергей. – А в Баку вы знакомы с нашим известным экспертом-аналитиком Дронго? Про него здесь, в Санкт-Петербурге, такие легенды рассказывают.

– Нет, не знаком. Хотя много о нем слышал. Ему легче, чем мне. Он не связан с государственной системой управления. Частное лицо. Может отказаться от расследования, может согласиться. Это его личный выбор. А я всего лишь чиновник, обязанный выполнять предписания своего руководства. В какую гостиницу мы едем? Судя по тому, с каким видом ты назвал ее Мелентьеву, она не самая лучшая в городе.

– В «Октябрьскую», – вздохнул Сергей. – Она действительно не очень хорошая, но мы попросили дать вам лучший номер. Хотя по категории она больше чем на две-три звезды не тянет. Но здесь в пятизвездочных отелях такие цены, что никаких командировочных не хватит.

– Это я понимаю, – улыбнулся Муслим. – А гостиница «Москва» еще сохранилась?

– Конечно. Но очень старая. Там скоро ремонт должен быть. Если пройдете по Невскому до конца, то как раз выйдете на эту гостиницу.

– Спасибо, я знаю.

– Завтра я за вами заеду, – напомнил Сергей. – Мы будем оформлять документы на вывоз тела. Нужно будет снова поехать к Мелентьеву.

– Обязательно, – согласился Муслим.

В гостинице ему быстро выдали номер на первом этаже. Высокие потолки были единственным преимуществом в номере, где его поселили. Аскетичность, обшарпанность, старая, покореженная мебель, очень маленькая ванная комната, отсутствие мини-бара. Сергей дал слишком лестную оценку этому отелю. Даже две звездочки было бы слишком роскошной форой для оценки состояния этой гостиницы. Но Муслиму было все равно. Он устал за этот длинный день и собирался рано лечь спать. Завтра предстоял трудный разговор с Мелентьевым. Судя по всему, следователь не потерпит никакого вмешательства в свои дела, что и понятно. И, конечно, не станет делиться с приехавшим никакой информацией. А без этого само пребывание Муслима в городе становится ненужным.

Он поужинал в гостиничном ресторане, быстро вернулся в свой номер. Принял душ и уже собирался лечь спать, когда раздался телефонный звонок. Он удивленно взглянул на аппарат. Уже девятый час. Кто может звонить в такое время?

– Слушаю вас, – поднял он трубку.

– Извините меня, – услышал он торопливый женский голос, – мне сказали, что вы поселитесь в этой гостинице. Я хотела бы с вами встретиться.

– Простите? – не понял Муслим. – Кто это говорит?

– Извините. Вы приехали из Баку?

– Да. А кто это говорит?

– Я Наталья Фролова. Мне нужно с вами обязательно увидеться. Вы меня понимаете?

Год обезьяны

Подняться наверх