Читать книгу Где болит, там любит - Екатерина Ромеро - Страница 3

Быстро подняв перевернутый стакан, я ставлю его на ближайший столик вместе с подносом и как можно скорее ретируюсь из столовки.

Не плачь, Дина, ты всего лишь опозорилась на весь универ, ну что в этом такого…

Я реву в туалете, застирывая это красное пятно. Как маленькая, ей богу.

Улитка. Тот Максим меня так назвал.

Они все смеялись с меня и глазели. Как на какую-то уродину.

Смотрю на себя в зеркало. От слез щеки раскраснелись и губы тоже. У меня густые рыжие волосы, почти красные. Мне всегда они нравились, а теперь даже не знаю. У них тут крашенные блондинки в моде, а я вообще не такая. Потому они красотки, а я… улитка.

– Вот ты где! Ну что такое, солнце мое? Ого, какой потоп!

Мирося заглядывает в туалет. Протягивает мне платок.

– На!

– Спасибо.

– Ну чего ты? Ерунда ведь.

– Я опозорилась там. Все смотрели.

– Ну и че? Пусть смотрят и радуются. Ты одна у нас такая огненная на весь курс.

– Масик улиткой меня назвал.

– Да сам он… сказала бы я, но боюсь, ты таких слов даже не знаешь! Урюк копченный, вот он кто! Дина, не обращай внимания. У этого шута горохового язык без костей, у него вообще свое радио со своей волной, ему бы трындеть только!

– Мирось, я плохо выгляжу, да?

Спрашиваю ее открыто. Как раз в этот момент Аленка заглядывает:

– Девки, ну где вы там? Пара началась уже.

– Ты хорошо выглядишь, зая! А кто не видит – пусть глаза протрет. Спиртом в идеале.

Усмехаюсь, поправляю свои длинные рыжие волосы. Может, не так все и плохо. В зеркале на меня смотрит красивая зеленоглазая девушка с яркими огненными волосами, пусть и бедно одета.

– Может и ничего…

– Вот, другое дело! Да они тут такой красоты просто не видели, а оно, знаешь, дикари везде водятся. Выше нос, красотка, и не кисни!

– Ну, вы идете или нет?

– Идем… счас. Пять сек.

Мирося быстро закуривает, и сделав две затяжки, ладонью смахивает дым, после чего мы все выходим из туалета.

Остаток дня я едва высиживаю на парах. Кажется, что после сегодняшнего на меня все смотрят. Особенно на мое так и оставшемся розовое пятно от киселя на зеленом свитере.

***

– Как дела на учебе, Динусь? Вообще ничего не рассказываешь.

Теть Люба устраивает допрос и мне не отвертется, потому что она сегодня пришла со смены, и мы обязательно ужинаем вдвоем.

– Нормально.

– Нормально и…?

– И все.

– А чего кислая такая?

– Да так, кисель на твою кофту опрокинула. Прости.

– Знаешь, кисель – это не вино. Отстирается, а то, что на тебе лица нет, это уже совсем другое дело. Ну-ка, быстро тетушке сказала, что такое!

Теть Люба ставит передо мной тарелку с жареной картошкой. Мое любимое блюдо, между прочим. Я выросла на простом. Порой мне кажется, это даже как-то ненормально.

– Да ничего. Просто устала.

– Много задают?

– Много.

– Ну так зачем было в такой вуз серьезный подаваться?! С твоими оценками тебя в любой педагогический бы с руками оторвали! Ты ж медалистка. На кой черт тебе эта адвокатура сдалась?

– Теть Люб, мы это уже обсуждали.

– Обсуждала она… вот жизни ты еще не знаешь! Хотя, я в твоем возрасте такой же наивной была. Ничего, жизнь она, знаешь, каждому по силам дается. Дай бог, тебе хоть повезет. Сама выбьешься в люди.

– Теть Люб, ну все, не переживайте.

Нет, я обычно все рассказываю тетушке, но сегодня как-то не хочется. И дело совсем не в том, что я этот кисель на себя перевернула и даже не в усталости.

Я не могу не думать о том парне, Гордей Зарубин, мой король.

Нет, на курсе у нас много мальчишек интересных, но думаю я почему-то только о Гордее. И имя у него такое необычное. Гордей. Точно гордый или как. Да, судя по тому, как он свысока на меня смотрел, это его любимое состояние.

Курица слепая, зеленая улитка… на что дальше хватит их фантазии? И я еще разревелась там как дурочка. Нет, больше не буду. Больше он не увидит моих слез, я не доставлю ему такого удовольствия.

– Ты это, детка. Этот вуз, конечно, престижный и все такое, но там богатые преимущественно учатся на твоем факультете.

– Теть…

– Не перебивай! Я жизнь пожила, кое-что знаю. Так вот: осторожнее, Дина. Учиться хотела – учись, но не водись с теми, кто уж больно сильно нос задирать будет. Простые мы, нам такого не надо, поняла?

– Угу. Не переживай, я туда учиться пошла, а не на гулянки ходить.

– Вот и умница! Молодец, Дина. Переживаю я за тебя. Учись, может хоть с тебя толк и будет.

Тетя поднимается и поцеловав меня в макушку, уходит в свою комнату. Слышу, как она легла на кровать и тяжело вздохнула. Она работает по двенадцать, иногда по шестнадцать часов за смену. Я не имею права ее подвести. Я теть Любе всем обязана, так что никаких парней, никаких проблем от меня быть не должно.

И все же, я сижу допоздна на кухне, рисуя на листе бумаги сердечки, а еще корону. Корону своего короля.