Читать книгу Барсик и Анатолий Владимирович. История одного дома, одного человека и одного кота - Денис Старостин - Страница 3

Глава 2. Игры и правила

Оглавление

Игры: кот ловит перо на удочке, рядом мячик с колокольчиком, динамика и радость.


Дом оказался большим. Много комнат, много запахов. Я бегал по коридорам, оставлял свои метки — невидимые, но важные. Это моё. Теперь моё.

Анатолий Владимирович (я быстро выучил его имя — оно звучало часто, и в нём было много слогов, как стук когтей по паркету) не мешал. Он ходил следом, наблюдал. Иногда что-то говорил. Я не понимал слов, но понимал тон. Добрый тон.

Первую игру он достал из шкафа. Длинная палка, а на конце что-то перистое. Он помахал ею передо мной.

Я замер. Перо качалось. Пахло пылью и приключением.

Я пригнулся. Задние лапы напряглись. Глаза — только на перо.

Он дёрнул палку вверх.

Я взлетел. Когти вытянулись. Хвост балансировал. Я поймал! Перо оказалось в зубах, мягкое, невесомое.

— Молодец! — похвалил он, и в его голосе была вибрация, похожая на моё мурлыканье.

Мы играли долго. Я бегал, прыгал, падал, вскакивал. Мои мышцы горели, но это было приятное горение. Он управлял пером, как будто читал мои мысли: то медленно, то быстро, то высоко, то низко.

Потом был мячик. Маленький, с колокольчиком внутри. Он катил его по полу, и колокольчик звенел. Я гонялся. Ловил лапами, кусал, катал обратно.

Но самое главное было не это.

Он научился говорить без слов.

Если он смотрел на меня долго и мягко — это значило «я рад». Если моргал медленно — «всё хорошо, я доверяю». Если отводил взгляд — «отдохни, я не настаиваю».

Я тоже научился.

Мурлыканье — «мне хорошо». Шипение — «уйди». Тихое мяуканье у двери — «пусти». Топтание лапами по одеялу — «я счастлив».

Мы нашли общий язык. Он состоял из взглядов, звуков, прикосновений.

Иногда мы просто сидели. Он в кресле, я рядом на полу. Он читал книгу (она пахла бумагой и старостью), я дремал. Тишина между нами была не пустой. Она была наполнена. Как миска после еды — вроде пустая, но пахнет ещё долго.

В эти моменты я понимал: это и есть дом. Не стены. Не запахи. А эта тишина. Этот ритм. Этот человек.

Но вскоре всё изменилось.

Он начал что-то строить.

Барсик и Анатолий Владимирович. История одного дома, одного человека и одного кота

Подняться наверх