Читать книгу Книги на колесах - Денис Алексеев - Страница 2

Рассвет в Черёмушках наступал неохотно. Серые тучи ещё цеплялись за верхушки сосен, но на востоке уже проступала бледная полоса света. Аня проспала будильник. Она вскочила с кровати, едва не сбив с тумбочки стопку книг, и схватила дневник Раисы Петровны. Его страницы, исписанные аккуратным почерком, теперь жили под подушкой – словно талисман против сомнений.

– Девять часов! – выдохнула она, натягивая джинсы поверх пижамы. – Лёша обещал быть у Вити в девять!

– Спокойнее, внучка. Витя Горбунов с утра до вечера в гараже. Не улетит он никуда.Дед, сидевший за кухонным столом с чашкой крепкого чая, лишь хмыкнул:

– А автобус? – Аня на ходу запихивала в рюкзак бутерброды, которые бабушка приготовила ещё до рассвета. – Что, если кто-то другой…

– Кто? – дед отхлебнул чай, поставив кружку с треснувшей ручкой. – У Вити тот «Икарус» пятнадцать лет как стоит. Даже кошки обходят его стороной.

Аня не ответила. Она вспомнила вчерашний вечер: Лёша, смеясь, говорил, что старый автобус – как дракон, спящий в пещере. «Нужно только найти ключ к его сердцу», – заявил он, хотя ключи от «Икаруса» давно превратились в ржавые обломки.

Гараж Вити находился за околицей, там, где асфальт сменялся грунтовкой, а провода электропередач свисали над дорогой, как паутина. Лёша уже ждал у ворот на своём потрёпанном велосипеде «Орлёнок».

– Опоздала! – крикнул он, пристраиваясь рядом с Аней, которая мчалась на стареньком самокате деда. – Витя чуть не закрыл ворота!

– И что ты сказал?

– Что мы – благотворительный фонд. – Лёша хитро прищурился. – «Дети для детей». Звучит солидно, да?

– Он поверил?Аня фыркнула:

– Не совсем. Но когда я упомянул, что его имя будет золотыми буквами на борту… – Лёша махнул рукой в сторону распахнутых ворот. – Заходи. Только не пугайся.

Гараж Вити был царством металла и пыли. В углу громоздились запчасти от «Москвичей» и «Запорожцев», на стене висели ключи разных размеров, а посреди помещения, под брезентом, угадывался контур автобуса.

– Вот он, красавец, – Витя откинул ткань с размашистым жестом. – «Икарус-250». 1989 год. Ходил по маршруту «Черёмушки – районный центр», пока мотор не сдох.

Автобус потряхивало от ветра, проникающего через щели в крыше. Жёлто-коричневая краска облупилась, открывая ржавые пятна. Одно из окон было забито фанерой, а двери скрипели, будто старушка, жалующаяся на погоду.

– Он же не на ходу! – вырвалось у Ани.

– Зато бесплатно, – Витя почесал в затылке, сбрасывая с волос металлическую стружку. – Лёша говорит, вы хотите читальню сделать? У меня внучка в третьем классе. Она вчера плакала – библиотеки нет, а книжки про принцесс кончились.

– Мы починим его, – твёрдо сказал Лёша, подходя к автобусу. Его пальцы провели по капоту, оставляя чистые полосы на пыли. – Нужен только двигатель.

– И тормоза. И крыша. И полы… – Витя перечислял с такой интонацией, будто читал приговор. – Но если вы серьёзно… Я помогу. Только учтите: ремонт обойдётся дороже, чем новый автобус купить.

– Где мы возьмём деньги? – Аня сжала рюкзак.

– Помните историю про Тома Сойера? Нужно сделать так, чтобы все захотели помочь нам бесплатно.Лёша обернулся, его глаза блестели:

– Ты с ума сошёл? – Витя рассмеялся. – Кто будет ремонтировать эту рухлядь за спасибо?

