Читать книгу Вэйкман Начало - Дмитрий Васильев - Страница 16

Глава 2
Джейган

Оглавление

-


По выжженной земле Джейган приближался к вратам. Спустившись со склона к самому входу, он дотронулся до меча. Бог почувствовал их: бесчисленные орды демонов и шевелящуюся массу бесов. Они знают, они чувствуют слабость стали — с каждым днем сила, удерживающая их, неумолимо слабеет. Закрыв глаза, он ментально погрузился в недра, где легионы уже готовились к войне. В самом низу затаился он — их вожак, самый крупный и свирепый демон. Джейган заглянул в его красные глаза, и тварь ощутила его присутствие. Бог отпустил эфес, и в ту же секунду из-под земли отозвался тяжелый, глухой удар.

Джейган в смятении поднялся. Было лишь одно место, куда он мог пойти. Изгнанный и преданный, теперь он должен был исполнить свой долг в одиночку. Бродя у порога преисподней, он вспомнил о самом важном. Его семья в опасности; если врата откроются, демоны рано или поздно доберутся до них. С этими мыслями его окутал слепящий столб света, и бог переместился.

Да, это был тот самый дом — наполовину сгнившая изба с почерневшими стенами. Огородом не занимались уже очень давно, и он зарос сухим бурьяном. На первый взгляд казалось, что жизнь давно покинула это место. Джейган вошел без стука.

— Папа!!! — невинное дитя бросилось к нему и обняло бога.

Джейган взял дочь на руки, и слезы непроизвольно потекли по его щекам.

— Тебе здесь не рады! — фыркнула Серафима.

— Сим, мы можем поговорить наедине? — Джейган махнул головой к выходу.

— Кто кх там пришел? — донеслось из глубины дома.

В тот же момент раздался грохот и звон пустых стеклянных бутылок. В коридор вышел небритый мужчина с красными глазами. Он с трудом держался на ногах, цепляясь за стены.

— Иди, все нормально, отдыхай, — Серафима спешно начала заталкивать мужчину в комнату.

— Я не понял, — мужчина сплюнул на пол. — Это что за урод?

Джейган отпустил дочь, и она молча зашла в свою комнату. Для нее это было обыденно, но девочка понимала, что сейчас лучше уйти. Джейган сохранял холодный взгляд, хотя ему было невыносимо наблюдать эту картину. Серафима всё пыталась завести мужчину в спальню, но, несмотря на старания, у нее ничего не получалось.

— А ну пошел вон отсюда! — мужчина крикнул на бога.

— Зайди в комнату, я прошу тебя, — Серафима встала между двумя мужчинами.

Буйному человеку это не понравилось. Резким движением он оттолкнул её — девушка ударилась о стену и упала на гнилые доски пола. Джейган сжал кулаки так, что побелели костяшки. В этот миг ему больше всего на свете хотелось убить агрессивного человека. Но бог продолжал просто наблюдать. Он давал клятву защищать всех людей, в том числе и подобный сброд. Клятвы — тонкая грань, которую слишком легко пересечь. Джейган не желал больше нарушать законы богов. Вновь перейти черту его могла заставить лишь прямая угроза жизни дочери. Он всегда старался жить по совести и соблюдать обеты, но кровь человека на его руках была еще слишком свежа. Эта рана морально давила на него, не давая покоя.

— Ты еще здесь? Сейчас и ты получишь! — мужчина направился к богу.

Джейган насторожился, но не собирался защищаться. Мужчина замахнулся и со всей силы ударил бога по челюсти. Дом наполнился криком боли — кричал нападавший. Его рука затряслась, кожа на костяшках лопнула, и на пол начала капать кровь. Ощущения были такие, будто он ударил по вековому камню. Джейган почувствовал лишь легкое прикосновение, ему не было больно.

Хорошо выпив, мужчина и так с трудом держался на ногах; после удара он не смог устоять и повалился на пол. Что-то невнятно пробормотав, он остался лежать там же. Джейган посмотрел на бедолагу: он окончательно понял, что не может оставить здесь дочь.

