Читать книгу Эволюция 7 - Дмитрий Вектор - Страница 2

Офис встретил Марсело привычным гулом кондиционеров и запахом озонированного воздуха. Двадцать третий этаж башни BioSyn – стеклянные перегородки, эргономичные столы, люди в деловой одежде, уткнувшиеся в голографические экраны. Он прошел к своему рабочему месту, кивнув нескольким коллегам. Изабелла сидела за соседним столом, что-то быстро печатая на виртуальной клавиатуре.

– Доброе утро, соня, – бросила она, не отрываясь от экрана. – Круассан на твоем столе. Еще теплый.

– Спасибо, – Марсело опустился на кресло, положил сумку.

Круассан действительно лежал на салфетке, источая аромат сливочного масла. Его живот тихо заурчал – он так и не позавтракал дома. Марсело взял выпечку, откусил. Слоеное тесто таяло во рту.

– Ты какой-то странный, – заметила Изабелла, наконец подняв взгляд. – Бледный. Плохо спал?

– Нормально, – соврал он. – Просто рано проснулся.

Она прищурилась, изучая его лицо. Изабелла работала в отделе генетической безопасности – ее работа состояла в том, чтобы замечать аномалии. В людях тоже.

– Если что-то не так, скажи, – произнесла она тише. – Знаешь, что я могу помочь.

Марсело кивнул, отводя взгляд. Что он мог ей сказать? Что его нелегальный симбионт внезапно начал вести себя так, будто у него появился собственный разум? Что его тело перестраивается без его согласия? Изабелла работала на корпорацию. Одно слово от нее – и служба безопасности вытащит все его модификации вместе с печенью.

– Все в порядке, – повторил он и развернулся к своему экрану.

Рабочий день начался как обычно – отчеты, анализ данных, координация с другими отделами. Марсело работал в департаменте биологического моделирования, его задачей было просчитывать совместимость различных генетических модификаций. Рутина, цифры, графики. Должно было отвлечь.

Не отвлекало.

Каждые пятнадцать минут он запускал внутреннюю диагностику. Каждый раз показатели немного менялись – то митохондриальная плотность подрастала, то нейронная проводимость усиливалась. Микроскопические изменения, но постоянные. Его тело продолжало совершенствоваться, и он не мог это остановить.

К обеду Марсело уже не мог сосредоточиться на работе. Цифры на экране расплывались. Мысли возвращались в прошлое, к тому дню пять лет назад, когда он принял решение, изменившее все.

Фавела-Нова. Трущобы на окраине Сан-Паулу, где корпоративные патрули не появлялись без бронетехники. Марсело помнил, как шел по узким грязным улочкам между покосившимися домами, стараясь не привлекать внимания. На нем тогда была старая куртка, потертые джинсы – ничего, что могло бы выдать хоть какое-то благосостояние.

Адрес нашелся не сразу. Подпольная клиника располагалась в полуподвале жилого дома, за ржавой железной дверью без опознавательных знаков. Марсело постучал – три раза, потом два, как велели по телефону. Дверь открылась через минуту.

Мужчина на пороге был невысоким, худощавым, с проседью в темных волосах. Доктор Алмейда. Он окинул Марсело оценивающим взглядом, кивнул и отступил, пропуская внутрь.

– Вовремя, – сказал Алмейда, запирая дверь на три замка. – Я ценю пунктуальность.

Лаборатория была неожиданной. Марсело готовился увидеть антисанитарию, ржавые инструменты, кустарщину. Вместо этого его встретило стерильно чистое помещение с современным оборудованием. Биореакторы тихо гудели вдоль стен, голографические панели показывали сложные молекулярные структуры, в углу стоял медицинский сканер последнего поколения.

– Впечатлен? – усмехнулся Алмейда, заметив его удивление. – Многие так реагируют. Думают, раз не корпоративная клиника, значит, помойка. Я просто работаю без лишних вопросов. И без лишней бюрократии.

Марсело прошел глубже, оглядываясь. На одной из стен висели распечатки – генетические карты, формулы, что-то похожее на схемы нейронных сетей.

– Вы сказали по телефону, что можете дать мне симбионт-усилитель, – начал он. – Третьего поколения. Без регистрации.

– Могу, – кивнул Алмейда, жестом предлагая сесть на медицинское кресло. – Но сначала давай проверим твою совместимость. Не всем подходит то, что я предлагаю.

Марсело сел. Алмейда достал портативный сканер, провел им по его телу – от головы до ног. Данные потекли на голографический экран.

– Интересно, – пробормотал доктор, изучая результаты. – Очень интересно. Твой генетический профиль скажем так, у тебя больше вариативности, чем у среднестатистического человека. Видишь эти маркеры? – он ткнул пальцем в экран. – Это указывает на высокую адаптивность. Твое тело легко принимает изменения.

– Это хорошо?

– Для модификаций – отлично. Для обычной жизни – не имеет значения. – Алмейда выключил сканер. – У меня есть два варианта. Стандартный симбионт-усилитель – проверенный, безопасный, даст тебе прирост силы процентов на триста. И есть особый вариант.

Марсело насторожился:

– Какой особый?

Алмейда прошел к одному из биореакторов, открыл крышку. Внутри, в питательном растворе, плавало что-то похожее на клубок тонких нитей – зеленоватых, светящихся в полумраке.

