Читать книгу Алёнкины косички. Алгоритм сердца - Денис Алексеев - Страница 1

Утро в восьмом классе началось с необычного объявления. Директор Мария Семёновна вошла в класс с загадочной улыбкой и представила высокого мужчину в строгом костюме.

– Ребята, познакомьтесь: это Игорь Викторович, руководитель лаборатории квантовых технологий. Сегодня он расскажет о будущем образования.

Игорь Викторович включил проектор, и на экране появилась сложная схема с переплетающимися линиями и цифрами.

– Через год в нашей школе появится первый квантовый компьютер для обучения, – объявил он. – Он ускорит усвоение знаний в десять раз. А сегодня мы покажем пробную версию – нейроинтерфейс «Квантовый мозг».

В классе загудели. Алёнка обменялась взглядом с Лёвой. Его глаза горели азартом – он мечтал о таких технологиях с тех пор, как в шестом классе создал «Человечный ИИ» для социальных служб.

– Кто хочет первым протестировать систему? – спросил Игорь Викторович.

Лёва вскинул руку так быстро, что чуть не уронил тетрадь. Игорь Викторович кивнул одобрительно:

– Отличный выбор. Твой проект по этике алгоритмов произвёл на нас впечатление. Думаю, ты оценишь наши разработки.

После уроков Лёва с гордостью показал Алёнке и друзьям свой новый нейроинтерфейс. Это была лёгкая повязка с тонкими электродами и миниатюрным экраном у виска.

– Смотри, – сказал он, включая устройство. – Я выучил весь учебник по химии за час. Система создаёт нейронные связи молниеносно. Даже формулы запоминаются сами собой.

Алёнка насторожилась. Она помнила их прошлый опыт с нейроочками в шестом классе, которые анализировали эмоции без разрешения.

– А что с твоими воспоминаниями? – осторожно спросила она.

– Всё отлично! – уверенно ответил Лёва. – Система оптимизирует мозговую деятельность. Удаляет ненужные данные – например, старые пароли или названия уроков из младших классов.

Соня, сидевшая рядом, вздохнула:

– Значит, ты забудешь, как мы в четвёртом классе пели в школьном спектакле? Или как в пятом спасали кошек от наводнения?

Лёва махнул рукой:

– Это же не важно для учёбы. Зато я стану лучшим в классе по всем предметам!

Но через неделю случилось неожиданное. На уроке истории Лёву спросили о походе Наполеона в Россию. Мальчик уверенно начал отвечать, а потом вдруг замолчал.

– Я… я не помню, как зовут мою бабушку, – прошептал он, опустив голову. – Она умерла в прошлом году, а я даже не могу вспомнить её имя.

Алёнка подошла к нему после уроков. Лёва сидел в библиотеке, листая старые фотографии.

– Система стирает не только цифры, – сказал он срывающимся голосом. – Она удаляет воспоминания, которые считает «неэффективными». Вчера я забыл, как зовут Барсика. Сегодня не смог вспомнить, как мы с тобой впервые встретились у школьного колокола.

Алёнка взяла его за руку. Она вспомнила бабушку Аню, которая говорила: «Память – это не данные в компьютере. Это живые нити, связывающие нас с прошлым».

– Нужно создать защиту, – решительно сказала она. – Этический фильтр, который не даст алгоритмам удалять личные воспоминания.

Вместе с Лёвой, Соней и Мишей они отправились к Валентине Петровне. Её подземный сад «Корни города» теперь курировал её внук Артём, но старушка по-прежнему приходила сюда каждое утро.

– Ах, мои юные защитники! – обрадовалась она, увидев друзей. – Что привело вас сегодня?

Лёва показал свой нейроинтерфейс и рассказал о проблеме. Валентина Петровна серьёзно кивнула:

– Это не первая попытка стереть человеческую память ради эффективности. В 1937 году мой дедушка видел, как уничтожали книгами и воспоминания. Память – это наше сопротивление тьме.

Она привела их в специальную комнату – «Хранилище памяти». Там стояли старые фотоальбомы, дневники, аудиокассеты с голосами предков.