– А если мы расскажем, зачем он нужен? – Аня достала дневник, листая страницы. – Вот, послушайте: «15 октября 1987. Саша Васин впервые написал сочинение без ошибок. Прочитал его вслух у костра. Все аплодировали». Это был читальный зал под открытым небом. Так можно и сейчас!

– Ладно. Двигатель у меня есть. От «Газели». Прикручу. Но сначала – полный разбор салона. Там половицы прогнили.Витя замолчал, глядя на фанеру вместо окна. Потом вздохнул:

Работа началась немедленно. Витя принёс инструменты, Лёша с азартом развинчивал обшивку стен, а Аня, несмотря на слабые руки, таскала мешки с мусором. К полудню салон автобуса напоминал поле боя: груды ржавых пружин, обрывки потолочного покрытия, кучи песка, высыпавшегося из-под полов.

– Осторожно! – Витя оттащил Аню от дыры в полу. – Тут доски сгнили как грибы.

– Почему он так развалился? – спросила Аня, вытирая пот со лба грязным рукавом.

– Стоял без дела. – Витя пнул обломок доски. – Машина, как человек: если не трудиться, ржавеет душа.

– Смотрите!Лёша, возившийся с проводкой, вдруг крикнул:

Из-под обшивки он вытащил потрёпанную книгу. «Сказки народов мира», 1976 года издания. Страницы пожелтели, но иллюстрации ещё сохранили краски.

– Он возил книги, – прошептала Аня, проводя пальцем по корешку. – Может, ещё в советское время…

– Быть не может, – хмыкнул Витя. – Этот «Икарус» школьный автобус был. Детей возил.

– Значит, снова будет, – улыбнулся Лёша. – Только вместо уроков – приключения в книгах.

– А как вы книги собирать будете?К вечеру силы иссякли. Аня села на перевёрнутый ящик, доставая бутерброды. Витя, отпивая из кружки крепкого чая, вдруг спросил:

– Не знаю… – Аня смотрела на остов автобуса. – Может, объявления расклеим?

– Объявления? – Витя фыркнул. – Тут половина села грамоте не обучена.

– Тогда… как?

– Поехали в райцентр. Там в магазинах выбрасывают бракованные экземпляры. Я видел.Лёша подбросил в руке гаечный ключ:

– И как мы их оттуда вывезем? На самокате?

– На этом. – Лёша указал на автобус. – Как только Витя поставит двигатель.

– Завтра к полудню управлюсь. Но вам понадобится помощь.Старый механик задумался, затем кивнул:

– С кем?

– С Марком. – Витя сплюнул за ворота. – Мальчик в твоём классе. Тот, кто после смерти отца в себя не пришёл. Я вчера видел: он сидел на остановке и читал какую-то книжку. Может, он захочет… помочь.

Аня вспомнила молчаливого Марка с «Крокодилом Геной» в руках. Того, кто вчера плакал вместе со Соней.

– Попробуем, – сказала она.

– Ты слышишь?Уезжая, Аня обернулась. В свете фонаря, прибитого над воротами, автобус казался живым существом: без окон, с gaping дырой вместо двери, но в руинах его салона уже мерцала надежда. Лёша, шедший рядом, вдруг остановился:

– Что?

– Шелест. Как будто кто-то страницы перелистывает.

Аня прислушалась. Только ветер гудел в проводах. Но в кармане её куртки дневник Раисы Петровны вдруг стал тяжелее.

На следующий день Марк пришёл не один. За его спиной маячил высокий парень с курткой нараспашку – Кирилл, старшеклассник, которого все считали главным хулиганом района.

– Он захотел помочь, – буркнул Марк, не глядя на Аню.

– Чего втихаря? – Кирилл широко улыбнулся, обнажив две золотые коронки. – Слышал, вы автобус чините. Я в прошлом году в автосервисе подрабатывал.

– Двое за одного. Может, успеем до дождя.Витя, возившийся с двигателем, лишь свистнул:

Работа закипела. Кирилл оказался мастером на все руки: быстро наладил дверной механизм, а когда обнаружилось, что тормозные колодки превратились в труху, предложил съездить в райцентр за запчастями на своём мопеде.

