Читать книгу Последний царь: Как Николай II хотел сохранить самодержавие, а потерял империю - Цуёси Хасэгава, Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 4

В 1917 г. государь Николай II отрекся от престола – так закончилось трехсотлетнее правление рода Романовых. Это событие повлекло за собой Октябрьскую революцию, Гражданскую войну и установление советской власти. Однако, несмотря на эпохальное значение этого решения, именно сам процесс отречения и последние дни царского режима изучались не слишком тщательно.

Ни одно падение монархии не захватывало воображение общественности столь сильно, как крах династии Романовых: всех так и тянет порассуждать о некомпетентном Николае, его злобной супруге Александре и их трагичной вере в то, что чудотворец Распутин спасет их больного сына от гемофилии. Большинство людей полагают, что власть императора ослабла, революционное движение набрало обороты, страну возглавил Ленин, за ним – Сталин, а затем на протяжении долгих десятилетий на мировую историю влияла власть Советов. Большинство людей уверены, что эти события были неизбежны. Большинство людей ошибаются.

Когда разразилась Первая мировая война, император мог воспользоваться патриотическим подъемом в обществе и укрепить свои позиции. Ничего подобного Николай II не сделал. Погрязший в устаревших идеях о самодержавии, постоянно идущий на поводу у жены, он упустил возможность реорганизовать государственный аппарат на основе принципов народного представительства. Стойкое нежелание Николая выйти из-под вредоносного влияния супруги и Распутина лишило его возможности найти сторонников не только в российском обществе, но и в собственной семье. Звезда самодержавного величия закатилась – и вспыхнула Февральская революция.

В феврале 1917 г., пока на Западном фронте бушевала война, а столица содрогалась от массовых восстаний, среди российской элиты – дворян, военных, политиков – разразился жаркий спор о будущем страны. Большинство современников утверждало, будто падение династии Романовых было предопределено самой структурой царской власти или же стало результатом заговора знати, либералов и генералов. Но ни та, ни другая версия не соответствует фактам. У Николая II было много возможностей сменить курс. Тогда бы династия ослабла и утратила влияние, но все же сохранилась. Вот только сначала Николай не смог побороть собственную гордыню и отбросить предрассудки, а потом события стали развиваться так стремительно, что пространства для маневра у него просто не осталось.

Обычно эпопея с отречением упоминается в популярной и научной литературе о Романовых и революции вскользь, а потому у читателей создается обманчивое впечатление, будто все было просто: столкнувшись с недовольством элиты и народными восстаниями, Николай II сначала был вынужден сложить с себя часть полномочий, а потом и вовсе отказался от престола. Он попытался передать бразды правления своему брату Михаилу в обход законов о престолонаследии, чем только сильнее подорвал авторитет царской семьи. В свою очередь Михаил, оказавшись под еще более серьезным политическим давлением, не захотел взойти на престол, и трехсотлетнему правлению рода Романовых пришел конец.

Этот краткий пересказ не передает всех тонкостей истории, полной сложных решений, упущенных возможностей и роковых ошибок. Изучив новые архивные материалы и классические исследования на эту тему, я пришел к мнению, что падение монархии было не закономерностью, вызванной состоянием российского общества и государства, а скорее случайным стечением обстоятельств – драмой, в которой каждый герой сыграл свою роль определенным образом. Прими ее участники другие решения, события развернулись бы иначе.

До начала массовых восстаний, да и во время революции Николай мог изменить положение Романовых; ситуация оставалась неопределенной, пока император не совершил величайшую ошибку: отрекся от престола сам, а также от имени больного гемофилией цесаревича. К тому моменту опоры монархии уже подтачивало множество заговоров, недомолвок, недопониманий, ошибок и неудачных стечений обстоятельств. Пока Петроград полыхал, а солдаты бунтовали и убивали офицеров, генералы, бюрократы, революционеры, законотворцы, члены царской семьи и придворные пытались перехитрить друг друга. Основные персонажи этой драмы действовали каждый в своих интересах, не согласовывали свои поступки друг с другом и постоянно подстраивались под изменившуюся ситуацию.