– Здесь хранится то, что нельзя измерить цифрами, – сказала она. – Смех бабушки, запах её печенья, как она пела колыбельные в дождь. Это и есть настоящая сила человека.

Артём, внук Валентины Петровны, помог им разработать алгоритм этического фильтра. Он был прост, но гениален: система анализировала эмоциональную окраску воспоминаний. Если память вызывала сильные положительные эмоции (любовь, благодарность, счастье), её помечали как «неприкасаемую».

– Но как научить машину различать важные и неважные воспоминания? – спросил Миша.

– Через истории, – ответила Валентина Петровна. – Каждый день Лёва будет записывать три воспоминания, которые важны для его души. Система научится распознавать их по эмоциям в голосе и мимике.

Целую неделю Лёва делился своими самыми драгоценными моментами: как впервые взял в руки котёнка Барсика, как Алёнка научила его петь в школьном спектакле, как они вместе спасали школьный колокол в четвёртом классе.

– Вот это память нельзя стирать, – говорил он системе, показывая фотографию с первого «Кошачьего дома». – Даже если она не помогает решить задачу по математике.

Алгоритм постепенно обучался. Когда Лёва снова надел нейроинтерфейс, система предупредила: «Обнаружены нейронные пути с высокой эмоциональной ценностью. Удаление запрещено».

– Работает! – воскликнул он, обнимая Алёнку. – Я помню всё: и бабушкино имя, и как мы с тобой плакали над фильмом в пятом классе.

На школьной конференции Лёва продемонстрировал обновлённый нейроинтерфейс. Он не только ускорял обучение, но и защищал личные воспоминания.

– Технологии должны развивать нас, а не стирать, – сказал он в заключение. – Самая важная функция моего «Квантового мозга» – не скорость вычислений, а умение видеть за цифрами живое сердце.

После выступления к нему подошёл Игорь Викторович.

– Твой проект произвёл впечатление, – сказал он. – Мы внедрим этический фильтр во все школьные нейроинтерфейсы. Но скажи: зачем сохранять воспоминания о старом коте или испорченном школьном спектакле?

Лёва улыбнулся:

– Потому что именно они делают меня человеком. Барсик научил меня заботе, а проваленный спектакль – никогда не сдаваться. Без таких воспоминаний я был бы просто машиной с цифровыми данными.

Вечером Алёнка сидела на крыше школы с Барсиком на коленях. К ней подошёл Лёва с двумя чашками горячего какао.

– Спасибо тебе, – сказал он. – Ты напомнила мне главное: технологии должны служить душе, а не наоборот.

Алёнка посмотрела на городские огни и вспомнила слова бабушки Ани: «Самый умный компьютер – тот, что умеет сердцем думать».

– Знаешь, – сказала она, – сегодня я поняла: память – это не просто запись событий. Это нити, связывающие нас с теми, кого мы любим. Даже если технологии научатся копировать эти нити, они никогда не заменят тепло настоящего воспоминания.

Лёва кивнул, глядя на Барсика, который урчал, греясь в Алёнкиных руках.

– Завтра я добавлю в алгоритм особую пометку, – сказал он. – «Барсик: неприкасаемая память. Уровень важности – абсолютный».

Вечером в дневнике Алёнка написала: «Сегодня я научилась: самые ценные данные мира – не в серверах, а в сердце человека. Никакой квантовый компьютер не заменит запах бабушкиного компота или смех друга в трудный момент. И пусть мир строит всё более умные машины, но самая сложная и прекрасная технология – это человеческая душа, которая помнит, любит и живёт. Потому что настоящий прогресс измеряется не скоростью вычислений, а способностью сохранять то, что делает нас людьми».

Вопросы от Алёнки:

Какое твоё самое драгоценное воспоминание, которое ты никогда не хотел бы забыть?

Почему важно, чтобы технологии уважали личные воспоминания, а не только повышали эффективность?

Как можно сохранить важные воспоминания в цифровом мире, не потеряв их живую суть?

Чем отличается память человека от памяти компьютера?

Что ты считаешь самым важным в жизни – знания или эмоции? Почему?