– Денег нет, – вздохнула Аня.

– Долг вернёте книгой, – Кирилл подмигнул. – Хочу «Пиратов Карибского моря» ту, где Джек Воробей.

– Почему ты согласился?Марк молча разбирал сиденья. Его движения были точны, будто он много лет работал механиком. В перерыве, когда все пили чай из термоса, Аня подсела к нему:

– Отец любил автобусы. Говорил, что в них – душа дороги.Марк долго смотрел на ободранную обшивку пола:

– Он… где работал?

– Водителем. На межгороде. – Марк сжал кружку. – В прошлом году авария. Никто не выжил.

Аня не знала, что сказать. Она вспомнила запись в дневнике Раисы Петровны: «22 июня 1995. Привезли книги из библиотеки автобусного парка. Водители читали Чехова на рейсах. Сказали: “Скуки меньше”».

– Может, твой отец читал эти книги? – тихо спросила она.

– Он любил «Старика и море». Говорил, будто Хемингуэй писал про него.Марк поднял голову. В его глазах мелькнуло что-то тёплое:

К вечеру автобус преобразился. Двигатель от «Газели» громко заурчал, когда Витя повернул ключ. Полы застелили фанерой, а вместо разбитых окон вставили прозрачные пластиковые листы.

– Теперь красить надо, – заявил Витя, вытирая руки о тряпку. – Жёлтым. Чтобы издалека видно было.

– Как солнце, – прошептала Аня.

Лёша включил радио на старом приёмнике. Из динамика, сквозь треск помех, донёсся голос: «…завтра в районной библиотеке – закрытие на ремонт. Все книги передаются в архив…»

– Нет! – Аня вскочила. – Мы опоздали!

– Не опоздали, – усмехнулся Кирилл. – Мой дядя работает в архиве. Скажет, где хранят списанные издания.

– Почему ты помогаешь? – спросила Аня, глядя на него.

– В детстве мама читала мне «Карапузов». Я думал, вырасту – куплю ей целую библиотеку. А она умерла… – Он резко отвернулся. – Ладно. Завтра в десять у архива.Кирилл пожал плечами:

Ночь накрыла Черёмушки, но в гараже Вити горел свет. Аня, Лёша и Марк остались докрашивать дверцу. Кисти летали по металлу, оставляя ярко-жёлтые следы.

– Как назвать? – спросил Лёша, отирая краску с носа.

– «Пегас», – предложила Аня. – Он будет нестись по дорогам, как конь.

– «Дракон Знаний», – возразил Марк так тихо, что все обернулись. – В «Хрониках Нарнии» дракон защищал сокровища.

– Ты гений!Лёша хлопнул его по плечу:

Когда последний слой краски высох, Витя завёл двигатель. Мотор чихнул, захрипел, но через минуту загудел ровно, как часы. Автобус дрогнул, колёса сорвались с места на несколько сантиметров.

– Едет! – закричал Лёша.

Аня смеялась и плакала одновременно. В луче фар, пробивавшемся сквозь пыль, ей почудилось: на заднем сиденье, под пледом из газет, кто-то листает книгу. Шелест страниц смешался с гулом двигателя.

– Слышишь? – прошептала она Лёше.

– Что?

– Как будто кто-то читает вслух.

Витя выключил мотор, но шелест не стих. Он шёл от дневника в кармане Ани. На последней странице, где Раиса Петровна написала «Анюше – пусть её история будет ярче всех моих книг», теперь виднелась новая строчка, выведенная детским почерком: «Спасибо за Гену».

– Это… как? – Аня показала запись Лёше.

– Марк? – Лёша обернулся, но мальчика уже не было. На полу лежала только кисть, забытая возле жёлтой дверцы.

Автобус стоял в свете фонаря, готовый к пути. Где-то в районе били часы. Завтра – новый день. Новый пробег. Новая глава.