— Что ты сделал? — Серафима поползла к упавшему.

Промолчав, Джейган направился в комнату дочери. Софья Стаг была его единственным ребенком. Она унаследовала светлые волосы отца. Джейган не считал себя примерным отцом, но старался делать всё возможное для её благополучия, ставя жизнь Софьи выше всех клятв. Он верил, что обеты перед людьми и богами — это результат его личных решений, а дочь — это священное обязательство, данное ему свыше.

— Тебе хорошо с мамой? — Джейган сел на край кровати рядом с дочерью.

— Да, я … мне мама подарила игрушку, — Софья достала из-под кровати куклу, скрученную из сухой травы и клочка поношенной ткани. — Вот, это принцесса. Она живет в замке.

— И где же у принцессы замок? — Джейган попытался улыбнуться, но по его щеке предательски скатилась слеза.

— Она … она живет под кроватью, — Софья указала в пыльную пустоту. — Там её дом, он совсем пустой. Принцесса живет одна и ждет своего принца, ей бывает очень грустно. Но ничего, она привыкла. Я иногда сплю с ней, когда мама ругается. Я стаскиваю одеяло под кровать, тогда нам вместе тепло и не слышно маму.

— Ты голодная? Хочешь, я накормлю тебя? — поинтересовался Джейган.

— Утром мы поели рагу, я не голодная, — Софья снова увлеклась своей куклой, перебирая сухие травинки.

— Я вернусь, — Джейган поцеловал дочь в макушку и направился к двери. — Потерпи, я заберу тебя, даю слово.

В коридоре мужчины уже не было. Дверь в дом осталась слегка приоткрытой, пропуская внутрь запах сырости. Джейган вышел во двор. На крыльце, кутаясь в старую шаль, Серафима нервно курила самокрутку.

— Можешь не волноваться, я не трону его, — Джейган тихо прикрыл за собой дверь.

— Джейган, зачем ты пришел? — Серафима пыталась сдерживать слезы, но её голос дрожал.

— Вы должны уехать. Скоро начнется война, — отрезал он.

На улице начал моросить мелкий, холодный дождь.

— Мы сами разберемся, я не хочу тебя видеть, — Серафима бросила недокуренную самокрутку в грязь и скрылась в доме.

Джейган остался в одиночестве. Он чувствовал странную растерянность, непривычную для бессмертного. Небо окончательно затянуло свинцовыми тучами, вдали, разрезая мрак, сверкнула молния. Надвигалась гроза, рваный ветер обдал лицо холодом. Стаг вернулся в избу — здесь было чуть теплее, чем под открытым небом. Богу было всё равно: ни изнуряющая жара, ни лютый мороз не причиняли вреда его телу. Температура не имела значения для его плоти, но он ощущал холод душой и больше всего боялся, что его дочь может замерзнуть.

Дома воцарилась тишина. Когда совсем стемнело и за окнами зашумел ливень, Джейган вошел в комнату дочери. Он бережно укутал девочку в теплую одежду, висевшую на вешалке. Сняв тяжелую броню, Стаг лег рядом и обнял ребенка. Софья крепко спала, согретая его теплом. За окном бушевала стихия: капли дождя тяжелыми ударами барабанили по крыше. Джейган не смыкал глаз. Он лежал, прижимая к себе дочь, и в тишине ночи просчитывал варианты, исходы и вероятности грядущих битв.

Он не заметил, как серое утро просочилось сквозь щели в ставнях. Дождь снаружи превратился в унылую изморось. Бог аккуратно, стараясь не скрипнуть половицами, поднялся с кровати. Собравшись, Джейган вышел во двор. Сталь меча сухо лязгнула, покинув ножны. В утреннем тумане, пока весь мир еще спал, бог начал упражняться, оттачивая движения до идеала. Он готовился к войне.

Вэйкман Начало

Подняться наверх