– Это моя собственная разработка, – сказал он тихо, почти благоговейно. – Седьмое поколение симбиотической культуры. Я работал над ней двенадцать лет. Она не просто усиливает мышцы. Она перестраивает всю систему. Митохондрии, нейроны, даже костную структуру со временем. Это не модификация. Это эволюция.

– Звучит опасно.

– Звучит как прорыв, – поправил Алмейда. – Корпорации мечтают о таких технологиях. Но они боятся рисковать. Слишком много регуляций, слишком много бюрократов, которые требуют десятилетия испытаний. – Он закрыл крышку биореактора. – Я предлагаю тебе стать одним из первых. Стать частью истории.

Марсело смотрел на светящиеся нити в растворе. Часть его понимала, что это безумие. Экспериментальная модификация от подпольного генетика, никаких гарантий, никакой страховки. Если что-то пойдет не так, он просто умрет где-нибудь в этом подвале, и никто не узнает.

Но другая часть – та, что заставила его прийти сюда – жадно хотела этого. Хотела силы. Хотела преимущества. Хотела быть лучше, чем все эти корпоративные щенки с их купленными модификациями.

– Сколько? – спросил он.

– Двадцать тысяч реалов, – ответил Алмейда. – Половина сейчас, половина через месяц, когда интеграция завершится.

Двадцать тысяч. Половина годовой зарплаты. Марсело мысленно пересчитал свои сбережения. Хватит. Едва, но хватит.

– Я согласен, – сказал он, не позволяя себе передумать.

Алмейда улыбнулся – не торжествующе, а как-то грустно, будто знал что-то, чего не знал Марсело.

– Хорошо. Тогда раздевайся по пояс и ложись. Процедура займет около часа. Будет больно, предупреждаю сразу. Симбионт должен интегрироваться в мышечную ткань, и твое тело будет сопротивляться. Но потом потом ты почувствуешь себя богом.

Марсело разделся, лег на медицинское кресло. Алмейда достал шприц с длинной иглой, наполнил его жидкостью из биореактора. В прозрачном цилиндре плавали те самые светящиеся нити.

– Последний шанс передумать, – сказал доктор, поднеся иглу к его плечу.

– Делайте.

Игла вошла глубоко, почти до кости. Марсело сжал зубы, но не закричал. Алмейда медленно давил на поршень, вводя симбионт в мышечную ткань. Жидкость была холодной, противоестественно холодной. Марсело чувствовал, как она растекается под кожей, заполняет каждое волокно.

А потом началась боль.

Не сразу – секунд через тридцать. Сначала легкое жжение, потом сильнее, сильнее, будто в вены влили кипящую кислоту. Марсело вцепился в подлокотники кресла, и металл погнулся под его пальцами. Он не кричал. Не мог – челюсти свело судорогой.

– Дыши, – спокойно говорил Алмейда, наблюдая за показаниями датчиков. – Просто дыши. Твое тело привыкает. Это нормально.

Нормально. Марсело не верил, что это могло быть нормальным. Он чувствовал, как что-то живое ползает под его кожей, врастает в мышцы, протягивает свои нити к костям, к нервам. Симбионт. Чужеродная жизнь внутри него.

Через час боль начала отступать. Через два – Марсело смог разжать пальцы и сесть. Его тело было мокрым от пота, в глазах рябило, но он был жив.

– Как ощущения? – спросил Алмейда, протягивая стакан с водой.

Марсело выпил залпом:

– Отвратительно.

– Пройдет через пару дней. Организм адаптируется, и ты почувствуешь разницу. – Доктор сделал контрольное сканирование. – Интеграция идет отлично. Лучше, чем я ожидал. Твой генетический профиль действительно уникальный.

– Что мне теперь делать?

– Отдыхать. Много спать, много есть белка. Симбионту нужны ресурсы для роста. Через месяц приходи на контроль. И вот – Алмейда протянул небольшой флакон с прозрачной жидкостью. – Ингибитор. На случай, если что-то пойдет не так. Укол в бедро, и симбионт отключится на несколько часов.

Марсело взял флакон, спрятал в карман.

– И еще, – добавил Алмейда, глядя ему в глаза. – Никому не говори, где получил модификацию. Это для твоей же безопасности. И для моей.

Марсело кивнул, оделся и ушел.

Он помнил, как брел обратно через трущобы, придерживая левое плечо. Боль пульсировала с каждым ударом сердца, но он чувствовал под ней что-то еще. Силу. Сырую, дремлющую, ждущую своего часа.

Прошло пять лет. Симбионт работал идеально. Марсело стал сильнее, быстрее, выносливее. Получил повышение на работе. Жизнь наладилась.

И вот теперь это.

Марсело вернулся в настоящее, обнаружив, что уставился в пустой экран компьютера. Изабелла что-то говорила ему – он не слышал.

–..слушаешь вообще? Марсело!

Он моргнул:

– Что? Прости.

– Я говорю, ты выглядишь ужасно. Может, домой пойдешь? Я скажу начальнику, что тебе плохо.

– Нет, все нормально. Просто задумался.

Левое плечо снова дернулось. Марсело поспешно отвернулся, чтобы Изабелла не заметила. Под рубашкой что-то шевелилось, перестраивалось, росло.