Читать книгу Девочка Черной Бороды - Екатерина Ромеро - Страница 6

Я сижу в этой комнате весь день, благо, тут есть ледяной душ и туалет, собственно, все. Моя одноместная камера, в которой не открывается окно, нет воздуха и права на свободу.

Гафар закрыл меня, а еще я с ужасом нахожу камеру в углу комнаты. Она работает, судя по светящейся красной точке, за мной наблюдают. Он смотрит на меня и от этой мысли мурашки бегут по коже, мне страшно.

Я не видела еще здесь ни одной женщины и от этого еще более неспокойно.

То и дело хожу по этой камере, пытаясь собраться с мыслями, хоть уже все давно предрешено. Я же знала свой исход, почему тогда мне страшно, почему я до ужаса боюсь этого мужчину?

Холодно, боже, как же тут холодно. Я не нахожу ничего, что можно набросить на плечи, а ночнушка открытая, едва доходит мне до середины бедра.

Мечусь из угла в угол как зверек, пытаясь согреться. Я босая, тут нет ни одежды ни обуви, ни зубной щетки в том числе.

Да, конечно, а зачем? Я же уже ближе к миру мертвых, Сайдулаева совсем это не заботит.

Он не ведает жалости, ему об этом неизвестно. Чего он тогда ждет, чего тянет? Зачем ему эта камера в углу? Она меня пугает.

Щелчок, дверь распахивается и я вижу вошедшую женщину.

– Кто вы?

– Фатима. Помощница по дому. Поешь, девочка. Горячее тут.

Ставит поднос на подоконник я в изумлении вижу еще парующий суп с хлебом.

– Зачем это?

– Хозяин приказал накормить вас.

– Для чего? Он же…

– Я не обсуждаю приказы Гафара Ахмедовича.

Ответить мне нечего, эта помощница не злая, но явно не настроена на диалог. Из коридора я вижу тени охранников, так что даже не рискую проверять их реакцию.

Осторожно наклоняюсь к тарелке и вдыхаю запах еды. Все свежее, очень приятно пахнет и моя рука уж было тянется к еще горячему хлебу, но я вовремя себя останавливаю.

Нельзя. Не будь такой глупой, Лейла!

А вдруг еда отравлена и Черная Борода будет так мне мстить? Из рук врага есть нельзя и я не буду.

Какой бы голодной не была, я не прикасаюсь к этой пище от врага. Отношу поднос к двери, осторожно там оставляю.

Обхватив себя руками, смотрю на камеру. Красная точка продолжает гореть.

***

Тут так холодно, днем еще ничего, но к вечеру я замерзаю. Та служанка Фатима снова приходит, приносит мне новую еду.

Без упреков, она просто молча меняет завтрак на ужин. Теперь здесь мясо. Утка с апельсинами, салат, боже, наверное, это вкусно.

Пахнет так, что слюни текут, но смотря на работающую камеру, я снова не прикасаюсь к еде.

С чего такая доброта? Сайдулаев точно хочет отвратить меня.

Не буду.

– Ты не съела ни крошки – говорит Фатима, когда возвращается за подносом, а я лишь головой качаю.

– Я не голодна, спасибо.

Она так упорно хочет, чтобы я поела, значит, там точно что-то намешано.

Что именно? Яд? Мышьяк? Какие-то таблетки? Я не знаю, но проверять не буду. Уверена, Гафар смотрит на меня через эту камеру и радуется тому, что все забрал у меня.

– Хорошо, как хочешь.

– Тут холодно. Можно мне одеяло?

– Извини, девочка. Мне только еду велено было отнести. Больше ничего. Если хозяин не позволит – не смогу.

– Ясно. Я понимаю. Ничего страшного.

Бурчу и отворачиваюсь, обхватываю себя руками. Точка на камере продолжает гореть.

Сколько времени? Я не знаю, и от этого становится еще страшнее. Словно часы прилипают один к другому, становясь вязкими, точно смола.

Забираюсь на подоконник. Единственный угол, где можно обустроится чтобы не стоять на холодном полу.

Мне страшно, хотя наверное, я должна быть смелее, должна уже смирится со своей судьбой.

– Почему ты ничего не ела?

От глубокого баса и резко открывшейся двери я аж подскакиваю, тут же спрыгиваю с подоконника, вжимаясь в стену.

На дворе уже ночь, я успела задремать и теперь пытаюсь сориентироваться. Где я, это не мой страшный кошмар, ужас.

Черная Борода стоит напротив. Он подходит ко мне уверенным шагом, останавливаясь на расстоянии вытянутой руки.

Воздух от этого у меня быстренько заканчивается. Высокий, на две головы будет выше меня. В идеальном синем костюме, только подчеркивающим его силу и власть.

Дорогая ткань облепляет широкие плечи, идеальную осанку, белая рубашки подчеркивает черные глаза. И борода его черная такая страшная. Он похож на современного пирата, который закусывает девушками на десерт.

– Это вы…

Лепечу, не находя нормальных слов. Они застревают где-то в горле, теряются при виде Салманова.

– Повторяю свой вопрос, Джохарова: какого черта ты ничего не ела сегодня?!

– Думаете, я глупая? Там же яд. Отравить хотите.

– Ты точно сдохнешь, но не от отравления! Такой простой участи я тебе не позволю. Ясно?

От его близости спирает дыхание, невольно улавливаю запах розмарина и перца, орехов.

Черт, от него пахнет так по-мужски. Не могу собраться, вообще ничего не могу.

Молча киваю, я не ровня ему, и близко не стояла даже. Такой захочет – по стенке размажет, а я что?

Бабочек любила ловить, косички плести и собирать сухоцветы, тогда как он правит этим городом, он владеет им.

Мы из разных миров, вообще непохожие и это могло бы быть милым, если бы этот страшный мужчина так адски не ненавидел меня.

Гафар окидывает меня строгим взглядом. Смотрит так, словно сканирует, прямо и открыто, жадно.

Становится жарко, невольно оттягиваю ночнушку вниз по бедру, на меня так еще не смотрели.

Стыдно. Я же почти голая, босая.

При этом моем неловком движении его губы дергаются в усмешке, а мне больно. Это стыдно. Лучше бы сразу убил, а так еще и потешается.