В истории об отречении Николая II главную роль сыграли две влиятельные группы: думские либералы и высшие военные чины. В каждой из них были свои внутренние разногласия, которые также повлияли на дальнейшие события. Глава думских либералов Михаил Родзянко и начальник штаба генерал-адъютант Михаил Алексеев, действуя без оглядки друг на друга, старались уладить конфликты внутри своих групп и давали государю советы в надежде изменить ход событий. Наставления этих двух деятелей запустили цепную реакцию, приведшую к отречению Николая, а потом – к крушению монархии. Именно Алексеев и Родзянко, в целом выступавшие за сохранение монархии, нанесли российскому самодержавию смертельный удар.

Я разделил книгу на две части. В первой главе первой части содержится предыстория, рассказ об императоре Николае II, его супруге императрице Александре Федоровне и других членах царской семьи. В ней я рассматриваю концепцию самодержавия Николая и знакомлю читателя с людьми, которые стали главными героями драматических событий, связанных с Февральской революцией и отречением царя от престола. Остальные главы первой части повествуют о том, как Николай II не смог объединить страну во время Первой мировой войны и настроил против себя все слои общества.

Во второй части подробно повествуется о том, как с 27 февраля по 3 марта 1917 г. родственники Николая, депутаты Думы во главе с Родзянко и верховное командование пытались решить, как лучше реформировать российское самодержавие и выйти из кризиса. Во-первых, можно было созвать так называемое правительство народного доверия и продолжить намеченный курс, но уже с учетом мнения либералов. Во-вторых, провозгласить конституционную монархию, которую в то время называли «ответственным министерством», то есть царь и правительство должны были бы «нести ответственность» перед парламентом. Третьим, последним вариантом было отречение от престола. Николай в конечном счете так и поступил, но нарушил порядок престолонаследия и отказался от власти еще и от имени сына, уступив трон своему брату – великому князю Михаилу. Тот же под давлением думских либералов и Временного правительства не принял предложение. На этом и закончилось правление Романовых. Оба брата – каждый по своей причине – решили пустить имевшуюся у них власть по ветру и в результате пожали бурю.

Последний русский царь Николай II – фигура крайне противоречивая. О нем рассказывается в огромном количестве источников: архивных, первичных и вторичных. Я не возьмусь утверждать, что изучил их все. Удивительно, но многие важные документы, способные пролить свет на ключевые моменты истории, до сих пор недоступны, а доступные зачастую противоречат друг другу. В этой книге я не проводил подробный историографический анализ с критикой научных источников; моей целью было продраться сквозь их чащу и выстроить логичную историю. Когда данных не хватало или они оказывались противоречивыми, я выбирал ту версию, которая представлялась мне наиболее разумной. Иные толкования тоже возможны, и я надеюсь, что историки продолжат искать ответы на загадки, до сих пор окружающие трагическую кончину императора.

Пока я писал «Последнего царя», в мире разгорался кризис за кризисом. Вспыхивали войны, и грозная волна автократий бросила очередной вызов демократическим режимам во всем мире. Недавние события пробудили у мировой общественности желание понять, как зарождаются, приходят к процветанию и рушатся автократические режимы. История падения Николая II, возможно, прольет свет на отношения, связывающие автократов и войны, которые либо возносят правителей на новые вершины власти, либо губят их. Некоторые правители, окрыленные милитаристским азартом, собирают под своим знаменем и простой народ, и элиты. Другие вступают в войну и тем самым сеют семена будущего краха собственного правления. Какое-то время Николай II мог пойти по любому из этих путей. Что бы ни говорил Карл Маркс, история никогда не повторяется – ни в форме трагедии, ни в ином виде. Но, как якобы подметил Марк Твен, она часто рифмуется. Надеюсь, в истории, которую я расскажу в этой книге, читатель найдет множество исторических аналогий.